Спасибо за первый шаг!

- Минхо-хён! Почему я? - стонет с недовольством Джисон. - Потому что больше некому! - отвечает Минхо, когда капризный донсен снова пытается придумать очередную отговорку для того, чтобы не прибираться в доме. - Ты же у нас главный "чистюля"! Джисон пыхтит в возмущении и перебирает в голове разные варианты аргументов в пользу его освобождения от уборки. - Да у нас даже тренировка не закончилась! Почему ты меня заставляешь? Минхо недовольно смотрит на донсена, пытаясь как-то устрашить его, но выходит не очень. Джисон тот ещё гордец. - Хан, сегодня твоя очередь! - выдавливает из себя Минхо. - Почему-то никто кроме тебя не ноет! Один ты такой. Вот что мне с тобой делать? - Просто не надо меня заставлять, - всё ещё пытается улизнуть младший. - Хан! Ещё одно слово! - грозится Минхо. - Ты у меня получишь! Джисон надувает щёки и отворачивается в сторону, продолжая выполнять упражнения. Он очень обижен, что вот уже который раз хёны скидывают на него свои обязанности, он возмущён, но ничего поделать с этим не может. Сейчас для Джисона, конечно, первое дело - сочинить лирику, строки которой никак не лезут в голову, а потому эта несамостоятельность и наглость старших выводит его, заставляя жутко нервничать. Джисон, отвернувшись, что-то бубнит себе под нос и не замолкает ни на минуту, то и дело жалуясь самому себе на жизнь. Минхо постоянно слышит это нудное жужжание Джисона, косо смотрит на него всю тренировку и понять не может, чего это его младший так взъелся, а потому в мыслях перебирает все возможные версии и даже немного улыбается в смятении. Джисон резко вскакивает со своего места занятий и, хватаясь за волосы, тут же начинает метаться по всему залу, тихо бормоча себе что-то под нос. - Это не то! Нет, я не могу! Что же будет правильно? - задаёт себе вопрос за вопросом Джисон. - Ащщ, так сложно! - Громко выдыхает Хан и кидает на пол свою кепку. - Ты чего? - спрашивает Минхо, косо глядя на младшего. - Всё в порядке? - Да, хён, всё в порядке! - нервно отвечает младший и, поднимая кепку с пола, собирает вещи и выбегает из зала. Минхо в замешательстве косится на дверь, через которую только что прошёл донсен, и продолжает тренировку в одиночестве. Позднее, когда Ли возвращается в общежитие после изнурительной тренировки, он замечает, что многих парней ещё нет, но кто-то сидит в гостиной перед телевизором, кто-то заперся в душе, а во всём доме раздаётся какая-то странная возня и довольно знакомое бормотание. Минхо проходит внутрь и видит суетящегося Джисона. Тот нервно бегает по всем комнатам и прибирается за своих старших. Глядя на него, Минхо чувствует ужасное напряжение, сопровождающееся паникой, и поджимает губы, чувствуя свою вину за недовольство Джисона. Он знает, что тот бывает иногда слишком занят, но не рассчитывал, что парень именно в это время занят куда сильнее, чем обычно, однако с этим он уже ничего не может поделать, а потому со стыдом на лице проскальзывает в свою уже прибранную комнату и запирается там, прячась на кровати. Он и правда чувствует свою вину, когда продолжает слышать звуки неуклюжих движений младшего и его бранные восклики, когда что-то, видимо, идёт не по плану, и постоянные причитания. В конце концов, бесконечная возня прекращается, слышится хлопание дверьми только пришедших домой хёнов и их перешёптывание из-за боязни разбудить кого-то из младших. Вскоре и эти звуки затихают, после чего Минхо решает наконец выйти из своего укрытия и посмотреть, что же творится за пределами его комнаты. Он на носочках пересекает коридор и вдруг замирает в темноте, когда видит в гостиной кого-то ещё. На уютном кожаном диване в полумраке сидит небольшая фигурка. Джисон, скрестив ноги перед собой, держит на коленях исписанную тетрадь и грызёт карандаш, так и не выпуская его изо рта ни на секунду. Он буквально уже носом клюёт и еле держится, чтобы не заснуть, однако ни одна годная мысль так и не появляется в голове. Ещё мгновение, и глаза Хана медленно закрываются, карандаш вываливается из рук, а тетрадь, сминаясь, соскальзывает на пол. Туловище Джисона ослабевает и начинает наклоняться вперёд, так и норовя свалиться с дивана, оно буквально уже клонится перед собой и перевешивается через ноги, готовое упасть, как Минхо быстро подскакивает к сонному парню и хватает его, не давая рухнуть на пол. Он снова поднимает его и сажает в привычное тому положение. Джисон тут же открывает свои глаза и видит перед собой хёна, который в такое сложное для младшего время заставляет работать вместо себя. - Отстань! - отмахивается Хан, сонно вздёргивая нос и снова бессильно валясь на старшего. - Не могу, - нежно шепчет Минхо. - Я должен о тебе позаботиться. Хён снова возвращает младшего в привычное положение, на что тот уже не отбивается, а просто сидит, уставившись мелкими щёлками на своего старшего. - Чего тебе ещё нужно? - успокоившись, мямлит Джисон. - Я уже всё сделал, что ты сказал… - Нет, Хани, нет. Я ничего не хочу от тебя, - пытается оправдать себя Минхо. - Скажи мне, зачем ты так себя напрягаешь? Джисон всё так же вяло смотрит на старшего и, шатаясь, поднимает тетрадь с пола. - В последние дни мне очень трудно всё даётся, - начинает Хан. - Что такое? - не унимается Минхо. - Сейчас всё так сложно… Я не знаю, куда деваться. Постоянная паника, расстройства… Я не понимаю! - стонет Джисон и хватается за голову. - Пойдём, тебе нужно поспать, - тихо говорит Минхо, вставая с колен. - Оставь меня здесь. Не хочу будить Чонина своим возвращением в комнату, - отговаривается донсен, но хён того не слушает и подхватывает на руки. - Что ты делаешь? - расширяет глаза Хан, не в силах сопротивляться. - Будешь спать у меня, - говорит Ли. - Я не оставлю тебя на этом холодном диване. Минхо видит, как донсен всё больше ослабевает в его руках, перестаёт сопротивляться и совсем закрывает глаза, прижимаясь пухлой щекой к тёплой груди старшего. Он заходит в свою комнату и, подходя к кровати, аккуратно кладёт на неё парня. Тот, еле пошевелившись без всяких проявлений бодрствования, поворачивается на бок, свешивая с края бессильные руки. Минхо, закрыв дверь на замок, возвращается к Джисону, присаживаясь рядом с ним на край кровати. Он ведёт своей ладонью по мягким растрёпанным волосам младшего, гладит их и еле слышно шепчет: "бедный мой, устал совсем." Он приподнимает того за плечи, тянет на себя и прижимает к своей груди. Джисон сонно повинуется, ничего не понимая в этом полудрёме и кладёт подбородок на плечо Ли. Старший хватается за молнию на худи Джисона и тянет бегунок вниз. Он стаскивает с него кофту и откладывает на стул рядом, снова укладывает парня на кровать и выключает рядом стоящий ночник. Перелезая через Джисона, Ли ложится рядом и тут же заботливо накрывает парня одеялом. Он поворачивается к нему и ещё долго смотрит на бесчувственное тело друга, на его закрытые спокойные веки и блестящие приоткрытые губы, на эти милые щёчки и длинные волосы, разбросанные прядями по подушке. Ли наблюдает, как маленькие ручки сжимаются в кулачки, как иногда вздёргивается острый носик и как вздымается грудь от размеренного дыхания. Всматриваясь в это, Минхо так и не замечает, как погружается в свои мысли, он думает, что с его стороны было безответственно сгрузить свою работу на младшего, но теперь не жалеет об этом, ведь имеет такой прекрасный шанс понаблюдать за таким Ханом, сонным и беспомощным, совсем ничего не говорящим. Минхо усыпает очень быстро за этими мыслями, когда до самого конца наблюдает за младшим. Посреди ночи Ли просыпается от странных ощущений. Он разлепляет свои глаза и видит, как Джисон прижимается к его телу так близко, обнимает его маленькими ручками, головой лежит на груди старшего и одновременно сворачивается калачиком, всё время подёргивая ногами, видимо, из-за всех эмоций, скопившихся за прошлые дни. Минхо нежно улыбается от увиденного и кладёт ладонь на затылок младшего, гладит по волосам и обнимает другой рукой, прижимая его ещё ближе. - Спи, моё солнышко. С хёном ты можешь ни о чём не волноваться, - шепчет Минхо и закрывает глаза, на этот раз впадая в сон до самого утра. Наутро Джисон просыпается от странного желания куда-то спрятаться. Он, ещё в полудрёме, потягивается и крепче обнимает, как ему казалось, тёплое одеяло. Внезапно он чувствует, что это самое "одеяло" куда более плотное и упругое, а ещё оно шевелится и даже дышит. В непонимании Хан разлепляет свои глаза и видит, что обнимает вовсе не одеяло, а того самого хёна, что вчера заставил его выполнить чужую работу. Он в смущении приподнимается, чуть-чуть отодвигаясь от старшего и уже придумывает план мести, ведь видит сейчас старшего в полном расслаблении, так что тот не сможет даже ничего понять. Для парня показалось отличной идеей надавать щелбанов этому негодяю, а потому он уже занёс руку надо лбом старшего и приготовил пальцы, как его запястье в этот же миг перехватили. - Ну и что ты собрался сделать? - спрашивает только проснувшийся Ли. Джисон в смятении бегает глазами и пытается высвободить свою руку, однако Минхо сжимает её ещё сильнее. - Д-да ничего, - мнётся в ответе Хан. - Неужели? - притворно ухмыляется старший. - Отомстить мне хотел? - Что? Ну да, хотел. Только не получилось, - расстроенно бурчит младший. - Тогда у меня к тебе встречный вопрос. Минхо внимательно смотрит на донсена и приподнимается на локтях. - Что я делаю в твоей кровати? - выпалил решительно Хан. - А, так ты не помнишь? - удивляется старший. Джисон в смущении мотает головой, пытаясь вспомнить, что происходило прошлым вечером. - Ты жутко устал вчера и не хотел будить Чонина своим появлением. Я просто взял тебя к себе. Хан на это жмурится, наконец вспомнив, что так всё и было, и громко выдыхает. - Так всё же из-за тебя! - решительно говорит Хан. - Ты меня заставил выполнить чужую работу, а потом мне нужно было ещё писать лирику. И ты прекрасно знаешь, что сейчас у меня не лучший период в жизни. - Что тебя беспокоит? Скажи, я пойму, - взволнованно интересуется Минхо и пододвигается ближе к донсену. - Я не могу это сказать, - пытается отговориться Джисон. - Только не тебе. Минхо поражают эти слова. Он и не думал, что у младшего есть от него какие-то тайны, что он вот так может смутиться от одного его взгляда, что он будет так робок со старшим. В конце концов, Минхо начинает догадываться, в чём дело, а потому тоже смущается и решает действовать, не скрывая своих чувств к парню. - Значит, я тебе нравлюсь? - хитро улыбается Минхо. Джисон будто опешил. Он начал заикаться, придумывая на ходу какую-то нелепицу, чтобы скрыть реальность от хёна, чтобы тот, выдав правдивое предположение, посчитал его неверным. Все попытки стали тщетны, когда Минхо поднялся на коленях и подмял под себя Джисоново тело. Хан сразу же упёрся руками в его плечи, не давая нависнуть над собой слишком низко, а Минхо это лишь больше забавит. Он берётся за запястья Джисона, начинает их поглаживать, ведя от ладоней к локтям и лаская бледную кожу. - Хён, что ты делаешь? Не нужно! - всё ещё сопротивляется Хан. - Но ведь мы оба теперь всё понимаем, верно? - вдруг спрашивает старший, приостанавливая свои действия. Джисон замолкает на мгновение, осознавая, что его хён говорит правду, отворачивает голову в сторону выхода и снова смотрит на Минхо. - А дверь закрыта? - внезапно выдаёт младший с явным подчинением в глазах. Минхо улыбается и кивает головой. - Расслабься, я не сделаю тебе больно, - спокойно произносит парень и чувствует, как хватка на его плечах ослабляется. Минхо перехватывает эти руки и заносит их над головой Джисона. Уверенно нависая над парнем, старший всё больше к нему приближается, видит лёгкий румянец на мягких щеках донсена, ведёт по ним пальцами и губами прикасается к ним, целует нежно и трепетно, спускается ниже, на шею, целует её, вдыхая приятный аромат тёплого тела. От этого на шее Джисона появляются мурашки, проходят по груди и рукам, так и не исчезая. Внезапно Минхо чувствует, как руки младшего вырываются из его ладоней и притягивают в свои объятия. Джисон хватается ладонями за лицо старшего и приближает его к своему лицу, вцепляется в губы и неистово их сминает, уже не чувствуя никакого стыда. Минхо отвечает взаимностью, треплет волосы на голове парня и, нависая сверху, ёрзает на пахе Джисона, пытаясь вызвать блаженное возбуждение. Старший ведёт ладонями по шее, спускается к груди, скользит всё ниже и забирается руками под футболку, нащупывая хорошо различимые кубики пресса. Он ведёт всё дальше, гладит и сминает пальцами чувствительные соски, целует Джисона в губы и в шею. Он отстраняется ненадолго и поднимает парня за собой. Хватаясь за края футболки, он тянет её вверх и, снимая, откидывает в сторону. Джисон проделывает те же манипуляции и тоже оголяет тело своего парня. Минхо снова роняет Джисона на кровать и, нависая сверху, прижимается губами к его животу, выцеловывает каждый сантиметр заветного тела, спускается ниже и цепляется пальцами за резинку домашних штанов. - Ты готов? - спрашивает Минхо, поднимая взгляд на младшего. Джисон согласно кивает, и Ли тут же стягивает с него штаны вместе с его боксерами. Его взору представляется не маленьких таких размеров возбуждение, что он, собственно, ещё задом почувствовал, когда усердно ёрзал на Джисоне. Он хватается за половой орган и начинает аккуратно его массировать, ведя ладонью вверх и вниз. Джисон стонет от удовольствия и жмурится, выгибаясь в спине, как вдруг Минхо прерывает свои действия, снова появляясь перед лицом Джисона. - Тише, малыш. Сейчас раннее утро. Нас могут услышать, - тихо шепчет Минхо. - Тогда прекрати тянуть кота за хвост. Просто сделай это, - блаженно выдыхает Джисон, целуя Минхо в нос. - Прямо так? - удивляется старший, в замешательстве глядя на своего мальчика. - Да. Всё хорошо. С Минхо тут будто стоп-кран снимает. Он тут же освобождается от своего нижнего белья и придвигается ближе к младшему. Приподнимая его, он кладёт под его спину подушку и опускает назад. Хан выгибается в спине и притягивает в свои объятия такого красивого и желанного парня. Тот падает на него и снова целует в губы. Отстраняясь, Ли поднимается и приставляет головку своего члена к небольшому сокращающемуся отверстию. Раздвигая ноги парня, Минхо медленно входит в него, что выходит очень трудно. Джисон жмурится и пытается не издавать никаких звуков, только громко дышит и высоко и часто вздымает свою грудь. Минхо сначала останавливается, чтобы дать донсену привыкнуть к ощущению его в себе, а потом снова движется вперёд и входит уже на полную длину. Джисон сначала задерживает дыхание от новых ощущений, а потом едва слышно стонет и смотрит на своего хёна. - Давай же, - выдыхает Хан и, улыбаясь, запрокидывает голову. Минхо повторять два раза не стоит. Он тут же начинает двигаться. Медленно и спокойно он движется туда-сюда, входит в младшего под разными углами, пытаясь найти нужную точку, от чего тот стонет всё больше, но Минхо затыкает его рот поцелуем, чтобы никто не смог сейчас их двоих услышать. Ли движется с каждым толчком всё быстрее и сминает ладонями худые бёдра, гладит их после оставленных красных следов его ногтей и тянется за новыми поцелуями. Джисон неуверенно мечется под старшим и не знает, куда спрятаться от его искушённого взгляда, а потому тянет его ближе к себе, обнимает и впивается в крепкую спину тонкими пальцами, оставляя на ней яркие полосы, которые исчезнут уже через несколько десятков минут. Хан плавится под хёном, еле терпит его прикосновения и вскоре не выдерживает, извергаясь прямо себе на живот. И вот он уже без сил лежит под Минхо, смотрит на него нежно и ласково, целует в губы и треплет его мягкие волосы. Старший, несмотря на это, к разрядке ещё не так близок. Его напряжение куда больше, чем у младшего, ведь всё это время он терпел, держался изо всех сил и наконец может позволить себе расслабиться. Он движется внутри парня ещё очень долго, пытается хоть как-то получить разрядку, когда наконец чувствует приближающийся конец. Ему уже невтерпёж, ведь он задыхается от одного вида бессильного парня под собой, готов раствориться в нём, лишь бы не видеть того, как его малыш может пострадать из-за него. По крайней мере, теперь это ощущение его мучает больше, чем в прошлом, ведь он понимает, насколько ценен ему это парень. Наконец Минхо изливается внутрь своего возлюбленного и валится на того с облегчением. Они вдвоём часто дышат и поверить ещё не могут, что сделали это друг с другом. Джисон кладёт свои руки на парня и начинает гладить его спину и голову, целует в макушку и улыбается от приятных ощущений по всему телу. - Хён, спасибо тебе! - шепчет Хан. - За что? - поднимает голову старший. - Что сделал первый шаг, - улыбается Джисон и целует возлюбленного в лоб. - Я бы первым не смог. Минхо на это тоже радостно улыбается и снова обнимает парня, уже точно зная, что никогда его не отпустит, что будет защищать этого малыша всегда и от всего.