Последствие

      Рыжеволосый парень спокойно спал в своей постели. Слабое сияние луны проникало в окно и освещало холодными лучами интерьер комнаты. В бледном свете вырисовывались силуэты шкафа, стула, стола и предметов, лежащих на нём: пары тетрадей, учебника и дощечки с изображением черепа.       Вдруг пустые глазницы засветились, и тишину помещения разрушил писклявый звук. Ичиго недовольно промычал нечто нечленораздельное и разлепил глаза. Тяжело встав с кровати, он поплёлся к столу, где находился источник шума. Взяв в руки удостоверение, Куросаки скривился, но долг временного шинигами обязывал. Стукнув себя дощечкой по груди и перетащив бездыханное тело на кровать, юноша выпрыгнул из окна и на сюмпо понёсся к месту назначения. Им оказалась уже изрядно порушенная не без помощи потусторонних сил строительная площадка.       Хотя следы пребывания пустого и его оппонента были повсюду, самой падшей души не было видно. Решив не терять надежды, Ичиго углубился в покосившиеся строительные леса. Из-за недостатка освещения шинигами пару раз споткнулся и зло выругался. Спустя пару минут, несколько досок и один гвоздь Куросаки начал проклинать пустого, которого с какого-то перепугу понесло на стройку.       В очередной раз смачно стукнувшись ногой об балку, Ичиго уже потянулся к Зангетсу, чтобы изрубить кусок железа на мелкие части, предварительно высказав всё, что о нём думает. Но ругательства, готовые вырваться наружу, застряли в горле, когда взгляд юноши наткнулся на человеческое тело, лежавшее среди переломанных досок. Балка была благополучно забыта. Преодолев короткое расстояние, разделявшее их, Куросаки замер, в ужасе узнавая знакомые черты пострадавшей.       — Ин-ноуэ, — отрешённо пробормотал шинигами, невидящим взглядом осматривая подругу.       Рыжие волосы постепенно окрашивались в алый, впитывая красную краску из лужи, собравшейся вокруг девушки. Кровь сочилась из рваных ран на груди и животе, а на бледной коже проступали синяки и царапины. Ичиго, казалось, не видел пугающих ран, он не мог отвести взгляда от её глаз, широко распахнутых и потухших, словно вся жизнь, придававшая им блеск и задорные огоньки, покинула тело.       Не без силы воли, Куросаки отвёл взгляд от подруги, и его рука начала искать телефон в разрезе хакама. Вспомнив, что к шихакушо сотовый не прилагается, парень хлопнул себя по лбу. Чувствуя, что драгоценные минуты утекают сквозь пальцы, шинигами, не раздумывая, подхватил девушку на руки. И в то же мгновение его предплечье сжала тонкая ручка. Чувствуя, как внутри закипает злость, Ичиго метнул яростный взгляд на «препятствие». Однако злоба мгновенно уступила ступору. Белые одежды, рыжие волосы. Может, это стресс сказывается и ему просто мерещится? Маска в виде крыла бабочки и глаз с чёрным белком. Фокус пустого, не иначе. У Иноуэ не может быть дыры между ключицами, её арранкарское платье было порвано, а плащ с рукавами фонариками не был расстегнут. У его накамы никогда не было меча за спиной с рукояткой, обвитой цветами рикка. Её лицо никогда не искажала безумная ухмылка, до боли напоминающая оскал его пустого. — Это моё тело, шинигами. — Какого… — ошарашенно пробормотал парень, жадно впиваясь в девушку взглядом, ища подтверждения, что это глупая уловка пустого, арранкара… неважно. «Это не может быть Иноуэ», — со злобой убеждал себя юноша. Его руки сжали тело, покоящееся на них. Ощутив холодеющую плоть ладонями, Ичиго себя возненавидел, его накама серьёзно ранена, а что делает он? Стоит и пялится на неизвестную девчонку. Сейчас неважно, кто она или что, его единственная цель — это помочь Иноуэ, всё остальное не имеет значения.       Вырвав руку из слабой хватки неизвестной, шинигами умчался прочь.       Девушка, зло сузив глаза, проследила за удаляющимся шинигами. Метнув взгляд на ладонь, которой стискивала руку юноши, рыжеволосая пару раз сжала и разжала пальцы. Нет, она его так просто не отпустит, не позволит забрать своё тело. Закрыв глаза, она мысленно проследила за его реацу, сейчас то было неспокойно и служило сигнальным факелом. Девушка, убедившись, что такой всплеск не потеряет, позволила себе отпустить след. Потратив пару минут и немало усилий, она скрыла своё реацу и направилась вдогонку за шинигами. Его духовная сила и не думала угасать.       След привёл к двухэтажному зданию. «Частная клиника Куросаки», — гласила вывеска. Прошмыгнув внутрь, рыжеволосая направилась к единственному источнику света — закрытой двери, сквозь щели которой просачивался свет. По мере приближения девушка стала различать голоса. Оказавшись у двери, она прижалась к ней ухом, жадно вслушиваясь в разговор:       — Её состояние стабильно, и жизни ничто не угрожает, — спокойно констатировал мужской голос.       — Но она в коме, а точная причина неизвестна, — раздражённо процедил знакомый баритон, его слова сопроводила слабая вспышка реацу.       — Всё указывает на то, что её душа покинула тело. Следуя твоему рассказу, верно, это и есть причина.       — То есть та пустая и в правду Иноуэ? Как это могло случиться? — вспылил рыжеволосый шинигами.       — С подобными вопросами обращайся к Киске, — собеседник сохранял удивительное спокойствие, в отличие от парня.       — Ладно, пойду к нему прямо сейчас и вытрясу из него всё, что он знает, — зло бросил юноша и в то же мгновение ручка двери щёлкнула. Девушка отпрыгнула, как ошпаренная, и стала дико озираться по сторонам в поисках укрытия. В поле зрения попала соседняя дверь, и, недолго рассуждая, рыжеволосая кинулась к ней и дёрнула ручку. Комната оказалась пустой, чему рыжая очень обрадовалась.       — Стоп, нужно поймать её душу, — пробился сквозь стены голос временного шинигами.       Девушку его намерения совершенно не устроили. Тряхнув головой, рыжеволосая отогнала отвлекающие мысли и сосредоточилась на ощущениях реацу, одновременно пытаясь вслушиваться в посторонние звуки в коридоре. Духовная силы юноши отдалилась достаточно далеко, досадно, что у другого реацу не было. Пришлось положиться на слух.       Спустя пару минут ожидания терпение пустой оправдалось. Раздался приглушённый хлопок двери и звук удаляющихся шагов. Подождав ещё несколько минут для подстраховки, девушка осторожно приоткрыла дверь, высунув голову в коридор, и осмотрела его на предмет живых существ.       Убедившись, что вокруг всё чисто, рыжеволосая крадучись преодолела расстояние между дверьми и нырнула в нужную палату. Повернув ручку и обернувшись, зажмурилась от обилия света, пару раз моргнув, позволила глазам привыкнуть к освещению. Бросив мимолетный взгляд на комнату, девушка мысленно перечислила увиденное: железный столик с бутылочками, шприцами, ватой, бинтами и другими медицинскими принадлежностями, стол, тонкая занавеска с женским силуэтом на кровати, стул.       Стоп. Взгляд вернулся к занавеске. Отдернув её, пустая обнаружила родную плоть и кровь. Состояние тела и в самом деле было жутковатым, перед ней будто лежал труп. Бледность, на груди и животе бинты, сквозь которые просочилось немного крови, что выглядело зловеще, такое красное, почти неоновое пятно. Аккуратно выдернув иглу от капельницы из руки своего тела, девушка как можно нежнее взяла его на руки. Несмотря на свой измождённый вид, оно оказалось тяжелее, чем пустая рассчитывала. Не успела она посокрушаться этому открытию, как дверь распахнулась с громким стуком. Развернувшись, рыжеволосая столкнулась взглядом с Исином, держащим сеть в руках. Усмехнувшись, она крепче сжала свою драгоценную ношу. Раздался оглушающий и низкий писк, пустая, не скрывая своего удивления, взглянула на кричавшее тело в руках. Резко замолчав, оно ударило девушку под дых. Выдохнув выбитый воздух, рыжеволосая разжала руки. Освободившись, «ожившее» тело подбежало к мужчине, который, не теряя времени, накинул сеть на пустую, ещё не пришедшую в себя.

***

— Может, её связать, — незаметно для себя озвучил временный шинигами свою мысль, настойчиво крутившуюся в голове.       — Ичиго, ты идиот, — возмущённо пробурчала миниатюрная девушка, — зачем? Мы в подвале Урахары, она отсюда не сбежит, — продолжила брюнетка, игнорируя раздражённый взгляд парня.       — Кучики-сан права. Отсюда нельзя уйти без моего ведома, а настраивать её против себя не стоит, — поспешил прервать назревающий спор Урахара.       Куросаки бросил злой взгляд на владельца магазина. Мужчина, полностью проигнорировав рыжеволосого шинигами, раскрыл веер и начал медленно им обмахиваться.       Увлёкшись бессловесной перепалкой, шинигами не сразу заметили, что девушка начала приходить в себя. Раскрыв глаза, она мутным взглядом посмотрела на искусственное небо. Рыжеволосая не сразу осознала, что находится в «гостях» у владельца магазина, а гудящая голова не способствовала логическому мышлению. Поморщившись, пустая села. Даже от столь осторожного движения голова разболелась сильнее. Не сдержав стона, девушка помассировала виски подушечками пальцев.       Забыв о своей маленькой перебранке, шинигами обратили всё свое внимание на «пленную». Она же в свою очередь испытующим взглядом впилась в своих «похитителей». Глядя на светловолосого мужчину в полосатой шляпе, скрывающего хитрую ухмылку за веером, девушка с трудом подавила улыбку. Обеспокоенный взгляд черноволосой шинигами как-то странно льстил и грел сердце. А реакция на старого знакомого напугала пустую. Ей показалось, будто её обдало жаром, стоило ей в упор взглянуть в глаза цвета шоколада. Странно, теперь он виделся ей таким же притягательным, как сладость из какао-бобов, а в голову закралась шальная мысль, что и на вкус он, наверное, сладок и чуточку горек, подобно тёмному шоколаду.       Тряхнув головой, рыжая попыталась отогнать странные мысли, и резкая головная боль этому поспособствовала.       — Почему у меня так голова раскалывается? — раздражённо бросила пустая, прожигая взглядом «похитителей».       Глупо улыбнувшись, блондин веером ткнул в сторону рыжеволосого. Тот, в свою очередь, в отместку бросил злой взгляд на шляпника. Облизнувшись, пустая встала с места и медленно подплыла к рыжеволосому. «Шоколад — это, наверное, вкусно». Юноша взглядом ловил каждое движение девушки. Торжествующие огоньки в её глазах настораживали, у Иноуэ глаза никогда не блестели так. Мягкие ладошки осторожно легли на напряжённое плечо, потянувшись, рыжеволосая тихо прошептала на ухо юноши:       — Надеюсь, ты извинишься перед своей накамой, — кажется, она уловила запах какао.       Наблюдая за краснеющим лицом Ичиго, Рукия тихо давилась смехом. Она никогда не понимала, почему в таких вещах он был столь невинен.       — Извини, — раздражаясь всё больше неловкости ситуации, бросил юноша.       — Я прощу, но возьму маленькую плату, — улыбнувшись, прошептала девушка и коснулась губами мягкой мужской щеки. «Хм, на шоколад не похоже, но вкусно», — удовлетворив своё любопытство, рассуждала пустая, отойдя от рыжеволосого. Она абсолютно проигнорировала шокированный взгляд Куросаки, брошенный на неё. Юноша, медленно осознавая реальность, коснулся ладонью лица, будто это могло опровергнуть или подтвердить произошедшее. Наверное, Иноуэ была последней, о ком Ичиго думал, как о человеке, способном вогнать его в краску.       — Сестрёнка!       Громкий крик привлёк всеобщее внимание, и девушка мысленно порадовалась ответу на вопрос, волновавший её. К ним приближался «клон» рыжеволосой, он радостно махал руками и целенаправленно приближался к Рукии. Под недовольным взглядом пустой её собственное тело накинулось на миниатюрную шинигами и начало душить в объятиях, приговаривая, как скучало по ней. Рыжеволосая почувствовала укол стыда, глядя на тщетные попытки Кучики высвободиться из тисков ненормальной души плюс. Решив не ждать, пока её лицо зальёт краска, она схватила Кона по рукам и попыталась оттащить от «жертвы».       — Кон, что ты тут делаешь?! Я же тебе сказал остаться в магазине! — раздражённо крикнул Ичиго. Кон, замерев, повернулся к Куросаки, и по его лицу было видно, что он хотел сказать какую-нибудь гадость. Но, увидев пустую, он забыл о надоедливом шинигами и, вырвав руки из ослабевшей хватки, накинулся на девушку.       — Орихиме-тян, прости, что ударил. Это всё Ичиго, он меня заставил! — слёзно убеждала новую «жертву» душа плюс, крепче прижимаясь к шикарному телу, особое внимание уделяя райским холмам. Вспыхнув, рыжеволосая стала отталкивать надоедливое существо, в чём неоценимую поддержку ей оказали Кучики и Куросаки, схватив Кона по рукам. Они оттащили его от девушки на пару метров. Но даже так он препирался и норовил заключить в объятия брюнетку, та в свою очередь всячески пыталась избежать его загребущих тисков.       Устало покачав головой, Урахара стукнул тростью тело Орихиме. После этого пустая оболочка безвольно повисла в руках двух шинигами, а зелёная пилюля, упав на песок, прокатилась пару метров.       — Иноуэ-сан, вам тоже пора, — поправив шляпу, Киске тростью коснулся лба удивлённой девушки.

***

      Тьма, она бывает разной, но чаще она вселяет страх. Не в этот раз. Беспроглядная мгла была пустой, бездушной и абсолютно не вызывала чувств, кроме одного — неизвестности. Непонятно, ты стоишь или паришь? Существует тело, или это только сознание? Неизвестно. Но даже это не волнует и не трогает, просто безразлична такая мелочь. Может, это смерть?       Тихая и нежная мелодия нарастает. Интересно, когда она возникла. Будто она была всегда, и не была вовсе.       — … Яркое солнце и чёрные тени неразделимы, — приятный голос, красивая песня. Она зазвучала только сейчас или была раньше, а может, слова стали понятны лишь нынче, — чем пуще свет, тем темнее ночь кажется потом.       — Кто же тень? Сдаётся мне, что я.       Голос остался, хоть что-то подвластно воле в этой тьме.       — Ты тень? Едва ли, — с мягкой насмешкой ответила неизвестная.       — Что ты имеешь в виду? — безразличие уступает раздражению.       — Лишь другая сторона, — меланхолично бросил голос.       — Не путай, — почти рычит.       — Покажись, — приказ, не терпящий возражений.       Ночь рассеялась, подобно резкой вспышке, ослепив на мгновение.       Можно ли стоять на воде? Рыжеволосая девушка теперь не сомневалась в ответе, для неё это явь. Игра разума или иллюзия? Взглянув на воду, она замерла, не смея отвести взгляда. Игры воображения и только. Словно это зеркало, отражающее прошлые облики. Принцесса из прошлого смотрит прямо, в глазах цвета карамели тлеют радостные огоньки.       — Другая сторона целого, не более, — пленница Уэко Мундо мягко улыбнулась.       — Лжёшь, я помню, какой была буквально вчера, и знаю, какой стала сегодня. Совсем другая…       — Не та, что прежде. Даже солнце истекает кровью на закате и купается в золоте на рассвете, — оборвал речь, наполненную горечью, «призрак прошлого».       — Кто ты на самом деле? — недоверие завладевает разумом.       — Я новое и старое в одном лице, часть сердца, — мягко усмехнулось отражение.       — Говоришь загадками, — сомнения проникают глубоко в сознание.       — Человек умирает, а душа остаётся и тонет в тени. Проходят года, она пожирает себе подобных и меняется, утрачивает сердце, взамен получая маску. Душа может её сломать, но сил не прибавится. Айзен исправил несправедливость с помощью хоугиоку. Но что происходит с сердцем, заключённым в маску… — пронзая взглядом пустую, сказала Орихиме из прошлого.       По гладкой воде пошла рябь, рассеивая отражение.       — Похоже, время истекло, — вздохнув, прошептала принцесса из прошлого.       — Постой! Что — тень? — слова, не дающие покоя.       Поздно, всё вновь захлестнула тьма. Стирая всё на своем пути.       — Голод, — угасающий шёпот в возникшей тишине.

Flashback

      Исследовательский Институт Проводников Душ. В этом здании не знают отдыха, и постоянно в полумраке помещения здесь светятся экраны мониторов, а работники института без устали бегают и суетятся, передавая друг другу различные данные, которые затем сообщаются капитану двенадцатого отряда.       Конечно, этот день не является исключением, и все подчиненные Куротсучи добросовестно работают на благо Готея.       На одном из множества мониторов вспыхнула красная точка, привлекшая внимание взлохмаченной темноволосой девушки. Её большие широко распахнутые глаза прошлись по строчкам, быстро бегущим на экране, а тонкими пальчиками она не глядя отстучала ритм на клавиатуре. Распечатав информацию, шинигами схватила листок и отправилась на поиски Акона. Долго рыскать по институту не пришлось, он, как и всегда, был в центре деятельности.       — Третий офицер Акон, у меня срочное донесение, — отчеканила девушка и всучила в руки мужчины листок бумаги. Брюнет бросил на шинигами мимолетный взгляд и обратил всё свое внимание на содержимое распечатки.       — Возвращайся и веди наблюдение за объектом, — не глядя не девушка пробормотал офицер и, развернувшись, отправился в святая-святых — лабораторию капитана Куротсучи.       Быстрым шагом дойдя до нужного помещения, он в нерешительности замер у дверей и осторожно постучался.       — Войдите, — раздражённо проскрипел голос капитана.       Сглотнув, Акон несмело вошел в помещение и встал у стеночки, ожидая, пока Маюри соизволит сам поинтересоваться у него о причине прихода. Куротсучи, полностью игнорируя присутствие подчинённого, увлечённо смешивал химикаты, находившиеся в колбах и мензурках, некоторые из них он нагревал на спиртовке. Жидкости немного бурлили или вовсе меняли свой цвет, а их испарениями пропитывалось всё помещение.       — Нему, иди сюда, — крикнул мужчина, и в мгновение ока лейтенант появилась рядом.       — Введи внутривенно подопытному номер три и доложи о результате, — пренебрежительно пробормотал Маюри, всучив девушке колбу с зелёной жидкостью. Кивнув, черноволосая незамедлительно отправилась исполнять поручение.       — Надеюсь, это что-то действительно интересное, — раздражённо проскрипел капитан, продолжая смешивать химикаты.       — Две минуты назад наши радары обнаружили арранкара в городе Каракура, но, что примечательно, гарганта не открывалась. И искажения пространства не было зафиксировано, — не выдавая своего внутреннего напряжения, отчеканил офицер. Куротсучи резко развернулся, в его глазах загорелись недобрые огоньки любопытства.       — Интересно, — протянул мужчина, смакуя каждую букву столь любимого слова. Что может быть лучше интересного опыта, случая, вида, в сущности чего угодно.       — Сообщи верхушке, а меня сейчас не беспокоить.

Конец. Flashback.

      Каракура.       «Почему я должен бегать и искать её? Она обязана помнить о всех собраниях», — мысленно рвал и метал красноволосый шинигами, перепрыгивая с крыши на крышу, преследуя огонек почти родной для себя реацу. До цели осталось пару километров, и Абарай с нарастающим раздражением понимал, что след ведёт в небезызвестный магазин. «Нахлебник». Вспомнив это прозвище, Ренджи заскрипел зубами, сдерживая гнев. Не успеет он там появиться, как кто-нибудь из этих детишек обязательно вякнет это словечко. Остаётся надеяться, что в столь поздний час эти два раздражителя спят в постельках, не побоялся подарить себе надежду лейтенант шестого отряда, приземляясь возле закрытых сёдзе, ведущих внутрь здания.       Окликать шляпника красноволосый не стал. Вместо этого он прошёлся по тёмному коридору, ведомый огоньком духовной силы. Резким движением распахнув двери, шинигами на мгновение замер. Что ж, стоило помнить, что Кучики не из тех, кто будет отлынивать от работы из-за прихоти, бессловесно побранил себя Ренджи, кинув взгляд на обеспокоенную миниатюрную шинигами, склонившуюся над бессознательным телом рыжеволосой подруги.       — Что-то случилось? — обречённо пробормотал красноволосый.       — Абарай-сан, какой приятный сюрприз, — сладко пропел Киске, растягивая губы в дружелюбной улыбке.       — Ренджи, что ты здесь делаешь? — не скрывая своего недовольства, пробурчала маленькая Кучики.       — Вообще-то за тобой пришёл. Ты забыла? Сегодня собрание лейтенантов, — съехидничал шинигами, заставив девушку вспыхнуть от злости.       — Конечно, я помню! Но… — брюнетка запнулась, кинув взволнованный взгляд на подругу, мирно спящую на футоне.       — Давайте выйдем и обо всём поговорим, заодно я поделюсь некоторыми своими соображениями, — видя напряженность шинигами, весело воскликнул Киски и, подойдя к сёдзе, распахнул их. Оба лейтенанта, не сговариваясь, вышли из комнаты.       — Эм, Куросаки-сан, вы с нами? — поинтересовался панамочник у рыжеволосого, молчаливо стоящего в стороне.       — А, да, конечно, — отстранённо пробормотал парень и вышел вслед за друзьями.

***

      — Что! Вы не шутите? Иноуэ — и пустая? — не сдержав эмоций, воскликнул Абарай, не верящим взглядом сверля собравшихся за столом людей.       — Ренджи, поверь, мы бы не стали тратить столько сил, чтобы разыграть тебя, — съехидничала Кучики.       — Ах, ты… — раздражённо процедил красноволосый, проглотив остаток фразы.       — Успокойтесь, — Киске похлопал в ладоши, привлекая внимание собравшихся, — вам, без сомнений, будет полезнее знать некоторые факты по поводу сложившийся ситуации. К тому же, вас, наверное, очень интересует, что будет в дальнейшем происходить с личностью Иноуэ-сан, — взглянув на Ичиго и Рукию, протянул владелец магазина. Те согласно кивнули, поведение Орихиме обоих вводило в ступор. Она была слишком… другой, не верится, что добрая и робкая девочка могло так резко измениться.       — Ну, что же, у меня есть основания полагать, что её поведение придёт в норму. Предвижу ваш вопрос: почему она вообще так резко переменилась. Итак, всё дело в том, что в сущность Иноуэ-сан —противоположность пустых в плане именно характера. Но неизвестно пока, по какой причине в ней появились силы пустого, следовательно, и их инстинкты. Можно сказать, что временно они завладели ей, — на этой фразе Ичиго встрепенулся, Урахара покачал закрытым веером. — Куросаки-сан, не переживайте, это именно инстинкты, а не вторая личность, — поспешил успокоить рыжеволосого владелец магазина.       Сёдзе медленно начали открываться, и все одновременно метнули взгляды в сторону звука. В проходе показалась рыжеволосая девушка, краснея и отчаянно пряча глаза за челкой, она нерешительно вошла в помещение.       — О, Иноуэ-сан, рад. Вы в порядке? — излучая дружелюбие, поинтересовался Киске.       — Да, — пролепетала девушка, робко присев сторонке. В её голове крутилось множество вопросов и воспоминаний. Воспоминания её ли они? Может, это всё сон или она просто сходит с ума. Страшно взглянуть на друзей, сидящих за столом и бросающих на неё обеспокоенные взгляды.       Наблюдая за краснеющей девушкой, Ичиго понимал, что она далеко не в порядке. Её что-то гложет, но что?       — Иноуэ, ты уверена, что всё хорошо?       — Да, Куросаки-кун, — испуганно воскликнула девушка, замахав перед собой ладонями. «О Ками-сама, как мне стыдно, надеюсь, тот поцелуй был лишь сон. Я не могу смотреть в его глаза. Когда их вижу, сразу вспоминаю тот вкус», — вспыхнув, рыжеволосая склонила голову ещё ниже, скрывая половину лица под чёлкой. Девушка остро чувствовала, как горят её шея и уши, кажется, ещё немного, и Химе приблизится к опасному для здоровья рубежу.       Звон, привлёкший всеобщее внимание, вырвал Орихиме из невесёлых мыслей.