Клаустрофобия
14 мая 2020 г., 11:29
— Дарий, ты молодец, уверен, если ты приложишь ещё усилий, то и результат не заставит себя ждать. — Юноша кивнул, он был благодарен отцу, учитывая его положение, и то, как много от него зависит столь низкая отметка за проектную работу, была для него позором.
Но по какой-то неведомой причине отец и владелец крупной корпорации не злился, может звёзды встали в правильную последовательность, потому как сегодня его похвалили и ободрили. Прижимая макет к груди, Дарий не заметил, как напоролся на кого-то. Макет выпал и рассыпался на фрагменты
— Помочь? — Густой, тягучий голос, был, словно парное молоко в холодные вечер — жжёт, но оставляет приятное тепло.
— Нет, нет, я сам. — На основании макета было брошено несколько деталей. — Простите, что наткнулся на вас.
— Сам, так сам, впредь будь осторожней. — Дарий выдохнул, украдкой наблюдая, как мужчина уходит.
Его всегда пугали чувства, которые он всегда испытывает рядом с этим альфой. Одного взгляда хватает, чтоб связки начинало безжалостно натягивать, а нервы болезненно дрожать. Дыхание прерывалось, и приходилось его задерживать, от чего всё чаще кружилась голова. Сердце от нехватки кислорода, грохотало словно сумасшедшее, разгоняя кровь и заставляя в висках пульсировать мелкие сосуды. Дарий давно определился со своими чувствами, он его боится, а потому при малейшей возможности пытается сбежать и даже близко к этому альфе не подходить.
А вот Сириус Лэйк, никогда не обращал внимания на гормоно-незрелого мальчишку. Нет, кто это он знал, Дарий частенько приходил к отцу — По официальной причине, на самом деле, Дарий, вот уже несколько лет помолвлен с сыном партнёра господина Остерен и родители желая, поскорее повязать сыновей, находили предлог за предлогом, дабы эти двое проводили как можно больше времени. Суть плана была проста и до безобразия цинична. Метью, собственно сын партнёра, был не в восторге от перспективы жениться в принципе и на Дарие, в частности. Молодой альфа, у которого несколько лет как был первый гон, и который познал все прелести нового статуса, ну никак не горел желанием быть повязанным с одним омегой, когда рядом, столько перспектив. Да, вязка накладывает ограничения, не только на омегу которые, становясь повязанными с другими партнёрами становятся полностью фригидным и бесплодным. Жертвами вязки становятся и альфы, которые могут заниматься сексом с другими партнёрами, когда их собственный партнёр в положении и выкармливает ребёнка, причём втрое возможно, только если твоя омега женщина, у мужчин молока нет, так что время, когда альфа может почувствовать свободу — слишком краток.
Потому план прост. Если под действием феромонов Метью, у Дария начнётся течка, то сдержаться он не сможет. Сила первой течки такова, что альфы всегда теряют голову и вязка происходит в восьмидесяти процентах случаев, а с ней и беременность партнёра. Но пока компаньонам не везёт, как долго бы женихи не проводили время вместе в закрытом помещении, течка у Дария всё не начиналась.
Сегодняшний день для Сириуса Лейка был очень неудачный, контракт над которым он так тяжело работал последние несколько месяцев, был сорван. Фирма конкурентов прознала о предложении и в ущерб собственным интересам, предложила более выгодные условия. Да, так порой делали, заманивали выгодным контрактом, а потом обкладывали его со всех сторон дополнительными предложениями, что практически высасывали из клиентов деньги. Сириус такого не любил, он был педантичен по натуре и патологически честен. И хоть он потерял прибыли и в перспективе премию, одно он знал точно, во второй раз он подобного не допустит.
В своём кабинете он мог несколько минут расслабиться, но кто-то был иного мнения. Краткий стук и коллега по работе плавно втекает так и не получив на это разрешения.
— Чего тебе? — Он угрюмо на неё смотрел, безразлично хмыкая на её попытку воздействовать на него усилителем феромонов.
— Слышала, у тебя день не задался, хотела помочь? — Сириус уже хотел её послать, но, а почему нет, раз предлагают.
— Пошли. — Он открыл перед ней дверь, прося выйти. Девушка удивлённо глянула и только неуверенно.
— Куда? Ей. — Её перехватило под локоть совсем не деликатно, но говорить с ней он не очень хотел.
Они вошли в уборную для персонала, и за ними щёлкнул замок. Девушка опасливо осмотрелась, а альфа, опираясь о раковину, расстегнул штаны и чуть приспустил бельё.
— Хочешь, помогай. — Она хлопнула глазами и как бы на такую сговорчивость не совсем рассчитывала. Но до этого её вообще слали лесом, так что это можно сказать шанс.
Шанс впоследствии оказался пшиком, едва липкое семя капнуло на пол он, повернулся к раковине, смыл следы помады и, поправив штаны, хотел уже уйти.
— И всё? — девушка была ошарашена, она только что, для него, а он. Нет, то, что в последний момент даже макияжа не стал ей портить спасибо, но она такого ранее для мужчин не делала и на такое хамское отношение просто не рассчитывала.
— Да, всё. А что ещё ты хотела? — Она словно рыбка в аквариуме открывала и закрывала рот, на что всё такое же холодное и безразличное. — Нет спасибо, продолжения не нужно, ты ужасна. В следующий раз потренируйся на ком-то другом, а потому предлагай помощь.
— Ты при… — рука была перехвачена и так и не встретилась с его лицом. Альфа не сдержался и надавил, у девушки в момент над губой появилась испарина, а зрачок расширился.
— Вон, пошла и ко мне не смей более подходить. Мне противны такие дешёвки как ты. — Она высвободила руку и, вскинув голову ушла.
Альфа открыл воду и, намочив руки, провёл влажными пальцами по волосам. Он повернул голову, и чуть сощурив взгляд строго сказал.
— Выходи. — Тишина. — Я знаю, что ты там, я тебя слышу, выходи, сказал.
Дверца кабинки скрипнула, и Дарий затравлено выскользнул. Его щёки пылали, а взгляд изучал ботинки. Альфа выругался, этого ему не хватало, за ним следил директорский сын. Такие сцены не были чем-то из ряда вот, потому уборные были на три кабинки и имели замки, но обычно Сириус по запаху определял, есть кто или нет, совершенно забывая, что у таких вот малолеток запах проявляется только с наступлением течки или в первый гон. Беты были исключением, об их принадлежности удавалось узнать уже в момент рождения. Но сейчас не об этом.
— То, что ты слышал? — Омежка вжался в дверцу, прекрасно, он его боится.
— Я не специально. Я никому не скажу. — Сириус поморщился, ну сказал бы делов, оральный секс между альфой и омегой, ничего такого, силой не заставлял, не принуждал, а то, что потом грубо повёлся, так он со всеми такой.
— Нет, я хотел извиниться. Ты не должен был за этим наблюдать, я тебя не почувствовал. — Дарий чуть расслабился и кивнул. Да ему было не очень приятно, почему-то у него в животе всё переворачивалось и эти чувства его пугали. — Как твой макет, я могу помочь, у меня как раз нет дел.
— Нет спасибо, я… — Но Альфа потрепал его по плечу и потянул в коридор.
— Пошли, я просто гляну на твои чертежи, прими это как мои извинения. — Рука опустилась и снова разлитое чувство негодования.
В конференц-зале было пусто, и потому Дарий занял его. Альфа и вправду только глянул на чертежи, указал на ошибки и дал несколько советов. Сразу после он резко вскинул голову, и на губах появилась улыбка.
— Слушай, прости, у меня появилась идея, так что ты не против я… — Дарий качнул головой, нет, он был не против. У него и самого много работы пока он исправит макет.
***
Время непозволительно быстро закончилось, отец Дария уехал ещё в обед, оставив сообщение, что его после работы заберёт Метью. Видимо самому Метью про это забыли сказать. И вот сейчас Дарий ехал вниз с шестнадцатого этажа вместе с тем самым альфой, что помог его с макетом. Он скромно жался к стенке кабины, он так его и не поблагодарил, за помощь, а мысли о том, что произошло сегодня в уборной, не давало покоя то и дело, вызывая на щеках румянец. Сириус же холодно смотрел на смущающегося мальчика. Он всегда казался ему слишком милым даже как для омеги. Средний рост, средняя комплекция, миловидный, но ужасно стеснительный и зажатый. Вот и сейчас он сжался в комочек, в уголке кабины лифта и то и дело отводит взгляд. Длинная чёлка вуалью прячет половину лица, его волосы не только густые и тёмные, но и переливаются в свете тусклой лампы кабины лифта. Кожа смуглая, как и у всех омег такого возраста, очень чистая без следов пушковых волос, из-за женского гормона омеги редко когда заботятся о бритье и излишнем потоотделении, зато у бедолаг течки. Над их головами раздался скрежет и свет замигал. От неожиданности злополучный макет, из-за которого Дарий задержался, снова упал и снова рассыпался на фрагменты. Он дрожал как осиновый лист, обхватывая руками плечи. Сириус закатил глаза — этого им не хватало — Он коснулся кнопки вызова диспетчера и в кабине раздался противный писк. Дарий обхватил ладонями голову и закричал. Сириус отпустил кнопки, всего два шага и он стоит перед перепуганным пареньком. Он едва коснулся рукой его плеча и только спросил в порядке ли он. Как свет моргнул и пропал, Дарий снова вскрикнул и безвольно повалился на пол кабины, Сириус закатил глаза, только обморока ему не хватало, но дела обстояли хуже. Дарий сидел, сгорбившись на корточках раскачиваясь из стороны, в сторону. Он безвольно, что-то бормотал. Едва Сириус присел с ним на один уровень, и отнял руки, как процедил сквозь зубы ругательство. — У тебя течка или клаустрофобия? — А симптомы один в один: глаза широко распахнуты, кайма ярко синей радужки, не толще волоса, всё пространство занимал расширенный зрачок. На коже липкий пот. Его пухлые, объёмные губы были бескровными и дёргано искривлялись. Он погладил мальчонку, по лицу и тот дёрнулся от его в угол кабины — не течка, хорошо, но, к сожалению не легче, потому как кроме страха тёмного помещения, Дарий точно боится ещё и его. У Дария снова началась истерика, от чего он совершал ряд нелогичных и хаотичных движений, а поскольку причина поломки не ясна, то эти действия крайне опасны. Сириус чуть выпустил феромонов, но отклика не было, поморщился, не то, чтобы ему хотелось соблазнять сына директора, но так он бы немного успокоился. Сколько же ему лет? Совсем ребёнок. Но поскольку другой идеи всё равно не было, он перехватил этого ребёнка, от того, что тот всё время трепыхался, он, конечно же, оступился и они повалились на пол кабины лифта. — Нет-нет-нет, пусти. Я…я…я… — Но хрупкое телосложение и юный возраст сыграли против Дария. Колено альфы глубже было прижато к паху, он практически лежал на нем, полностью фиксируя извивающееся тело, опирая корпус на одну руку, он крепкой ладонью сдавливал обе ладошки, вдавливая их в пол. Вторая рука обхватила подбородок так, чтоб он перестал мотылять головой. Сириус тяжело вздохнул и плотно накрыл его губы своими губами. Первоначально в его действиях не было интимного подтекста, всё, что он хотел — это заставить успокоится и перестать трепыхаться, немного смещая вектор его чувств и действий. Но Дарий этого не понял, у него не было не опыта, да и его состояние к разумным действиям не склоняло, зато был альфа, которого, он боялся до мурашек и который сейчас нависает над ним с явной целью воспользоваться и надругаться. А потому хоть сил и нет, но Дарий решил сопротивляться. Его тело было зафиксировано и прижато, так что едва их губы соприкоснулись, Дарий сделал единственное, что мог в той ситуации, он его укусил. Всего капля крови, что попала ему на язык и собственная кровь забурлила. В ушах зашумело, в висках грохотало с такой силой, что было слышно на расстоянии. Но при всём этом в груди у Дария в момент стало так спокойно. Это спокойствие придало парню сил, и он смог вырвать руки, но вместо того, чтоб оттолкнуть альфу, он оказался на спине. Его грудь тяжело вздымалась, а мир в момент стал таким объёмным, он сам вцепился альфе в губы, но если первый раз его язык слегка помогал, то сейчас Дария встретил «плотный замок». — Дарий нет. Я чувствую едва проявляющийся запах, тебе нужно, успокоиться, иначе начнётся течка. — Голова пылала, течка и что? Разве это не хорошо, разве это не часть его природы? — Дарий, я не твой альфа. Если начнётся течка, я себя сдержать не смогу, как и быть с тобой аккуратным и нежным и это плохо кончится, для тебя в первую очередь. — Не могу, мне плохо, страшно, когда вокруг темно, мне так страшно. — Кажется, сознание вернулось, он снова забился в угол и его тело затрясло. Сириус ударился головой о пол кабины, за что это ему. Несколько раз вдохнул и выдохнул, запах совсем слабый, гормонов недостаточно, значит, есть вероятность, что если их быстро найдут, то ничего не произойдет. Несколько глубоких вдохов и реакции на его феромон, он не почувствовал, значит головы не потеряет. Он поудобней сел, подгибая одну ногу в колене, воздавая стопой между ними условное препятствие. — Дарий иди ко мне. — Мальчонка дрожал, а потому стараясь говорить тише и спокойней, ещё раз позвал. — Дарий, подойди ко мне, всё будет хорошо, я рядом. Словно загнанный зверёк, трусливо подгибая лапки, он всё-таки подполз и остановился на полпути, его притянули ближе, усаживая на вытянутую ногу. Он поглаживал его шею, глядя в перепуганное лицо. — Ты меня боишься? — Дарий сжался, его всё ещё потряхивало, и он утвердительно качнул головой. — Это потому, что я тебе не подхожу, мой феромон тебя отпугивает, потому возникает чувство напряжённости, ты испытываешь страх и желание держаться от меня подальше. Понимаешь? — Но вы сейчас близко и… — Дарий пытался сказать, что Сириус сейчас рядом и что наоборот его близость как раз и успокаивает, но не смог подобрать слов. Его тело словно потянули за невидимые нити и он, преодолев это пространство, был так близко, рывок, но широкая ладонь, придерживая затылок, стала барьером. — Я не претендую на твоё тело. — Он взял его руку и провёл по своему паху, кровь хлынула Дарию в лицо. — Чувствуешь? Я, спокоен? Я сейчас тебя поцелую — это поможет тебе успокоиться, и перестать бояться темноты. — Как? Как это мне поможет? — Дария всё ещё трясло, Сириус убрал руку, но почему-то ладонь Дария так и осталась на ширинке офисного работника компании. — Ты боишься темноты, твоё тело сковывает холод, страх разливается по венам, и ты начинаешь паниковать. — Он притянул его ближе. А руки скользили по телу, отдавая лёгким теплом. — Сейчас ты закроешь глаза и сконцентрируешься на том, что буду делать я. Помни, ты тут не один, тебе нечего бояться, если холодно просто прижмись теснее постарайся расслабиться и успокоиться. — Дарий послушно закрыл глаза, и кровь снова взбурлила. Касания к губам были очень нежные и осторожные, даже невесомые, приятное тепло ласковыми волнами распространялось по телу. Само тело становилось невесомым, мягким, а кости, словно кто-то вынул и сложил на кучку рядом. Едва альфа отстранился, как Дарий качнулся в его сторону. — Ещё. — Хмык, над самыми губами и безжалостное. — Не стоит. — Сириус чувствовал нарастающий запах, кажется, план директора не так и не выполним, его сущность начинает просыпаться. Они отстраняет лицо паренька и тихонько сглатывает собравшуюся слюну. Что это с ним? Почему одного взгляда на эти пухлые губы достаточно, что б перед глазами появилась неприличное панно, о том, как мягко эти пухлые губки должны обхватывать и ласкать… Сириус тряхнул головой, опуская взгляд ниже. На шее отчаянно билась крохотная жилка, от кожи над которой словно пар над чаем, тянутся тонкие струйки феромонов. Он склоняется, упираясь носом в кожу, как приятно, его запах расслабляет и дурманит. Грудная клетка Дария дрогнула, и крохотные горошинки, едва проявились, всего прикосновение и его тело выгнется, станет послушным и покладистым. Сириус отстранился от его кожи, кажется, этот малыш будет куда более лакомым, чем ему всегда казалось. Хм, интересно, а насколько он чувствителен. — Мне снова страшно, ещё разок, пожалуйста. — Хрустальный вибрации, да его соблазняют. Помня насколько омеги опасны в их первый раз, альфа решил, уповать на собственный опыт. Ему-то уже почти тридцать, сколько вот таких вот милашек перебывало с ним в постели и все они его не цепляли, ко всем им он был и оставался равнодушным, так, что позволяя наглому язычку незаконно проникнуть ему в рот, он не боялся. — Не так. — Он за плечи его отстранил от себя. Хочешь делать это с языком, делай это медленней, сначала потрись о самый кончик и медленно проникая глубже, чуть потрись, а потом, плотно сплетаясь, чуть-чуть посасывай. И снова это неприличное панно, именно потому дыхание такое рваное, а по телу прокатываются волны возбуждения. Ещё и Дарий, то и дело трётся о его ширинку, нет, так дело не пойдёт. — Всё хватит. — Он снова отстраняется, вглядываясь ему в лицо, на щеках румянец, в глазах блеск, на висках испарина, это точно не клаустрофобия, гормоны пробуждают начало течки, нужно его немного успокоить, а то от секса и неудобной вязки их может не спасти даже несоответствие места и ситуации. — Дарий? Да? — Тот лихорадочно кивнул, так разговаривать не с кем, ситуация выходит из-под контроля. Сбрасывая его на пол кабины, он старался говорить с ним мягко и сдерживать себя. — Дарий, тебе нужно расслабиться и успокоиться. — Так, тренинги и уговоры бесполезны, так что ситуация заставила прибегнуть к этому способу. — Встань на колени и обопрись о кабину лифта. Дарий, я помогу тебе успокоиться, расслабься и верь мне. Идиот, зная, что хочет делать, понятия не имел, как он должен ему после такого доверять и не взбрыкнуть. Омежка послушно встал, как его просили, его груди рвано двигалась, когда руки скользили по обнажённой коже груди. Закусывая губы, прогибался в пояснице, когда расстёгивалась пряжка и приспускались штаны. От обильного запаха и разлитой смазки, что едва не хлюпала в ответ на его манипуляции, у Сириуса кружила голова. Дарий кричал, стонал и рычал, а ответ на малейшее движение его пальцев, он подавался всё сильнее стараясь сделать прикосновения более глубокими. Сириус едва успевал сглатывать слюну, всё плохо, он то рассчитывал, что для первого раза хватит и малейшей стимуляции, а тут счёт пошёл на минуты, а реакция всё более выраженная. Зато ему понятно, почему план директора не работал, у его сына не было ранее секса, оно и не странно, ему всего шестнадцать, но если бы он со своим женихом хоть раз переспал, то течка началась бы гораздо раньше. Чуть сильнее сдавливая тело, руки едва ли не полностью окутаны его секретом. Наконец тело Дария сотрясло мелкой дрожью, а пальцы сдавило. Сириус и сам застонал, от одной мысли, что он внутри, подавлял в себе желание испытать это не только пальцами. Дарий уперся лбом, а его руки безвольно упали. Поправив на нем штаны, он притянул его ближе к груди, вдыхая изменившийся запах его волос. Насладиться, сорваться, сделать глупость, он не успел, потому как, свет заморгал, раздался треск и кабина тронулась. Едва открылась дверь, директор влетел его наполненные кровью и яростью глаза, метали молнии, не хуже явлений природы. — Ты, что сделал с моим мальчиком? — Отпираться глупо, повсюду запах. Дария выхватила охрана, а у Сириуса оборвалось в груди. — Успокоил, у него началась течка. — Гулкий удар по челюсти, но второго он не стерпел и перехватил руку директора. — Уволен. Нет, я тебя посажу, ему всего шестнадцать. — Сириус погасил в себе пламя гнева, так как подкладывать сына под партнёрского альфу, так они помолвлены, а как с ним, так всего шестнадцать. — Я требую извинений. Пускай независимая экспертиза покажет, что было и чего не было. Если подтвердиться, что был секс или любой другой интимный контакт я готов понести наказание. Нет — вы восстановите меня в должности, нет — повысите и принесёте публичные извинения. Это было унизительно. Экспертиза совпала с показаниями Дария и Сириуса. Секса и других проявлений интимного контакта не было. Следы слюны на губах единственный признак контакта, а то, что альфа помог снять напряжение, от начинающейся течки у омеги говорило, только о силе его выдержки.***
Жизнь медленно возвращалась на свои круги, вот только избавиться, от нарастающей тяжести в груди Сириус не мог. Дарий более не приходил и мысли о том, что б уволиться и перейти в другую компанию постигали альфу всё чаще. В тот день он зашёл в приёмную как раз оставить то самое заявление об уходе, переговоры о переходе в другую компанию был на стадии компромиссов. Он больше не мог здесь находиться, не мог подниматься по ступеням на шестнадцатый этаж. Потому как, переступая двери кабины лифта, внизу живота всё напряглось, и избавиться, от этих воспоминаний, не он не мог. Не с профессионалами дома, не с аматорами на работе, в закрытой кабинке уборной — Лэйк, ты, ты. Что ты сделал с Дарием? Альфа широко раскрыл глаза, он с Дарием? Экспертиза всё подтвердила, он его не трогал, ну трогал, но не тр… — Он на своего жениха не реагирует. Как? Как ты смог его повязать? — Глупостей не говорите, я почём знаю, что у вас произошло. Я Дария с того вечера не видел. Директор и сам это знал, он лично поручил охране следить за ними обоими, он даже знал, что Лейк хочет уволиться, и очень этому факту был рад. Но проблемы это не решало в, тот же вечер он с компаньоном запер, сыновей, но за две недели между ними ничего не произошло, более того, течка моментально прекратилась. Врач его осмотрел и что происходит, не понимал, если бы не несколько экспертиз, то он бы в жизни не поверил, что сын его клиента не повязан до сих пор. Так что нужно всё выяснить и как можно скорее. В поместье всё было пропитано обилием запахов, но самый желанный Сириус вычленил сразу. Едва они вошли в комнату, ярость застелила ему глаза. — Что? Что происходит? Метью сидел в кресле и играл в игру на консоли, а вот Дарий лежал на кровати, свернувшись калачиком, он даже головы не поднял, что б посмотреть, кто пришёл. — Кажется, кто-то злится? — Злится, если бы это была битва, то парнишка был бы мёртв, Дарий вывернул шею и вот он уже стоит на коленях, его волосы растрепаны, а глаза явно красные от слёз. — Дар, говорил я тебе не хныкать, мало, кто там у него был. С чего бы охране просто так это у тебя под дверь обсуждать. Посмотри только на него, меня явно только положение спасает от трепки? — Доктор, что происходит? — Да в комнате явно более людно. — То, что я и предполагал, не знаю, как это пояснить, но они явно пара. — Подбородок Дария задрожал, а в глазах появились слёзы. Он так по нему скучал, и это холодное выражение на его лице так разочаровывало. Единственная эмоция, так это то, что Метью он явно не рад. А ведь ему так больно, охрана словно и вправду не имела другого места и обсуждала похождения альфы, стоя у него под дверью комнаты. — Но это не возможно, между ними ничего не было. — Доктор долго всматривался в лица обоих и неуверенно спросил. — Дарий, ты любишь Сириуса Лейка? — Голова того, в момент повернулась, словно он только-только заметил омежку здесь. — Дарий? — Его голос был твёрд, но мальчонка не ответил, а, только густо покраснев, опустил голову, шмыгая носом. Смотреть на его слёзы спокойно он больше не мог, а потому с наполненным болью голосом, чуть протягивая. — Дарий. Посмотри на меня. — Господин Лейк, я так понимаю, вы тоже его любите? — Это не было нонсенсом, такое порой случалось, хоть и научного пояснения такой феномен не имел, а потому официально как версия не рассматривался. — Да. Тихое, твёрдое и такое нежное. — Дарий вскинул голову и словно не расслышал, ответ переспросил. — Правда? — Суровое лицо впервые за долгие годы стало расслабленное, и на бесстрастном лице появилась улыбка. — Да. — Кратко и лаконично, взрослый альфа влюбился в мальчишку, сила их невысказанных чувств, была настолько безграничной, что повязала их, делая единым духовным целым. — Ты пойдешь со мной? — Да. — Будучи в пижаме, ослабленный от постоянных переживаний слёз и недоеданий, в хрупком теле появилась сила. Он спрыгнул с кровати, подпрыгнул и повис на своём альфе, оплетая его бедра ногами, словно обезьянка, держась за его шею и тыкаясь губами ему в щёку. Альфа одной рукой поддерживал его не давая упасть, а вторую уложил на затылок, глуша его несдержанный порыв, прижимая к шее. — Тише, я могу тебя так и не удержать. А отпускать тебя сейчас, ой, как не хочу. — Дарий затих в отличие от его отца, который только-только понял, что происходит. — Лейк, немедленно отпусти моего сына. Тогда ты выкрутился, но сейчас от тюрьмы тебя ничего не спасёт, Дарий ему… — Метью всё так же, не отрываясь от игровой консоли, спать с уже явно бывшим женихом он и так не особо хотел, так что такому развитию событий был особенно рад. — Неделю назад исполнилось семнадцать, так что по закону он вправе самостоятельно выбирать себе партнёра. Да чтоб узаконить их отношения нужно либо ваше разрешение, либо подождать двадцатилетия. — Консоль жалобно пискнула и Метью встал. — Ну, вот опять проиграл. — Господин Остерен, при всем моём уважении лично к вам, но ваш сын мне не нравится и тяги к нему я не испытываю, вы бета и понятия не имеете каково нам с Дарием. Желаете получить выгоду, от сотрудничества с моим отцом, ищите другой путь, я официально разрываю помолвку, мне уже двадцать и время повязать нас против нашей воли вы уже упустили. Так, что дальнейшее удерживание меня в вашем доме против моей воли я расцениваю как похищение, а это может иметь, определённые правовые неудобства, для вас. Метью, вышел его и вправду, не имеют права задерживать, но проблемы с Дарием и его альфой это не решало. — Я не позволю вам быть вместе, вы… — Дарий от страха сжался и сильнее вцепился в своего альфу, а потому тот надавил и зло процедил. — Только посмейте. Я у вас более не работаю, в вашей приёмной моё заявление об увольнении, компания в которую я перешёл, знают о нашем конфликте, так что надавить на них в попытках испортиться мне репутацию вы не в праве. От вас мне ничего не нужно, я забираю Дария, его вещи пришлю вам почтой, нам от вас ничего не нужно. — Он погладил его по волосам, сейчас он напуган, но ему нужно ещё чуть-чуть потерпеть. Как только они войдут домой, он сможет, наконец, его и успокоить и научить всем столь желанным фокусам, которые он столь мучительно себе представлял. Директор Остерен, рвал и метал, но остановить Лейка не смог. Как и в процессе, долгие судебные тяжбы ни к чему толком не привели, хотя нет, Дарий окончательно разорвал все связи с семьёй, оставаясь со своим альфой.***
Пять лет спустя — Папа, папа, смотри, как я могу. — Маленькая девочка с каштановыми волосами и милыми кудряшками, крутилась по фойе, натыкаясь на посетителей. Если кому и казалось, что для игр — это не самое уместное место, вслух этого говорить не осмеливались. Одного взгляда на разъярённого альфу хватало, для того чтоб желание напоминать о приличиях пропадало. — Милая прошу, сядь рядом — это не место для шалостей. — Малышка замерла и послушно села рядом, то, что усидеть на стуле ей трудно говорило, то, что она уже пятый раз повернулась на нём. — Лили, пожалуйста, ради меня, пять минут посиди спокойно. — Ты боишься за папочку. Ему плохо, у него болит животик? — Маленькая девочка коснулась руки отца и тот вздрогнул. Животик, да у его пары начали схватки, но до конца срока ещё два месяца, говорил он ему, что нужно подождать, но как трудно было себе отказать. А ведь даже когда он родит, придётся все равно еще несколько недель воздерживаться. — Да милая, кажется у папочки в животике такая же непоседа, как и ты. — Малышка снова запрыгала на стуле, сбивая Сириуса с мысли, ну не может он волноваться за Дария и следить за дочкой. — Лили, а ты придумала, как будет имя у твоего братика? — Эндрю, Алис, Эльмин. — Альфа улыбнулся, список того как они назовут братика не просто не уменьшался, а каждый день пополнялся новыми именами, так что на минуты три, она будет занята. Тем временем вышел доктор и Дарий, он излишне набрал вес, и ему было трудно ходить, потому он чуть перекачивался — Доктор, а почему? — Доктор выставил руку перед собой, развернув её ладонью в сторону альфы, ну уж нет, дистанция, а то сейчас снова от перевозбуждения, может произойти непредвиденное. — Господин Лейк, с вашим мужем всё в порядке — это тренировочные схватки, такое порой бывает на таком сроке. Мы осмотрели, провели обследования и взяли анализы. Дарию не стоит оставаться в клинике, у нас есть ваши контакты и в случай необходимости мы с вами свяжемся. — Альфа было открыл рот, но доктор перебил. — Господин Лейк, мы с вами это уже проходили и на все эти вопросы я вам уже отвечал. К тому же это у вас не первенец, возьмите себя в руки, ваше волнение передаётся и партнёру и нерожденному ребёнку. — Да, но я хотел спросить… — И этот вопрос ему уже разъясняли, не вредна ему близость, если не переусердствовать. — Сириус, Лили хочет пить, купи ей, пожалуйста, сока, а я дождусь карту и подойду к вам. — Лили и вправду захотела сока, а ещё мороженко и большую куклу, так что пока список требований не начал увеличиваться, а расходы на его выполнения опустошать банковскую карту, Сириус глянул на мужа и отправился в кафетерий с дочкой. — У вас очень заботливый муж господин Лейк. — Дарий улыбнулся, слишком уж порой он заботливый. — А так и не скажешь, он с виду такой угрюмый и холодный, даже когда общается с дочкой. — Да, не замечал. — Дарий скрыл улыбку, его муж улыбается и порой бывает слишком нежный, но только с ним и только когда никто не видит. — Прошу меня простить, но как вы сошлись? Просто вы настолько разные, даже не верится, что вы пара. — Такое было в их общества, иногда люди сходились только потому, что им хорошо, но как пара они могли и не быть связаны. Именно так и выглядела семья Лейков в глазах окружающих. — Это заслуга сломанного лифта и моей клаустрофобии. — Сестра вынесла карту, так что, пояснять, что-либо ещё он не хотел. Потирая округлый живот, Дарий мысленно просил сына не шалить, а то ещё несколько таких приступов и их альфа точно в больнице до конца срока замурует от переизбытка заботы.
