Любовь слепа, а человек с зонтом водит ее за руку

Первые несколько дней в санатории прошли настолько скучно, что Джону показалось, как будто прошел год. Он даже успел обидеться на Майкрофта за то, что он не приехал в выходные, как обещал. Ему не разрешали часто вставать с кровати и вообще двигаться: в левом плече была очень глубокая рана, а из правой руки достали столько осколков, что можно было бы восстановить стекло. За пределы палаты вообще было запрещено выходить. В ванную комнату и санузел был выход прямо из палаты. К концу недели раны начали заживать и он начал больше двигаться — в основном изучал палату. Бродил босиком по мягкому ковру, наслаждаясь ощущениями; пытался в окне высмотреть (или хотя бы предположить), где сидят снайперы; выделил книги, которые планирует прочитать в ближайшем будущем, и положил на другую полку; осмотрел бесполезные вещи, вроде ваз, декоративных аквариумов, дизайнерских поделок, которые были предназначены для заполнения пустоты на полках. Как и обещал, Майк приехал в субботу вечером. Палата вновь наполнилась запахом грозы. Зайдя в палату, он сделал то, что давно мечтал — сел на диван рядом со своей омегой, который уже начал читать одну из книг. У Холмса было много работы для выходных: он всегда оставлял всю крупную документацию на субботу и воскресенье, чтобы в будни не отвлекаться. Достав бумаги, он начал самый скучный из аспектов его работы. А Джон постепенно сполз ниже и стал использовать ногу Майка в качестве подушки. — Тебе нельзя… — начал было Майкрофт, не отрываясь от документа. — Мне плевать, Майк, — перебил его Джон и перевернул страницу. Холмс больше ничего не говорил. Он читал отчёты и выделял ошибки, используя вторую ногу в качестве поверхности для письма. В обычные серые дни, когда с ним ещё не было омеги, он уставал спустя три часа: спина начинала болеть, голова становилась тяжелее, а его самого тянуло к кровати. С Джоном было комфортно. Его запах дарил Майкрофту умиротворение, спокойствие и обещание счастливого будущего. Он не чувствовал усталости, было лишь желание сидеть вот так и слушать тихий шелест бумаг. Через часа два Джон заснул. Книга упала на диван, страницы помялись. Майкрофт убрал её на подлокотник и осторожно встал, придерживая голову омеги. Затем аккуратно поднял его и отнёс на больничную кровать, для которой, по его приказу, был куплен специальный матрас. Ему безумно хотелось лечь рядом с ним, прижать к себе и уснуть, ощущая кончиком носа мягкие волосы. Но ему ещё надо работать. К тому же, дело о взрыве до сих пор доставляет ему неудобства. На следующий день после взрыва он проверил всю информацию о этом смертнике. Врач, отслужил в армии, вернувшись в Лондон, встретил своего альфу… воспитывал ребёнка. На этом пункте Майкрофт захлопнул папку с биографией. Зачем её читать, если ему и так понятно, что его выбрали, потому что его жизнь схожа с жизнью Джона. Похитили, шантажировали… До тупости очевидно. Джон проснулся рано утром — в четыре часа. Первое, что он почувствовал, был запах альфы. Гроза — в воздухе пахло электрическим разрядом молнии. «У него плохое настроение?» — подумал омега. Подняв голову с подушки, он осмотрел комнату. Как и предполагалось, Майк спал на диване. Джон встал с постели и прошёл до него, наслаждаясь мягкостью ковра. По напряжённому выражению лица и учащенному дыханию можно было понять, что у альфы беспокойный сон. Омега вздохнул и, мягко улыбнувшись, лёг рядом с Майком. Объятия Джона успокоили его, и он машинально притянул его ближе к себе. Джон пролежал так ещё два часа, ожидая пробуждение альфы. Спать совсем не хотелось. Он рассматривал спокойное выражение лица Майка. Редкое зрелище. В палату постучались, зашла медсестра. Джон попытался жестами показать, что сейчас не лучшее время для осмотра. Однако его старания были напрасны. Девушка осталась в палате, а Майкрофт проснулся. Интересно, его разбудил шум или посторонний запах омеги? Открыв глаза, альфа увидел улыбающееся лицо своего омеги и сердце вновь заболело. Что было бы, если взрывчатка находилась и в машине? Что будет, если убийца придёт сюда? И что случится, когда Джон узнает правду об операции в Афганистане? Столько проблем лежало на плечах Майкрофта. А ему просто хотелось лежать в палате санатория и наслаждаться обществом Джона Ватсона. — Мистер Ватсон, вам надо вернуться в свою кровать, — сказала медсестра, которой показалось, что самое время разделить эту парочку. Джон неприязненно посмотрел на Майка, что того развеселило. — Смеёшься? — тихо возмутился омега. — В следующие выходные можешь не приезжать. Я все дни буду лечиться. Пить таблетки, дышать свежим воздухом и наслаждаться массажем. Джон встал с дивана и направился к медсестре. Но Майкрофт резко сел и удержал его за запястье. — Чтобы я пропустил выходные рядом с тобой, нужна более веская причина. Например… — начал Майкрофт, но в конце фразы задумался. Что можно считать веской причиной? Угроза жизни королевы? Ну умрёт, её сменит принц и жизнь государства продолжиться. Единственное, что поменяется — практически пропадёт консерватизм в воспитании детей королевской семьи. А государством все равно продолжит управлять парламент и теневое правительство, но это уже другая история с другим жанром. Так какая может быть причина, по которой Майкрофт не придёт к Джону? Такие есть? Возможно, это угроза жизни Джона. Но кто посмеет шантажировать Холмса? — Например? — Джон все ещё ждал ответа. — Такой причины нет, — ответил он, исключая из короткого списка причин (состоящего из двух пунктов) свою смерть. — Если бы ты ответил иначе, то двери этой палаты в следующий твой приход оказались бы закрыты, — самодовольно ответил Джон, направляясь к кровати. Медсестра проверила бинты. Несколько неглубоких ран уже зажили. Самые глубокие все ещё болели. Каждый раз, когда она неуклюжим движением задевала рану, накладывая новый бинт, Джон шипел от боли. Майкрофт мысленно похоронил эту девушку. «Надо бы сменить персонал», — подумал он. Однако вовремя вспомнил, что рядом с Джоном не должно быть новых лиц. Только старые, проверенные люди. Воскресный день они провели не выходя из здания санатория: Майкрофт не доверял охране, хоть и отобрал самых лучших. Конечно же то, что они согласились охранять день и ночь одного человека, который не столь важен для страны, было не их добровольное решение. Мало кто ослушается приказа Майкрофта Холмса. В сауны Джон решил не идти, потому что не хотел доставлять медсестрам ещё больше хлопот. Они, наверное, уже раз сто прокляли его. Слишком уж многое изменилось с тех пор, как сюда поселили нового пациента. И не все были довольны. Особенно запретом на выезд с территории санатория и любыми контактами с «внешним миром». Мало ли кто будет следующим смертником. Библиотека — похоже единственное место, которое понравилось и Джону и Майкрофту. Ватсон нашёл много новых интересных книг. Раз уж ему здесь нечем заняться, он решил посвятить свое время чтению. Майкрофт, правда, читал что-то в своём планшете, но процесс свойственный библиотеке присутствовал. Джону так же очень понравилась столовая, в которую он спустился впервые за все время пребывания здесь. Еду ему обычно приносили в палату. Но это нисколько не сравнится с красивым залом, больше похожим на королевский, банкетный. В широком, но не очень высоком помещении стояло несколько больших круглых столов, вокруг которых было поставлено по двенадцать стульев, что были удобнее некоторых кресел. Начиная с понедельника и так через каждый день накрывался шведский стол. В другие дни работала обычная раздача. Смотря на все это великолепие, которое, между прочим, появилось примерно неделю назад, Джон вспомнил столовку в армии. Не то чтобы их плохо кормили там, можно даже попытаться подобрать красивые слова для того, чтобы описать то место: просторное холодное здание с тремя длинными разваливающимися, исписанными всякой руганью столами, за которыми принимали пищу солдаты; разнообразие блюд состоящее из двух видов супа, пюре и гарнира, которого хватало не на всех, огромный выбор напитков вода, молоко, чай и десерта можно было ночью пробраться на кухню и самим приготовить какие-нибудь простенькие пироженки. Каждый солдат с нетерпением ждал, когда приедет проверка и им будут давать еду, которая прописана в постановлении о продовольственном обеспечении военнослужащих. Новенькие часы капитана показали 13:50. На всю часть прозвучал сигнал, означающий, что настало время переодеться, почистить обувь, помыть руки и в 14:10 отправиться на обед. Солдаты ринулись в спальное помещение, так и не услышав красочное высказывание их капитана о дисциплине. В столовую бежали ровной змейкой под присмотром командира. Но за углом все понеслись как попало, чтобы быстрее добраться до заветного здания. — Занимай очередь! — прокричала группа альф из другого взвода своему товарищу, который был ближе к раздаче. Тот пробежал по скамейке и перепрыгнул через стол, чтобы занять очередь. Взвод, где находился Джон, пришёл позднее всех. Перед ними стояло всего три человека, но… Через минут пять, когда пришла девушка на раздачу, в столовую вошли ещё три взвода и встали впереди очереди. Группа с Джоном сдвинулась к двери. — В следующий раз мы будем первыми, — подбодрил всех Стэмфорд. По крайней мере, в прошлый раз они пришли раньше всех. — Соседняя рота обедает здесь! — прокричал невысокий альфа, забежав в столовую. Обычно такой человек был шпионом и подслушивал разговоры командиров, чтобы для роты не было никаких неожиданностей. Всё обернулась на него, началась шумиха. Громкость разговоров усиливалась с каждой секундой. Все пытались узнать, какая рота идёт сюда. — Занимай столы! — крикнул кто-то из толпы. — Какая рота? — выкрикнул другой. — Только бы не «красные», — взмолился кто-то, большинство его поддержало. Неофициально, солдаты распределились по цветам, в зависимости от роты. «Красные» получили свой цвет из-за того, что там одни альфы — более сильные и опасные противники. В других же ротах был смешанный набор. В окна повысовывались несколько голов, чтобы первыми увидеть неприятеля. Тем временем очередь по-тихоньку двигалась. Вот уже первый взвод получил свои порции, половина второго тоже сидела с едой. — Может они в другое время обедают? — высказался кто-то. В столовой было уже не так шумно. Пришла очередь последнего взвода получать свои порции. Когда как некоторые солдаты из первого уже относили тарелки в мойку. — Идут! — Бегут! — КРАСНЫЕ! И вновь начался ор. — Закрывай двери! — прокричало одновременно несколько взволнованных омег. Другие уже переносили скамейку к двери. Повара посмеивались и тоже, на всякий случай, закрыли выходы с кухни. Первый взвод уже пообедал, так что он удерживал «красных». Рота «зелёных» рассказывала, что к ним тоже приходило это «стадо», как они красиво выразились. «Красные» вытеснили их из их же столовой, закрыв все двери и окна. В тот день «зелёные» остались без обеда, потому что времени на него дают всего лишь полчаса. Сигнал на послеобеденный сон прозвенел спустя пять минут, как двери открылись. Так что им не хватило времени. — Откройте, придурки! — кричали солдаты с улицы, ломая двери. — Долбанные желторотики! — Это месть за зелёных! — кричали в столовой. К первому взводу присоединился второй. Защита окрепла. Теперь снаружи точно не забраться. Солдаты спокойно обедали. Оставалось примерно десять минут до послеобеденного отдыха. Обедало всего несколько человек. Другие просто сидели на столах или сдерживали двери. В тот день «красная» рота так и не пообедала. Джон решил, что хорошо придумали командиры, принимать пищу отдельно от солдат. — Что-то не так? — спросил Майкрофт, когда заметил, что Джон стоит и непонятно чему улыбается. — Нет, просто вспомнил, как кормили в армии, — ответил Джон и положил на свю тарелку салат с морепродуктами. — Насколько мне известно, в армии хорошо кормят, — сказал Майкрофт, ведь он лично писал тот документ по просьбе министра внутренних дел. Джон на это заявление загадочно улыбнулся и сказал: — А на сколько тебе известно? Не дожидаясь ответа, он ушёл к шведскому столу. Майкрофт несколько секунд стоял в ступоре. Раньше он об этом не задумывался. По крайней мере, он приезжал с проверкой в воинские части, чтобы посмотреть на результат постановления. Значит, ему должно быть хорошо известно, как кормят в армии. Но его смущал вопрос.

***

Шерлок уже второй час пытался выяснить, где Джон. Антея все ещё не отвечала ему, телефон Майкрофта был выключен, а его канализационная система бомжей не могла тягаться с агентами его брата. Почему, интересно, ему не сообщили такую важную информацию? На какой адрес ему отправлять фрукты? Все это было очень важно в данный момент. А все потому, что в «деле Мэри» нет никаких продвижений. Так же он подозревает, что человек, которого он увидел на крыше в день, когда следил за девушкой во время пробежки, тот же, что устроил взрыв на перекрестке. Так появилось «дело смертника», но улик и каких-либо четких умозаключений по нему не было. Что ему ещё остаётся делать? Правильно! Переключить внимание на не особо значительную вещь и «раздуть» из этого большую проблему. Иначе он возьмётся за сигареты, а от них недолго до наркотиков. Через несколько минут ему на телефон приходит сообщение. Прочитав его, Шерлок резко поднимается с кресла, от чего то падает на спинку. Сорвав с вешалки свое пальто, он вылетает из дверей. В сообщении говорилось о том, что Майкрофт Холмс приехал на работу и, вероятно, сидит в своём кабинете. Он не может упустить шанса поговорить с братом. Тем более, после взрыва он решил работать вместе с ним. Все же у старшего Холмса больше ресурсов для раскрытия этой загадки. Когда Шерлок подходил к зданию, где находился офис Майкрофта, он заметил большое количество журналистов. «Неужели все к нему?» — подумал он. Подойдя ближе, он смог услышать разговор журналистки с какой-то девушкой. — Вы можете назвать врагов Майкрофта Холмса? — спросила журналистка. — Я не уверена. Вы же знаете, кем работает мистер Холмс. Думаю, у него много влиятельных врагов. Я не знаю, кто мог устроить взрыв, — неуверенно ответила девушка. Кажется, СМИ её поймали, когда та шла на работу. Видимо, она занимает должность на том же этаже, где располагается офис Майкрофта. — Вы знаете, кто может быть этим мужчиной? — задала очередной вопрос журналистка, протягивая ей размытую фотографию такси, из которого выносили Джона. — Кем он является для мистера Холмса? Почему мистер Холмс вернулся к своему прошлому в разведке и лично принимал участие в операции? Вам не кажется подозрительным то, что на это дело выделили так много агентов? — Перед взрывом все сотрудники начали замечать странное поведение мистера Холмса, — смущаясь, начала девушка, — у него даже запах поменялся. Это, наверно, его омега. — Насколько мне известно, — громко произнёс Шерлок, привлекая к себе внимание. СМИ тут же бросились к нему, узнав в нем младшего «мистера Холмса», — личную секретаршу моего брата зовут Антея, и вы ей не являетесь. — Значит ли это, что человек на снимке является омегой Майкрофта Холмса? — не отошла от темы журналистка. — И если вы хотите получить достоверную информацию о работе или личной жизни Майкрофта, — продолжил Шерлок, игнорируя любые вопросы, — то должны спрашивать либо Антею, либо его лично. А что касается того, что на это задание выделили так много людей… Вам не кажется, что взрыв бомбы должен быть либо обезврежен любыми способами, либо прогреметь в безопасном месте? Или же бомбе лучше взорваться в людном месте? Вы что, террористы? — Как мистер Холмс допустил, что его омегу чуть не убили? — Видимо избегание вопроса дало журналистике понять, что человек на снимке действительно является омегой Майкрофта. Или же она решила сделать такой вывод потому, что Шерлок пристыдил ее, когда отвечал на вопрос о участии старшего Холмса в операции? — Мистер Холмс должен лучше следить за своей омегой! — В таком случае, вы должны лучше следить за своим языком! — угрожающий голос Майкрофта прозвучал за спинами журналистов. Когда камера переключились на него, Холмс все ещё продолжал смотреть на того выскочку, что посмел открыть рот в его адрес. — Мистер Холмс, как вы прокомментируете взрыв? — Кто был тот мужчина в такси? — Вы знаете, кто за всем стоит? Или же это был единичный случай? Журналисты с разных каналов навалились на Майкрофта. Агенты сдерживали репортеров, чтобы те не подходили слишком близко. Антея пыталась что-то выкрикивать в толпу, давая неточные ответы на конкретные вопросы. Шерлок обошел машину брата и сел на заднее сиденье. Майкрофт отвел взгляд от того мужчины и сел рядом. Антея едва пробилась через толпу к своему месту рядом с водителем. Машина только благодаря агентам смогла отъехать от здания, где работает Майкрофт. Несколько минут в машине была тишина. Шерлок не решался начать разговор, потому что не доверял водителю и Антее. Да, она достаточно долго работала на его брата, и тот ей доверял. Однако разговор касался Джона. Его безопасность была на первом месте: Шерлок не мог потерять единственного друга. По крайней мере, он надеялся, что они друзья. — О чем ты хотел поговорить? И почему не позвонил? — начал разговор Майкрофт. — До тебя не дозвониться, — ответил Шерлок, пропуская первый вопрос, намекая на то, что это разговор с глазу на глаз. — Ты даже не пробовал, — сказал Майкрофт, потому что несмотря на то, что в последнее время у него звонков в несколько раз больше, он успевает отвечать на все. — Я просто знал это, — произнес Шерлок, отвернувшись к окну. Их разговор был ненадолго прерван. Они подъехали к дому Майкрофта, где не так давно они с Джоном… жили вместе. — Почему у меня нет ключа от твоего дома? — возмутился Шерлок, когда ворота за ними закрылись. — Потому что ты отлично проникаешь в мой дом и без ключа, — ответил Майкрофт, заходя в дом. Шерлок осмотрел гостинную. Что-то в ней изменилось. Что-то было не так. Он был здесь не так давно, но его брат уже успел что-то поменять? Вспомнив расположение мебели в прошлый свой визит, он сравнил с нынешней обстановкой. Ничего не поменялось, но что-то же смущало его. — О чем ты хотел поговорить? — спросил Майкрофт, сев за рабочий стол и включив компьютер. — А Джон спал в отдельной комнате, или вы спали вместе? — неожиданно спросил Шерлок. — Ради всего святого, Шерлок! Ближе к делу, — сказал Майкрофт, после чего встал с места и подошёл к окну, чтобы скрыть от брата румянец на щеках. Шерлок расценил такое поведение за ответ в пользу второго варианта. Неужели его брат потерял девственность? Хотя в его возрасте пора бы уже. Или можно сказать, что он опоздал… на лет десять. Усмехнувшись своим мыслям, он задал вопрос, из-за которого попросил свою систему бездомных следить за Майкрофтом: — Где Джон? — Это конфиденциальная информация, и я не уполномочен её разглашать, — Майкрофт ясно дал понять, что вопросы касательно местоположения Джона можно пропустить. Шерлок скривил лицо, кривляя брата за его спиной, затем задал ещё один вопрос: — Скрывает ли правительство Британии каких-нибудь преступников? — Это конфиденциальная информация, и я не уполномочен её разглашать. Проанализировав интонацию Майкрофта, скорость речи и отсутствие каких-либо невербальных знаков, он сделал вывод, что таких преступников нет. Затем задал очередной вопрос: — У тебя есть враги, которые имеют больше власти чем ты? — Ты не поверишь, но это конфиденциальная информация, и я не уполномочен её разглашать. — С тобой очень легко вести диалог, Майки, — сказал Шерлок, занимая его место за столом. Майкрофт попытался не обращать внимания на сокращение его имени, которое режет слух. За исключением, конечно, тех случаев, когда его произносит Джон. — Есть ещё какие-нибудь вопросы? — А у тебя есть ещё какие-нибудь ответы? Или в твоём словарном запасе ответов только одна фраза? — Что ж, тогда скажу я, — сказал Майкрофт и подошёл к столу. Он открыл синюю папку, что лежала поверх остальных и показал Шерлоку. — Здесь информация о взорвавшемся омеге, всех его знакомых и вообще тех, с кем он встречался. Информация с камер, так что это только последние два месяца, — сказал Майкрофт. — Ты проверял этих людей? — спросил Шерлок. — За ними сейчас следят, — ответил Майкрофт. — Вы так никого не найдёте, — сказал Шерлок. Он закрыл папку и отошёл к окну. Простояв у него несколько секунд, он начал ходить по комнате. Перед глазами появлялась информация. Выводы, вопросы, фразы, картинки… Он пытался понять, как можно вычислить преступника? Майкрофт сел в свое кресло. Ему было всегда любопытно наблюдать за братом, когда тот погружается в чертоги своего разума — хранилище всей полезной информации, которую когда-либо видел, слышал, чувствовал или замечал боковым зрением Шерлок. Они появились благодаря наркотикам, что не сильно радовало старшего Холмса. — Джон, — резко остановившись, он посмотрел на брата. — Я уже сказал… — Ты проверял тех, с кем общался Джон? Я уверен, что он не мог устоять перед соблазном лично встретиться с ним, — в глазах Шерлока вновь зажёгся огонь азарта. Кажется, скоро у него появиться зацепка. — Каждый человек, с кем встречался Джон, был проверен агентами, — ответил Майкрофт, начиная сомневаться в правильности этого решения. — В том то и дело, что проверен агентами, — сказал Шерлок, подойдя к столу. — Мне нужна информация по этим людям. Отправь курьером. А это я забираю. Взяв со стола синюю папку, он направился к выходу. Наконец-то дело сдвинется с мёртвой точки.

***

Солнце только недавно показалось из-за горизонта. Лондон начинал просыпаться, люди лениво расставались с постелью. Утро понедельника всегда самое сонное. К тому же погода была летней. Конец мая был тёплым, на улицу можно выходить в футболке или лёгкой кофточке. Но не стоит забывать про непредсказуемые осадки. Лучше носить с собой зонт. По тротуару, прихрамывая на правую ногу, шёл человек. Невысокая фигура, чьё лицо было закрыто капюшоном. Рукав светлой кофты, которая, казалось, на два размера больше, был порван, а на асфальт падали красные капли крови. Белые кроссовки были полностью испачканы, создавалось впечатление, что на них вылили чернила. Человек сильно ссутулился, поэтому было сложно определить пол. С боку от человека тянулась длинная цепочка самых богатых домов Лондона (а может и Англии). Заметив издалека две чёрные машины, человек ускорился. Наверное, зря. Не пройдя и пяти шагов, он споткнулся и упал, немного ободрав руки. Из кофты выпал пистолет. Всё ещё стоя на коленях, человек смотрел на оружие. Чего он ждал? Схватив пистолет, он сделал несколько выстрелов в небо. Люди, что стояли у машин, достали оружие и направили его на человека. Высокий мужчина, который только вышел из дома и хотел отправиться на работу, обернулся. Поставив перед собой зонт и положив на него обе руки, он посмотрел на людей в чёрном и кивнул. Двое побежали к стрелявшему. Когда раненного человека подняли на руки, капюшон спал с головы. Это была девушка. Светлые, короткие волосы и капли засохшей крови на лице — вот, что увидели люди в чёрном. Они несли её к высокому мужчине, видимо, своему начальнику. — Занесите в дом и вызовите врача, — отдал тот приказ. Когда девушка оказалась на территории его дома, он повернулся к женщине, что стояла рядом с ним, держа в руках планшет, и сказал: — Отмени на сегодня все встречи. Кажется, разговор с этим человеком важнее. Девушка кивнула и села в машину. Чёрный Bentley отъехал от ворот резиденции спустя пару секунд. Мужчина отправил короткое сообщение с телефона и взглянул в ту сторону, куда уехала машина. Прокрутив в руке зонт, он направился в дом.

***

Джон спустился в столовую. Шведский стол как всегда был полон разными блюдами. Однако Ватсон решил, что сегодня в его меню только чай и пирожок. Время было предпроцедурное: у большинства людей скоро начнутся лечебные терапии. Поэтому все люди в это время спускаются в столовую, чтобы потом не голодать. Есть даже парочка людей, которым есть нельзя из-за предстоящих процедур. Но ведь как можно пропустить завтрак? Вот поэтому Джон не успел занять место и теперь стоял с подносом, осматриваясь. К счастью, он заметил свободное место за столом у окна. Только вот за этим столом уже сидел человек, но главное — второй стул был свободен. — Можно? — подойдя, спросил он у девушки, которая читала книгу и совсем не обращала внимания на окружающий мир. — Что? Да, — повернувшись, ответила она и, поправив очки, добавила: — Здесь не занято. Джон немного удивился, когда услышал произношение. Значит, она не британка. — Из России? — спросил он, посмотрев на обложку книги. — Да, — улыбнулась девушка и отложила книгу. Её чай давно остыл. Сколько она уже здесь сидела? Видимо, книга была очень интересна. Оглядевшись по сторонам, затем посмотрев в окно, она усмехнулась. Джон вопросительно посмотрел на неё. — Неделю назад этот санаторий оккупировали и теперь никого не выпускают. Если хорошо приглядеться, то можно заметить за окном людей в камуфляже. Когда у меня забрали телефон, я только и делаю, что читаю книги и наблюдаю за подозрительными кустами на улице, — пояснила она. Джон засмеялся. В основном, он тоже этим занимается. — А ещё эти агенты, — кивнув в сторону охраны Ватсона, сказала она. — Видимо, сюда положили принца. — Не думаю, — сказал Джон, потом добавил: — Разве что его омегу. Девушка напротив улыбнулась. Кажется, он нашёл себе друга. И пока они мило разговаривали, обсуждая подозрительных людей в столовой и кустах, другие люди уже составляли досье на эту девушку. Когда они позавтракали, то решили пойти в комнату Джона. Он заинтересовался книгой девушки и попросил одолжить её ненадолго. — Я могу тебе её отдать, если выиграешь в карты, — сказала она. Ватсон вспомнил, как играл в покер, когда только ушёл в армию. Стэмфорд тоже в этом принимал участие, но постоянно боялся, что их поймают. — Хорошо, — ответил Джон и открыл дверь своей комнаты. — Тогда выбери книгу из моей коллекции. Ставки ведь должны сделать оба. Когда девушка зашла в палату, она оглянулась на мужчину, позволив тому видеть её удивление. — В этом санатории есть такие номера? — практически прокричала она. Джон услышал, как к комнате побежала охрана, но он в этот момент закрыл дверь. С обратной стороны поняли намёк и не стали ломиться. — Я чувствую, что попала в номер-люкс пятизвездочного отеля, — сказала она. — Кому продать душу за такой номер? — Не знаю как насчёт души, но вот сердце… — усмехнувшись сказал он. — А-а-а-а, — протянула девушка. — Всё ясно. Твой альфа поднапрягся, чтобы поселить своего любимого омежку в таких хоромах. — Прекрати, — взмолился Джон. — Как же это слащаво звучит. — Что?! — возмутилась девушка. — Это звучит мило. Всем бы иметь такого альфу. — Я, кажется, понимаю, к чему ты сводишь разговор, — догадался Джон. — Оставь эти разговоры для своих подружек. — Не-е-е-ет! — Девушка села на диван и, обняв подушку, продолжила: — Я теперь не отстану. Рассказывай. Джон понял, что теперь её можно вывести только с помощью агентов Майка, поэтому сел на другой конец дивана и выжидательно посмотрел на собеседницу. — Как его зовут? — улыбаясь, спросила она. — Майк, — сразу же ответил Джон. — Возраст? — продолжила она. — Где-то… — Джон задумался, Майк был одного с ним возраста? Примерно тридцать с чем-то. Или больше? — Ты не знаешь? — нахмурилась девушка. — Ладно. Любимый цвет? Где работает? Что любит кушать? — Э… — Так. Допустим. Что ты о нем вообще знаешь? — спросила девушка, видя, что её собеседник в ступоре. А Джон думал, что ответить. Единственное, что он знал из этого списка — это место работы. Но и этого сказать не мог. Раньше он не задумывался над предпочтениями Майка. Он даже не знает, как его полностью зовут. Если задуматься, то он просто живёт с мужчиной-альфой, про которого ничего не знает. Устраивает ли это Майка? — Как это может кого-либо устраивать? — прошептал он. — Что? Говори громче, я плохо понимаю, — сказала девушка. В этот момент в дверь постучали. Заглянул незнакомый Джону мужчина в белом халате и очках. Под халатом был такой же костюм, как у агентов Майка. — За мной пришли, — расстроилась девушка. — А мы так и не сыграли в карты. — В следующий раз поиграем, — сказал Джон. Девушка грустно улыбнулась. — Это вряд ли, — тихо сказала она, потом громче продолжила: — Что ж, желаю здоровья и разберись со своим альфой. Это ненормально, что ты знаешь только его имя. — Спасибо, — посмеялся Джон. Девушка ушла, он опять остался один. Джон посмотрел на часы — скоро должна прийти медсестра. Он хотел встать с дивана, чтобы пройтись по тихим коридорам санатория, но заметил нечто приятное. Это была книга, та самая, которую читала девушка. «Шпионское наследие», автор — Джон Ле Карре*. Она специально её оставила, или это просто случайность? Джон раскрыл книгу на первой главе и прочитал: «Я собираюсь правдиво, насколько возможно, изложить свою роль в спецоперации британской контрразведки по введению противника в заблуждение, под кодовым названием «Паданец»…».

***

— Сколько она уже спит? — в который раз спросил Шерлок. Майкрофт устало опустился в кресло и закрыл лицо руками. Сколько ещё раз он услышит этот вопрос? Шерлок уносится в чертоги разума, но не успевает пройти и пяти минут, как какой-нибудь тихий шорох возвращает его в реальность. И с каждым возвращением он задаёт один и тот же вопрос. Майкрофт сделал вывод, что в чертогах нет часов. — Надо было попросить Билла следить за ней, — пробубнил Шерлок. — Почему ты не приставил к ней своих агентов? — Я бы приставил, если бы ты рассказал про случай с… как ты их назвал? Пляшущие человечки? — вспомнил Майкрофт название, которое его брат дал иероглифам. Шерлок ничего не ответил. Аргументов в его пользу было не так много, а у Майкрофта, как у политика, они всегда были в избытке в любой ситуации. Одеяло зашуршало, Майкрофт заинтересованно посмотрел в сторону девушки. Шерлок подошел к кровати. Мэри просыпалась. Движения поврежденной ноги доставляли боль. Все же огнестрельное ранение, а не обычный порез. Приняв сидячее положение, она попыталась что-то сказать, но в горле пересохло, так что вышел глухой хрип. Воду ей подавать никто не собирался: Майкрофт из принципа не хотел помогать тому, кого считал опасным по отношению к Джону, а Шерлок ждал, пока это сделает его брат. В итоге помощь пришла от медсестры, которая до этого тихо стояла у дверей и ждала пробуждения пациентки. — Спасибо, — сказала Мэри, выпив полкружки теплой воды. — Отлично, раз ты в норме, то можешь рассказать нам о том, что с тобой случилось, — сказал Шерлок, когда девушка отдала кружку медсестре, которая по приказу старшего Холмса вышла за дверь. — А заодно поведать о своем прошлом, — добавил Майкрофт. — В случае твоей бесполезности, ты будешь закрыта в одном далеком месте, о котором знают лишь единицы и из которого еще никто не возвращался… живым. — Вы же работаете в правительстве, — усмехнулась Мэри. — Думаете, если похитите меня, никто не расскажет СМИ о деяниях Майкрофта Холмса? Полагаю, Джон не смотрел телевизор. Она пыталась как можно больше разузнать о сфере влияния Майкрофта. Конечно, никто никому не скажет, если ее похитят или убьют. Главное — создать условия для того, чтобы человек мог показать свое превосходство над другими, заставить его гордиться и нахваливать себя. Тогда она сможет разузнать о нем больше. Сама фраза о том, что ее могут отправить в какое-то далекое место, о котором знало лишь единицы, говорила о многом. — Превосходно, — улыбнулся Майкрофт. — Я изучал психологию в классе пятом. Наравне с философией и китайским языком. Думаете, я не замечу такой очевидной манипуляции? Шерлок молчал. Потому что не заметил. Он чуть было не рассказал ей о некоторых подробностях работы брата. — Ближе к делу, — вставая с кресла, сказал Майкрофт. — От кого вы бежали? Мэри молчала. Несмотря на то, что она шла сюда с целью рассказать все, такой холодный прием отбил у нее это желание. Однако она вспомнила репортаж с того перекрестка. Ради безопасности Джона… — Это Д… Д… — попыталась сказать девушка, потом сделала еще одну попытку: — М… Шерлок быстро переместился к столу Майкрофта, который с задумчивым видом наблюдал за сменой эмоций на лице девушки, и вернулся обратно к кровати с листком и ручкой. — Пиши, — приказал он ей, раздраженный тем, что девушка не может произнести. Девушка взяла листок и попыталась что-то написать, но ее руки задрожали. Шерлок с безысходностью посмотрел на брата и удивился. Тот с бледным лицом отступил назад и упал на кресло. — Не может быть, — прошептал он, но все его прекрасно услышали. — Что? — спросил Шерлок, Мэри тоже заинтересованно посмотрела на него. — Джеймс Мориарти? — устало спросил Майкрофт девушку. Та нахмурилась и кивнула. Не так много людей знали это имя. Как так получилось, что Холмс осведомлен о его существовании? Она задумалась над сферой его влияния. — Кто такой Джеймс Мориарти? — подозрительно спросил Шерлок, смотря то на брата, то на девушку. — Это тот, чье имя знают не больше десяти человек, а пятеро из них не способны произнести его или написать, — ответил Майкрофт и позвал врача.