Случай в Сеуле

Была середина августа. «Манами! Ты готова?» «Да! Дай только шляпу надену!» Карма ожидал, когда его новоиспечённая супруга, Окуда Манами, теперь уже Акабане Манами подготовится к своему дню в центре Сеула. Они прибыли сюда двумя днями ранее, сразу после свадьбы в Японии, в большом свадебном зале, в Токио, где присутствовали все их друзья, коллеги и, конечно же, их драгоценный класс 3-E.  Говоря об их прежнем классе и близких друзьях, многие из них остепенялись или, по крайней мере, пытались это сделать. За год до их свадьбы Чиба и Хаями, а также Сугино и Канзаки женились, а Маэхара и Окано, связали себя узами брака ещё три года назад. Они были свидетелями и помогали своим ближайшим друзьям: участие Нагисы и Каяно в общеклассной операции.  Теперь они были в отеле, расположенном в западной части Сеула, в районе, который Карма выбрал местом своего проживания, потому что здесь тихо и далеко от шумного города, и можно отдыхать, вроде их собственного дома Кунугигаока. (Хотя они жили в Чиода-ку в данный момент ...) Пока он ждал, пока его жена сделает последние штрихи, в голове Кармы всплыл момент из их почти идеальной свадьбы. Я говорю почти потому, что, когда они двинулись на встречу к новой жизни, мама Кармы хитро крикнула: «Карма, постарайся, не изнасиловать Манами-чан уже сегодня вечером!»  В тот момент ему хотелось только провалится под землю от накатившего смущения, как и Окуда, но когда они оглянулись назад, их родители смотрели на них с нежными улыбками… Пока их друзья ржали до слёз. В любом случае, он был погружен в свои мысли, пока кто-то не ударил его по плечу. «Ах! Манами, готова к труду и обороне?» спросил Карма, выходя из своих мыслей. Окуда хихикнула на реакцию своего мужа. Кивнула: «Конечно. Мы же решили исследовать Сеул сегодня, помнишь?» Она подчеркнула последнюю часть с румянцем, и Карма ответном покраснел с хитрой усмешкой на лице.  После того, как пара прибыла в Инчхон два дня назад, они приехали в отель довольно поздно вечером, и в результате они провели весь последующий день в своем номере, занимаясь разными… вещами… Дайте им перерыв. Они только поженились, и они на самом деле были довольно страстными в свои двадцать.  Как бы то ни было, они договорились, что увидят достопримечательности после их ... прекрасного дня, проведенного вместе в гостиничном номере.  «Ну что ж, Манами, если мы не собираемся провести весь день в нашем гостиничном номере снова, пойдем?» продолжил Карма.  Окуда с энтузиазмом кивнула: «Конечно! Вперёд!» Она обняла мужа и нежно взяла его за руку. Карма мягко улыбнулся, когда взял карточку-ключ и вышел, слегка опираясь на свою жену. Они направились к ближайшей станции метро, ​​которая находилась на печально известной Сеульской линии метро 9, известной своим часом пик. Но, так как было 10 часов утра, толпы уже сократились из-за работы и школы. Окуда и Карма сели на метро, ​​чтобы пересесть в Джонгро, самое сердце города.  После того, как они сели в метро, ​​поскольку свободных мест не было вообще, они оперлись на столб рядом с противоположной дверью, где они вошли. Карма оперся на сам столб, прикрывая свою жену. Окуда просто упала на мягкое тело своего мужа и закрыла глаза, когда он обнял ее в ответ. Некоторые пожилые корейцы смотрели на пару с милыми улыбками на лицах. Студент университета, который слушал «Небесную прогулку» по мобильному телефону, подняли глаза и улыбнулись. Другие молодые люди реагировали более смешанно. Они либо с завистью смотрели на пару, либо с улыбкой. Окуда, ощущая внимание, отстустила, к удивлению Кармы.  «Что случилось, Манами-чан?» спросил он. «Ничего, совсем ничего…» тихо ответила она. Карма ухмыльнулся. Он оглянулся по сторонам и не мог не заметить ни чувств, ни глаз, направленных на них, поэтому он крепче обнял Окуду.  «Карма!» пискнула она.  Карма подмигнула с хитрой усмешкой. Он прошептал: «Давай покажем им, что мы вместе».  Манами усмехнулась. Они продолжали свой путь в таком положении, пока студент университета не предложил парочке свое место на идеальном японском языке, Карма уступил Окуде, сам стоя перед ней. Эти двое наслаждались разговорами, пока не достигли остановки, где они должны были пересесть.  Добравшись до дворца Кёнбок, они осмотрели сам дворец, музей современной Кореи, прямо в окрестностях дворца и площади Кванхвамун. После того, как они исследовали районы, окружающие его, такие как Инса-донг, и рынки, которые были разбросаны по району как сокровища, они решили посетить Сеул Скай в Джамшиле.  «Смотри, смотри, Карма-кун!» Окуда указала на вид на ночное небо Сеула из под напольного стекла. Город и ночной вид на Сеул были буквально прямо под их глазами, они увидели красивую реку Хан и небоскребы, которые почти управляли городом.  Карма не мог не улыбнуться жене, которая выглядела так, будто у нее был настоящий взрыв эмоций. Когда они планировали свой медовый месяц, он предложил тур по Европе или Америке, но после осознания, что у них не так много времени, в сочетании с тем фактом, что они стали более занятыми, Карма согласился на её предложением о Корее, если конкретно, о Сеуле. Когда подошло время закрытия, Карма предложила: «Манами, поехали. Здесь сейчас всё закроют, а мы ведь не хотим попасть в час пик, верно?» Окуда кивнула на это и извинилась.  «Извини, просто я, похоже, слишком увлеклась ночным видом города.» Карма усмехнулась: «Я тоже. Теперь поехали, м?» Он обнял ее за плечи, и она наклонилась к его теплому телу.  Они добрались до метро, ​​и Карма, будучи мужем-защитником, обнял и защитил её в переполненном метро на случай нежелательных или случайных рук и всех толчков, которые происходят в поздние часы ночи от людей, которые поздно уходили с работы, или молодых людей, которые только что устроили тусовку в барах и клубах Каннам.  Когда они достигли станции Шиннонхён, их встретили хихикающие девочки и женщины, а также мужчины, которые устроили шоппинг в близлежащих магазинах. В конце концов, район Каннам был похож на Шибуя в Токио, или Манхэттен в Нью-Йорке.   «어머 저 오빠 겁나 잘 생기지 않았어? (Ох, черт возьми, разве он не горяч?)», - заметила одна девушка, которая выглядела так, словно ей было за двадцать с небольшим, глядя на пару Акабане или, если точнее, на Карму.  Вторая рядом с ней, которая, судя по всему, ее подруга энергично кивнула и с визгом сказала: «진짜! 대박 대박! 저런 남자 라면 난 완전 환영 인데 말이야… (Я знаю! Он такой горячий! Если бы такой парень подошел ко мне, я бы приветствовала его с распростертыми объятиями.., сама понимаешь…) »  Некоторые школьницы хихикали и шептались, как сильно они бы хотели, чтобы их парень, который окутывал их, делал это также, как Карма. Парни и мужчины также отметили, что они хотели бы сделать то же самое, наряду с тем, что Окуда была милой, пока Карма не посмотрел на них одним из своих убийственных взглядов, что, в свою очередь, заставляло мужчин утихомерить свой пыл.  Окуда, хотя она не понимала корейский, знала, что женщины оглядываются на её мужа. Несмотря на то, что она знала, ее муж был красивым мужчиной (и она не отрицает этого, когда Накамура дразнит ее по этому поводу), она просто хотела быть единственной, кто был с ним, и не хотела, чтобы кто-то даже просто заглядывался на него. Ей стало дискомфортно, и Карма с тревожным взглядом тихо спросила ее: «Манами? Что-то не так, ты в порядке? Ты больна?» Осознав, как выглядит со стороны, она с усталым видом улыбнулась мужу, отвечая: «Нет, все в порядке, я... Просто обними меня?» и после этих слов сама обхватила его руками и крепко прижала к себе, не оставляя ни дюйма между ними. «Ммм ...» промычала она, от чего Карма чувствовал себя взволнованно, а его лицо покраснело. Он оглянулся вокруг и увидел, что одни и те же девушки шептались между собой, и понял, что это не совсем приятные слова. Он также посмотрел на школьниц, которые хихикали и вздыхали. Все встало на свои места. Его золотые глаза смягчились, и он обнял в ответ, крепко обхватив ее нежное тело.  Когда они добрались до станции, он сказал, в сторону пары девушек: «나 한테는 이 여자 뿐이야. (Для меня это единственная женщина, которую я желаю.)» от чего они начали усмехаться, наблюдая, как пара выходит.  Когда они добрались до номера в отеле, Окуда заметила: «Карма, ты не против, если я сначала приму душ?»  Карма скрестил руки на груди и просто наблюдал, как Окуда устраивает то и это, пока не остановилась. «Карма?» спросила она.  Он шаг за шагом шел к своей жене, заставляя ее задерживать дыхание. Он взял ее на руки и прошептал: «Манами…» Она ахнула: «Да, Карма?»  «Ты заревновала, верно?»  Окуда замерла и спросила с нервной улыбкой: «Что? Нет, конечно нет! Что заставило тебя так думать?» Карма продолжил: «Манами, ты не умеешь лгать… Я видел, как ты смотрела на этих девушек в метро…»  Окуда вздохнула: «Ты поймал меня ... Но разве я не могу чувствовать ревность, когда просто хочу, чтобы мой муж сам для себя? Когда я хочу быть единственной, кто будет на него смотреть? Когда я не хочу, чтобы кто-нибудь посматривал за него??» Она вздохнула еще раз, потому что знала, насколько бесполезна ее ревность. Они были женаты, конец.  Карма улыбнулся и поцеловал ее глубоко. Окуда ответила. Им стоило больших усилий, чтобы разорвать его. Они смотрели друг на друга, тяжело дыша. Сначала Карма и заговорил: «Манами… Ты не ошибаешься… Я слышал, что эти су… я имею в виду, что они говорили». Карма поправил себя, когда она неодобрительно уставилась на него. «Нет ненормативной лексики!» Она всегда это подчеркивала, когда Карма использовал слова, которые он иногда использовал с Нагисой. «И я сказал им, что ты единственная женщина для меня…» Окуда улыбнулась и почувствовала слезы на своих глазах и извинилась: «Хорошо, прости за это, Карма. Люблю тебя.» Карма кивнул: «Я тоже, Манами. Так ты идешь сначала в ванну или я должен?» Карма задал основной вопрос о принятии ванны, так как они были покрыты потом. Это был душный день.  Окуда хихикнула: «Ну, я подумала, что мы могли бы вместе принять ванну…» Она усмехнулась ему, сквозь очки посмотрев на него своими прекрасными фиолетовыми глазами.  Карма покраснел, но вскоре вернулся в своё привычное состояние и ухмыльнулся. «Это и было то, что ты так хотела? Ну, я не могу сказать нет моей даме.» Он подмигнул.  Окуда хихикнула и очутилась в ванной, а Карма последовал её примеру, их одежда была выброшена в грязную кучу возле кровати.  Никто не осмелился беспокоить этих двоих этой ночью, потому что, скорее всего, у них действительно не было времени и желания, чтобы сосредоточиться на других вещах этой ночью.  У них было только внимание и желание для себя и друг друга, в прекрасную сеульскую ночь.