Льдинки на твоих волосах

За окном идёт снегопад. Он не буйный, без метели или обмораживающего до костей ветра, а равномерный и спокойный. На улицу сейчас выходить опасно, ведь люди в Японии привыкли не к суровому холоду, а к температуре, которая даже редко ниже нуля опускалась. Однако, Гию это не волновало. Его вообще ничего сейчас не волнует. Он вспоминает тот день. День, когда погиб тот человек, чья половина хаори теперь на нём, на Томиоке. Сабито. Этот мальчик всегда был мужественен и настойчив, всегда шёл до конца и готов был пожертвовать собой, лишь бы спасти человека. Его улыбка сражала всех, кто видел её, даже и самого черновласого. Особенно Томиока любил, когда Сабито улыбался только ему и улыбался долго. Так долго, что можно было потянуть его за края щёк и назвать "Персиковой булочкой", на что носитель прозвища улыбался шире. А тогда...Этот гадский демон... Почему именно Сабито? Почему он? Почему тот, кого Гию так любил, погиб в схватке с тем, для кого чужая жизнь — пылинка? Почему небеса позволяют негодяям и злодеям жить припеваючи, а добрые и смелые люди должны быть им рабами или погибнуть от их рук? Разве это справедливо? Вдруг, юноша вспомнил, что Сабито всегда мечтал увидеть снег и слепить снеговика, а затем и сделать "Снежного Ангела" вместе с Томиокой. Тогда им было всего 11, и они просто мечтали о холодной зиме. Однако, сейчас эта зима пробирается в сердце голубоглазого, заставляя сердце замерзать, превращая самого Гию в бесчувственную ледышку, чьи эмоции угасли, а внутри не было ничего, кроме жалящей пустоты и...чувства вины. Надев всё самое тёплое, что у него есть, парень отправился к нетронутому и белому участку снега, над которым возвышалась глициния — защитница от демонов, да и просто прекрасный цветок. Холодно. Руки начинают замерзать, а вместе с ними всё больше леденеет сердце. С каждой секундой лёд становится всё толще, с каждой секундой все чувства исчезают всё быстрей. Добравшись до дерева, Томиока облокотился на ствол и рвано выдохнул. На глазах появились еле заметные слёзы, а руки невольно припали к грудной клетки на уровне, где находится сердце. — Сабито...Вернись... Стоя под обледеневшей глицинией, он почувствовал, как чьи-то до боли знакомые, нежные, большие руки крепко обнимают его. Маленькие снежинки, что осели в чёрных волосах, начинают таять, образуя небольшие льдинки на кончиках тёмных прядей. Что-то настолько родное, близкое и нежное, что даже невозможно передать словами. В нос ударил аромат ванили, а над ухом послышался мягкий голос, которого Гию так не хватало в это время. — Я всегда буду с тобой, держись. Ты нужен им. Ты нужен мне. Не позволь прошлому превратить твоё горячее сердце в кусок льда. С этими словами руки призрака накрыли руки Томиоки, согревая их и потихоньку растапливая лёд. Голубоглазый не выдержал — он обернулся посмотреть на Сабито. Парня, которого он так любил, парня, по которому он безумно скучал, парня, за возвращение которого он отдал бы всё на свете. Улыбка юноши с персиковыми волосами вновь досталась лишь Гию, парень протянул руки к умершему другу и упал в объятия призрака, что явился к нему этим утром и спасает его. В который раз. Сабито крепко прижимает Гию к себе, а тот плачет, умоляя вернуться. Вжимается в хаори розоволосого и сжимает его в руках. Аккуратно положив руку на голову другу, фиолетовоглазый начинает гладить его, успокаивая и шепча на ушко ласковые слова. В конце концов, парень приподнимает второго за подбородок и невесомо целует прямо в губы. Недолго. Но так искренне. — Проживи хорошую жизнь за нас обоих, а я встречу тебя на небесах, и мы с тобой..Всегда будем вместе, Томиока Гию. Промолвив последние слова юноша растворился в тишине между деревьями глицинии. Только аромат ванили всё ещё витал в воздухе, а голубоглазый твёрдо решил, что проживёт эту жизнь счастливо ради Сабито и себя. Ради того, чтобы они встретились на небесах. Ради того, чтобы они были счастливы. В тот день столпы могли наблюдать во дворе большого снеговика, усыпанного невесть откуда взявшимися цветочками персика. Гию будет счастлив ради него.