Улыбка

В школе UA сейчас конец ещё одного учебного дня. Учитель Айзава снова завернулся в свой спальный мешок желтого цвета, будто увядающий букет завернули в яркую упаковку. Ученики ещё сидели в классе, распахнув окна, беседуя о чём угодно: о прошедшем дне, о том, куда можно пойти сегодня вечером всем вместе, об учителях. Солнце, что весь день нещадно жарило всех людей, наконец, пошло на спуск, пока вовсе не начало исчезать за горизонтом. Деревья качались под напором ветра, а сверчки продолжали свою трель. Летние вечера особенно приятно проводить в компании друзей, а не в одиночестве, поэтому класс 1-А никак не мог разойтись. Но что удивительно – Мидории не было на последнем занятии и сейчас тоже. Конечно, он не лезет в беседу с головой, но и в стороне не сидит. Окружив одну парту, стояли все, кроме нескольких студентов, которые по веским причинам ушли домой, а Асуи и Ашидо сидели за партой. Напугав всех, входная дверь отъехала вправо, ударившись о стену, а на пороге появился быстро дышащий, будто после длительной пробежки, Изуку: – Я... фу-ух... что-то пропустил? – спросил он. – Ты где был, чувак? – ответил вопросом на вопрос Киришима. – Да, ты целое занятие пропустил, Айзава спрашивал про тебя, но мы прикрыли, ква-а, – произнесла Тсую. – Извините, пожалуйста, я... ПОЙДУ ИЗВИНЮСЬ ПЕРЕД УЧИТЕЛЕМ АЙЗАВОЙ! – крикнул ни с того, ни с сего Деку и убежал, закрыв дверь. Его одноклассники успели только открыть рты, а после переглянулись в недоумении. – Что с этим уёбком не так? Я волнуюсь, блять, – говорил Бакуго. – Да-а, пропустить занятие – должно было случиться что-то поистине грандиозное, чтобы Изуку прогулял, – закончила мысли всех и озвучила их ... . Беседа зашла про Деку: больше всего, как ни странно, участвовали Бакуго, Киришима и "половинчатый ублюдок", но другие тоже активно вслух гадали на тему того, что случилось с Деку. Однако постепенно тема "стухла" и разговор перешел в иное русло. Мидория бежал по коридору к учительской, а спустя несколько минут шёл обратно, уже извинившись перед Айзавой, который понял, простил и отпустил. Изуку хотел пойти обратно в класс, но сразу понял, что у него будут проблемы в виде настойчивых одноклассников, которые порвут его на тряпочки, чтобы узнать, где он был и почему прогулял. Почему? Почему... В памяти парня сразу всплыли события получасовой давности: в душном и пустом классе еще жарче, чем обычно. Два голых студента застыли на несколько секунд в пикантной позе – один прижимает другого к стене, держа того за ноги руками и "подпирая" своим членом, который входил и выходил с такой скоростью, что отвисшие яйца актива бились о попу пассива. – Деку, скажи моё имя снова, – стонал парень из другого класса. – Да-а, Шинсо-о-о, – с каждым новым толчком вылетала новая "о" громче предыдущей. Хитоши улыбнулся, и улыбка его была полна радости, удовлетворения и скрытых извращений, которые сейчас брали верх над самосознанием парня, поэтому держись, Изуку, держись. – Обхвати меня сзади ногами, – поступил очередной приказ. Зеленоглазый поспешил выполнить приказ, обняв актива сзади ногами и руками, даже немного перевыполнив задание. – А теперь еще раз... Скажи... Мое имя! – толкался внутрь, где было так горячо, парень с фиолетовыми волосами. – Шинсо-о-О-О, – как всегда – новый толчок – новая "о", еще более громкая, чем предыдущая. Прижимая Изуку к стене, Хитоши чувствовал свой полный контроль над ним, что доставляло ему массу удовольствия – невероятное чувство проходило по телу с каждой новой мыслью, осознающей это. Каждый толчок отдавался внутри гулким ударом сердца. Глаза почти ничего не видели из-за отсутствия разума, но Шинсо четко видел, как изо рта его партнера капает сперма, падая на грудь – его сперма. Блять, как хорошо. Теперь наполним ею другое отверстие. – Я больше не могу, – констатировал парень. – Тогда не сдерживайся, – ответил из плена Шинсо Деку. Веснушчатый парень постарался отогнать эти воспоминания, хотя очень хотелось досмотреть этот фильм с ним в главной роли до конца. За предыдущим воспоминанием недавнего времени всплыло другое: – Почему ты использовал ко мне свою причуду? – спросил после секса Мидория, одеваясь. – Не знаю... Меня это возбуждает что ли, как сказать... Да и ты бы... – не успел он договорить. – Нет, ты ошибаешься! Я бы позволил, потому что люблю тебя, – произнес твердо юноша. – Знаешь... – Шинсо пребывал недолго в шоке, но после вышел из состояния овоща, – это меня возбуждает ещё больше, я тоже люблю тебя. Таких слов Хитоши не говорил еще никто, а получать от других выгоду можно было только с помощью причуды, но Деку... Он... Отличился даже здесь. Готов отдать всё сам, потому любит. Шинсо любил и любит его, а соврать не мог, хотя инстинкт недоверия окружающим говорил соврать и отстранить от себя это "чудо". Мидория снова развеял это воспоминание, стесняясь своей откровенности и ответа парня с фиолетовыми волосами. А ещё он после своих слов улыбнулся... Пошло, удовлетворенно и мило, как во время их бешеного соития. Изуку шел к классу, думая над тем, как он будет оправдываться перед своими одноклассниками, не дав им докопаться до истины.