Мой New York City

Кромешная тьма, в воздух кто-то выдыхает дым, который тут же рассеивается, оставляя после себя лишь неприятный горьковатый запах. Человек, находящийся тут, в комнате, сжимает кожаный подлокотник кресла, в коем на данный момент сидит, пальцами одной руки и с характерным скрипящим звуком мнет его, успокаивая таким образом свои нервы. Мужчина смотрит на экран телефона, единственный источник света в квартире, читает сообщение, которое ему прислал одногруппник: "Хочу тебя видеть, я проездом в Нью-Йорке." Мужчина расплывается в усталой улыбке и откидывает голову назад, расслабляя тело, все мышцы, даже пальцы, что ранее держали телефон, который теперь летит вниз, с треском ударяясь о пол. По квартире разносится хриплый смех, с каждым мгновением становясь все громче. Кажется, что этот человек сходит с ума. Но нет, он просто слишком устал, устал молчать и сдерживаться. Последнее время ему просто хочется отдохнуть от чего-то. Еще пара минут, и мужчина засыпает. Ну, или просто впадает в транс. В час ночи раздается звонок в дверь, затем еще один, и еще, и еще, до тех пор, пока хозяин все-таки не поднимается с места и не направляется к входной двери. Он, собравшись с мыслями, открывает дверь гостю. А тот, в свою очередь, заносит вещи и после этого, будто по привычке, тут же обнимает хозяина квартиры, закрывая дверь за собой ногой. - Рихард. - Жарко выдыхает Пауль в губы своему другу, после чего расцеловывает его лицо: щеки, нос, скулы.. В общем все, до чего только дотягивается. Рихард же не теряет времени, одной рукой обнимает за талию своего друга, а второй стаскивает с него плащ, следом за ним джемпер, а потом уж и рубашку. Круспе спиной передвигается в зал, натыкаясь задницей на подлокотник кожаного дивана, и валится на него, свесив ноги с подлокотника и утягивая за собой Пауля. - Пауль, мне кажется это положение вещей очень милым. - Спокойно говорит Цвен, смотря прямо в глаза парню, что лежит между его ног, которыми Рихард обнимает Ландерса под пятую точку. А Пауль, в свою очередь, мотает головой, тихо шепча в ответ: - Нет, мило - это когда у тебя под подушкой каждую ночь лежит пистолет на предохранителе на случай безысходности ситуации. - Пистолет? Зачем? Ты думаешь о суициде? - Напрягшись спрашивает Рихард. Ему не нравятся подобные откровения. Ведь самоубийство как жалость - это проявление слабости. На этот вопрос Ландерс лишь усмехается, опускаясь к шее Круспе и целуя ее, проводя по ней языком, засасывая кожу, оставляя на ней красноватые следы, прикусывая выступающую жилку. Все эти действия вызывают у Рихарда томный выдох. Пока Пауль ласкает мужчину, тот уже и забывает о заданном им вопросе. Однако Ландерс внезапно дает ответ: - Неет. Это страховка. Что бы ни случилось... У меня всегда под подушкой есть то, что в любой момент, в любой ситуации может мне помочь. С этой мыслью мне легче жить, и я куда объективнее оцениваю вещи. - Так легче жить... - Лишь одними губами на выдохе произносит Рихард, выгибаясь от действий Пауля, что поглаживает его пах. Рихард сегодня вернулся со съемок клипа "Emigrate — New York City", так что от него до сих пор пахнет сильным одеколоном, лаком для волос, на нем надета черная рубашка с расстегнутыми двумя верхними пуговицами и черные брюки, волосы "зализаны" в странную прическу, на шее красуется ошейник, придающую мужчине более сексуальный вид на взгляд Пауля. "С ним он действительно более желанный. Фетиш? Да, возможно", - про себя думает Пауль, стягивая черную рубашку с широких плеч Рихарда, опускаясь руками по его талии вниз, к ремню на брюках. Пальчики Ландерса ловко расправляются с такой ненужной деталью, и Рихард сам стаскивает с себя брюки, опускает их до колен, а потом и вовсе стряхивает их ногами на пол. - Ты бы смог себя убить? - Спрашивает Круспе. Этот вопрос заставил Пауля остановиться, посмотреть на Рихарда и улыбнуться в конечном счете, но при этом не дать ответа. Позже Пауль и Рихард будут лежать на диване, раздетые, усталые, грязные, с взъерошенными волосами, но до безумия счастливые. И тогда Ландерс скажет то, что у него крутится в голове. Ведь в такие моменты ничего не хочется скрывать от своего любимого человека: - Хочу квартиру с большими, нет, огромными окнами, чтобы ночью стоять и смотреть на мегаполис. А комнату будут освещать только разноцветные огоньки, светящиеся вывески супермаркетов, фонари и окна других домов, где меня нет уж точно. - Это похоже на описание своего личного дома - место, куда бы ты мог вернуться, будучи уверенным в том, что тебя там всегда ждут и любят. - Подхватывает мысль Пауля Рихард, осматривая комнату. Да.. Именно такая, какую хотел бы Ландерс: большие окна на пол-стены, вещей еще мало, но самое важное есть. Из мебели здесь имеются: длинный, черный, кожаный диван и того же материала и цвета кресла; стеклянный строгий столик; шкаф черного цвета с зеркалами на дверцах. На полу ковролин бежевого цвета. Точно такого же, как и обои. Какие-то книги разбросаны на полу, упали с полок скорее всего, а поднять их было лениво. Засмотревшись на это Рихард и не заметил, как Пауль уснул у него на груди. Сам же парень не чувствовал сонливости, но в то же время и подняться не мог. Да чего уж там, элементарно пошевелиться было лень, у него было такое чувство, будто бы все на своих местах, все хорошо, и в доме хоть и хаос, но он, как бы это странно ни звучало, был своего рода идиллией и порядком в квартире. Все только для нас.