Лето, дача и любовь

И поцеловал ведь. Так, как никто другой не целовал. И одним поцелуем дело не закончилось. Солнце пробивалось сквозь занавески, освещая своими теплыми лучами двух людей, заснувших в объятьях друг друга. - Едем в Бэхе, две ТТхи! – орали чьи-то колонки. «Идиоты», - подумала Ира, потягиваясь на кровати. «Так, стоп. Кто лежит рядом со мной?» А потом события бурной ночи – точнее, бурного утра – всплыли в её голове, аккуратненько складываясь в мини-паззл. - Проснулась, маленькая? – задал очевидный вопрос Ваня. В его голубых глазах отражались яркие солнечные лучи и заспанное лицо Иры. «Он идеален!» - подумала девушка. В то же самое время Ваня видел не просто глаза: два изумруда на прекрасном для него лице. «Она идеальна», - решил он. И они могли бы долго любоваться друг другом, если бы не истошный крик, разорвавший тишину дачного участка: - Стрелкова, твою ж налево! Где ты шляешься? Какая у нормального человека может быть реакция, когда друг в прямом смысле вырывает тебя из кровати? Ну уж явно не истерический смех. А именно так отреагировала Ира на крик своей подруги. «А ты что хотел? – вопрошало протрезвевшее сознание Вани. – Любовь – штука жестокая. Вот и мучайся теперь с этой ненормальной». - Теть Кать, я пойду у Вани посмотрю, может она там. Теть Кать? Это уже невесело ни капельки. Ирка встала на кровати. Одеяло упало, как раз в тот момент, когда Ваня повернулся к ней и когда дверь в комнату отворилась. - Ну ничего себе! – аж присвистнула Маша. – Вы тут хорошо живете, голубочки. Рис, там мама твоя. - ВОН! – в вошедшую девушку полетели подушка, ночник, зажигалка и фоторамка. - Ира! – раздался с нижнего этажа голос вышеупомянутой тети Кати или, попросту, Ириной мамы. В этот момент ситуацию под контроль решил взять единственный мужчина в доме. Встав с кровати и быстро натянув штаны (Маша тактично отвернулась, а Ира наоборот пялилась куда не надо), вышел навстречу своей будущей теще. - Здравствуйте, Екатерина Владимировна, - послышалось с лестницы. – Приятно познакомиться, меня зовут Ваня. И я будущий муж вашей дочери. - Что бы я так жила! – расхохоталась Маша, наблюдая за шоковым состоянием своей подруги. - Ира! – надломленным голосом позвала её мама. В комнату заглянул Ваня. В его глазах плясали искорки. В этот момент Ира не знала, чего хочет больше: убить его на месте или обнять и больше никогда не выпускать - Я, наверное, пойду, - подмигнула Ире Маша и спешно вышла из спальни. - Прости, я без кольца, без костюма и без цветов, - улыбнулся Ваня. От этой улыбки у Иры на щеках выступил румянец. – Иринка моя… Ты прости. Столько глупостей наговорил. - Смотря как ты попросишь прощенья, - ухмыльнулась девушка и, наплевав на все приличия (из-за двери показалась голова Маши и, как бы то странно не было, мамы), она потянулась к Ване за заслуженным поцелуем. - Так ты согласна? – спросил все-таки Ваня. «Нет, блин, брошу тебя прямо здесь и сейчас, дурак!» - хотелось заорать девушке, но она сдержалась, вместо это лишь слабо кивнула. - Горько! – Маша зааплодировала. - Рано ещё «Горько» орать. - Я вам кота подарю. Наглого. Рыжего!* – ухмыльнулась подруга и убежала, ибо чувствует *опа, чем дело кончится. ________________________________ * Песня Трофима «Горько».