Женщина-кошка

Первый месяц в Хогвартсе прошёл в режиме разведки. Мы с отрядом обследовали замок и добывали сведенья, каждое утро собираясь в комнате Гарри на планёрку, когда тот уходил на занятия. Мальчика никто не обижал: всего пару раз продырявила мощную ляжку Маркусу Флинту и с намёком поводила глазами по всей его немалой мускулистой туше, словно примериваясь, где тут что ненужное растёт? Капитан квиддичистов мгновенно понял намёк и поднял лапки вверх, я ухмыльнулась и кивнула — пакт о ненападении заключён. Флинт быстренько донёс новую политику партии до всех слишком радикальных тёмных мажат, и нас с Поттером оставили в покое. Малфой, что характерно, тоже не донимал никого и вёл себя прилично. Вообще, в этой реальности было мало сходства с каким-либо откровенным фаноном или каноном, что весьма радовало меня. Я и книжки в библиотеке почитала, и разговоры подслушивала, и в кабинете у Дамблдора покопалась, заодно мстительно нагадив в его парчовые домашние туфли. А нечего было деньги моего котёнка зажимать, поц кудлатый! В общем, нет тут никаких наследий, и мой подопечный не станет демоном/вейлой/вампиром и прочей нечистью, да и всякие короны ему не светят: Поттеры — обычный магический род, не аристократы, лордством тут и не пахнет. Те же Малфои действительно были дворянами, потому что пэрство получили в хрен-знает-каком-году из рук магловского короля за верную службу короне. Так что Люциус носил звание лорда, не просто взяв его у какой-то непонятной родомагии, а имея королевский указ за номером и датой. И не было на них никакого проклятия единственного ребёнка, а был майорат, так что всё недвижимое имущество и земли переходили перворожденному. Хитрые блондины не желали дробить капитал, поэтому просто рожали одного сына, и все финансы сохранялись и накапливались в семье, не уходя на сторону. Проза жизни: маги вы или нет, а жить богато хочется всем. В общем, мы читали умные книжки в библиотеке, никто не возражал против милой белой кошечки в круглых очках (без диоптрий, а что, слямзила идею из фанона, там Гарри вечно «скрывал» под такой идиотской маскировкой свою эпичную крутизну). Поттер набирал правильную литературу, изучал её вместе со мной, по ходу действия задавая вопросы и делясь со мной своими наблюдениями. Что меня напрягало в школе, так это неугомонный Снейп! Этот товарищ решил меня приручить! Мне кажется, он меня как-то отслеживал, потому что хотя бы раз в день мы где-нибудь пересекались: в библиотеке, где Снейп вдруг садился напротив нас; в гостиной факультета он занимал кресло у моего любимого камина и беседовал со студентами, пугая своим доброжелательным тоном всех подряд. Обычно старшекурсники незаметно линяли по комнатам, чтобы не нарваться на какую-нибудь подставу: добрый декан — плохая примета! Малышня так поступить не могла, поэтому сидела тихо, изображая бандерлогов перед мудрым Каа, который делился жемчужинами мыслей с несмышлёными личинками магов, только-только вылупившимися из яиц. Я обычно наблюдала за этими беседами, лёжа на спинке кресла, чувствуя тепло от огня и тихонько мурлыкая и тарахтя. Видно, в моей мохнатой груди был встроен какой-то волшебный моторчик, который распространял волны благодушия. Однажды Снейп даже рассмеялся на рассказ какого-то студента, напугав несчастного до икоты. В общем, какой-то этот декан подозрительный. Уж не знаю, насколько он гад, но я его обхожу стороной, на всякий случай. Вдруг он кото-маньяк, ка-ак схватит беззащитную меня и утащит в страшные застенки, будет там пытать своими рассказами, как он обожал и любил свою зеленоглазую подругу, а у меня на розовые сопли аллергия!

***

— Мэм, операция номер один прошла успешно! — отрапортовал мистер Лапка на утренней планёрке первого октября. — Анимаг-крыса по имени Короста обезврежен и больше никогда не сможет угрожать объекту. — Что вы с ним сделали? — равнодушно поинтересовалась я. — Мурр-мясо, — проворчал Хохолок. — Поняла вас, объявляю всем благодарность! Приступаем к завершению операции номер два! — Так точно, мэм, операция «Причесать лысого» вступает в решающую стадию, всё уже готово, но можно высказать замечание? — неуверенно спросил мой первый зам. Увидев мой согласный кивок, он продолжил: — Объект Квиррелл очень старается быть хорошим учителем, готовится к занятиям, составляет учебные планы. Тот, второй, который-живёт-в-затылке, говорил, что когда-то хотел быть учителем ЗОТИ, и теперь реализовывает свою юношескую мечту. И дети тоже довольны, мы слышали, что они любят нового учителя и очень заинтересованы уроками. А ещё объект номер три бурчал и дёргал себя за бороду, говорил, что неправильно рассчитал, и этот Квиррелл научит студентов на самом деле обороняться. Услышав такую информацию, я серьёзно призадумалась. Надо же, какой поворот фанона: вменяемый подселенец, который хочет учить детей. — Он уже охотился на единорогов? — Нет, мэм, у него сейчас два выхода: пить насильственно отобранную кровь или добровольно отданное молоко. Первое — несёт проклятье, второе — исцеление. Вот только противные рогатые кобылицы не дают людям молока. — Людям? — заинтересовалась я такой оговоркой. — А книззлам дадут? — Не могу знать, мэм, но можно попробовать сходить в лес и договориться с табуном. У волшебных животных есть ментальная связь, а эти лошади точно волшебные. Попробуем? И мы попробовали в тот же день, отправившись в лес на единорожью поляну, где как раз тусовалось всё стадо. Ну, договориться нам удалось, уж не знаю, на каких ультракоротких волнах мы общались. Поначалу вожак решил на меня быкануть, так я в красках описала и послала ему ментальные картинки из фильма, где невинно убиенный единорог является донором для летающего балахона. Стадо впечатлилось и тут же согласилось на переговоры, итогом которых стал договор об обмене трёх глотков молока в день на кристаллы лучшей морской соли, свежий ржаной хлеб и самые ароматные яблоки и груши. Пришлось согласиться, хорошо хоть деньги этим гадским коням не нужны. Теперь оставалось договориться с двоедушником о следующем обмене. Как это сделать? Я не могла решить, пока меня неожиданно не подловил в тёмном закоулке Снейп. Я шла себе вся такая задумчивая, потеряла бдительность и неожиданно наткнулась на какой-то чёрный столб. От ужаса подпрыгнула и заорала: — Ай бля! Разве можно так пугать! — Прости, Снежинка, я не хотел, — раздался знакомый голос. Да, вот он у Снейпа определённо хорош, такой замурчательный низкий ласкающий слух баритон. Для меня-кошки вообще звучит как песня. — Постой, ты что, меня понимаешь? — поражённо села я на свою мохнатую попу. — Понимаю, — подтвердил Снейп. — Я выучил кошачий язык уже много лет назад. — Вот тебе делать нехрен, — протянула я. — Кошачий-то тебе зачем? Шпионов нанимал? — Нет, — смутился зельевар, — просто у меня была, гм, была мечта. — Ну у тебя и бедная фантазия, — поразилась информации я. — Слушай, а можно тебя попросить кое о чём? Только это большой секрет. — Конечно, — тут же согласился Снейп, а я залипла на его губах — так забавно видеть, что они шевелятся, артикулируя «мяу-муры», а я слышу и понимаю слова. — Ты нужен мне как мужчина! — бухнула я и полюбовалась нежным румянцем на бледном лице зельевара. — В смысле, ты нужен мне как мужчина-переговорщик! — Что случилось? — тут же встревожился Снейп. — Понимаешь, у меня есть очень нужный и дефицитный товар, а ещё есть клиент, которому этот товар очень сильно необходим. Но я боюсь, что меня попытаются кинуть, я же маленькая наивная кошечка, — я похлопала глазками и скорчила мордаху шрэко-котика. Зельевар покраснел ещё интенсивнее, а я вдруг снова подумала о кото-маньяках, они такие страшные. — Конечно, я тебе помогу, Снежинка, и защищу тебя от любого злодея! — Даже от Тёмного Лорда? — включила я маленькую сиротку. — Клянусь, даже от него! — торжественно пообещал Снейп, а я подумала, что он сейчас получит огромный сюрприз! — Тогда пойдём к Квирреллу, я буду говорить, а ты — переводить! Если Снейп и хотел задать какие-то вопросы, то просто не успел, потому что я резво поскакала к покоям профессора ЗОТИ, а зельевару не оставалось ничего, кроме как следовать за мной. Забавная, наверное, была картина: белая кошечка ведёт на невидимом поводке высоченного мужика в чёрной хламиде, от которого шарахаются встречные студенты. Возле нужной двери Снейп взглянул на меня, словно пытаясь убедиться, что я не сошла с ума и нахожусь в твёрдом сознании и при памяти. Я только закатила глаза и кивнула, и зельевар коротко постучал. Через минуту дверь отворилась, и на пороге появился человек-в-тюрбане. — У нас к вам серьёзный разговор, Квиринус, — решительно заявил Снейп и зашёл в чужую гостиную, не дожидаясь приглашения, а я прокралась следом за ним. — Эм, Северус, что ж, присаживайтесь и расскажите мне, что именно вас ко мне привело и чей это фамильяр с вами пришёл? Снейп уселся в кресло, я запрыгнула к нему на колени, желая поощрить за помощь, и включила свой релакс-движок. Мужчины тут же расслабились, на столе появился кофе и бутылка бурбона. — Видите ли, Квиринус, я здесь в качестве переводчика с кошачьего. Да-да, можете смеяться надо мной, но вот такой у меня есть навык. Так вот эта кошка — книззл, её зовут Снежинка, и она хочет вам кое-что предложить, а я переведу её слова и помогу вам заключить договор. — С кошкой?! — поразился бедняга Квиринус. — С кошкой, — кивнул Снейп. После этого наступила главная сцена из рабочего дня Одесского привоза. Мы торговались так, что стены сотрясались. Взывали к предкам, духам, египетским кошкам фараонов, ко всем звёздам и луне, но в конце концов, охрипнув все втроём, мы всё-таки ударили по лапам/рукам. Итого: я предоставляю Квирреллу ежедневный доступ к волшебному вымени, из которого он может испить три глотка лечебной субстанции. За это он не трогает Поттера и мою команду, в которую я щедро вписала и Снейпа — гулять так гулять! Причём не трогает в любой ипостаси — двоедушник, лич, маг, да хоть в кота вселится — не сметь задирать на нас никакие конечности и натравливать кого-то из своих прихвостней. Двусторонний договор был заключён и заверен свидетелем, я проводила Квиррелла на полянку, где он испил «живой воды» прямо из источника на ножках, под бдительным присмотром строгого самца и остальных кобылиц. Посвежевший и порозовевший Квиринус умчался в замок, договорившись со мной о времени следующего сеанса, а я залезла на ручки своему личному носильщику и поехала на нём верхом. Чувствую себя раджой на боевом слоне! — Снежинка, и что это было? — спросил меня Снейп, когда мы шли по лесу. — Нет, я тебе, конечно, благодарен, но чем мне мог угрожать Квиринус? Я точно сильнее, чем он, так что в любой дуэли его одолею. — Ничуть не сомневаюсь, дорогой профессор, — промурлыкала я и снова полюбовалась на чужой румянец. Чего это он? Может, он котофил и того-этого маленьких невинных кошечек? — Квиррелл — не просто Квиррелл, а договор со мной заключил целый Тёмный Лорд, который у него в голове живёт. — Чего… чего… чего… — зачирикал бедняга Снейп, эк его пробрало, того гляди инфаркт шандарахнет. — Да всё нормально, профессор, всё будет хорошо, и Волдеморт тебя больше не обидит, — погладила я его по запястью. — И Гаррику я скажу, он снимет с тебя тот долг жизни от лица наследника. Так что на свободу с чистой совестью! Не трусь, Снейп, всё будет в вискасе со вкусом чёрной икры!