I feel no pain. Again.

Я совершенно не помню, как мы дошли до его машины, припаркованной метрах в ста от места, где так внезапно вновь пересеклись наши судьбы... Мы целовались, словно выпивая душу друг друга, не оставляя ни единой капельки. КАК ЖЕ ДАВНО Я ЖАЖДАЛА ЭТОГО! Я желала этого с самого первого момента, как увидела его тогда в кабинете английского языка, смотревшего на мой эпик фэйл широко распахнутыми глазами. Наши руки путались в волосах и одежде друг друга, будто судорожно хватаясь за жизнь. Все эти поцелуи были пропитаны отчаянием, смешанным с непреодолимым желанием, сожалением, паникой, безумием... Я старалась распробовать каждый оттенок вкуса его губ и своих собственных ощущений, словно сомелье. Да, меня непреодолимо примагничивало к нему... и стоит признаться, так было с самого начала. Стоило ему появиться в поле моего зрения, сердце начинало вырываться из груди, словно обрело совершеннолетие и хотело съехать из моего организма. Я уж молчу про те считанные разы, когда мы оставались наедине и были близко друг к другу. Да, я хотела его. Хотела запретный плод по имени Пак Сонхва. Я прижала его к дверце машины, пока он разрывался между безудержным желанием целовать меня и поиском ключей. Открыв машину, он повалил меня на заднее сиденье, нависнув сверху и приникнув к моей шее, вдыхая запах. Я начала стягивать с него свитер, обнажая его потрясающе красивое тело. Почему-то я вспомнила тот сон, когда мы были с ним в душе. Но тогда у меня было чувство страха, а сейчас это чувство полностью атрофировалось. Он медленно ласкал мою грудь, расстегнув и приспустив ветровку, словно ставя точку каждым прикосновением губ к моей коже. Он был настолько нежен и нетороплив, в отличие от Хона. Однако, видимо Сонхва был не особым поклонником прелюдий, а посему принялся яростно стягивать с меня джинсы (внезапность - его всё). Я не знала, как себя вести и готова ли зайти так далеко. А он продолжал сводить меня с ума своими нежными губами, не давая другого выбора, кроме как «да». - Сонхва, я не... я аааа, - он прикусил мою правую ключицу, приложив палец к губам. - Тссс, - он взял меня рукой за запястья, расположив их над головой и прижав к сиденью. Я уже не сопротивлялась, полностью отдавшись во власть его рук. Однако, проявлять инициативу мне было СТЫДНО (ватафак, девочка? ты же УЖЕ изменяешь своему парню). Окончательно сняв с меня штаны с бельём, он приспустил свои брюки, обнажая член. Проведя им несколько раз по моим половым губам, что дико завело меня, он стал постепенно входить, продолжая мягко ласкать мою грудь ладонью. - Хва-ааа, я хочу... хочу тебя, - лихорадочно прошептала я. Секс с ним был таким чувственным и спокойным, прямо как его характер. Он не любил грубости, жестокости и вульгарности. Лишь глубокие, размеренные толчки, позволяющие прочувствовать каждый дюйм друг друга. ИМЕННО ТАК И ДОЛЖЕН ВЫГЛЯДЕТЬ СЕКС С УЧИТЕЛЕМ АНГЛИЙСКОГО. Это настолько сильно отличалось от наших крышесносных крэйзи-марафонов с Хоном, что я аж немного прифигела, отметив, однако, что так мне тоже очень нравится. Эдакое осознание аля «а что, так можно было?». Чувство стыда, которое поначалу присутствовало, сковывая мои действия, вскоре полностью испарилось. Я нежно целовала его губы, водя руками по рельефным мышцам, слегка меняющим свою форму по мере его движений. Он постепенно покрывался капельками пота, что выглядело очень красиво на его смуглой гладкой коже, словно его тело было покрыто драгоценными камнями, переливающимися в свете луны от каждого толчка в меня. Мы занимались сексом довольно долго, но... он не давал мне проявлять инициативу СОВСЕМ, сковывая мои движения и пресекая любые попытки активных действий, что тоже было для меня в новинку (Хон обычно давал мне абсолютную свободу). Интересно, а нет ли у тебя кинка на отношения «хозяин-раб», мистер Пак? Он ускорился, тяжело дыша и прижимаясь плотнее к моему извивающемуся от удовольствия телу, от чего толчки были ещё глубже, а ощущения ещё острее. Аккуратно вытащив из меня член, он кончил мне на живот, тихо выдохнув, содрогаясь и запрокинув голову, обнажая острую, как край битого стекла, линию челюсти. Практически полное отсутствие звуков было ещё одной необычной «фишечкой» секса с Хва. Наверное, я просто привыкла к звонкому голосу Джуна и его страстным стонам. ВСЁ БЫЛО ИНАЧЕ. АБСОЛЮТНО ВСЁ. После мы полежали немного в объятиях друг друга, тихо разговаривая о чём-то. Потом ещё немного погуляли по пляжу, уютно обнимаясь под пледом. Я старалась не думать о Хоне, хотя получалось с трудом, совершенно не понимала своих чувств. Сонхва отвёз меня домой, в конце мы обменялись номерами телефонов. Я ИЗМЕНИЛА... И ТЕПЕРЬ НЕ ЗНАЮ, ЧТО С ЭТИМ ДЕЛАТЬ.