Эквус. Стремления Эволюции.

      Бэр лениво оглядывал резиденцию Грогара, на звание замка эта башня, пускай и немного, но недотягивала, да высокая, да массивная да дышавшая мощью, но тому, кто слышит биение сердце бога, обитая в его стволе, буквально в источнике силы - в общем Бэр чётко осознавал, что был существом несколько иной планки, хотя баран напрягал, уж очень хорошо у него был подвешен язык, да и на его территории лучше не выяснять отношение – пиррова победа – вещь крайне неинтересная и бесполезная и утешает лишь только в том случае когда проигравшая сторона это ты – в иных же ситуациях слабое оправдание собственной некомплектности и даже как конец глобального конфликта – глупость несусветная ибо с вероятностью в девяносто процентов организацию, которая обрела пирровою победу, разорвут свои же изнутри - симбионты станут паразитами из-за нехватки пищи. Впрочем, Бэр одернул себя. Мыслить, рассуждать, философствовать – это было увлекательно и интересно, но он не дома, он на работе, ну или тоже в «школе». Если проводить аналогии и параллели забыв про некоторые аспекты бытия и гиперболизировать иные стороны картины, то он, должен будучи отличником выполнить не только свою домашнюю работу, но и помочь папочке с осуществлением его проекта или задумки. Анджу конечно не давал ничего глобального, и Бэр пока просто наблюдал, но о подробностях разговора, а также некоторых незначительных нюансах он создателю все равно расскажет, как никак информация уж очень интересная, впрочем, дёргаться пока бессмысленно, всё идёт в пределах нормы, на другое рассчитывать глупо и так далее и тому подобное.       Иной Раз Бэр и сам поражался столь скорому развитию в определённых аспектах, хотя у этого были свои минусы, как например некоторая поспешность в выборе правильного ответа, однако разве не для этого он был приставлен к Боурвасу? Привычная ненависть и ярость по отношению к первому «блину», который всегда выходит не так как задумывалось, сгорели как спичка в плазменном огне – в мгновение. Ярость и ненависть стоит испытывать к равному или превосходящему врагу, а тут даже до презрения недотягивает, этакая жалость и желание настучать по голове, задавая один и тот же вопрос «Ну кто так делает?». Импульсивный, наивный, доверчивый, падок на красивые слова, впрочем, ему их никто не говорил, да и природа у Боурваса было от и до – искусственная, а потому как-то не слишком и удивляет.       Он не был естественным продуктом фабрики, начальник взял и в порыве творческого вдохновения взял кучу глины и красок со склада, дабы вылепить огромную, вычурную и просто шикарную вазу, однако единственной функции которой было декор, а потому оная конструкция была поставлена в угол, дабы не мешать и просто радовать глаз. Прошло время и ваза мало того, что перестала радовать глаз, так ещё и треснула в нескольких местах, а краска от времени облупилась и стёрлась. Итог закономерен, её просто убрали туда где другие смогут посмотреть на это предмет искусства, пока сам творец пронаблюдает за реакцией смотрящих.       Бэр же не был создан, его изначальная форма была рождена в недрах улья для охраны границ собственной тушей – он был солдатом, созданным для ближнего боя, хорошо отлаженным товаром, который был одним из многих, кто подвергнулся модификации, но только ему в ходе многочисленных отбраковок, ещё на стадии формирования яйца и до его текущего состояния, повезло все их пройти. Стать одним из множества уникальных инструментов, что был модифицирован со строго определёнными целями пусть этих целей и было великое множество, хотя все их можно было объединить одним емким словом. Помощь. Не служение, не ещё какая-то связанная с этим словом глупость, нет – он был создан чтобы оказывать помощь своему создателю. И сейчас эта помощь заключалась в разведке и контроле, максимально мягкой и ненавязчивой. И сейчас этим он и занимался, пусть и в компании довольно интересного организма. Оборотень или перевёртыш, последнее ввиду сходной лаконичности отражало их суть куда больше. Сам организм был интересен, точнее задумка и суть – гибкая плоть, гибкие кости, даже магия и та могла довольно сильно и быстро сменятся на нужную, пусть и с огромными потерями, но тем не менее, могла, хотя Бэр сходу мог сказать, что можно улучшить данный организм, убрать лишнее, заменить ненужное на более экономные ( в плане обмена веществ) аналоги... Видимо об этой недоделке предупреждал его отец, хотя тут была не недоделка, а тупиковая ветвь эволюции, ибо перед глазами Бэра, к его же ужасу, обнаружилось млекопитающее насекомое. Нонсенс, но факт.       Поняв, что перед ним тот аккуратно помассировал точку между трех простых глаз. Это не укрылось от оборотня, и принцесса старалась казаться ещё ниже, хотя на фоне гиганта и так выглядела мелкой.       -Как мне к вам обращаться – спустя три коридора молвила принцесса.       -Как хочешь принцесса – после этих слов оборотень остановилась. Она казалось замёрзла на месте и Бэр, спустя три шага повернулся и специально подставился под блик магической лампы, блеснул правым глазом, тщетно пытаясь изобразить вздёрнутую бровь, которая должна была сочетать в себе вопрос, насмешку и удивления, но быстро вернул себе прежнею расслабленную позу.       -Я вас чем-то задел принцесса? -и снова перевёртыш дернулась как от удара.       -Моё имя Калиста, и вы ошиблись. Я не принцесса, я-королева! – последнее предложение было произнесено на повышенном тоне и с нотками злости, едва уловимыми, но по голосу и феромонам это становилось понятным.       -Нет, я не ошибся Калиста, но ты как раз принцесса, кто бы что не говорил, но по запаху и феромонам ты именно что недозрелая мать роя, а соответственно принцесса – Сказал Бэр наблюдая как его сопровождающая встала как вкопанная. Пульс и дыхание участились, а запах выдавал уже не злость. В воздухе рецепторы Бэра уловили легкие нотки страха.       -Вы можете ощущать феромоны и магию – Калисте стало плохо, очень плохо. Сейчас она прикладывала очень много сил, чтобы совладать с собой. На лице дрогнуло несколько мускулов, но вскоре то снова застыло маской.       -Легко и непринуждённо, физиология обязывает – сказал ей Бэр, и медленно зашагал вперёд. Оборотень не сразу осознала, а потому под легкий стук копыт очень быстро догнала гостя и с хорошо скрываемой злостью спросила.       -Что вы планируете делать с этой информацией – из жвал Бэра вырвалось легкое шипение – смех.       -А я что-то должен делать с этой информацией, она же бесполезна –про себе Бэр ещё и дополнил «как и ты в принципе».       -Я бы не была столь категорична в этом заявлении – раздражение, но уже плохо скрываемое, очевидно к такому пренебрежению это особа не привыкла, но Бэру было как-то всё равно, донеслась лишь новая порция шипения-смеха, а Бэр, предварительно спросив разрешения на «поиграть», продолжил диалог.       -От чего же? Неужели информация о незрелой «королеве» - последнее слово Бэр выделил особенно – имеет хоть какой-то интерес кроме праздного? – Оскал ухмылка, и взгляд на Калисту, даже не оборачиваясь, просто слегка смещаясь в бок, дабы сложный глаз мог поймать изображение.       -Данная информация крайне смущающая – с нажимом сказала принцесса-королева. Шипение стало громче и интенсивней.       -Я могу лишь гадать чем тут можно на самом деле смутить – сказал Бэр, не спеша шаркая ногами по полу, отмечая про себя то, что ему такая забава по душе.       -Не сочтите за наглость дорогой гость, но мне хотелось бы услышать ваши догадки – в коридоре между двумя существами установилась тишина. Калиста смотрела в спину Бэра, в то время как сам муравей, уперев обе пары рук в пояс занёс ногу для шага. Шипение смех раздались с новой силой и тот обернулся. Если бы глаза Бэра могли хоть что-то выражать, кроме голода, то в них, без сомнения можно было увидеть искры смеха и радости.       -У меня на самом деле всего два нелепых (как и ты (с) Бэр) предположения – сказал Бэр, скалясь, но смотря в решительные глаза незрелого оборотня, тот лишь свистнул (выдохнул).       -Политическая интрижка, которая, наверное, поможет заползти тебе чуть выше, это первое предположение. Рискованно, необдуманно, но вполне логично, в отличие от второй причины, о да… - голос Бэра сменил тональность. С нагловатого и расслабленного тот стал вкрадчивым и жутким.       -Вырождение – одно слова и Калиста встала как вкопанная, и медленно, со скрипом она воззрилась на Бэра, который хищной птицей – навис над грызуном. В глазах оборотня читался даже не страх, а суеверный ужас.       -Вы слабеете, мельчаете, бледнеете, хиреете, слепнете, затухаете и в конечном счёте – исчезаете, ведь ошибки в генном коде, глупые недоделки… нет, не глупые. Не желание заканчивать проект – причины вашего обратного отсчёта, ваша гильотина. Я удивлён что вы заметили это только сейчас… - с треском охваченный зелёным полем Бэр влетел в стену.       -Откуда ты это зна… - вжух и теперь уже Бэр держал оборотня за шею вжимая в каменную кладку, пока остальные руки мягко и надавливали на брюхо кончиками когтей.       -Отец много говорит: он любит рассказывать истории, рассуждать о причинах возвышения и бесконечно рассуждать о пользе и вреде ошибках. Давних ошибках. Цене и причинах, тех решениях. Они не вызывают жалость, о нет, они просто есть, и он просто говорит о них, и я тоже не считаю их чем-то плохим – пока Бэр говорил, то он продолжал душить и медленно надавливать на Калисту, в последствии резко отпустив и наступив ей на голову.       -Прекрати – захрипела королева, с ужасом осознавая, что она более не слышит рой. Существо перед ней приглушило её связь.       -Но в отличие от отца нашего я не готов терпеть даже пустую дерзость, прототип. Ваша связь, тело и магия, лишь наработка. Проба первого пера, которую не жалко было отдать в хорошие руки, и никто не заботился о вопросах высохших чернил и подтёков будущего, как и о возможности продолжения, элегантно заведя историю вашего вида в генетический тупик и там же поставив жирнющую эволюционную точку, оставляя вам один лишь путь обратно и вниз. Отец именует это «маленьким грешком», я же «величайшей предусмотрительностью»! – с этими словами Бэр убрал ногу с лица Калисты, но бежать та не смела, лишь стояла и дрожала.       -Кто ты, Хаос тебя забери, такой? – Калиста была напугана. Гость, всего лишь важный гость, таких были сотни, и они никогда не отличались силой или умом, всегда занимаясь лишь собственным восхвалением и неумелым плетением интриг. Этому же существу были чужды паутины слов, он предпочитал более легкий вариант передачи сообщений. Печатный текст… кровью.       -Второй сын бога жизни, Бэр, не слишком рад знакомству. В такие тонкости относительно моего бытия вас не просветили, верно? – Бэр скалился пока собеседница смотрела на него с ужасом и одновременно радостью во взгляде, а у феромонов и вовсе был крайне забористый коктейль из всего и всея.       -Вы… правда Его сын?       -А вы правда оборотень? – вопросом на вопрос ответил Бэр. Калиста ссутулилась. Из её уст сначала раздался робкий, а затем истеричный и надрывный смех.       -Нет! Я не оборотень! Никто уже не оборотень! За чертовы годы и века межрасовых скрещиваний мы деградировали! Наши предки, они были могущественными, великими, но прошло лишь несколько поколений и вот, вот вся та гниль и ничтожность, всё это вылезло наружу! Мы умираем! Хиреет не только тело, но и разум, а вслед за ними за грань бытия летит и магия! А мы, с упорством травоядных, не видим это! Сейчас это не заметно, но ещё семь поколения и мы, перемешавшись с пони, станем всего-то ещё одним подвидом! Старикам плевать, их заботит лишь личная сила, а мозги молодняка – сгнившее дерево! Изначально я была рождена солдатом! Солдатом! Лишь моя личная сила, добытая кровью и потом, моими, возвысила меня настолько что я стала принцессой! И смогла выдать себя за королеву! Все остальные же, они довольны и не видят, они не видят, что планка совершенства падает, столь же медленно сколь неотвратимо! – После этого она застыла, ожидая удара или смерти, но когтистая рука лишь потрепала ядовито-зелёную гриву.       -Боги слышат каждого их последователя и каждое их творение, но лишь достойнейшие будут услышаны. А твоя цель, цель быть альфа хищником, цель возвышаться и расти не над абсолютным большинством, а над собой, она великолепна, заложенная в вашу суть неземным, бессменным и бессмертным умыслом. Могу сказать тебе лишь одно. Я полностью поощряю такой настрой, и готов помочь, но, попрошу в ответ услышать и откровение свыше. Ярче всего свеча горит в тёмной и закрытой комнате. А теперь продолжим экскурсию, в конце концов мы ещё не всё видели – Бэр двинулся вперёд, а за ним пошла Калиста. Широкий шаг и оскал жвал, а также легкое дуновение ветра, означающее что они прошли территорию, отсеченную Бэром от наблюдения. Ему нравилось в этом месте, и муравей был не против остаться тут на подольше.