Моя преподавательская жизнь сплошной обман

       Когда вы последний раз лгали? Наверное, вы не сможете вспомнить. Люди лгут постоянно, уже даже не замечая этого. Мы лжем, чтобы выглядеть лучше, лжем, чтобы угодить и понравиться, иногда лжем и самому себе, дабы успокоить свою совесть. Мир полон лжи, и никого это не смущает.        Но задумывались ли вы о том, чем полезна ложь? Солгав, вы можете помочь человеку, спасти его от опасности. А, может быть, и стать лучше. Думаете, не лгать — это хорошо? А как же на войне? Если отказаться от лжи, то вы в разы увеличите человеческие потери. Ваша честность убьет людей, превратит их жизни, чувства и мысли в ничто. Так значит ложь — это благо, а честность — зло?        Разумеется, все это софистика и некорректные примеры. Все это одинаково верно и в то же время в корне абсурдно. Но задумывались ли вы о том, кто в реальной жизни является самым большим лжецом? Чиновник? Политик? Ответ вас удивит — учитель.        Именно учителя лгут больше всего. Лгут во благо. Лгут ради нас. Ради нашей пользы. Что вы представляете, когда слышите учитель? Наверняка это интеллигентный, чрезвычайно умный человек высоких моральных качеств.        И это ложь. Мы превозносим учителей, превращая их в лжецов. Мы забываем, что учителя — это такие же люди, как и мы с вами. Это люди с обычными заботами, проблемами, желаниями и недостатками. Но мы превозносим, идеализируем их. А когда вскрывается неприятная правда, со злостью заявляем: «Вы же учитель! Как вы могли себе это позволить?!»        И поэтому я нисколько не удивлен, что на грани брошенного моей судьбой кубика оказалось это полное лжи «Учитель»…        Из размышлений меня вывел высокий, такой же неприятный, как и его обладатель, голос:       — Итак, Хирацука-сенсей, вы правда полагаете, что этот неопытный студент с глазами дохлой рыбешки, с оценками ниже средних, несмотря на то, что он учится в каком-то третьесортном университете, может преподавать в этой школе? Преподавать ученикам, чьи родители — элита нашего города? Да половина наших учеников имеет больше шансов получить это место, чем такой отброс!        Эй, дамочка, последила бы за языком! Но вообще я с вами согласен, я и сам не понимаю, зачем Хирацука-сенсей меня сюда притащила. У всех здешних преподавателей дипломы лучших вузов страны, огромные связи и заслуги… Блин, Сенсей, это унижение такое? Вы ненавидите меня, да? Скажите честно!       — Хирацука-сенсей — уважаемая завуч нашей школы, думаю, у нее есть причины предложить этого юношу, Мисака-сенсей. Шизука-сенсей, мы уважаем ваше мнение и, возможно, этот молодой человек стал бы прекрасным преподавателем, но мы не можем допустить, чтобы человек без заслуг работал у нас. Подумайте о наших спонсорах! К тому же мы уже наняли в этом году нового молодого преподавателя…       — Вы неправильно поняли меня, Сакагами-сама… Я не предлагаю его на роль обычного учителя. Как вы знаете, Кондо-сенсея, преподававшего у класса F, довели… То есть, кхм, он сам решил уволиться… Ученики тут, разумеется, не причем… Так вот, я бы хотела, чтобы его место занял Хикигая.       — А, так вот в чем дело, тогда все в порядке, — мгновенно посветлела Мисака-сенсей, — такой человек, как он, идеально подходит на эту роль.       — Да, думаю, это возможно, — согласился директор школы Сакагами.        Не нравится мне это… И чего они сразу согласились…? Кстати, почему меня вообще спросить забыли? Может, я и вовсе не хочу работать!       — Тогда, Хирацука-сенсей, не будете ли вы столь любезны показать нашу школу этому юноше, пока мы заполним бумаги?       — Разумеется, идем, Хикигая.        Мы вышли из шикарного кабинета директора в не менее богато уставленный коридор. Если честно, когда я впервые увидел эту школу, я подумал, что Хирацука хочет, чтобы я работал тут каким-нибудь швейцаром. Ну или дворецким… Думаю, в такую обстановку швейцар прекрасно бы вписался. Настолько дорого и богато тут все выглядело. Лучшая школа города для элиты, как-никак…       — Ну и зачем вы это сделали? — недовольно пробубнил я.       — Какой ты грубый! Может, я просто хочу для тебя счастья?       — Тогда вам стоило бы просто взять меня к себе домохозяйкой…       — Хикигая в фартуке, говорящий мне «С возвращением!»… Какая мерзость!       — Эй, не поливайте грязью чужие мечты! Хотя я уже к этому привык… Лучше скажите, почему они так быстро согласились, когда узнали, что я буду вести у класса F?        Хирацука медленно пошла по коридору к лестнице. Я последовал за ней.       — Я покажу твой класс. А что насчет твоего вопроса… Понимаешь, класс F весьма своеобразен… В этой школе учатся исключительно дети богатых и уважаемых людей. Но есть отдельно класс для детей обычных людей. Школа сама их ищет… И очень странным способом…       — И у обычных учеников должен быть обычный учитель, так?       — Даааа… — протянула Хирацука.        Кажись, все совсем не так… Чего-то она не договаривает…       — Что ж, думаю это будет хорошая практика…       — О, Хикигая, это будет отличная практика! Знаешь, сколько я с вами тогда намучилась? Теперь пришла твоя очередь, хех.       — Так значит, все же…       — Верно, это целый класс таких как ты. У каждого из них какая-то своя проблема, насколько я знаю. Но при этом и каждый не обделён каким-нибудь талантом.       — И вы хотите, чтобы я помог им?       — Да, как я и говорила раньше, твоя способность видеть в людях только плохое крайне важна для хорошего педагога. Ты сможешь докопаться до самого корня их проблемы. А твои отвратительные методы помогут его извлечь.        Я остановился как вкопанный.       — После того случая я больше не использую свои методы, — тихо произнес я, уставившись в пол.       — Все не можешь забыть ее?        Я бросил взгляд на Хирацуку, всем своим видом показывая, что не желаю об этом говорить.       — Хикигая, любому человеку твои способности показались бы отвратительными. Твои методы — это хирургические инструменты. Они причиняют боль, а сама операция отвратительна, но только так, только этим способом можно излечить человека. В тот раз ты просто…       — Хватит! Прошу… — у меня сбилось дыхание, а голос дрожал.        Хирацука только напряженно вздохнула. За эти краткие мгновения я успокоился.       — Прошлый Хачиман Хикигая мертв.       Хирацука ничего не ответила и остаток пути мы прошли в тишине.       — Мы пришли, — обрывисто бросила Сенсей.        Я огляделся. Я и не заметил как интерьер резко поменялся. Похоже, мы были в каком-то старом крыле. Стены и пол были деревянные. Краска в некоторых местах облазила. Ни следа прежней роскоши…       — Забыл спросить, а зачем вообще школе такой класс?       — Думаю ты уже и сам все понял, Хикигая…        Верно, как только я увидел, где в отличии от остальных классов учится класс F, я все понял. Дети богачей редко видят неуспешных людей. Ведь в их кругу общения одна элита. Они не знают, что будет, если они не будут прилагать усилия. Не знают, как именно им придется жить.       А если ты всегда жил в роскоши и богатстве, то лучшей мотивации, чем нежелание переставать жить такой жизнью, не найти… Эти обычные ученики лишь инструмент, средство для того, чтобы придать детям богачей побольше мотивации к учебе.        А я лишь аксессуар для этого инструмента. Этот мир по-настоящему беспощаден и несправедлив, раз обычных детей используют как вещь для совершенствования других… Но почему тогда Хирацука привела меня в эту школу? Чего она хочет на самом деле?       — Ну, удачи на первом уроке, Хигигая, — хлопнула меня по спине Сенсей.       — А? Чего? Уже?!       — А чего медлить то? Вперед!       — Но я не знаю ни программы, ни класса! Я даже не знаю, что мне говорить, когда войду!       Хирацука приблизилась, с серьезным выражением лица положила мне руку на плечо и торжественно заявила:       — Хикигая! Не важно, что ты скажешь, не важно как войдешь, не важно, как сильно ты будешь стараться. Я знаю, нет… Я уверена на стопятьсот процентов, что ты облажаешься и ударишь в грязь лицом так сильно, что она еще несколько дней не будет отмываться! Поэтому тебе не нужно волноваться, результат будет всегда один. И знак этого результата определенно будет минусом. Поэтому иди! Иди и не переживай ни о чем! Такой, как ты, все равно ничего не добьется!       — Да вот ни разу не стало спокойнее!       — Сегодня только классный час. Ничего вести пока не нужно.       — Все равно…        Хирацука лишь нагло ухмыльнулась, резко развернулась на каблуках, так, что меня даже слегка зацепило по щеке волосами, и величественно удалилась.        Я остался наедине с дверью, что меня так пугала. Сейчас я жалел, что вообще пришел сюда, знал же, что ничего хорошего не выйдет. Но Комачи так уговаривала меня прийти, что я не в силах был отказать. Иногда мне кажется, что она способна уговорить меня вообще на все, что угодно. Думаю, она даже может уговорить меня прыгнуть с крыши. Так, не о том я думаю. Нужно войти. Ладно, Хирацука была права, я так и так налажаю. Надеюсь, куча будет не очень большая…        Кстати, по закону жанра я должен встретить ученика, у которого будет такой же гнилой взгляд на жизнь как и у меня. Стоп, с каких это пор я согласился с тем, что у меня тухлый взгляд?! Тем не менее, если один из учеников будет такой же одиночка как и я, то я начну подозревать, что моя жизнь это неудачный сиквел или фан-работа. Ладно, пора уже прыгнуть в этот омут.        Поборов волнение, я вошел под жалобные скрипы деревянных дощечек. В классе оказалось всего 12 учеников. Насколько я помню, это одна из особенностей этой школы. В классах не больше 15 учеников, а один преподаватель ведет все предметы у одного класса.        Я оглядел присутствующих. И правда сборная солянка… Несколько учеников не в форме, парочка выглядит крайне спортивными, есть и парень в очках, видимо самый умный тут. Вообщем, контингент тут весьма разнородный… Парня с рыбьими глазами нет…       — Меня зовут Хикигая Хачиман, и я ваш новый учитель, — волнуясь, произнес я стандартную фразу всех новых учителей.       — Так, у вас есть староста?        Ответом была тишина. Кажется, я не сильно им понравился. Хотя я хоть кому-нибудь за свою жизнь-то понравился…?       — Ну, тогда выберем нового старосту. Желающие есть?        Реакция класса меня удивила. Нет, отсутствие желающих я легко могу понять, но после такого вопроса обычно начинается бурное обсуждение. Студенты начинают подначивать своих друзей или же предлагать им занять пост всерьез. Однако этот класс предпочел отреагировать гробовой тишиной и тяжелой атмосферой.       — Хм, ладно, выберу сам. Только схожу за списком в учительскую.        Я вышел из класса и только тогда понял. Я вообще не знаю, куда идти. К тому же класс явно слишком проблемный. Нужно как-нибудь аккуратно слиться…       — Йо! Хикитани, это ты что ли? — окликнул меня знакомый голос.        Я проклял про себя весь этот мир вплоть до каждого атома. Ну почему ему тоже нужно было оказаться здесь…       — Хаяма?       — Как всегда, недоволен мне, — усмехнулся самый популярный парень школы.       — Не бери на свой счет. Я всем недоволен, — кисло парировал я.       — Да? И даже Юигахаме или Юкино? — улыбнулся Хаяма своей безупречной до раздражения улыбкой.       — Хо, Юигахама с недавнего времени занимает почетное второе место в списке людей, которых я ненавижу.       — Ого как, да у вас прямо проблемы. А кто победитель в столь важном соревновании?       — Давай я его просто опишу, а ты угадай. Он безумно популярен у девушек, душа компании и обладатель титула всенародного любимчика.       — Ох, Хикитани, тебе нужно повышать свою самооценку, ставить самого себя на первое место в списке ненависти…       — Очень смешно.       — Но знаешь, мне, увы, придется вырвать победу из твоих рук… Слышал уже про Юкино? — с беззаботного радостного голоса Хаяма перешел к серьезному.       — Слышал что?       — Наши родители договорились о помолвке. Я женюсь на Юкино, — неловко улыбнулся красавчик, почесывая затылок.        Я остолбенел. Нужно было что-то сказать, но я не знал что. Юкиносита выходит замуж за Хаяму?! Юкиносита и Хаяма?! В голове тут же вспыхнул целый буран мыслей и чувств, но понять хоть одно… Выдавить хоть что-то из себя я просто не в силах.       — Ты не знал? — удивился Хаяма.       — Нет… да и почему я вообще должен был знать?! — почему то разозлился я.       — Неужели она тебе не сказала?       — Да мы три года не виделись… С какой стати ей что-то говорить?       — Ох… Ну ладно, Хикитани, мне пора на урок. Поверить не могу, что буду преподавать в лучшей школе города, — Хаяма хлопнул меня по плечу, улыбнулся и затопал дальше по коридору. А я так и продолжал просто стоять…        Черт, почему меня это вообще должно волновать?! И почему Юигахама мне ничего не сказала? Черт, черт, что со мной…        Я не понимал, что происходит. Всего пара слов лишила меня дыхания. Все в мире в мгновение показалось мне отвратительным и неправильным. Но разве мир может быть неправильным? Скорее уж тогда я неправильный. Мнение большинства важнее меньшинства, в языке правила строят по более общим признакам, а менее встечающиеся называют исключениями и за норму всегда берут большинство, остальное же считают отклонением. Другими словами большее всегда лучше меньшего. Что же, пусть так. Я готов быть неправильным…        Мне безумно захотелось воздуха и я побрел вниз по лестнице на улицу. К счастью дорогу я знал.        Не помня себя, я спустился, миновал роскошный центральный зал и вышел на улицу. Но к моему удивлению это оказался внутренний двор. Похоже я не туда свернул. В центре двора красовался небольшой фонтанчик серебристого цвета.        Было только утро, а я уже чувствовал чудовищную усталость. Добравшись до фонтана, я грохнулся на его едва теплую оградку. Солнце было еще раннее и не успело как следует нагреть металл. Наконец я смог выдохнуть.       — Тяжелое утречко? — раздался красивый женский голос со спины.       — Ты что, бармен? — устало буркнул я в ответ.       — Всего лишь ученица.       — Ну вот когда станешь барменом, тогда и спросишь меня за барной стойкой.        Похоже, девушка сидела с другой стороны фонтана. Но двигаться мне не хотелось, поэтому я решил не оборачиваться.       — Почему ты прогуливаешь? Ты не знаешь, что на уроки нужно ходить во время?        Чего?! Двойные стандарты, да?       — А тебя родители не учили, что незнакомцам грубить нельзя?       — Еще они меня учили, что необходимо соблюдать правила.       — Тогда ты видимо трудно обучаемая, раз сидишь сейчас здесь.       — Я из класса 3 °F, если что.       — И причем тут это?       — Совсем глупый? Хотя, может быть, ты новенький и не знаешь просто? А может и сразу два варианта — глупый новенький…? — задумалась девушка.       — Остановимся пока на просто новеньком. — устало произнес я.       — Класс F для отбросов, низов общества. Никто в этом классе не желает учиться, и из-за этого ни от одного учителя не было толку. Поэтому я ничего не теряю.       — Вот как…       — Да, это отвратительно. Больше всего на свете я хочу перевестись в нормальный класс. А ты чего такой унылый?        Я задумался. Не знаю почему, но говорить с этой девушкой было на удивление просто. Может быть, это потому что мы сидели друг к другу спиной и я не видел ее лица, не знал ее имени. Обычно я бы ни за что не рассказал незнакомому человеку о своих мыслях, но сейчас все было иначе.       — Скажем так, сейчас как никогда мне бы хотелось увидеться с одним человеком, но я не могу. После одного инцидента она не желает меня видеть, а настоять или навязаться я никак не могу. Она из очень влиятельной семьи, у меня нет ни одного шанса…       — Хм, если она из богатых, то она всяко будет на Зимнем благотворительном вечере. Если бы ты мог туда попасть…        Шансов туда попасть у меня ноль. Интересно, а откуда она вообще знает об этом вечере? Если она из класса F, то она должна быть такой же как и я.       — А есть какие-нибудь варианты, как попасть туда бедняку?       — Кроме богачей туда приглашают еще одного лучшего ученика этой школы. Хотя им тоже обычно является отпрыск богатой семейки… Стой! — внезапно вскрикнула девушка.       — Чего ты так кричишь?       — Если ты не из богатых, то ты, должно быть, из класса F, верно? Но у нас нет новеньких…       — Ну, а я не ученик. Я ваш новый учитель.        Девушка замолчала. Я услышал скрип металла, после чего передо мной возникла моя собеседница. Сейчас она была крайне серьезна, что придавало ей еще больше красоты. Ее голубые большие глаза так и норовили заглянуть тебе в душу, а черные короткие волосы прекрасно дополняли и без того красивое лицо.       — Меня зовут Нишимия Сакура, — слегка поклонилась девушка.       — Хикигая Хачиман, — поклонился я в ответ.        Мой жест удивил девушку. Однако она продолжила:       — Хикигая, — подчеркнув то, как она ко мне обратилась, она продолжила, — не мог бы ты помочь мне с переводом в другой класс?        Даже не перешла на более вежливый тон…       — Я студент, которого поставили просто, чтобы у вас был учитель. Все, что я могу это заварить кофе в учительской. Хочешь? — уныло спросил я.        На секунду на лице Нишимии отразилось раздражение, но тут же поборов его, она попробовала вновь.       — Понимаешь, произошла ошибка… Я из богатой семьи, я ума не приложу, как я могла очутиться в классе отбросов.       — Попросила бы завуча. Хотя она у вас мерзкая тетка, как я успел понять.       — Я просила, но она сказала, что это не ошибка… — еле слышно произнесла девушка.        Она уставилась в пол, руками схватилась за край юбки и сильно, до дрожи, сжала кулаки. Сейчас она мне напомнила ее. На глазах Нишимии выступили слезы, но она продолжила:       — Я не хочу… не хочу ничего не сделать. Не хочу прожить жизнь, как мои одноклассники, ничего не добившись. Я… Я много работаю, но я не могу все сама… Мне нужно в другой класс… — запинаясь и выдавливая каждое слово, произнесла Нишимия.        На секунду мне и правда показалось что передо мной она , а не Нишимия. Сердце защемило, но я ничего не мог сделать. Нужно было отказать ей в помощи, но когда она так просила, я просто не мог… Я проклял себя.       — Я посмотрю, что можно сделать.       — Спасибо… — наконец Нишимия подняла голову и вымученно улыбнулась. После чего она села назад на свое место.        Так мы провели еще минут десять в полной тишине. Обычно всегда чувствуешь неловкость, когда не о чем говорить. Но я ничего подобного не ощущал. Я просто наслаждался этим летним деньком, чувствуя какую-то безысходность и беспомощность. Да, я снова думал о ней .        Я думал о ней на протяжении этих трех лет. Странно было бы, если бы перестал именно сегодня, когда услышал такое от Хаямы. Я уже собрался было уходить, когда слова Нишимии изменили все:       — Постой, я знаю способ, как попасть на тот благотворительный вечер.       — Слушаю.