9. Salut Royal
24 июня 2020 г., 00:27
Утро застало Брианну одну. В постели ещё оставалось его тепло, его запах: безумная ночь растаяла, но тело ещё помнило прикосновения, ласки, объятья. И это снова пробудило желание оказаться в его власти, почувствовать его в себе, услышать его голос.
Но он уже ушёл. Наверное, совсем недавно, но тихо и незаметно, не оставив никаких вещей в комнате.
Улучив момент, Брианна поднялась, надела рубашку и сунула руку под кровать. И первое, что попалось, — пробка от вчерашней бутылки. Швырнув её в сторону, Брианна едва ли не легла на пол, протягиваясь дальше и, наконец, вытащила сумку. Но шкатулки там не оказалось: Стивен забрал её.
Среди бумаг лишь несколько маршрутных листов с непонятными пометками, очевидно, на гэльском, — не иначе как расчёты фарватеров, консигнационные договоры и накладные на груз: табак, индиго, ямайский сахар-сырец, патока-мела́сса. И рабы: двадцать мужчин и девять женщин. Семеро вычеркнуты — надо думать, они не пережили плавание.
От мысли, что на корабле всё это время в трюме находились люди, стало не по себе. А ведь они ни разу не попались на глаза: ни эти несчастные, ни тела семерых отмучившихся.
Одной из бумаг со знакомым лицом на ней оказалась листовка от губернатора Луизианы: он объявил награду в три сотни долларов за поимку Жана Лафита — пирата, контрабандиста и убийцы.
Три сотни… Но если месье титулован как король пиратов, то баснословная в эти времена сумма вполне себя оправдывала. А всё-таки, чем же нужно запятнать репутацию, чтоб губернатор не поскупился на такое вознаграждение?
Двадцать пять долларов власти давали за голову какого-то Олоне́ и столько же — за голову Стивена Боннета. И у всех, как на подбор: разбой, контрабанда, работорговля, бесчисленные убийства.
Если не считать этого Франсуа Олоне, чей образ на мятой, почти изжованной листовке вопреки послужному списку олицетворял чуть ли не саму невинность, где-то в Сент-Джонсе прямо сейчас шакалились триста двадцать пять долларов. А то и все триста пятьдесят.
Судя по тусклому свету с улицы, сейчас не больше восьми утра, — нужно возвращаться к Джемми.
Брианна оделась, натянула проклятые ботфорты и, на всякий случай прихватив сумку, вышла в коридор.
— Ни свет ни заря, — услышала она голос Рона за спиной.
— Я начну заикаться, если ты продолжишь вырастать из стен позади меня.
— Не злись, красотка. Я здесь ради твоей безопасности.
Откуда-то с улицы донёсся цокот лошадиных копыт. Затем из холла послышались грубые мужские голоса и брань.
— Стой тут, — тихо скомандовал пират и бесшумно подобрался к лестнице.
— …Боннет, Киллиан «Килл» Таллмор? — допрашивал кого-то низкий стальной голос, но в ответ прозвучало лишь бессвязное бормотание. — Брианна Фрэйзер Маккензи?
Сердце тревожно забилось. Брианна молча всучила Рону сумку капитана и быстро потащила за руку в сторону комнаты Джемми и Атии. Словно почуяв неладное, на пороге тут же показался Мини-Джек, но Брианна приложила палец к губам, давая понять, чтобы оба не издавали ни звука. На лестнице послышались тяжёлые шаги.
— Быстро, убирайтесь, — шикнула на пиратов Брианна, едва ли не заталкивая их в комнату. — Уводите Джемми, я разберусь с ними…
— Какого хрена ты творишь?
Но возразить или оспорить её решение никто не успел — Брианна захлопнула дверь и подскочила к лестнице, чуть не сбив с ног лейтенанта и солдат в красных мундирах.
— Простите, сэр, — нервно улыбаясь, пробормотала она.
— Миссис Маккензи? — мигом смекнул тот, смущённо оглядывая её облачение.
— Да, это я. Чем обязана вашему вниманию?
Неуверенно обернувшись на сопровождающих, тот вновь обратился к ней:
— Лейтенант гарнизона форта Сигнал-Хиллс Джеймс Олсен. Я вынужден настаивать, чтобы вы проехали с нами. Но по моим сведениям с вами должен быть мальчик — ваш сын.
— О, Джемми… с няней.
— Простите?
— Ко мне приставили чернокожую девушку, которая выходит с ним на прогулку. С четверть часа назад они ушли. Сэр.
Лейтенант, подвинув Брианну, протиснулся в коридор, бегло оглядел его и махнул солдатам, отдавая какие-то команды жестами. Те на удивление тихо и быстро рассредоточились, проверяя каждую комнату на этаже.
Удары сердца становились всё неритмичнее и сбивчивее. Надежда только на то, что Атия с Джемми и другие успели хотя бы где-то спрятаться. Солдаты зашли в их комнату. Минута, что они провели там, длилась мучительную вечность.
— Никого, сэр, — доложил один.
— Во второй комнате голландец, в последней французы со шл…
— …с женщинами. Больше никого, — дополнили другие.
Почему-то только сейчас от волнения начали дрожать руки. Как назло, именно тогда, когда уже и не надо.
— Пожалуйста, пройдёмте с нами, миссис Маккензи, — вновь обратился к ней лейтенант.
— Я не уеду без сына.
— Не волнуйтесь, его быстро доставят следом.
— Могу я хотя бы уточнить, куда вы намерены меня сопровождать? — нарочито громко спросила Брианна.
— В форт на Сигнал-Хиллс. Остальное узнаете на месте.
***
С пристани форт казался довольно маленьким, даже больше походил на эдакое стилизованное поместье, чем на военное укрепление. Он вовсе не попался бы на глаза если бы Весельчак Сэм не указал на него. Вблизи же это оказалось массивное и внушительное сооружение. По крайней мере, желание штурмовать его без поддержки воздушной артиллерии у всякого нормального человека наверняка бы атрофировалось ещё на подходе. На кривых улочках города сонные, точно мухи, немногочисленные в этот ранний час горожане с нескрываемым любопытством глазели вслед конвою. В особенности, на облаченную в мужскую одежду женщину, сидевшую в седле с лейтенантом так же по-мужски. Оттого солдаты, буквально перевесившиеся через пушечные гнёзда на стенах форта, не сильно удивили. Но от обилия красных мундиров внутри крепости зарябило в глазах: непривычно наблюдать одетый по форме гарнизон после продолжительного пребывания рядом с разношерстным экипажем пиратского корабля. Олсен спешился и помог слезть Брианне. — За мной, миледи, — по привычке командным тоном обратился он к ней и зашагал в сторону какой-то внутренней пристройки, отдалённо напоминавшей донжон замка. После недолгой езды в седле стёртые ботфортами ноги успели расслабиться, и теперь ковылять за лейтенантом не приносило никакой радости. Но больше ничего не оставалось. Вереница тёмных коридоров уткнулась в массивную дверь, напомнившую о подвале на Окракоке. Интересно, здесь тоже имелась тайная поте́рна, как там? — Лейтенант Олсен и миссис Маккензи, — обратился тот к адъютанту у входа. — Вас ожидают. Галантным жестом Брианну пригласили пройти вперёд, окинув весьма неоднозначным взглядом. — Сэр, миссис… — Вы свободны, лейтенант. Тот самый мужчина, которого накануне Брианна видела в холле таверны вместе с Боннетом. Комендант форта. Олсен ретировался без единого звука — лишь дверь глухо захлопнулась за спиной Брианны. Офицер же как ни в чём не бывало продолжил внимательно изучать содержимое бесчисленных бумаг на столе. — О, не стойте у порога, миссис Маккензи. Присаживайтесь, — не поднимая взгляда, но довольно вежливо предложил он, кивнув на свободный стул рядом. — Могу я поинтересоваться, зачем меня привезли сюда, сэр?.. — …майор Николас Пирсон. Конечно, можете, — он положил на бумаги пресс-папье и слащаво улыбнулся. — Хотя я полагал, что дама в вашем положении задаст несколько иной вопрос. Например: «Когда меня отвезут в Эдентон? Где мой муж, отец?» Неприятное предчувствие, холодившее нутро ещё в момент появления солдат в таверне, усилилось стократ. Теперь же оно стало не просто неприятным — внутренний голос чуть ли не сокрушался, в какой, возможно, она полной… — Да, кстати, где ваш сын? — Мне непонятен ваш тон, сэр, — не скрывая нервозности ответила Брианна, глядя прямо в глаза офицеру. — Если вы намереваетесь что-то сказать или выяснить, не лучше ли сделать это прямо, а не сальными намёками? Лицо его вмиг приняло суровое и бескомпромиссное выражение. И сейчас Брианна засомневалась, правильно ли поступила, вынудив его говорить начистоту. — Видите ли, до меня дошли слухи о том, что в Эдентоне похищена женщина. И похищена, — не сдержавшись, он усмехнулся, — кто бы мог подумать, — Стивом Боннетом. Знаете, мужчины тоже любят сплетни и слухи. Особенно те, где фигурирует хороший куш. А за вас обещано немало. — В самом деле? Неужто больше трёхсот долларов? Ухмылка тотчас пропала с лица майора; он откинулся на спинку стула, оценивающе глядя на собеседницу. И судя по этому взгляду, ждать чего-то хорошего от него не стоило. — Какая проницательность. Какая осведомлённость. Я бы сказал, даже слишком глубокая осведомлённость для заложницы Боннета. — По-вашему, я должна сидеть в трюме, в цепях и носа не казать оттуда? — Миссис Маккензи, я так давно не был среди благородной публики и, боюсь, уже разучился вести светские беседы. Поэтому буду откровенен: меня не волнует, что из всей грязной шайки морских бесов и висельников Нового Света вы предпочли крутить шашни с… пэдди. Я бы ещё понял, будь это свирепый Килл Таллмор — он хотя бы бывший дворянин. Правда, и неменьший подонок. Но Боннет — животное, — не выдержав, Брианна подскочила с места, точно ужаленная. — Сядьте, миледи, не будьте дурой! Меня волнуют лишь деньги и моя карьера. И мне очень не нравится, когда под угрозой одно или другое. — Мне льстит ваша откровенность, — смирила пыл она. — Но причём тут я? — Раз уж вы знаете, за чью голову обещаны три сотни долларов губернатором Луизианы, и знаете, в чей огород бросить камень, то, стало быть, вы в курсе многих наших дел. И можете рассказать мне о грузе «Рыжей ведьмы». Задумавшись на мгновенье, Брианна выдала: — Рабы, индиго, табак, сахарный сырец, патока-меласса. В ответ Пирсон только снисходительно расхохотался. — Зачем перечислять мне уже принятое на склады? Я видел этот товар. — Тогда я, увы, не могу сказать большего, только потому, что не знаю. — Хотите сказать, Боннет посвятил вас в то, какие у него дела в Сент-Джонсе, случайно или частично? — Он вовсе не посвящал меня. Я просто увидела бумаги в… у человека, который охранял меня. — И где же он? — Кто? Майор злобно двинул по столу кулаком и рявкнул: — Не держите меня за идиота, миледи! Это может стоить вам жизни! И поверьте: я легко сумею объяснить, как получилось, что мои люди не смогли вырвать вас и вашего сына живыми из лап пиратов. А потом получу вознаграждение за проявленную бдительность и верность короне. Слишком многое довелось повидать за последнее время, чтобы позволить себе роскошь сомневаться в словах такого типа, как майор Пирсон. Можно бесконечно долго проклинать себя за необдуманные слова. И за недальновидность — глупо было полагать, что раз офицер премило сидел за одним столом с Боннетом, то они с ним на одной стороне. Поспевать за ходом мыслей коменданта и его вопросами получалось из рук вон плохо, если не сказать хуже. — Сэр, я не поняла вашего вопроса, — Брианна стерла сбежавшую слезу. — Не вздумайте рыдать, это низко даже для вас. Где сейчас Стивен Боннет? — Должно быть, он на корабле или в городе, я не знаю… — Его нет в городе. Как нет и его корабля в порту. — Вы лжёте, — не веря своим ушам, прошептала Брианна. — Этого не может быть! Где Джемми? — Где Джемми… Хотите посмотреть сами? Это легко устроить. — Да, очень хочу! — Даю слово джентльмена, — кивнул офицер. — Но прежде вы обязаны рассказать, что на борту корабля. — Клянусь всем, что у меня есть: я не знаю. Он не вёз больше ничего. Разочарованная ухмылка скривила лицо коменданта. Невольно Брианна сравнила его с Боннетом: тот тоже не упускал шанса ухмыльнуться и спустить с языка гадость, но не выглядел настолько отталкивающе. Даже шрам на его лице не внушал такого отвращения, как мимика майора. И дело совсем не в её чувствах… — Осадка «Рыжей ведьмы», уходившей из порта, была почти такой, с которой она вошла, — сообщил Пирсон и, поднявшись с места, направился к выходу. — Идёте?***
Со стен форта открывался прекрасный вид на бухту: всё, как на ладони. Один из солдат гарнизона принёс для Брианны плед — очевидно, чтобы она своим вызывающим видом не отвлекала мужчин от несения службы, — и подал коменданту подзорную трубу. — Смотрите сами, — тот вручил её Брианне. — Голландский торговый барк, три французских корабля, на одном из которых находятся три сотни долларов, испанский шлюп, три английских торговых… — Корабль у входа в бухту, — указала Брианна. — О, нет, миледи. Это «Revenge» — сорокопушечный малый линейный корабль, состоящий на службе Его Величества и на страже Сент-Джонса. Действительно, присмотревшись, она заметила, что это судно значительно превосходит габаритами «Ведьму». — А Джемми? Мне сказали, его доставят следом. Вы дали слово… — …джентльмена, да. И я его сдержал. Я обещал дать вам возможность собственными глазами увидеть, что вашего… капитана нет в Сент-Джонсе. Горечь и разочарование удушающим комом застряли в горле. Захотелось кричать изо всех сил, задушить этого Пирсона! Впрочем, при чём тут он? На его месте мог оказаться любой другой офицер: молодой ли, старый, мерзкий или приятный — не в том дело. Не в том человеке. Только сейчас постепенно начало приходить осознание действительности: Джемми, скорее всего, уже утром не было в той комнате. Видно, Атия спровадила её обратно к Боннету, чтобы не мешала. «Он мой сын» — сказал он в тот вечер… Значило ли это, что вся трагикомедия развернулась только для того, чтобы он мог беспрепятственно забрать Джереми и увезти, куда вздумается? Но куда? в Англию? в Ирландию? На, прости Господи, «остров Черепа»? Произошедшее между ними теперь вовсе выглядело отвратительно и низко. И не столько со стороны Боннета… Как же можно оказаться такой дурой, чтобы поверить в чувства такого, как он? «Животное» — назвал его сэр Пирсон. Наверное, это и правда было чем-то животным, а вовсе не тем, чем казалось… Чёрта с два — никто здесь не увидит её слёз. Не по этому подонку. Но страх за Джемми выворачивал нутро наизнанку и мрачной тенью ложился на бледное лицо. — Вы хотите сказать, Джемми на его корабле? — сдавленно спросила Брианна коменданта. — Вероятнее всего. Солдаты прочёсывают город. Но если верить моим людям из пекарни напротив таверны, чернокожая девушка с ребёнком и сопровождающими уходила оттуда около пяти утра. Как и когда уходил Боннет — никто не видел. Но в восьмом часу его корабль вышел из порта. Да. Всё именно так. В комнате Джемми уже не было… — Сэр, незадолго до него бухту покинул шлюп «Salut Royal» — доложил один из солдат. — Французский корабль? — Да, сэр. Торговый. Капитан Жан-Давид Но. — Чем громче название корыта, тем дырявей карманы его хозяина, — усмехнулся майор. Почему же Боннет бросил здесь Рона и Мини-Джека? Оба пирата из абордажной команды — глупо оставлять таких на берегу. А Боннет, хоть и редкостный говнюк, но точно не дурак, не из тех, кто из прихоти идёт на глупость. Обречённо окинув взглядом бухту, Брианна снова устремила подзорную трубу на свинцовые воды Атлантики. Никого… Какая-то странная вспышка мелькнула прямо на горизонте и исчезла. — Надвигается шторм? — спросила она майора. — С чего вы взяли? — Вспышка молнии… в смысле, что-то сверкает на горизонте. Однако вместо очередной ухмылки, Пирсон настороженно взглянул на свою гостью и, буквально выдернув из её рук подзорную трубу, начал просматривать горизонт. — Где именно была вспышка? Как часто? — Я не знаю… Она блеснула как солнечный зайчик и… Вон там, в той стороне, — указала Брианна рукой. — Рифовая долина, сэр, — подал голос адъютант. — Там не может пройти ни одно судно. — Кроме того, на котором один из некогда лучших лоцманов флота Его Величества, — Килл Таллмор, — нервно заметил майор. — Уведите её в казематы и приставьте охрану.
