9 лет отдыха

— П-подожди. — Кингсмен приостанавливает партнёра, прижавшего его к стенке. — Что-то не так? — вздёргивает бровь ревенант. — Для начала, мы в кафе твоих родителей, дверь не заперта и р-разве тебе не нужно работать? — Арти, мы в подсобке, не думаю что сюда кто-то зайдет в ближайшее время, да и сейчас утро-клиентов мало. — Пеппер уже хотел продолжить, но Артур снова уткнулся ему ладонью в грудь, — Ты не хочешь? — Н-нет, тоесть да! Просто… скажи, тебе не мерзко со мной целоваться? Ревенант нахмурился: — Мы, по-моему, разговаривали на эту тему, я не считаю что ты… — Я не об этом. — перебил механик, — Я… мне кажется, что я не умею целоваться. Льюис замер в удивлении, а потом мягко усмехнулся. — Почему ты так думаешь? — Я никогда не был в отношениях, по крайней мере в долгосрочных. А ещё никогда не учился этому. — Но я тоже никогда специально этому не учился. Получается я тоже не умею. — Нет! Ты умеешь… — произнёс Арти затихая и смущаясь. — Ох ты правда так считаешь? — промурлыкал Лью, сильнее прижимая Кингсмена к стенке. — Л-Лью прекрати. — Тогда ответь мне. — настоял Пеппер. Кингсмен замялся покусывая губу, а потом промолвил: — Д-да… Я считаю что ты и вправду умеешь… — Арти не закончил ерзая и краснея, он отвёл взгляд от пристальных глаз Лью. — Тогда хочешь я дам тебе пару уроков? — Ч-что? — Ну если я по твоему умею, значит смогу и тебя научить. — рыжий смущенно улыбнулся и еле заметно кивнул. — Урок номер 1: практика интереснее теории. — после этих слов Льюис наклонился и прижался устами к бледным губам Артура. Это ненавязчивое движение будоражило, заставляло чувства сплетаться в одну тонкую нить, которая пронизала всё тело разнося искорки по нейронам. Руки Пеппера уверенно поползли вниз, прикасаясь сначала к локтям, а потом приподнимая футболку и оглаживая грудь. Сладкая эйфория накатывала волной, мысли куда-то улетучились, а воздух в помещении начал нагреваться. Арти поддался навстречу теплым ладоням, что невесомо поглаживали его тело и пересчитывали выпирающие рёбра. Мягкий язык нежно облизал губы и проскользнул внутрь. Немного похозяйничав он замер, отдавая инициативу противоположному. Ноги Кингсмена стали ватными и, на самом деле, он был благодарен за то, что прижат к стене. Один поцелуй этого человека перекрывает все проблемы, нежность с его стороны, позволяет механику почувствовать себя самым любимым и желанным. Но в такие моменты Арти начинает ненавидеть себя, ему кажется, что эти ощущения, что происходящее внутри него сейчас полностью оправдывает всё произошедшее-это неправильно. Он так думает. Но эти мысли ненадолго застревают в его голове: Льюис осторожно заводит руки под бёдра рыжего и немного приподнимает его подставляя колено. — Л-Лью… Пунцовые губы позволяют себе вольность-начинают изучать шею, время от времени, якобы случайно, переходя на ключицу. Белоснежные клыки оставляют багровые следы, Артур и не противится-лишь запрокидывает голову. «Дверь не заперта» — проносится в голове, но так ли это важно? Они же просто целуются, ничего больше. Шумно выдохнув Кингсмен зарывается в волосы партнёра и прижимает к себе. Так не хочется отпускать, смущение пылает на бледных щеках, языки сплетаются, а сердца бьются в одном размеренном ритме. Льюис крепко обнимает Арти, будто бы пытаясь спрятать от всего страшного, плохого. Их губы наконец расстаются, голова механика ложится на плечо любимому, теплота прикосновений, оболочки-чувство безопасности и спокойствия. Кажется именно этого не хватало Артуру всю его жизнь.