Танцы на выживание

Сказать, что Тина была разбита — не сказать ничего. Да — повздорили, да — недоразумение. Но она не думала, что дойдёт до такого. Хотела звонить, собиралась ехать, но понимала, что во-первых, сейчас не в состоянии, оно было не из лучших. Истерика и слёзы ещё больше все усугубили, хорошо, что им дали 2 выходных. Во-вторых, понимала, что Дану нужно успокоится, поэтому решила дать время. Она сама не понимала, что творила, зачем. Он тоже хорош, но ведь зачем отвечать тем же. Зачем рушить то, что так дорого. Очень больно терять. Тина уже который раз пожалела, что они дали согласие на этот проект. Было слишком тяжело, и не физически, как они думали, а морально. Они слишком любят друг друга и слишком ревнуют друг друга. Баланс. Девушка ждала, что он вернётся. Стала звонить через 2 дня, но телефон никто не брал. На смс тоже не отвечал. Репетиции ставили в разное время и как назло, пересекаться они не успевали. То Тина задержится и нужно ехать дальше по делам, то Дан приедет раньше, чтобы не столкнуться с ней, когда она будет уходить. Паша видел, что девушка разбита, но пока решил не задавать лишних вопросов. С Сашей Тина держала дистанцию, который был этому не особо рад. Вторым танцем у них был вальс, в котором ничего пошлого не будет. Кароль надеялась, что с Баланом все хорошо, ведь тяжело не знать что и как с твоим любимым человеком. Не знать, что он делает, как себя чувствует, как спал, во что одет, что кушал. Это все было невыносимо. Тина хотела идти к Вове, просить репетицию в одно время, ей уже было все равно кто и что подумает, но узнала у Юли, которую встретила в коридоре, что завтра у них прогон на паркете, поэтому будут все в одно время. — Юль, а как он вообще? — глаза были потухшие. — Дан? Вы не общаетесь? — Да так, чёрная кошка пробежала. Он, кстати, тут уже? — А я то думаю, что с ним такое, то грустный, то как с цепи сорвётся. Не знаю какие у вас там отношения и кошки, но я его не узнаю. И нет, его нет и сегодня не будет. Позвонил, сказал, что со спиной что-то, попросил перерыв. Тина изменилась в лице, тревога и переживания были на лицо. — Не волнуйся, такое бывает. У нас сложный танец. Я хотела к нему поехать, но он наотрез отказался. — Я поняла. Спасибо тебе и пусть этот разговор останется между нами, пожалуйста. Девушки улыбнулись друг другу и разошлись. Юля в зал, а Тина на выход из павильона. Она без раздумий собралась ехать к нему. Без него ей было невыносимо, она очень скучала. Спала с трудом, все время были мысли о нем. Кароль села в машину, где ждал ее водитель и сказала по какому адресу ехать. Приближаясь к его дому, ее окутала тревога и страх, боясь увидеть Дана в слишком подавленном состоянии. Она ведь знала, что со спиной никаких проблем нет, да даже если и были, то через боль пошёл бы тренироваться, зная какой он сильный, а тут причина совершенно в другом, скорее в моральном состоянии. Заходя в подъезд, страх девушки увеличился, а в лифте она почувствовала мурашки на своём теле, она была как ёжик. Наконец поднявшись на нужный этаж, стоя перед его дверью, она услышала звук, немного прислушавшись, там играла их песня. И она в сотый раз пожалела, что позволила себе лишнего с Сашей. Певица нажала на звонок, в надежде, что ей откроют дверь, обнимут и никогда больше не отпустят, она ведь поняла свою ошибку. Прошло минут пять, как девушка звонила в дверь, но никто не соизволил открыть. Тина поняла лишь, что их песня перестала играть. Она хотела развернуться, но услышала его голос через дверь. — Зачем ты приехала? — совсем тихо, отчаянно, спросил Дан. — Открой дверь, пожалуйста, — сказала с волнением, Тина. — Я задал вопрос. — Открой и узнаешь. — Тина, думаешь ты сейчас в том положении чтобы мне условия ставить? — Мне нужно с тобой проговорить, делать это через дверь и оповещать всех соседей, я не хочу. Балан не знал, как поступить, но любовь делает своё дело. Он безумно скучал, также как и она. Певец открыл дверь и увидел ее, с грустными глазами, как тогда, года 3 назад, когда они только встретились. Девушка без объяснений кинулась его обнимать и целовать. — Я скучаю, очень скучаю, Дан! Прости меня, пожалуйста. Ты очень мне нужен. Я без тебя не могу! Ни спать, ни есть. Мне плохо, — через поцелуи, которые она оставляла на его губах, щеках, шее, сказала она. Мужчина был очень сдержан, он хотел ее проучить и вроде как это получилось, но он думал, что слишком ещё мало времени прошло. — Тин, прекрати, — отталкивая девушку от себя, сказал Балан. Ее глаза начали наполняться снова слезами. — Что ты делаешь со мной? Мне плохо, слышишь? Плохо без тебя. Что тебе ещё надо? Тебе нравится видеть меня такую? — переходя на крик, параллельно со слезами. Дан закрыл дверь, взял девушку за руку и повёл в гостиную. — Успокойся, я тебе сейчас принесу воды. Мужчина пошёл на кухню, взялся за голову и не понимал, что делать. Слишком задела его вся эта ситуация. Ее поступки слишком въелись в его душу. Дан хотел и хочет, чтобы она принадлежала только ему. Видеть ее с кем-то для него было невыносимо. Он не мог смотреть на неё такую, привык видеть огонь в ее глазах, а сейчас там снова льдинки и понимал, что это уже от него. Певец налил в стакан воды и понёс ей. — Держи, — протягивая ей стакан, в ее руки. — Спасибо, — тихо сказала Тина. Они сидели, смотрели друг на друга, снова общаясь без слов. В этих глазах можно было прочитать «я тебя люблю». Обоим хотелось обнять, поцеловать и не отпускать. Дан видел, какая она уставшая, бледная, такая же, как он. Слишком они похожи, слишком… — Что у тебя со спиной? — тихо спросила девушка, смотря на воду в стакане. — Откуда узнала? Юля? — Да, — коротко ответила. — Смотрю ты уже не боишься у людей за меня узнавать. А вдруг кто что подумает, Тина, как так? А как Саша отреагировал, что ты узнаешь за меня? — язвил Дан. — Прекрати. Ты прекрасно знаешь, что мне кроме тебя никто не нужен. — Твои действия говорили другое. — Дан, я просто увлеклась шоу, танцами. Я не подпускала его ближе доступного. И не воспринимала ничего, больше чем работа, танец. — И на том спасибо. — Что мы будем делать? — наконец-то подняла и посмотрела в его глаза. Взгляд такой же пустой как и ее. — Я не знаю, Тина. Не задавай мне вопросы на которых у меня пока нет ответов. Она уверенно встала, поставив стакан на столик, и обойдя мужчину, стала сзади него. — Ты не ответил, как спина? — Ничего, пройдёт, — он почувствовал как ее руки опустились на его плечи и начали немного сжимать, — что ты делаешь? — прикрыл глаза, так как девушка увеличила силу нажатия, а боль действительно была. — Хочу чтобы тебе стало легче. Он не сопротивлялся, хотя хотел, но передумал. Ее «недомассаж» длился минут 5, после чего скинул курточку, в которой просидела все это время, обошла и села под удивлённый взгляд, на колени Дана. — Зачем ты все это вытворяешь? В нем начало просыпаться желания. Этот процесс он не умел контролировать рядом с ней. Особенно когда она так близко. Особенно когда так соскучился. — Я ничего не вытворяю, — сказала в самые губы и сразу же начала поцелуй. Он не сразу стал отвечать, но когда Тина прикусила его губу и пробралась язычком вовнутрь, силе воли пришёл конец и Дан, притянул ее впритык к своему торсу, и углубил поцелуй, который очень быстро перерастал в страстную гонку языков. Каждый хотел показать как скучал, как сделали больно друг другу, как невыносимо, несмотря ни на что, желали. Тина первая с себя сняла футболку, чему Дан был удивлён, обычно он предпринимает эти действия сам. — Что же ты творишь? — приостановив их страстный поцелуй, прошептал на ушко ей. — То, что я хочу, ты против? Он резко поднял девушку за ягодицы и понёс в спальню. — Ммм, вот такой ты мне нравишься больше, — мило произнесла Кароль и продолжила его целовать, уже находясь в кровати. Мужчина начал изучать ее тело по новому. Он одним касанием расстегнул ее бюстгальтер и она наверху оказалась полностью обнаженной. Дан грубо схватил ее за грудь одной рукой, тем самым первый стон Кароль вырвался, а своим язычком начал проводить дорожку от ее губ до груди. Девушка начала заводиться не на шутку, также как и Дан. Вторая рука Балана начала спускаться к низу живота, под ее джинсы. Проникнув туда, он начал доставлять ей удовольствие, его движения начали увеличиваться, а крики девушки стали громче. Она хотела, чтобы он уже наконец в неё вошёл, но у мужчины были свои планы. Тина потянулась к его джинсам, но он перехватил ее руки. — Не так быстро, Тиночка, — игриво ответил, Балан. — Теперь ты хочешь поиграть? — через стон, еле выговорила девушка. — Тебе можно, а мне нельзя? — Тихо, Кароль, — оставляя на ее животике поцелуи, сказал Дан. Он снял с неё джинсы и кружевные трусики, и теперь она осталась полностью обнаженной перед ним. Все ее тело уже было покрыто мурашками, видя ее такой, его это заводило не на шутку. Дан развёл ее ноги пошире и коснулся ее эрогенной зоны своим язычком, он проникал чувственно и страстно. Тина начала выгибаться, сжимать под собой простынь, больше сдерживать она себя не могла. Первый пик был достигнут быстрее, чем он предполагал. — Даааан, я больше не могу, — на всю комнату крикнула Кароль. — Я же сказал тихо, что же ты такая непослушная? — прикрывая ее ротик рукой, Дан продолжал свои действия. Она начала обратно сводить ножки, уже не могла терпеть, но Дан был сильнее ее, поэтому он начал их придерживать. Когда он видел безысходность девушки, быстро снял свои штаны и резким толчком вошёл в неё. Он сразу начал все делать резко, грубее, чем обычно. Хотел проучить. Тина застонала на всю комнату. Точнее стон уже стал переходить в крик, отчего Дан остановился. — Тина, я говорил, тихо. — Балан, ты нормальный? Я не могу, — она вцепилась в его плечи, но он убрал ее руки и сжал их с одной своей. Мужчина полностью вышел и снова резко ворвался в девушку. Его движения были совершенно не нежными. Сейчас в нем говорила обида, голова отключилась. Он все сильнее раскачивал бёдрами, а Тина все громче стонала, пытаясь вырвать руки и за что-то ухватиться. Дан же прикрыл ей ротик снова, но как только толчки стали ещё глубже, девушка прикусила его руку. — Ауч, — Дан отдёрнул руку. — Можно понежнее, — попросила певица. — Не нравится когда с тобой грубо? — задал скорее риторический вопрос. — Мне больно, пожалуйста, Дан, — прошептала блондинка. Он отпустил ее руки и снизил градус. Ни в коем случае, ни в одной ситуации, он не хотел причинять ей боль. Движения продолжились уже более плавно, но все равно в темпе, так как Балан чувствовал, что Тина уже скоро. — Давай же, — сказал Дан, сделал пару движений и певица очень громко закричала, выгнулась, а потом упала на кровать, тяжело дыша. Мужчина очень быстро догнал ее и уже тоже лежал рядом. Оба молчали. Тине было хорошо, но внутри немного все болело, но больше душа. Ей было обидно, что ее любимый был с ней таким. — Почему ты молчишь? — мужчина повернул голову на неё. Они не лежали в обнимку, даже немного на расстоянии. Они были совершенно не похожи на людей, у которых только что была близость.