Hateful peonies

«Я просто хочу кинуться тебе в объятия, расплакаться тебе в плечо, и сказать, сказать все, что у меня на душе. Что я устала ночами плакать и думать о тебе, я хочу выйти на новый уровень общения с тобой. Ты даже не задумываешься о том, что я каждый раз ночью жду, когда ты зайдёшь в онлайн и напишешь мне, что любишь меня, Сара, пожалуйста…» Мои пальцы быстро печатали, а чувство волнения переполняло тело. Слово за словом бегало на экране. Я все больше привязывалась к этому человеку, и понимала это, иначе бы я сейчас, ночью не слушала бы грустную музыку 3 часа, думая лишь о тебе. Даже если это сообщение дойдёт до тебя, я знаю, что ты не поймёшь меня. Мы просто привыкли общаться так, будто все это шутка. Только вот не совсем мы, ты. Сообщение готово. Не знаю, точно ли я смогла описать свои чувства так, чтобы меня поняли, но это было не важно, ведь в следующую секунду я удалила сообщение. К чему это все вообще? Сара не может вечно общаться только со мной, она не может вечно думать обо мне, знать о моих переживаниях, не может. Я устало выдохнула, рухнув на мягкую подушку. Музыка продолжала играть в наушниках, и я просто смотрела на экран телефона, не зная, о чем думаю. Я перемещала взгляд с телефона на гирлянды, что горели тусклым огоньком у меня над головой. Кондиционер над головой выдувал прохладный воздух, который помогал мне влиться в свою зону комфорта. Я вышла на балкон. Небо лишь немного освещала луна, но и она скрылась на густыми облаками, скрывая звезды. Горел лишь фонарь, что стоял в конце перекрёстка. Наушники я оставила на кровати, давая музыке теперь литься из динамика телефона на балконе. Кажется, внизу прошло несколько человек, которые перед этим наблюдали, как я в пижамных шортах и толстовке кручусь под спокойную мелодию, поэтому я поспешила закрыть балкон и вернуться в постель. В последние недели нашего общения, после того как ты рассталась с парнем, и решила больше времени проводить с друзьями, наше общение стало не таким. Ты все реже писала мне, иногда присылала фото со своей улыбкой. Как же я люблю тебя, Сара Хилл. Но эта любовь к тебе погубит меня. И с каждым днём, количество цветов увеличивалось, разрывая мою грудь. Я медленно умирала, пока ты, Сара, ничего не знала об этом, веселясь со своими друзьями. Ты больше не интересовалась моим здоровьем, больше не звонила. Наше общение дошло до того, что мы больше не могли поделится своими переживаниями друг другу. И я плакала по ночам, пока ты спала, видя сладкие сны.

Я упаду,

И я истекаю кровью

И я буду плакать,

Но я все равно

Нуждаюсь в тебе.

И я помню ту ночь, когда ханахаки впервые проявилось. Я проснулась посреди ночи из-за острой боли где то в горле. В следующую секунду, с попыткой откашляться, изо рта выпал нежно розовый, огромный лепесток. Слезы непроизвольно скатились по моим щекам. Я помню, как тогда взяла телефон, надеясь, что ты онлайн. Кейтлин: Сара? Сара: Да? Что такое, почему не спишь? Кейтлин: Скажи пожалуйста, какие у тебя любимые цветы? Сара: Что? Ахахах, ты написала мне об этом в 3 часа ночи, дурочка? Ну, пионы мне нравятся, а что?Кейтлин: Оу, мне тоже… я просто, мне сон приснился, вот и написала. Сара: А, ну ладно. Все хорошо?Кейтлин: Да, все в порядке, прости за беспокойство. Ложись спать скорее. Черт, пионы… Грудь сдавило от боли из-за новой порции лепестков, что наровились выйти. Я побежала в туалет, выкашливая новые кровавые лепестки розовых цветов. С того дня я стала ненавидеть пионы. Каждый раз, видя их на прилавке какого нибудь цветочного магазинчика, я отворачивалась, потому что чувствовала, как злосчастный лепесток мешался где то в горле. Ещё меня бесили эти цветы тем, что лепестки у них были огромны, что причиняло ещё более острую боль, а крови было больше раза в два. И я медленно умирала. Я была обречена с этой болезнью. Лепестки уже горой лежали у меня в шкафу, ибо девать их было некуда, ведь мусорный бак был вечно переполнен, а наткнуться на вороватые цветы посреди улицы будет не очень приятно какому-то прохожему. Я не заходила в сеть дней.. 6? Я вообще больше не брала в руки телефон с того дня. Вечер. 13 мая. Я стою посреди комнаты. Горло ужасно душит, а легкие заполняются лепестками. В этот момент меня посетило странное чувство. Как будто… сейчас я умру? И, если быть честной, то я была чертовски права. В ту же секунду я отвлеклась на очень сильную боль в руке. Из запястья вырывался бутон… белый бутон пиона. И тогда же, на второй руке стали раскрываться бутоны. Вместе с тем, стало невыносимо дышать, я пыталась прокашляться, но бесполезно. Пришёл тот момент, Сара, когда лепестки заполонили мои легкие, перекрывая мне доступ к воздуху. Я медленно упала на пол, пока на моих запястьях раскрылись окровавленные бутоны. Красиво же наверное, черт возьми, но вот жаль, я не смогу убедиться в этом. Ведь ты убила меня, Сара Хилл, моя любовь к тебе убила меня. Прости за все, и пожалуйста, никогда не скучай по мне. Твоя Кейтлин💘

13 июня.

Девушка стояла над чёрным надгробием, сжимая в руках записку, оставленную Кейтлин. Слезы, что наполнили глаза девушки, мешали рассмотреть дальнейший текст, поэтому время от времени, девушка смахивала их с глаз. На могиле лежали цветы, все, кроме пионов. Сара сложила записку в карман, и положила бутон белоснежного цветка на могилу. Могилу, где было написано имя. Кейтлин Морган — Мне очень жаль, Кейтлин, что мы встретились при таких обстоятельствах. Будет странно, если я скажу, но я люблю тебя, и ты навсегда останешься у меня в памяти. И я буду помнить твои каштановые волнистые волосы, и выразительные зеленые глаза. — проговорила девушка с грустной улыбкой. А в следующий момент на кладбище раздались истошные рыдания.

Я была слишком глупа, чтобы полюбить тебя?