Инициатива

— Ну и шоу ты устроила, сестрёнка, — Сата спустилась в подвал. — Ты серьезно назначила стрелку в школе? Ты хоть знаешь, как ты нас напугала? Надо же контролировать свои убийственные наклонности! А потом ещё и ушла бог знает куда! — Прости. Давно не видела тебя такой злой. — еле заметная в свете окна фигура зашевелилась. На пол спланировала бумажка. — Прочитай. Запись разговора копов сегодня утром на бумаге. Ёжик достал. Я никогда ничего не делаю просто так. На упавшей бумажке корявым почерком был записан диалог видимо двух полицейских. Сата разобрала почерк не полностью, но даже так поняла, что в их округе находится маньяк-насильник, предположительно лет двадцати. — И с чего ты взяла, что он объявиться в школе? Ты хоть знаешь, как он выглядит? — Женская интуиция. — Это плохое объяснение! —Слушай, ты должна знать, что я не самый плохой стратег. Тоцу уже второй день тренирует Ёжика, хотя тот мало что сможет пока сделать. Многие в этой школе довольно воинственные, так что если он захочет слиться с толпой, а он захочет, то ему придется прийти. — «А это объявление ещё хуже, она скорее всего просто это говорить не хочет» пронеслось в голове у Саты. — Ну придет, и что дальше? Какой план, гений? — тихонько скрипя по лестнице Рун спустился в подвал и снова опёрся о стену. — Ну возьмём мы с собой Ёжика, он вызовет копов, ну возьмём меня, я умею драться, возьмём Сату на всякий случай, и что потом? — Ой, все-то вам рассказывать надо… Просто плывите по течению моей реки… И вообще~… Фигура на окне снова зашевелилась и беззвучно соскользнула вниз. Сата хотела ещё что-то сказать, но скрип лестницы ясно дал понять, что ответа она в любом случае не получит. День прошел быстро, но для ребят — крайне нервозно. После тренировки с главным силачом банды (Тоцу), Ёжик позвал к себе Руна и Сату. Позвал бы и Ако, если бы знал, где она или как с ней связаться. Ребята многое обсуждали, в основном Рун и Ёжик, и как-то речь зашла о лидерше банды. — Сколько ей лет? — Никто не знает. Но вряд ли ей больше девятнадцати. — Настоящее имя? — Ёж, не задавай глупых вопросов! Это уж тем более что нам не известно. — Какие-то особые странности? — Не совсем понимаю, что это значит, но она называет себя шиппером. Ещё сначала она казалась мне психованной, я ей жутко не доверял и думал, что она наркоманка или сидевшая. А потом мы поладили, и она сказала, что у нее просто было плохое настроение. Неделю. А ещё я всех там очень боялся, поэтому вел себя как быдло, чтобы казаться крутым. — Хм~. Ну, я думаю это уже твоя страннось. Не знаешь, у нее есть какие-то планы на будущее? Ну, всмысле на счёт банды. — Она не хочет, чтобы мы сильно разрастались. Хватит и человек двадцати, но зато верных. Ако говорила, что обязательно добьется у местных властей, чтобы мы могли официально существовать и быть чем-то вроде ФБР. Почему-то мне кажется, у нее это получится. Я думаю, она останется в банде до конца. — А как у самих планы? Хотите быть секретными агентами, или уйдете, когда наскучит? — Я хочу остаться, — Сата подала плечами. — Мне нравится "шпионить" за ребятами школы, а если за это будут ещё и платить.... — Мы тебя поняли. А ты, Рун? — Я... я с Ако всего полтора года, но банда уже семья для меня. Не ручаюсь, что смогу стоять за нее также яро, как Ако, но и так просто не брошу. — То есть ты тоже пока не планируешь уходить. — Вроде того. А сам-то как? — Я же теперь с ней повязан. Она, в каком-то смысле, спасла меня. Да и вообще... Ну... Мне комфортно с вами. Я остаюсь. — Мхм... Ночь пролетела ещё быстрее дня. Настал день злосчастный стрелки. Ако, Рун, Сата, Ёжик и Тоцу встретились у входа в школу в два пятьдесят. В три в спортзале собралось с десяток человек, а также команда из пяти человек и того самого шестого парня. В числе зевак была и "Принцесса", правда без свиты. А так как в битве он тоже не участвовал, Ако сделала вывод, что он до сих пор не лезет в драки после поражения от девушки. — Пф, да у вас вся команда из баб! Точно не передумаете? — Оу~, да кто-то походу волнуется! — на этот раз съязвил Рун. — Ладно, пусть так. Ещё увидим. Никто не дал отсчёт, но может не потому что все боялись влезть между двух вражеских команд, а потому что просто не успели. Внезапно забила пожарная тревога и все с криками кинулись к выходам. Ако, успев схватить Руна за предплечье, прокричала сквозь вой сирены, что они встретятся на улице. Все кто находился в здании уже стояли у крыльца школы. Подъехали пожарная машина и полиция, а Рун все продолжал с отчаянием искать шебутную подругу в толпе. Из здания все выбегали последние ребята, а одна девушка закричала «Помогите, там маньяк!». Вдруг послышался звон битого стекла и со второго этажа, сцепившись с каким то парнем, вылетела Ако. Паника не успела отразиться в глазах Руна, как его схватил Тоцу, удерживая на месте. А сражавшиеся казалось даже не заметили, что откуда-то упали. Удар, блок, разворот, снова удар. Наконец Ако удалось провести правильную комбинацию и ее противник оказался на земле, за секунду до того, как девушка вырубила его. А через короткое мгновение уже подбежала полиция, надевая на бессознательного парня наручники. Как оказалось позже, он пытался напасть на девушку, которая кричала. Рун стоял среди толпы движущихся туда-сюда людей и смотрел на знакомую тяжело дышащую фигуру, прикладывающую платок к порежу на плече. Руки Тоцу уже не держали его, поэтому спустя секунду раздался глухой звук удара. — Ты чем, черт тебя дери, думала?!? А если бы что-то пошло не так?! — Я же сказала, встретимся на улице... Ты волновался, я знаю, прости. — Ако лёгким движением смахнула каплю крови, катившуюся к губе из разбитого носа. — Но пойди кто-то из вас со мной, я не была бы уверена, что смогу защитить вас. Ты не согласишься со мной. Правда, я в норме. — Ага, я вижу. — Ну, если учесть, что нос мне разбил ты~... — Сорян, не смог сдержаться. — Эй, Ако! Ты как? — сквозь толпу наконец прорвались Сата и Ёжик. — Хах, в норме. Бывало и хуже. — Эт когда такое было? — Давай я потом тебе расскажу. Сейчас, если говорить откровенно, я бы не отказалась от кофе и душа.

***

Горячая вода приятно обжигала кожу, и казалось стоять так под ее струями можно вечно, но... — Ако, не мойся долго, горячая вода дорого стоит! «Зануда»— думает девушка, выключая воду. Вытерлась, переоделась, забинтовала порез на плече, распустила и расчесала волосы. — Вай~, красотка, — Сата заулыбалась. — Давно не видела тебя с распущенными волосами, тебе идёт! — Хаха, смешно. Мои патлы, да распускать? Ну уж нет. — А что, смотрится и правда неплохо. — Рун зашёл в комнату, передовая Ёжику компьютер. — Глянь. Вот тут. — На нашем пустыре собираются строить жилой комплекс... Неожиданно. — Так, погоди, что?? — Ако в мгновение ока оказалась за спинами у сидящих парней, старательно вчитываясь в текст статьи. — Не было печали... Я так понимаю, это значит что они снесут заброшку?! — Оу... Полагаю, да... Ако резко встала и принялась ходить по комнате взад-вперед. — Так, девочка, давай-ка успокоимся, — Сата остановила подругу и положила ей руки на плечи. — Давай вместе. Вдох-выдох, вдох... — Я спокойна! Как грёбаный удав! — Ако снова вырвалась, и, не позволяя Сате снова остановить ее, вылетела из комнаты. — Как будто мы им позволим снести дом нашей банды, — ворчала девушка, направляясь на пустырь к заброшке. Как только Тоцу заметил, что лидер вернулась, он кинулся к ней. — Нас.. — Я знаю. Я была у Ёжика. Никого пока нету? — Здесь нет, но... но южнее на километр уже подогнали машины. На сайте говорилось, что работа начинается незамедлительно и... Еле разборчиво букнув «Поняла», девушка направилась в подвал. Тоцу не пошел за ней. Парню было ясно, что сейчас его компания вряд-ли обрадует Ако. Спустившись в привычную темень нижнего этажа, девушка не пошла к окну. Отойдя в дальний от лестницы угол комнаты она подняла с пола камень и запустила его через всю комнату. Попав в выпуклый камень у самого потолка, несчастный разлетелся на тысячу кусочков. Что-то скрипнуло, и Ако, едва заметно улыбнувшись исчезла в темноте никому неизвестной комнаты.

***

Прошла уже неделя с тех пор, как в банде пролетели печальные новости. Некоторые почти сразу откололись, другие казалось колебались, но уходить не торопились. Десятка самых преданных членов банды говорили что не важно где, но они будут существовать, даже если без заброшки. Рун и Сата ходили как в воду опущенные, но нельзя было точно сказать, из-за машин, что уже стояли на окраине пустыря, или из-за того, что никто не знал, где Ако. Это все продолжалось до тех пор, пока машины не заехали на пустырь, а глава банды не собрала всех на общее собрание. — Народ! — встав на упавшую с потолка год назад плиту, Ако начала говорить. — Не буду говорить официально, так как не умею, так что... нашу заброшку начнут сносить с завтрашнего дня. Я узнавала. Ну не в этом суть. Вы скорее всего разозлитесь на меня, и я пойму вас, но... С завтрашнего дня я распускаю банду до дальнейших указаний. Эхом это слова разнеслись по заброшке. Все стояли ошеломленные. Ако спрыгнула с плиты и вышла из здания. И будто повинуясь немому приказу все стали собираться. Кто-то брал биты и лежанки, на которых ребята когда-то весело играли в карты, кто-то собирался унести обогреватель стоящий рядом со странным сундуком. Общем брали кто — что. Никто не сказал, но во взгляде абсолютно у всех читалась надежда на то, что все это ещё когда-нибудь пригодиться. Покидая заброшку, Сата практически рыдала. Рун изо всех сил старался успокоить ее, а Ёжик просто шел сзади. Ребята решили, что проживут у последнего. Благо, что тому это было не в напряг, а ребята занимали не так много места. Теперь уж им точно придется завтра тащиться в школу. Руна эта перспектива особенно не радовала. Но жизнь налаживается, и ребята, продолжая верить в это, смирились. На пустырь они всю прошедшую неделю не ходили. А зачем? Сыпать соль на рану, наблюдая, как из бывший второй дом разрушают? Где всю эту неделю была Ако, они тоже не знали. Прошло уже больше десяти дней, когда по телевизору объявили о появлении какой-то преступной вооруженной группировке, появившейся в городе. Сата готова была поспорить, что Ако непременно захотела бы сразиться с ее лидером. Рун только нахмурился в ответ на это предположение. А пока ребята спокойно жили обычной жизнью, приближалось девятое мая. Также неменуемо, как роковой для развалившейся банды, день.