История о большой любви

Но годы шли, Вилоре и Альберту уже было 13 лет. У Альберта в скором времени намечался день рождения. Семья Бломфилд решила встретить это знаменательное событие вместе со своими соседями. Однако девочка была категорически против: идти на праздник к своему ненавистнику казалось ей полнейшим безумием. Но родители настояли на обратном, и Вилоре все же пришлось согласиться на это. Она надела своё самое лучшее платье и черные лаковые туфли на невысоком каблучке. В таком наряде она была просто неотразима. И все замечали, что с каждым годом Вилора становилась всё краше и краше, что всячески отрицала она сама. Она была непростой штучкой. В её личном гардеробе не было ни одной милой девчачьей вещички, да и платье это, которое совсем ей не принадлежит, заставили напялить. Не в её это стиле. Она больше предпочитала свободный спортивный стиль, что-то неброское, даже немного маскировочное. Но сейчас она чувствовала себя как белая ворона, которая пытается стать черной. Нелепость. Платье было очень колючее и неудобное, сковывающе обтягивало тело, к чему Вилора совсем не привыкла. Но всё-таки насколько бы она была не довольна, пойти всё же пришлось. Войдя в дом Бломфилд, девочка внезапно почувствовала мощную энергетическую волну пронзившую её насквозь. Она почувствовала себя как в своем родном доме с родными родителями. Атмосфера, царившая здесь, была настолько уютной, что даже запах свежеиспечённого черничного пирога напоминал ей родных. Мало того что она была сердита из-за того, что её заставили идти, так ещё и по родителям соскучилась! Её настроение было испорчено. Наконец вышел и виновник торжества — Альберт Бломфилд. Он выглядел шикарно: чёрный пиджак поверх безупречно белой сорочки, черные брюки, такого же цвета аккуратно прилегающая к шее бабочка и до блеска начищенные лаковые туфли. Вилоре почему-то показалось, что он был недоволен своим образом, что-то ему точно мешало. и это было написано у него на лице, но парень пытался это как можно лучше скрыть. Все взоры сразу же устремились к Альберту. Родители девочки слегка подтолкнули дочь вперед, чтобы та вручила имениннику подарок. Вилора резко всунула Альберту под нос подарок и язвительно выплюнула: «С днём рождения!». Альберт как ни в чем не бывало взял подарок, искренне поблагодарил Вилору, а затем пригласил гостей за стол, где все принялись за угощения, старательно приготовленные леди Бломфилд. Вилора положила себе кусочек пирога, но даже не притронувшись к горячей, ароматно пахнущей выпечке, попросилась выйти из-за стола. Она медленно проследовала к балкону, располагающемуся на втором этаже особняка семьи Бломфилд, вышла на свежий воздух, и, долго вглядываясь вдаль, на освещенный ярким закатом горизонт, долго думала о себе, о родителях, о своей новой семье. Как они там? Им, наверное, там легко... Через мгновение на балкон тихо вошёл Альберт, девочка его не сразу и заметила. Он стал недалеко от Вилоры и начал внимательно вглядываться в вечернее ясное небо, на котором уже появились первые звездочки. — Спасибо за то, что пришла, — нарушил тишину Альберт. — Я не думал, что ты придёшь… — А я бы и не пришла! Меня заставили! — немного смутившись, резко обернулась Вилора. — Мне было бы очень скучно без тебя, — с досадой в голосе промолвил он, не обращая внимания на её недовольство. — Отчего же? — У меня нет друзей... И я... Я хотел бы стать твоим другом, — он говорил медленно, обрабатывая внутри каждую фразу. — А, теперь я поняла, почему здесь только твоя семья и мы. — Ну, вот... Будь моим другом! — Альберт становился уверенней. — Нет! — и в этот момент она отвернулась от него. — Ты можешь легко найти себе друзей, тем более, почему ты не общаешься со своими друзьями из детдома? — сказав это, Вилора испугалась, что он поймёт, кто она такая. — Как ты узнала, что я оттуда? Никто ведь не знает! — Я знаю о тебе намного больше, чем все. — Откуда? Или... Ты сама оттуда? Но тогда почему я тебя не помню!? — Вспоминай! — собираясь уходить, с облегчением сказала Вилора. Она была рада, что он её не помнит, да и как тут вспомнишь! Они-то и виделись всего один раз, когда девочка к нему сама подошла. Хотя было обидно. Обидно из-за тех воспоминаний. Альберт задумался. Весь оставшийся вечер он думал об этой загадочной девочке, но никак не мог вспомнить. "Была ли она в том детском доме, а может её там и не было вовсе? Я помню всех девочек, с которыми общался, но ни одна из них не была похожа на Вилору. Ни одна не была столь загадочна как она, хотя... Нет, этого не может быть!" Немного походив по комнате, поразмыслив ещё над вопросами, одолевавшими его весь вечер, он заснул. Утро было чудесным. Несмотря на то, что была середина зимы, ясная и солнечная погода не давала никому унывать. Улицы были просто переполнены детьми разных возрастов. Кто с санками, кто на лыжах, а кто и на коньках. Все нашли себе занятие по душе. Но только один человек не мог найти себе места. Альберт, любитель поваляться в кровати до обеда, проснулся в то чудесное зимнее утро раньше всех, и, чтобы не разбудить родителей, снова, не останавливаясь наматывал круги по своей комнате, думая о вчерашнем разговоре с Вилорой. А девочка в это время лежала в постели. После вчерашнего вечера у неё резко поднялась температура. Тогда на балконе она простудилась и не могла выйти порезвиться на улице с остальными ребятами. Всё, что она могла делать, это смотреть в окно, любуясь зимними пейзажами. Белоснежно белое небо сливалось с укрытыми снегом домами и деревьями. Так же как и Альберт, она не могла забыть вчерашний разговор. Она считала очень грубым и вольнодумным своё поведение, но с другой стороны ей было обидно и горько от воспоминаний связанных с детским домом, хотя она очень ценила то время и была очень благодарна Альберту, ведь он из того скованного маленького создания сделал настоящего Шерлока, сильного и смелого. Времена изменились, Вилора и Альберт поменялись местами. Из секретного агента, жившего в детском доме, Вилора превратилась в популярную, весёлую, озорную девчонку, а Альберт из жизнерадостного и примерного мальчика, превратился в одинокого изгоя класса, стал более замкнутым и неразговорчивым. всё-таки нельзя сказать, что появление новой семьи в его жизни хорошо повлияло на него. Вилора была почти счастлива, а ещё счастливее она была бы со своими настоящими родителями. Но их невозможно было вернуть, и она это понимала. А еще она знала простую истину: несмотря ни на что и не оборачиваясь назад, надо было жить дальше.