Тебе лучше уйти

Пустые пачки из-под печенья, недопитая баночка Спрайта под рукой, мелькающий в темноте телевизор. Глупое шоу, которое хоть немного помогало отвлечься от этой адской боли. У Лена болело сердце. У Лена болела грудь. Периодически его настигало удушье. Парень терпел все. Он лежал на холодном полу среди мусора и окровавленных лепестков. Слева стоял почти полный тазик, куда несчастный сплевывал кровь. В нем тоже плавали цветы. Ханахаки. Эта болезнь настигла его так невовремя. Концерты, шоу, тусовки — жизнь кипит! Но только друзья замечали, что Лен все чаще и чаще стал запираться в туалете, включая краны с водой и сушилки, чтобы хоть как-то скрыть страшные звуки. Сначала был кашель. Лёгкий, совсем не раздражающий. Парень и сам не замечал этих нелепых симптомов. Потом он стал просыпаться ночами от сильной боли в груди. Сердце. Цветы поражали сердце. Иногда Лену казалось, что его вот-вот разорвёт изнутри. Но и эту ужасную боль он мужественно игнорировал. Чтобы не расстроить друзей, чтобы не пугать Луку. Парень всегда знал, что его любовь не взаимна. Он знал, что девушке нет дела до маленького неопытного мальчишки, который с таким обожанием ловит каждое её слово или жест. Лука доверяла ему. Она рассказывала обо всех своих проблемах, переживаниях, радостях. Иногда Лену казалось, что он занял место Мику, лучшей подружки девушки. Лука любила его. Лука ценила его. Но он был всего лишь другом. Через некоторое время Лен стал замечать кровь при кашле. Это было очень трудно скрывать. Болезнь прогрессировала. Рин то и дело замечала капельки крови на лице и руках парня. Это становилось поводом для едких подколов. Она не придавала этому большого значения — мало ли, где непутевый парнишка мог заляпаться. Кашель становился все сильнее. Лен держался из последних сил. Он все чаще убегал от друзей, уединялся и горько плакал. И они не видели. Они не хотели видеть. Конечно, удобнее думать, что все хорошо, что нет поводов для беспокойства. А Лука все так же ясно улыбалась. И в один день на её безымянном пальце появилось дорогое кольцо. Это сразу привлекло внимание всех вокруг. Девочки визжали от восторга, парни яро требовали знакомства с избранником. И Лен поздравлял, и Лен восхищался. А сам был все ближе и ближе к печальному финалу. В тот день парень заметил в лужице крови первые лепестки. Такие нежные, светлые и очень тонкие. Лен не мог сдерживать слезы, когда смотрел на цветы плавающие в ванной, которую он уже устал отмывать от крови. И с каждым днем становилось все хуже. Сил не было. Парень не бегал по врачам, не пытался сказать Луке или Рин об этом недуге. Он просто закрылся от всех и больше не появлялся ни на работе, ни на встречах с друзьями. Доставка пиццы и запас печенья, десятки литров сладкой газировки. Действительно, зачем заботиться о здоровье, если все равно вот-вот задохнешься? Ничто не приносило радости. День путался с ночью, о режиме говорить нечего. Отвлечься позволяли игры и идиотские шоу, которые сменялись блоками кислотной мигающей рекламы. Что они собирались ему впарить на этот раз? Кофемолку? Овощерезку? Маску для лица? Отдельное место в жизни Лена теперь занимали глупые лотереи и другие способы надувательства от телевизионщиков. Парень отдавал последние деньги, выигрывая копейки. Казалось, он сходит с ума. Да и внешне Лен тоже походил на настоящего сумасшедшего. Грязные волосы, безумный взгляд, огромные круги под глазами, кровь, стекающая по шее и подбородку. Повсюду валялись лепестки и целые бутоны. Почему-то парень не выбрасывал их, а высушивал и раскидывал по комнате. Это было похоже на ритуал. Даже сам Лен начинал искать в этом какой-то смысл. Когда его в первый и последний раз навестила Лука, шёл сильный дождь. Раздался робкий стук, а за ним — голос возлюбленной. Парень не поверил своим ушам. Он правда думал, что уже окончательно слетел с катушек и теперь слышит галлюцинации. И снова стук. Лен выключил звук в телевизоре и лениво проследовал к двери. Идти было больно. В последнее время парень просто лежал, боясь пошевелиться. Каждый вздох был пыткой. Лен застонал. За спиной зазвонил будильник, поставленный, чтобы не пропустить любимое музыкальное шоу. Парень хотел увидеть Луку. Но он не хотел, чтобы она видела его. Лен прислонился к двери, уставился в глазок. Красивая. Как всегда. — Тебе… — начал было он, но почувствовал, как к горлу подступает очередной цветок. Большой, наверняка прекрасный. Но доставляющий столько мучений. На секунду Лену показалось, что это конец. Он не мог вдохнуть. Перед глазами поплыли тёмные пятна. Душно. Парень попытался прокашляться — без толку. Наконец, он решил закончить мысль, а потом лечь обратно, спокойно умирать. — Тебе лучше уйти. Лен попытался сделать шаг в сторону телевизора и упал. Он захрипел и улыбнулся. Цветок, доставивший столько неудобств, наконец вылетел. Парень сплюнул кровь и взял бутон в руки. Лука продолжала ломиться в дверь. Она что-то кричала, ругалась. Лен дополз до телевизора и включил звук. Заиграла громкая музыка. Парень пытался лечь поудобнее, но что-то постоянно мешало. Он опрокинул Спрайт. Газировка разлилась по полу, но уже не шипела — все газы давно вышли. Девушка стала биться в окно. Лен закатил глаза, недовольно вздохнул и выключил телевизор. Парень подошёл к окну. Он бросил взгляд на зеркало — ужасный вид. Краем футболки Лен стёр почти всю кровь с подбородка и чуть сдвинул шторы. Он вымученно улыбнулся, но тем самым только больше напугал Луку. Девушка лишь фальшиво улыбнулась в ответ. Парень не слушал её. Он лишь глупо пялился на Луку. На глаза Луки, на губы Луки, на волосы Луки. Но спокойствие Лена нарушил всего один безобидный вопрос. «Мы же друзья, да?» — эхом отдавалось у него в голове. Парень понял, что сейчас начнётся новый, возможно последний, приступ. Лен ждал смерти. Он в последний момент сдвинул шторы и упал, выплескивая из себя тонны крови и десятки лепестков. Громко. Она услышит. Она напугается. Она не вернётся. Лука сказала про врача. Конечно, он знал, что Ханахаки можно вылечить. Но чувств будет не вернуть. Он же певец! Ему нельзя без эмоций. Лен собрал волю в кулак и изо всех сил закричал: — Уходи! Только когда девушка ушла, он спокойно вздохнул. Но она вернулась. И закричала о том, что вернётся вновь. Лен зарыдал, а она не слышала. Лен закашлял, а она не слышала. Парень впервые за долгие месяцы уединения лёг в чистую постель и закрыл глаза. В руках он держал тот большой бутон. Вокруг валялся мусор и лепестки цветов. Лен глубоко вздохнул. И его сердце остановилось.