Расскажи о своих слабостях

За кулисами, как обычно, было тихо, изредка перебивчевый девичий шёпот нарушал эту тишину. Кто-то разминался, волнуясь за собственные суставы, кто-то пытался поправить и без того идеальную причёску. Мэдисан же стояла у самого края сцены, пытаясь через узкую щелку меж штор, рассмотреть зрителей. Свою мать, сидящую в первых рядах, она заметила сразу. Хорошо, что ей в голову пришло взять билеты, подальше друг от друга, не хотелось бы, чтобы Металлы с ней пересеклись. А они, к слову, сидели на третьем ряду и что-то бурно обсуждали. Ди с Мэдисан не виделись с самого начала зимних каникул из-за тренировок девушек… Ну или она просто пыталась его избегать. После того, как осознала, что на самом деле испытывает к парню. Ди мельком взглянул на сцену и усмехнулся, заметив блестящие от счастья карие глаза подруги… Подруги. Какая глупость. В голове уже второй месяц гуляет мысль о том, что Мэдисан ему вовсе не подруга. Да, ему определенно нравиться с ней общаться, проводить время с ней не казалось пустой тратой времени, ему было приятно слушать ее странные истории с тренировок и определенно ему нравилось терпеть ее дурацкие выходки, как, к примеру, шлепок по заднице одноклассниц ладошкой, которую она заранее испачкала мелом, или то, как она притащила грязного котенка с улицы прямиком на урок химии… На лице блондина всплыла довольная улыбка. Любое воспоминание, связанное с Мэдисан вызывало у него подобную реакцию. И как можно называть «простой дружбой» подобное чувство? Вот и Ди считал, что никак. — О чем задумался, Ди? — с неизменной улыбкой на лице, поинтересовался у сына Глэм, листающий брошюрку, что выдали им у входа в театр. — О выступлении… — Школьник тяжело вздохнул, сам этого не заметив. Весь этот самоанализ очень утомлял. — А может об одной из выступающих? — Глэм сказал это не для того, чтобы смутить Ди, просто к слову пришлось. Парень промолчал, неуверенно поведя плечом в сторону. Конечно о выступающей. Сдался ему этот балет без Мэдисан. Прозвенел первый, второй и третий звонок, оповещая о начале спектакля. Занавес медленно разъехался, представляя взору клин из худых девушек в пышных зеленовато-бежевых патчах. Балерины двигались с удивительным изяществом и грацией. Сложно оторвать взгляд. Не сказать, что Ди фанат классической музыки, но в сочетании с подобным зрелищем — она захватывала. Блондин усмехнулся представляя, как бы выглядел этот танец, поставь они его под какую-то из метал групп. Ударили громкие барабаны и на сцену, после яркой вспышки софит, вышла Мэдисан, ее костюм отличался от костюма других балерин, вместо патчи была легкая сетчатая юбка, а сам костюм был нежно розового цвета. Ее движения были плавными и легкими, казалось она ничего не весит, так легко она несла себя. После антракта был второй акт. Лучше бы его не было. Сцена признания Гермии и Лизандра. Ди не мог назвать себя ревнивым или вспыльчивым человеком, напротив, он всегда был собран и спокоен, вне зависимости от ситуации. Но в тот момент, когда рука Артура коснулась лица Мэдисан, внутри Ди что-то грозно булькнуло и загорелось. «Успокойся. Что с тобой не так?», — безуспешная мысль в попытке себя успокоить. Конец спектакля настал достаточно быстро. Глэм предложил Ди сходит за Мэдисон и поблагодарить за выступление. Парень мялся. Нет. Он напишет ей смс. К ней наверняка пошла ее мать, не хотелось бы с ней пересечься. И он был прав. Мать Мэдисан строго смотрела на дочь, что вжала шею в плечи и перебирала веревки на спортивной сумке. — Ты могла и лучше. — Строгий, холодный тон больно резал по сердцу. Мэдисан действительно старалась. Она пыталась угодить…. И как обычно –провал. — Твои движения… К тебе палки привязали? Что это вообще… — Хватит. — Тихим, но стальным голосом возразила Мэдисан. Как же ей надоели эти беспочвенные упреки вечное недовольство. — Что? Карие глаза смотрели в серые с нескрываемой ненавистью. — Мне надоело выслушивать это! Ты просто невыносима! Вечно я делаю все не так, вечно виновата! Надоело! — Не смей повышать на меня тон! Гулкий шлепок эхом пронесся по коридорам академии. Щека Мэдисан жгло от боли. Слезы накатывались на глаза. Она не выдержала и просто убежала, абсолютно игнорируя то, что кричат ей вслед. Заснеженные улицы небольшого городка, тускло светившие фонари кое как освещавшие дорогу к дому. Солнце давно село. Мэдисан плакала. Ей хотелось простого «молодец» все это время, всю свою сознательную жизнь. А в ответ лишь упреки, оскорбления… Из-за слез дорогу было не разобрать, впрочем, как и тех, кто идет по ней… На беду, Мэдисан. — Милейшая. Не составите компанию? — Перед Мэдисан стоял высокий мужчина внушительных габаритов. Он был пьян. Определенно. В нос ударил горький запах выпивки вперемешку с блевотиной. — Нет. Меня ждут дома. — Никто ее не ждал, но нужно было как можно быстрее избавиться от общества этого человека. — Да, да, все вы так ломаетесь в начале. — Голос у мужчины хрипел, а его огромная ладонь сжало запястье Мэдисан. — Отпустите! — Бешенная паника накрыла с головой путая мысли и туманя взгляд. Мэдисон не заметила, как ее заволокли в какой-то проулок прижав к стене. Она не соображала, когда грубые мужские руки начали снимать пуховик, и ничего не могла поделать, когда те же руки приступили к штанам. Ей было страшно, страшно настолько, что она не могла закричать. Попытка вывернуться из мертвой хватки. Гневный крик мужчины. Удар крупной ногой по колену девушки. Хруст, что-то чвямкнуло. И адская, невыносимая боль по всему телу. Крик ее голоса был настолько громким, что казалось, его слышали на соседние улицы. Он звоном отбился от стен, навсегда врезаясь в память. Виктория шла домой после похода в магазин, напевая незатейливый мотив одной из любимых групп. Пока не услышала крик. Кричала явно девушка. Виктория не героиня комикса и далеко не святая, но на крик пошла. И хорошо. Не застань она этой сцены, Мэдисан бы давно лежала полумертвым телом в снегу и крови. В сознание Мэдисан пришла, лежа в больничной палате. До ушей доносился взволнованный голос матери и более спокойный, но тоже знакомый. Глаза не хотели раскрываться, словно залитые свинцом, но приложив усилия, девушки всё-таки их раскрыла. В комнате стоял Глэм, непривычно хмурясь, на стуле у входа сидела Виктория, листая какой-то из местных журналов. — Эди! — Мама девушки всхлипнула, подбегая к кровати и хватая девушку за руку. — Ты как? Голова не болит? А голова болела, не сильно, но ощутимо. Она помнила, что произошло и от этого по телу прошел рой мурашек. — Я в норме. — Соврала Мэдисан, попытавшись подняться, но мать, легким толчком в плечо, вернула девушку в лежачее положение. — Не нужно…. Эд… Тот урод он…. — Женщина мялась, не зная, как подобрать слова. — Он выбил тебе коленную чашечку. — Подала голос Виктория. — Открытый перелом. Мэдисан молчала. И эту адскую боль она тоже помнила… — Виктория проходила мимо…. И спасла тебя от того человека. Он сейчас в тюрьме. — Я его хорошенько приложила. — Рыжая весело улыбнулась, показывая внушительный кулак. Глэм чуть коснулся плеча жены качнув головой, намекая, что ситуация не подходящая. — И я очень благодарна их семье за это…. — Закончила оборванную фразу женщина. Мэдисан молчала. Да… Хороший новый год вышел. Спустя неделю. В палате было тихо и одиноко… Мэдисон с трудом уговорила мать уехать отмечать новый год так, как это происходило каждую зиму: с коллегами на горнолыжье. Девушка не хотела становится обузой… Ей и так было паршиво из-за случившегося, что, к слову, не удивительно… Не каждый день ты отказываешься от цели всей жизни, да ещё и не по своей вине. После подобной травмы шансы на полную реабилитацию и возвращение на большую сцену ничтожно малы… Девушка держалась. Молча принимала это все стараясь сильно никого не обременять… 31 декабря она захотела провести одна. В полной тишине. Но, как бы судьба над нами не издевалась, всегда случаются приятные сюрпризы. В больничную палату зашёл Ди предварительно отряхнувший с плеч снег, что уже вторые сутки непрерывно срывется с неба. Медисан шокировано смотрела на стоящего в дверном проёме парня. — Ди? Тот усмехнулся уголками губ подходя ближе к кровати девушки и усаживаясь на стоящий рядом стул. — Не ожидала? — Конечно нет! Что ты тут делаешь? 31-е, Ди. Почему ты не с семьёй? — блондинка была смущена подобным появлением друга… Хотя… Может уже даже и не друга? — Я решил, что был бы рад провести этот праздник в твоей компании… Если ты не против, конечно. — Почесывая затылок и смотря куда-то в сторону пробормотал голубоглазый, а после, тяжело вздохнув, вновь повернулся лицом к девушке и слабо улыбнулся на ее вопросительный и ошарашенный взгляд. -… Я… Я в шоке. — Девушка прикрыла глаза закидывая голову назад и тем самым облокачиваясь об стену за спиной. — Но очень рада… Знаешь. А я ведь даже подарок тебе приготовила, правда собиралась отдать лишь после выписки, но, раз уж ты сам пришел. — Мэдисан перегнулась через кровать выуживая из нижнего ящика, стоящего рядом с кроватью комода, маленькую красную коробку с черным новогодним бантом.  — Вот. Ди. С Новым годом. — Девушка весело улыбнулась, протягивая блондину подарок. Ди осторожно принял коробку из ее рук удивлённо поглядывая то на сюрприз, то на девушку. — Открывай. Мне интересно, что ты скажешь. — Мэдисан даже подсела чуть позже к краю от нетерпения. Ди, понимая, что от него не отстанут, принялся аккуратно разматывать подарок. — Медисан… В коробке лежал черный шипастый браслет, являвшийся точной копией браслета солиста одной из любимых Ди метал групп. Парень отложил коробочку в сторону выуживая из нее атрибутику и в предвкушении надевая на запястье. — Нравится? Я купила его ещё до концерта… Эм. Да. Посмотрела и сразу подумала о тебе. — Школьница весело улыбнулась довольная собой и своим вкусом. — Очень нравится… — Ди прищурился, глядя в глаза девушки. — Я, на самом деле, тоже не просто так приехал, но — Парень встал со стула, вышел из палаты, а через минуту вернулся обратно, но уже с инвалидной коляской. — Для моего сюрприза нам придется проехаться. Ди помог Мэдисан усесться в коляску, хотя та всячески посылала его на все четыре стороны света, яро доказывая, что справиться сама и вообще, она сильная и не зависимая, но, после того как девушка чуть не приземлилась на задницу мимо коляски, Ди все же решил ей помочь (заодно прихватив с собой вязанную кофту девушки (на всякий случай)). Подростки благополучно поднялись на четвертый этаж заезжая в местный «сад» с огромными окнами по всему периметру. На улице по-прежнему шел снег, а огни города неизменно горели вдали. Было красиво. — Закрой глаза. — Попросил девушку Ди завозя ее в комнату. Та без лишних слов исполнила просьбу парня. Она чувствовала, как они недолго едут прямо и заворачивают. — Открывай. — Ого… Перед девушкой открылся потрясающий вид на усыпанный снегом город. Прямо у панорамного окна стоял небольшой переносной столик, на котором благополучно расположились тарелки с фруктами . — Ди… Это… — Мэдисан, чуть краснее повернулась к стоящему за спиной парню… — Я не особо понимаю, что ты… Ди тяжело вздохнул, обходя девушку и становясь перед ней, после, слегка подумав, присел на корточки. — Я не романтик, — Начал блондин. — Я не умею говорить красиво, не умею проявлять чувства, не умею быть хорошим и правильным… Но, — парень задумался. После всего что произошло с Мэдисан в ту ночь… Он так испугался, не находил себе места, нервничал, до того момента пока ему не разрешили ее посещать. Эта девчонка фальшиво улыбалась и смеялась, мол, жива и ладно. Но он видел всю ту боль что она чувствовала, в ее глазах. Он знал, как ей тяжело. И хотел помочь. Парень быстро спохватился и уже глядя в удивлённые глаза девушки произнес. — Но я бы хотел научиться этому для тебя… Слушай… когда-то ты спросила у меня, чего я боюсь? Тогда мне не нашлось что ответить, ведь, по сути, на тот момент я ничего не боялся… По крайней мере осознанно. Но теперь, после того случая, что с тобой произошел… Кажется, больше всего я боюсь Потерять Тебя… Мэдисан молчала. Ком в горле не давал нормально говорить, поэтому следующую фразу она прохрипела, пытаясь усмехнуться. — Это ты к чему? Ди раздраженно цокнул. — Не заставляй меня это говорить. — Не понимаю, о чем ты. — Девушка откровенно издевалась над блондином. Парень глубоко вздохнул. Что же. Ему все равно придется. — Я люблю тебя. Рука девушки опустилась на гладко уложенные волосы Ди. На лице играла искренняя, за долгое время, улыбка. Вот и все? Новогоднее чудо, да? — Я тоже… тоже тебя люблю.