Беспонтовые пирожки из параллельного мира

Владыка ослабила свою хватку и Тявка успешно приземлилась на ноги. Однако, не удержавшись на них из-за сильного головокружения, она все же шмякнулась на траву. - Снимайте шлем, кто-нибудь, быстро! - скомандовал Павел. - Мы долго ее не удержим. Услышав сигнал, Босс выбежал из-за дома и побежал к Владыке. Приблизившись к ней прыжком, он вдарил кулаком по голове и попытался снять злосчастный шлем, однако Владыка не собиралась позволять им вот так вот совладать с собой. Создав под своим телом эпицентр ударной волны, она подлетела ровно вверх и успешно приземлилась на ноги, в то время, как всех остальных раскидало по сторонам. - Слабые самоуверенные дурачки должны умереть! - воскликнула Владыка и взмыла в воздух. Едва уловимые человеческим глазом лучи потянулись к ее рукам, казалось, что она собирает энергию со звезд, чтобы нанести решающий удар. Павел понял это достаточно быстро и поспешил обратить всех в котов, чтобы эвакуироваться из этого дурдома как можно скорее. Кошаки разбежались в разные стороны и встретились по дороге к остановке, по-прежнему не смея тормозить. Вполне ожидаемо, раненная Тявка на полпути начала задыхаться, а вскоре и вовсе упала совершенно без сил. Ранение приносило ей еще больше мучений, если она была котом. Павел быстро это смекнул и обернувшись обратно в человека, перевоплотил в него же Тявку, после чего, взяв ее на руки, со всех ног побежал, догоняя остальных. С автобусом на этот раз повезло, он едва приехал, а стоянка длилась 15 минут, поэтому все успели. - Дави на газ, придурь, рванет сейчас, - Босс, все еще оставаясь котом прыгнул на плечо водителю, отчего тот, весьма испугавшись, резко надавил на газ. Такого поворота Босс не ожидал, он слетел с его плеча, но, к счастью приземлился на колени Насте, которая уже была человеком. - Вот и ты меня спасла, - улыбнулся Босс, вспомнив, как сильно Настя этого хотела, после чего сел рядом на сиденье и подал Паше знак, чтобы тот и его вернул в свое тело. - Паш, а что чувствует человек, когда умирает, - почти не размыкая губ, прошептала Тявка, расположившаяся на диване в задней части автобуса, головой на его коленях. - Наверное, тяжесть дыхания, боль, слабость, потемнение в глазах, - ответил Паша, не задумавшись, к чему это спрашивалось. - Значит... - начала строить догадки Тявка. - Я тоже сейчас умру? Я потеряла так много крови, это даже для меня слишком. Последние слова пронзили слух Павла, словно лезвие клинка, он взглянул на ослабшего ребенка глазами наполненными болью и в то же время какой-то надеждой: - Ты чего, эй, не вздумай умирать, тебе еще даже шестнадцати нет, ты не должна... - Никто не должен, - Тявка начала потихоньку, даже незаметно для самой себя прикрывать веки. - Мы не выбираем, когда нам умирать, это происходит так внезапно и спонтнанно. - Но я не хочу, чтобы ты умерла прямо у меня на руках, - Павел попытался легонько растолкать Тявку, опасаясь сделать ей еще больнее, но надеясь не дать ей закрыть глаза. - А я хочу, - Тявка неловко замолчала, поняв, что эта фраза отражает совершенно не то, что она имела ввиду, - Извини, просто спокойнее всего умереть на руках того, кто тебе дорог, проведя последние минуты именно с ним. -Какие... какие последние минуты?! - Павел говорил это с таким надрывом в голосе, что было ощущение, что сейчас его захлестнут эмоции. - Паша, я тебя очень-очень люблю, спасибо тебе за твою поддержку, мотивацию и самые лучшие видосы со стримами, я буду молиться, чтобы мы снова увиделись, как можно позже. Она хотела сказать что-то еще, однако ее взгляд резко стал таким кукольным и безжизненным, а сердце больше не билось. Павел прикрыл ей глаза. Больше никто не смел проронить ни слова. П.с. Я грохнула себя, потому что мне стремно писать про себя, потому что ну это реально издевательство над чсв какое-то, ну и пусть нотка драмы будет, не помешает, я думаю.