Sleeping beauty

Мне не давали покоя услышанные слова, пока я ехала домой. Забота? Это такой сомнительный способ заботы обо мне? Странно, очень странно. Честно, меня эти слова сбили с толку и я не знала что и думать. Если предположить, что его слова были правдой, то выходит, что когда-то давно Мэгги попросила его заботиться обо мне. А он избрал для этого весьма сомнительный способ. Вместо того что бы рассказать мне правду и быть мне другом, он вынуждает ненавидеть его. Зачем? Это такая странная форма мазохизма? Или он что-то скрывает? Создавалось впечатление, что все вокруг от меня что-то скрывают. Какой-то лабиринт из секретов, сложный клубок тайн и всё в таком же духе. На меня вдруг накатила такая усталось, словно весь мир был на моих плечах. — Как первый рабочий день? — Я посмотрела на Мэл усталым, почти умирающим взглядом. — Как в аду. Я рухнула на диван в гостиной и поняла, что не хочу двигаться с этого места. Ноги гудели, словно я по иголкам ходила. Руки тряслись, словно кирпичи таскала. — Не хочешь сходить в душ? — Мэл театрально зажала нос и сморщилась. — Нет. — Надо бы конечно, но я просто не могла двигаться. Давно я так не уставала. Кажется вообще никогда если честно. На диване в гостиной я лежала ещё минут сорок, а потом всё-таки пересилила себя и поползла в душ. Одежду хотелось сжечь или хотя бы просто выкинуть в мусор, но я удержалась, оставив её на коврике в ванной, я встала под мощную струю горячей воды. Мне начинало жечь кожу, но я не убавляла температуру. И лишь когда жар был уже совсем не стерпим, я добавила холодной воды. Кажется я простояла так несколько часов, потому что когда наконец вышла из ванной, в доме стояла тишина. На часах было час ночи и Мэл уже спала. А мне спать не хотелось. Я вернулась в гостиную и начала изучать альбом с фотогоафиями, который утащила из квартиры Мэгги. Я надеялась, что эти фото расскажут мне о прошлом Мэгги, а может и о моём собственном. Но ничего больше интересного я не находила. Я уже собралась убрать альбом, когда почувствовала, что последнее фото толще других. Мои подозрения оправдались, там было вложено ещё одно фото. На нём был Гарри, или точнее его дальний родственник. Дата на обороте, датировалась тридцатилетней давностью. Он выглядел практически в точности как тот Гарри которого я знала, только был более худым и улыбающимся. Он стоял на ступеньках какой-то старой церкви, но табличку он загораживал. Ох уж эти странные генетические двойственности, я к ним никогда не привыкну. И что скажите на милость родственник Гарри делает в альбоме Мэгги? Я забрала фото и открыла ноутбук. Отсканировав фото церкви, я начала её поиск. Поиск дал множество результатов с похожими церквями в готическом стиле, но мои усилия были вознаграждены. Это была не просто церковь, а приют для сирот. И находился всего лишь в двух часах езды, в соседнем городе. Это была потрясающая удача. Я записала адрес и на следующий день, сразу же после работы, отправилась на встречу очередной загадке. Я не стала посвящать в свои планы Мэл. Мне не хотелось этого признавать, но Гарри был прав, я веду себя эгоистично. Я не хотела, что бы из-за моих действий кто-то пострадал и больше этого не произойдет. Отныне я буду искать правду одна. Церковь святой Анны была старой, но величественно огромной. Большие витражи окон, высокие потолки, остроконечные башни. От великолепия здания у меня перехватило дух. Я нерешительно вошла внутрь. Внутри было очень тихо и очень просторно. От куда-то доносились тихие песнопения, но они были едва слышны. — Я могу вам помочь дитя? — Вздрогнув от неожиданности, я обернулась. Передо мной стояла не высокая, пожилая монахиня. — Ох, добрый вечер. — Кровь отхлынула от моего лица. — Простите, если напугала вас. — Всё хорошо. — Я засунула руку в сумочку. — Мне нужна помощь. Вы знаете этого человека? — Я протянула ей фото. — Да, разумеется. Это Гарри Гринвуд, наш воспитанник. — Расскажите о нём. — Я надеялась получить хоть какую-то информацию, хоть и понимала, что монахиня не обязана что либо рассказывать первой встречной. — Его подбросили к нам в приют когда ему было не более двух дне от роду, а то и меньше. Просто оставили на крылечке, как котенка. — Это было ужасно, конечно я не знала историю его семьи, да и от куда. В моём прошлом полно белых пятен, но я зачем-то влезаю в чужую. Но тем не менее, Гарри плотно связан с Мэгги и если я пойму его прошлое, то возможно с разберусь и в настоящем. Но пока эта информация не имела ни какой пользы. — А кто дал ему имя? — Я. Сперва его назвали Джон Доу, как и всех безымянных младенцев. Я дала ему имя, а потом в три года его усыновили наши прихожане и он стал Гарри Гринвудом. — Джон Доу? В этом нет ничего подозрительного, ведь всех безымянных так называют. Совершенно не подозрительно. Но мысль засела в мою голову. — А что вам известно о сыне вашего воспитанника? — Если я не ошибалась в подсчетах, то мой знакомый Гарри, тот что мне как кость в горле, был сыном того подкидыша. — Сын? У Гарри не было детей, во всяком случае я ничего о них не слышала. — Монахиня была озадачена и я если честно тоже. Конечно дети должны были быть, иначе ни как. — Возможно вы про него просто не знали. — Возможно, ведь наш Гарри пропал без вести почти тридцать лет назад. Говорят его задрал медведь. У нас на местном кладбище есть его могила, правда пустая. А три года назад там нашли свой покой и его родители. Прекрасная была семья, очень жаль что никого не осталось. — Монахиня смахнула одинокую слезу со своего лица. — Помню когда он ещё жил здесь, он часто сидел на подоконнике и смотрел на озеро. И хотя он был совсем мал, он часто рассуждал как взрослый и говорил что непременно отыщет свою родную мать и посмотрит ей в глаза. Иногда я думаю, что он всё-таки нашел её и она его сгубила. — Почему вы так думаете? — А что можно думать о женщине, которая оставила своего ребенка на крыльце под дождем, словно вещь какую-то. Это ведь так не по человечески. — Монахиня на минуту погрузилась в собственные мысли, а потом посмотрела на меня так, словно увидела впервые. — Простите, я так разговорилась, но даже не знаю кто вы. И откуда у вас это фото? — Я нашла его в альбоме у своей… бабушки и мне стало любопытно кто он. — Было довольно странно называть Мэгги своей бабушкой, но это было правдоподобно. — Как зовут вашу бабушку? — Мэгги Вера. — Лицо монахини прояснилось и она улыбнулась. — Да, я знала её, милая и талантливая женщина. Долгие годы помогает нашему приюту. До сих пор помогает. — Монахиня опять погрузилась в свои мысли и не заметила моей реакции. Помогает до сих пор? — И когда последний раз пришло пожертвование? — В прошлом месяце. — А вы уверены, что это от неё? — Разумеется. Деньги приходят с её личного счета, всегда приходили от туда. — Её очень удивил мой вопрос. — Спасибо что уделили мне время. Всего доброго. — Монахиня была явно обескуражена таким поворотом беседы. Но я поспешно покинула церковь. Гарри распоряжается всеми счетами Мэгги, а значит это он посылает пожертвования от её имени. Но зачем? И что такого особенного в этой церкви? Опять сплошные вопросы и ни одного ответа. Вот чёрт!