Сквозь время...

Warrior (BMK-Yanoe) Над лесом сгущались тучи. Послышался оглушительный гром. Начался ливень. По пустоши мчались лошади, везя на себе гонцов. Под покровом ночи, в тёмных одеяниях, они пробирались через эту мглу. Свист стрелы, и одного так и не коснётся луч утренней зари. Второй всадник не смел обернуться, он мчался изо всех сил, попутно доставая меч. Его лошадь подстрелили, и та упала в грязь, скидываю всадника. Гонец быстро поднялся на ноги, он насторожился, всматриваясь в темноту. Послышались шаги и из-за спины выскочил наёмник. Отразив атаку, гонец встал в стойку, но стрела задела его правое плечо. Схватившись за рану, что окрасила одежду в бордовый цвет. Из мглы, навстречу, вышел мужчина в чёрных одеяниях, прикрытый маской. В руках были мечи, что жаждали пролития чужой крови. Гонец из последних сил встал в стойку, готовясь отразить удар. Сзади накинулись ещё наёмники, повалив мужчину на землю, что стала его могилой. Одним резким движением перерезать тому глотку, наёмники скрылись в чаще леса, забрав письмо, что те оберегали ценой собственной жизни.

***

Утро, а в столице никто так и не заснул. Слуги дворца искали служанку, что положила мышьяк в комнату Королевы. Но той и след простыл. Народ начал пускать слухи, что видели, как та направлялась, во мраке ночи, в лес. Стражники немедленно прочесали ближайшую чащу. Вернувшись «с пустыми руками», те начали обыскивать каждый дом. Ближе к вечеру, её нашли, неподалёку от дома Кисен. Не дожидаясь следующего дня, её начали пытать, заставляя сказать кто подослал её, но вновь и вновь получали идентичный ответ. На суд явился сам Король. Глаза девушки вмиг расширились. Не без того испуганный и изнемогающий вид, стал более уставшим и загнанным в угол мышью. — Кто приказал тебе это сделать? Если ты ответишь мне честно, то возможно я и помилую тебя. В крайнем случае позволю умереть быстро. — Король подошёл почти вплотную. Он говорил безо всяких эмоций. — Я же говорю — это Ким Намджун! Помилуйте, Ваше Величество! — Из глаз лились слёзы. — Этот человек давно покоится в земле. — Он отвернулся от девушки, направляясь в своё кресло. — Но я говорю правду, Ваше Величество! — Она хотела приблизиться к Королю, но её вновь усадили на стул, что предназначался для пыток. — Как мёртвый может восстать? — Я не знаю, Ваше Величество… — У тебя выдался шанс. Продемонстрируй это восстание из мёртвых! — он подошёл к девушке, доставая меч из ножен, подставляя холодное оружие к её горлу. — Я не вижу этой уверенности в твоих глазах, что была минуту ранее, когда ты рассказывала о мёртвом, что видите ли восстал из гиены огненной! — Но я говорю правду! — Тогда где он?! — на мгновение Чонгук готов был ей поверить, всего лишь на одно ничтожное мгновение. — Говори! — Я не знаю… Мне завязывали глаза, когда я шла туда… Но это находится в некой пещере. Я помню темноту и его голос, что разносился эхом… — И ты хочешь, чтобы я, Король Корё поверил твоему детскому лепету?! — он сильнее нажал на меч, так чтобы полилась тоненькая струйка крови. — Ваше Величество. — этот нежный голос, что он узнает из тысячи. Чонгук обернулся и увидел свою любимую, что слегка облокачивалась на служанок, но всё также мило улыбалась мужу. Чон оставил все дела и подбежал к ней, но бросил злой взгляд на прислугу, что было велено никуда её не пускать. Но ему было не до этого. — Можете ли Вы поверит ей? По её глазам видно, что она говорит правду, так почему же не проверить? Хуже от этого не будет, тем более я с вами. Всё уже позади. — она улыбнулась и обняла Чона. — Хорошо моя Королева. — тот оставил лёгкий поцелуй на её лобике и повернулся к служанке, что ждала своего приговора. — Освободить девушку! — стражники встали в ступор, непонимая настроения своего Короля, но через минуту покорно выполнили его приказ.

***

Только солнце озарило крыши домов, служанка направилась в лес. Стражники медленно и незаметно тянулись за ней, а Король решил лично убедиться в правдивости её слов. В его голову забралась предательская мысль, что Намджун жив и ждёт дня расплаты. Это звучало десятки, сотни раз и мерещилось настоящим. Что-то допускало такую мысль. Просто неведение и страх уже появившийся семьи? Он не знал. Они уже достаточно глубоко зашли в чащу леса, как со всех сторон на королевскую стражу напали наёмники. — Защищать Короля! — крикнул Чимин, что готов расстаться с собственной жизнью, лишь его Король, нет, лучший друг остался в живых. Ему нечего терять, а у Чона есть что защищать. Но когда тот обернулся увидел, что Чонгук сражается наравне со своими стражниками, не щадя любого, кто только посмел подумать о убийстве, его людей. В глазах горел огонь, а в душе был страх. Меч казался пушинкой в его руках, а любое движение, было отточено до мельчайших деталей. Никто в империи Корё не владел мечом лучше, чем сам Король. Чимин не раз удостоверялся в этом лично. Они встали спина к спине, отражая атаки наёмников. Количество стражников было меньше в несколько раз. Был виден неподдельный страх в глазах каждого, но долг за свою страну был превыше всего. Каждый дрался за троих. А лицезрея гибель товарищей не останавливались, а лишь сильнее наступали, чтобы смерть его не была напрасна… Чонгук посмотрел туда, где должна была находится служанка. Ни служанки ни её тела там не было. Даже во время драки Чон расхохотался. Это был последний раз, последний раз, когда тот поверил кому-то на слово.

***

Дворец. Мия укладывала свою дочку. Они тихо напевала колыбельную, поглаживания ту по румяной щеке. Что-то в той девочке было особенное. Она не могла этого объяснить. В ту ночь, когда Ким пыталась вернуться в мир живых, именно, дочка могла её видеть, она слышала что маленькие дети способны на такое, но та чувствовала. Мия улыбнулась, поцеловала дочь и вышла в сад, приказав сторожить девочку. Холодный ветер никогда не был тёплым. Когда бы она не вышла, этот поток воздуха оставлял мурашки на коже. Она тревожилась, Чонгука слишком долго не было. Мия прикрыла глаза, вслушиваясь в песни деревьев. Раздался детский плач… Мия бежала со всех ног. Нет, что-то было не так… Какой-то страх прокрался в её покои… Уже добежав до дверей, что отделяли от чада, её накрыла волна ужаса… Служанки, что были приставлены к её комнате лежали мёртвыми, на дверях ещё не высохла их кровь, а плачь ребёнка не утихал… Дрожащими руками, она медленно открыла двери в свои покои… На кровати сидел мужчина, что поглаживал девочку по голове, невзирая на её плач. Лицо было прикрыто тканью… Мия перешагнула тела и медленно продвигалась в глубь покоев. Страх за жизнь дочки превышал все трезвые мысли… — Ну вот мы и встретились… Ким Мия…