Emotionaler Paradoxe

Гермиона в который раз перевернула страницу, но слова упрямо рассыпались перед глазами, словно строчки сами бежали от её внимания. В кабинете стояла такая тишина, что казалось — стены слушают. Они с Малфоем сидели так уже полдня, и звенящая пауза между ними давно превратилась в отдельную, почти осязаемую сущность. Она старалась сосредоточиться на деле. Люциус Малфой заметал следы мастерски: чётко, продуманно, будто заранее готовился исчезнуть. Хотя… может, дело было не в его мастерстве, а в самой Гермионе, которая не была полностью вовлечена в процесс? Она только и делала, что пыталась не думать о вечере, когда жадно отвечала на поцелуй Драко. Стоило ей закрыть глаза — и вкус маггловского виски с мятой снова всплывал на языке, а что-то в районе солнечного сплетения болезненно сжималось. Да, натворила дел. Ей явно стоило перестать пить с ними — ничем хорошим это не заканчивалось. Она подняла взгляд и почти незаметно посмотрела на прокурора. Он сидел, опершись одной рукой о стол, и изучал документы с сосредоточенной суровостью, которая только подчёркивала его притягательность. Да, она не отрицала очевидного. Но так же ясно понимала, что позволила себе шаг, которого лучше было избежать. Не стоило переступать эту тонкую грань между разумом и безумием. — Грейнджер, есть продвижения? — голос Малфоя разорвал напряжение, будто лезвие. Она вздрогнула, но быстро взяла себя в руки. — Пока нет. Единственная зацепка — улица Мерлина. — Гермиона поднялась, приблизилась к доске и кивнула в сторону многочисленных отметок. — Такие улицы есть во всех магических кварталах Европы. И Люциус появлялся на них с пугающей регулярностью. Но зачем? Задумчиво хмыкнув, Малфой поднялся со стула и подошёл к карте. Действительно, это было глупо — так рисковать, зная, что его могут поймать. Видимо, причина его появлений была ключом к коварным планам. Драко подозревал, что отец не просто так скрывался — скорее всего, он продолжал воплощать свой дьявольский замысел. Но вот что именно и ради чего? Или — ради кого? Отчёты о финансах были важны для обвинений: они наглядно доказывали, что он финансировал войну и явно вкладывался в планы Волдеморта. Но этого было недостаточно, чтобы добиться смертного приговора. Зная отца и его адвоката, Драко понимал, что они легко смогут оправдать его вложения давлением и угрозами. Ему нужны были доказательства того, что Люциус и после войны продолжал поддерживать идеалы чистоты крови. — Ты планировал допрашивать его? — осторожно спросила стажёрка. Ему хотелось бы ответить отрицательно. Но он, как и она, понимал: допроса не избежать. Рано или поздно ему предстояло встретиться с отцом лицом к лицу. К тому же, он вовсе не желал, чтобы их первая встреча после долгой разлуки произошла в суде. — Да, — коротко ответил он и посмотрел на часы. Гермиона наблюдала за Малфоем. Он был напряжён. Его невозможно было сравнить с тем парнем, которого она отчаянно целовала у себя в квартире. Наверное, где-то в глубине души ей стало его жаль. Никому не пожелаешь того, через что ему приходилось проходить сейчас. В голове снова всплыло его спокойное, почти холодное заявление о цели приговора: поцелуй дементора. С другой стороны, — разве не это заслужил его отец? Он сам выбрал свой путь и потащил семью за собой в ад. Гермиона даже не хотела представлять, каково это — жить под одной крышей с Волдемортом. — Я думаю завтра зайти в библиотеку Министерства и поискать, что такого особенного в этой улице, — она отвела взгляд от мужчины, переводя разговор в более безопасное русло. Он молча кивнул, подошёл к столу, взял папку и, даже не оглянувшись, вышел из кабинета. Гермиона облегчённо вздохнула, когда дверь за ним закрылась, и неловкость, наполнявшая комнату, начала рассеиваться. То происшествие не прошло без последствий — как бы она ни старалась делать вид, что это не так. Проснувшись на следующий день, она не обнаружила в гостиной гостей, которых оставила ночевать. Зато головная боль встретила её мгновенно, стоило только открыть глаза. Ей определённо не стоило столько пить… или пускать Чарли и Малфоя в свою берлогу. Открывая бутылку вина тем вечером, она и представить не могла, что всё закончится пылким поцелуем с бывшим врагом — поцелуем, который возник так же внезапно, как и оборвался. Она отлично помнила, как, едва их губы разошлись, она молча развернулась и ушла в свою комнату, где, прислонившись к двери, опустилась на пол. Её губы пылали, а сердце грозило вырваться из груди. Эмоции, накрывшие её, были слишком знакомыми — такими же стремительными и запретными, как на пике мании. Оставшиеся выходные она раздумывала, как поведёт себя в понедельник. Заметила ли Чарли хоть что-нибудь? Стоит ли перевестись в другой отдел, испариться… или же повести себя как взрослый человек и сделать вид, что ничего не произошло? В её жизни было и без того слишком много проблем, чтобы разбираться в новых и искать в них глубокий смысл. Поэтому, быстро собравшись в понедельник, она решила: будет игнорировать произошедшее и вести себя так, будто ничего не произошло. Что ж, можно было предположить, что Малфой придерживался того же принципа. В любом случае, она не ожидала, что он поднимет эту тему. До конца рабочего дня она пряталась в кабинете, разбирая улики и ища зацепки, которые могли бы помочь делу. От автора: Нечестно после такой долгой тишины появляться с такой небольшой главой — но мне нужно снова войти во вкус. Я ужасно соскучилась по этому миру и по вам. Я буду рада каждому вашему комментарию, каждой маленькой весточке. Вы даже не представляете, насколько они вдохновляют и помогают находить силы продолжать писать. ❤️ Также я в поиске беты — человека, с которым можно обсудить сюжетные повороты, сомнения, идеи и просто периодически поговорить о фанфике. Если вам откликается — буду счастлива связаться. Спасибо, что остаётесь рядом и продолжаете читать. Это бесценно. ❤️ Ваш автор