I feel no pain. Again.

Это странно, но я никак не могу понять, где нахожусь. Неужели, самоубийцам уготовано вечность пробыть в кромешной темноте? Суицид и правда такой тяжкий грех? Но ведь это тело принадлежит мне, а следовательно, я имею полное право избавить себя от мучений. Разве можно наказывать за прекращение страданий? ЧЕРТОВСКИ НЕСПРАВЕДЛИВО. По крайней мере, другого ответа я просто неприемлю. Такое ощущение, будто я уже вечность заключена в тёмном подвале. Я даже не понимаю, могу ли я дышать... иногда мне кажется, что могу! Да нет, вряд ли... Наверное, просто привычка. ПОСТОЙТЕ-КА... Я ВИЖУ СВЕТ? Мои глаза открылись, но я ничего не могла разглядеть. Какие-то полосы, изгибы, целый орнамент... и этот грёбанный свет, нестерпимо выжигающий сетчатку. Очертания становились всё более чёткими, но было и ещё кое-что... я начинала чувствовать боль. Ко мне пришло понимание : я всё-таки жива. КАКАЯ ЖЕ ТЫ НЕУДАЧНИЦА, ЭЛЛИ, ДАЖЕ УМЕРЕТЬ НОРМАЛЬНО НЕ МОЖЕШЬ! Я попробовала пошевелить рукой. УСПЕХ! Я повернула голову к источнику надоедливого света. Это было больничное окно, которое медсестра, видимо, забыла зашторить, да и закрыть, судя по всему. Невесомая белая тюль разлеталась от порывов тёплого ветра, а солнце светило так сильно, словно пыталось кремировать меня. Мои глаза почти полностью привыкли к яркости здешнего мира. А может, я сплю? Могут ли мёртвые видеть сны? Да не, чушь собачья. Однако, повернув голову в противоположную от окна сторону, я даже с силой ущипнула себя за плечо. На краю моей кровати мирно спал ОН. Всё тот же милый маленький носик, приоткрытые пухлые губы, всё такие же шикарные ресницы. Только вот волосы теперь платиновые. Да и лёгкая небритость присутствует. Всё ещё не веря, что это действительность, я протянула руку, пытаясь прикоснуться к его волосам, но не смогла из-за внезапной резкой боли. А ТЫ ВСЁ ТАКОЙ ЖЕ НЕДОСЯГАЕМЫЙ, ХОНИ. СМОГУ ЛИ Я ВООБЩЕ КОГДА-НИБУДЬ ДОТЯНУТЬСЯ ДО ТЕБЯ? От моего движения Джун проснулся. Он молча смотрел на меня, а я всё не решалась завести диалог. - Ты когда-нибудь поумнеешь?, - Хон делал вид, что был недоволен... но я видела искры счастья в его глазах. - Я полагала, что уже... но, видимо, мне показалось. - В этой жизни непозволительно опираться только на удачу, - начал нравоучительным тоном он, - зачем ты совершаешь ошибку за ошибкой? Почему ты так слаба? Его губы задрожали, он больше не мог сдерживаться. - Я в жизни не встречал кого-то более самонадеянного и эгоистичного, чем ты, - из его глаз полились маленькие кристаллики его печали, - как ты могла такое вытворить? Я открыла было рот, чтобы объясниться... - О чём ты вообще думала, дура ненормальная?, - он весь, словно превратился в свой же вопрос. - Я не маленькая, чтобы отчитывать меня, Хонджун!, - его поведение меня немного возмутило. - Мне уйти? Он вопросительно посмотрел на меня, и в его карих глазах я прочла «только не это». - Я ведь говорила тебе никогда меня не прощать... - Кто сказал тебе, что я простил? - Тогда зачем ты здесь? - Я. Хочу. Здесь. Быть., - он запнулся, - потому, что... потому что... Он отчаянно посмотрел мне в глаза, надеясь, что я пойму его, ведь признать то, что до сих пор любишь предателя - тяжело... а сказать ещё сложнее. Это режет самооценку без ножа. - Придвинься, Хони, мне тяжело руками шевелить. При слове «Хони» я заметила тень улыбки на его губах. Он подчинился в полном неведении. - Я чувствую к тебе то же самое, что и пять с лишним лет назад, но, - я впала в ступор и не знала, как объяснить свои чувства, - но не считаю себя достойной быть рядом с тобой. - Я много думал о той ситуации, - сказал он, - да, ты предала меня, но я точно знаю, что ты очень сильно раскаиваешься... - А что, если нет? - Не лги мне, Элли... разве попытка убить себя не была из-за чувства вины? Я всегда знала, что он необычайно умён, мудр и проницателен, но теперь эти его «супер-способности» даже пугали. Я осознавала, что он любит меня. Непонятно, правда, за что, но любит очень сильно... Однако оставался ещё один вопрос, который я, наконец, решилась задать. - Ты уверен, что сможешь принять меня? - Ты совсем дура, или прикидываешься?, - в его голосе появились нотки плохо скрываемого смеха, - если бы я не смог принять тебя, меня бы не было в этой палате. Он демонстративно сделал «фейспалм», что дико рассмешило меня, но я не подала вида. - Не скрою, это было трудно для меня... но я трудолюбивый, ты же знаешь... Плюс я уверен, что ты никогда не повторишь это вновь. Я просто это знаю и всё. А ТЫ ТОЧНО ПРОДЮСЕР, А НЕ ЯСНОВИДЯЩИЙ? - Я также знаю, что вы с мамой продолжали общаться, но спросить её о тебе напрямую попахивало полной капитуляцией, ты же понимаешь... мне гордость не позволяла... Он грустно опустил глаза. - Чувствую, что упустил кучу времени... Мне так захотелось прижать его к себе... просто сжать в объятиях - и будь, что будет... Но вместо этого я спросила : - У тебя был кто-нибудь? Как и чем вообще ты жил все эти годы? Он помрачнел. Вспоминать о прошлом ему явно не хотелось. - Да. Первые два года я пытался как-то реабилитировать свою жизнь... моя группа, - его лёгкие словно сдавил стальной обруч, - дебютировала... «Но, увы, без тебя» тоскливо пронеслось в моей голове. - Я, как ты, наверное, знаешь от мамы, стал их продюсером, - его голос немного повеселел, - и до сих пор в этой сфере. Я люблю свою работу, хоть она немного и отличается от того, к чему я стремился, тренируясь годами... Моё желание обнять его било все рекорды, но я продолжила : - Что на счёт личного? - Я был одинок и полностью погружён в работу где-то три года после нашей той встречи, - он будто избегал слова «расставание», - если честно, я был не уверен, что вообще захочу отношений, что с девушками... что с парнями, - он подавленно усмехнулся. - А потом? - Потом появилась одна девушка из стаффа. Если честно, она просто заботилась обо мне, приносила еду, чтобы я совсем уж не помер в своей студии, - рассмеялся он, - почему-то я принял тёплые чувства благодарности к ней за любовь. Наверное, я просто ХОТЕЛ ДУМАТЬ, что это любовь... Разумеется, на этом отношения не построишь, и у нас ничего не вышло... плюс кое-кто взял моё сердце в аренду на неопределённый срок и неопределённых условиях... ВСЁ было так неопределённо, - он строго посмотрел на меня, - и так и не вернул мне его до сих пор. Я почувствовала, что больше не могу ничего с собой поделать. МЫ ПОТЕРЯЛИ ПЯТЬ ЛЕТ! - Хони, я хочу быть с тобой. Я клянусь, что больше никогда не посмотрю в чужую сторону. За всё это время я не встречала подобного тебе человека, и абсолютно уверенна, что не встречу никогда. Поверь мне, пожалуйста, если сможешь... Он аккуратно обнял меня, а я почувствовала такое колоссальное облегчение, словно с меня сняли кучу оков. - Представь, что нам снова семнадцать, - нежно прошептал мне на ухо Джун. Мы пообещали вычеркнуть тот момент, да и эти бесполезные упущенные годы из своей жизни, и никогда больше о них не вспоминать. Собственно, никому из нас и не хотелось помнить обо всём этом дерьме. Но всё же однажды мы нарушили наше обещание, принеся огромный букет цветов на могилу Уджи. Я помню, как тогда мы стояли, обнявшись, и молча плакали, охваченные чудовищными воспоминаниями. Через рубашку, я гладила место шрама от операции, навсегда изуродовавшего прекрасный торс Хона и поставивший крест на всех его мечтах. Сейчас нам по тридцать пять, мы женаты и у нас трое маленьких пацанов. Всё, как он и обещал, будучи ещё в школе. По правде говоря, мы долго не могли завести детей... мне сложно было их выносить из-за многочисленных повреждений - последствий моего неудачного суицида. Но мы же все помним, что Хонджун трудоголик... Ну вы поняли, о чём я (извращенская ухмылочка). В итоге у нас всё получилось. Могу с уверенностью сказать, что, на самом деле, настоящие мужчины существуют, просто очень часто мы не ценим их, размениваясь на всяких смазливых и ничего из себя не представляющих подонков. Я не собираюсь разглагольствовать и говорить таких банальных вещей типа «учитесь на чужих ошибках», ибо это полный бред. Каждый, рано или поздно, учится на своих собственных, а вот какие иногда бывают ужасающие последствия совершённых проступков, читайте выше. С высоты своего тридцатипятилетнего возраста могу сказать, что я и правда очень везучий человек. Я дважды смогла выжить, казалось бы, в нереальных условиях. А ещё... Почти каждое утро (за исключением его командировок по работе), просыпаясь, я вижу на соседней подушке самое дорогое, что у меня есть.