the after

На руинах разрушенного замка, на обломках собственного счастья стояла одинокая фигура с острым лезвием, валяющимся у ее ног и бутылочкой с янтарной жидкостью, зажатой между пальцев. Ледяные порывы ветра сковывали все тело, а густой туман будто отгородил ее от всего мира. Потеря. Удивительно, как можно потерять за один час все то, чем дорожил всю свою жизнь, и при этом выиграть. Это цена победы, но… если цена так велика, а нужна ли она вообще? Победа… Фред, Северус, Гарри, Люпин… Образы погибших людей беспорядочными тенями носились перед ее взором, она видела их открытые глаза, образы. Они ей что-то шептали, но она их не слышала. Много кто умер на войне, но ещё больше совершили самоубийство после этого, не выдержав… Прошла неделя после битвы за Хогвартс, а его восстановлением так и не смогли заняться: слишком больно, слишком тяжело… За спиной послышались шаги, но девушка никак не отреагировала, даже после того как брюнетку окликнули ее фигура осталась неподвижной. Лишь после того как незнакомец подошёл к ней вплотную она увидела его платиновые волосы. — Обливио, верно? — спросил он хриплым голосом указав на бутылку с жидкостью. Девушка кивнула. — Уверенна? — Нет… но я так больше не могу, — её плечи затряслись, она подняла глаза на Малфоя. Вы когда-нибудь видели, как плачет небо? Как плачут грозовые облака, которые очень долго держали в себе все то, что в них копилось. По его бледному лицу тонкой паутиной стекали слезы. Его глаза цвета стали и свинцового неба… она никогда не замечала их удивительной красоты. Она грустно улыбнулась: — Ты плачешь… Он пожал плечами и отвернулся. Следующие десять минут они стояли молча, как будто старые друзья. На душе вдруг стало чуть легче. Девушка всматривались в даль, но туман не позволял ей взглянуть дальше, чем она хотела бы. — Гермиона, — его хриплый, чуть дрожащий голос прервал нависшую тишину, — ты знала, что я тебя любил ещё с третьего курса? — он горько усмехнулся. — Конечно нет, откуда? Девушка молчала. По ее щеке скатилась капля, и она улыбнулась. — Дождь пошел,  — она посмотрела на Драко. Он отвёл взгляд: его глаза наполнились пеленой слез. — Да… ты права. — Знаешь, я счастлива. Спасибо тебе, правда… — девушка привстала на носочки и легко коснулась его губ. Во рту чувствовался привкус соли и крепкого алкоголя, а его взор затуманился. Губы девушки дрогнули в горькой улыбке и, быстро отстранившись, она залпом выпила содержимое бутылька, успев только сказать: — Прости меня, Драко… За всё прости…

***

— Я буду скучать по тебе, Гермиона, — промолвил он. — Простите, но я… разве мы знакомы?