Третий класс старшей школы

      Последний год старшей школы стал долгожданным для Какёина. Жизнь на колёсах, битвы со стендюзерами, и, что немаловажно — новые болезненные шрамы на теле Нориаки, — очень измотали жизнь японского школьника, но сейчас все осталось позади, и теперь он мог вздохнуть спокойно. Однако, после того, что они пережили вместе, юноша совершенно по-новому взглянул на Джотаро: это его лучший друг, соратник и брат в одном лице. Хоть он и немногословен, пусть он предпочитал натянуть козырёк кепки до носа вместо того, чтобы показать миру своим эмоции, Какёина это абсолютно устраивало и не напрягало.       Не напрягало до тех пор, пока этот "избыток" эмоций не решил возместить Стар Платинум.       Честно, Нориаки совершенно не ожидал, что Джотаро на самом деле так падок на прикосновения.       Стенд — отображение твоей жизненной энергии, твоих чувств и — в какой-то мере, — душевных переживаний. И то, что Стар Платинум при любой удобной возможности появляется перед Какёином и стремится что-то сделать для него или как-либо прикоснуться, пока его хозяин ослабил бдительность, означает, что Джотаро подавляет в себе дружеские чувства. Нориаки искренне не понимает: почему даже после всего это Куджо всё ещё закрывается в себе? Возможно, причина заключена в том, что он привык так жить — заботясь только о себе.       Какёин хочет поговорить об этом с ДжоДжо, но не может набраться смелости, ведь разговор о чувствах, даже дружеских, не абы с кем, а с ДЖОТАРО, может вылиться в огромнейшую неловкость. Конечно, ему хотелось бы верить, что обладатель прилипчивого Стар Платинума созреет на искренний разговор, но юноша знает, что это не более, чем пустые надежды.       Всё началось с взглядов.

***

      Какёин совершенно не готовился к контрольной по физике. Кто, кто же мог предсказать, что на этой неделе поставят дополнительный урок вместо математики?! Сколько бы ни он сам, ни его одноклассники (кроме Джотаро) ни возмущались, учитель лишь разводил руками, говоря, что это их проблемы, а его задача — провести контрольную после определенного программой количества уроков.       Привычка грызть ручку отвратительна, но отказаться от этой привычки на данный момент будет настоящим взрывом мозга. Успокаивал лишь тот факт, что эту ручку с погрызенным колпачком Какёин никому не давал, и на ней стопроцентно сохранились только его слюна и отпечатки пальцев (но руки он вымыл, честно). Снова проведя языком по влажной верхушке колпачка и слегка сдавив его зубами, юноша почувствовал затылком тяжелый взгляд. Нахмурившись, он повернулся и чуть не подавился воздухом.       Беспричинно посреди урока появился Стар Платинум, гордо возвышаясь над всеми за спиной своего носителя. Это выглядело бы комично — фиолетовый гигант доставал головой до потолка класса, — если бы не тяжелый, буравящий взгляд, не позволяющий улыбнуться даже краешком губ.        — Тебе что-то нужно? — еле слышно прошептал Какёин, приподнимая правую бровь. Да, это бесполезно, да, вопрос в пустоту, так как Стар Платинум ничего не сможет ответить, кроме:        — Ора (смотрю), — Какёин поджимает губы и поворачивается назад. Рукой сдавливает шариковую ручку и пытается вернуть убежавшие мысли о четвертой клятой задаче. Вспомни формулу, хоть одну… Электричество, ток…        — Чёрт, — выдыхает ругательство юноша, резко оборачиваясь. Стар Платинум никак не сменил своего положения, всё так же наблюдая. Джотаро даже не отозвал свой стенд, сидит себе и читает мангу! В другой раз Какёин бы посетовал на то, что Куджо мог бы хотя бы заполнить условия задач, но сейчас сильно отвлекает взгляд, направленный на него, Нориаки.        — Эй, Джоджо, — позвал его Какёин, рывками оборачиваясь и следя, чтобы учитель не заметил его. Остаться после уроков и переписать контрольную, которую ты и так не знаешь, каким образом решить, удовольствие ниже среднего.       Джотаро даже не дёрнулся, лишь ленивым движением перелистнул страничку манги.        — Джотаро, — настойчивее произнёс Нориаки, заметно напрягаясь.        — Ора-ора (вообще-то я здесь), — обиженно пробубнил под нос Стар Платинум.        — Джотаро! — яростно прошипел Какёин.        — Нориаки-кун, проблемы? — спросил с ядовитой улыбкой учитель по физике. Парень быстро натянул неловкую улыбку на лицо.        — Никак нет, сенсей, — как только физик снова сел за стол проверять работы других классов, Какёин вернулся к теме настойчивого взгляда Стар Платинума и его отвратительного хозяина, который так ничего и не предпринял.        — Джотаро-о-о, — шепнул заискивающе юноша. Наконец, обладатель стенда двинулся, вздохнул и отложил мангу на край парты.        — Что? — басом спросил Джотаро, поглядывая на Нориаки одним из своих самых безэмоциональных взглядов. А, нет, раздражение так и сквозило в лазурных омутах.        — Тебя ничего не смущает? — спросил Какёин, подсчитывая, успеет ли он за десять минут до конца урока наклепать хотя бы первую задачу со своим скудным багажом знаний. Он знает, что может использовать стенд для того, чтобы списать, но он чувствовал за это смутные угрызения совести. Ну не знает, не знает он эту ебучую физику, с этим ничего не поделаешь.        — Нет, — безапелляционно ответил Куджо, возвращая в руки томик манги.        — А меня да, отзови свой стенд, пожалуйста, — улыбнулся сквозь силу Какёин.        — Он снова вылезет.        — Ты же можешь им как-то управлять, — тихо пробурчал он, всем телом чувствуя, как утекает драгоценное время.        — Он делает это без моего ведома, — пожал плечами Джотаро.        — Ещё одно замечание, Нориаки-кун, и останешься после уроков, — пригрозил учитель, спокойно перелистывая классный журнал.       Какёин захлопнул рот с глухим клацаньем и повернулся к своей работе. Четыре задачи, и везде написано дано — уже достижение. Взгляд стенда всё ещё буравил затылок, и Нориаки решил сдаться. Хочет смотреть — пусть смотрит. Двойка по физике — так двойка по физике, невелика беда, да и честно, уже как-то все равно. Вот так всегда: волнуешься-волнуешься, а потом сдуваешься, как шарик, и приходит абсолютное безразличие.       Вздохнув, Какёин отложил ручку и листок с контрольной, собираясь спокойно дождаться конца урока.       Джотаро избегал Какёина (намеренно, а не как обычно, когда он прятался под козырьком) до конца дня, а Стар Платинум исчез, как только прозвенел звонок с физики, больше в тот день не появляясь.

***

      В конце мая становится откровенно жарко. Какёин поправил душащий воротник оливкового гакурана и устало выдохнул: сенсей попросил на большой перемене «быстренько» заскочить в учительскую и помочь ему с распечатками на следующий урок. Такамаса-сенсей, учитель рисования, очень любил Нориаки, и он был бы рад помочь, но именно сегодня он не успел позавтракать и мечтал хоть о каком-нибудь обеде.        — Ещё раз прости, Нориаки-кун, вот, держи, — улыбнулся сенсей, протягивая парню стопку бумаг.        — Не стоит беспокоиться, Такамаса-сенсей, — улыбнулся Какёин и, вежливо откланявшись, вышел из учительской.       Когда его живот забурчал, настроение юноши упало ещё на пару ступенек вниз. В классе никого не было, и Какёин с удовольствием плюхнулся на свой стул, обдуваемый прохладным воздухом из открытого настежь окна. До конца обеденного перерыва ещё минут двадцать, идти в столовую нет смысла — там сейчас не протолкнуться, поэтому стоит наслаждаться тем, что есть. А это аж двадцать минут тишины и покоя, хоть и с режущим чувством голода.       Где-то на пятнадцатой странице книги про интересные традиции стран мира на его парту что-то глухо упало. Какёин нахмурился, глянув исподлобья на нежданного гостя.       Стар Платинум легко улыбался, покачиваясь в воздухе. Он показал пальцем на белый пакет средних размеров, намекая на то, чтобы Нориаки поскорее заглянул в него.        — Ора! (это тебе)       Прекрасный и долгожданный запах еды просто вытолкнул все связные мысли из головы. Рот Какёина буквально наполнился слюной, когда он увидел лепешки с мясом (ещё теплые!), и он преисполнился неимоверной благодарностью к своему, в какой-то мере, спасителю.        — Ты их стащил для меня? — с чуть ли не слезящимися глазами спросил Какёин.        — Ора! (да)        — Как ты узнал? В прочем неважно, я тебе очень благодарен, правда, — искренне улыбнулся юноша. Стар Платинум наклонил голову набок, прикрывая глаза, но сразу же вернулся в обратное положение и засиял пуще прежнего.       Однако, если Стар Платинум тут, то где же Джотаро? Какёину едва хватило сил оставить пакет с едой на парте и выглянуть в коридор.       Джотаро стоял напротив двери, облокачиваясь локтем о белый подоконник, и читал, на этот раз, журнал про морскую фауну. Неужели ДжоДжо знал, что Какёин не имел возможности поесть и с помощью Стар Платинум устроил это? Или стенд сам проявил инициативу, а Джотаро закрыл на это глаза? В любом случае, Нориаки было всё равно на причины, главное, что он сможет нормально поесть!        — Что ты тут стоишь, Джотаро? Заходи в класс, — махнул рукой Какёин, возвращаясь за парту, зная, что Джотаро не сможет проигнорировать прямое обращение к нему.       Как только сзади тяжело сели на деревянный стул, Какёин повернулся к Джотаро и откусил кусок лёпешки.        — Знаешь, твой стенд заботливее тебя будет, — пробормотал с забитым ртом Какёин; в ответ на это заявление Джотаро ниже натянул козырёк кепки на глаза и промычал что-то вроде «хмпф».        — Ора (это не так), — покачал головой Стар Платинум, растворяясь в воздухе. Какёин ухмыльнулся. Наверняка это «ора» означало абсолютное согласие с его словами.       В уютной тишине юноша наслаждался теплыми лучами солнца, прохладным ветром и второй по счету лепешкой с мясом.       Определенно, это странно: то, что Стар Платинум вообще начал появляться в школе, к тому же, в непосредственной близости с ним, Какёином. Это произошло только второй раз, но его уже начинали одолевать сомнения. Может он стал близок к Джотаро, и он таким образом, через стенд, показывает свою заботу? Какёин не уверен, так как он впервые вообще так хорошо дружит с кем бы то ни было, а спрашивать у Куджо бесполезно. Впрочем, на данный момент поводов для беспокойства нет.       Так решил Какёин, доедая последнюю лепешку с мясом.

***

      Весь июнь Стар Платинум всячески появлялся рядом с Какёином и помогал ему. Это была мелкая, но очень приятная помощь. Например, в тот день Нориаки оставили после школы и задержали до вечера, и, когда он, наконец, освободился, то понял, что забыл рюкзак. Он хотел было разворачиваться и топать обратно на третий этаж, мимо него с безучастным видом прошёл Джотаро, около которого парил Стар Платинум с рюкзаком в руках.       Какёин всю дорогу от школы до дома Джотаро (его же квартира находилась дальше) дружески подкалывал двухметрового парня. Уже тогда Нориаки задумался, что на самом деле Джотаро очень и очень заботливый, даже мысль проскочила, что его другу пора бы найти девушку, а то не пристало весь спектр своих чувств вываливать на Нориаки. Он же не обидится, если у Джотаро будет своя личная жизнь, и тот будет меньше времени уделять своему другу.       Но случилось нечто, что неосознанно взбудоражило всё нутро Какёина. Как бы он ни хотел забыть об этом моменте, он ненавязчиво лез в голову. Это настолько смущающе и неправильно, что приходилось подавлять изо всех доступных ему сил.

***

      Сейчас должна быть физкультура, и, если Какёин не хочет опоздать, то ему стоит поспешить. То и дело он врезался в других школьников, попутно извиняясь; сегодня точно не его день. Ещё и с параллели поговаривают, что сенсей, ведущий физкультуру, просто в отвратительном настроении, и, если он заставит их класс гонять пять кругов по полю, будет абсолютное фиаско. Ходить мокрым и потным ему совершенно не хотелось.       Какёин сжал в руках пакет с формой, все больше углубляясь в свои мысли.       — Простите, — грубо буркнул парень с класса помладше, нечаянно толкнув его на лестнице. Тот парень уже успел убежать наверх, а Какёин понял, что он неумолимо теряет равновесие. Сердце на секунду кольнуло страхом, и он хотел было призвать Хиерофант Грина, как почувствовал на своей груди мощную хватку фиолетовых рук.       — Ора-ора (будь острожнее), — шепнул в макушку Какёина Стар Платинум, горячо прижимаясь к нему. Нориаки будто опалило огнем изнутри, он моментально отвратительно покраснел, чувствуя какое-то запретное удовольствие от властных рук на собственном теле. Он зажмурился и через мгновение понял, что его уже никто не удерживает. Выше, на лестничной площадке, стоял Джотаро, в своей излюбленной позе, засунув руки в карманы.       Какёин опустил голову, моргнул и, выкинув странные мысли и ощущения из головы, искренне улыбнулся.       — Думаю, я должен поблагодарить тебя? — произнёс Какёин, когда Куджо поравнялся с ним.       — Не стоит, — приподнял уголки губ Джотаро, принося в душу юноши тепло.