Стайлз под луной

— Не хочу я есть! — кричит Стайлз на всю школу. От отталкивает от себя, когда-то вкусную, еду из столовой и смотрит на неё с презрением. С недавних пор, Стайлз почти перестал есть. Вся еда вызывала у него рвотный рефлекс и оттого он «сел на диету». Быстро похудел и не собирался набирать вес обратно. А так же его мучали кошмары по ночам, где он царапает когтями всю стаю и Дерека, в особенности. Каждую ночь он обращался и был готов крушить всё вокруг. Это пугало так же сильно, как охота как-то стаи на него. Стилински хочет поскорее проснуться от этого ужаса. — Я не намерен слушать твои капризы, — серьезно заявил парень напротив и пододвинул поднос Стайлзу обратно. — Просто съешь это уже и пойдем. Ситуациацию ухудшал Уиттмор, которому поручили сегодня заменить Скотта. Теперь они вместе ходили на каждый урок и вечно ругались, как женатая парочка. Или того хуже, разводившаяся. Но даже так Джексон был достаточно мил. Он вслушивался в движение всех людей, чтобы остановить Стайлза на поворте, чтобы тот ни в кого не врезался. Оправдывал свою заботу тем, что Дерек ему голову свернет. Это звучало правдоподобно. Но не менее раздражающе. — Хватит ходить за мной! — сокрушался Стилински, когда парень шел за ним по пятам даже после уроков. Джексон отказался от тренировок по лакроссу, чтобы отправиться со Стайлзом хоть на другой конец света. Парню должно было быть приятно, но вместо этого он был зол. Сейчас он решил заскочить к отцу, которого едва ввели вкурс дела. Самое главное он уже знал. А стая чужая всё преследовала будущего отца и хотела напасть. Стилински это чувствовал, когда сидел и пил чай с отцом. Он смотрел на окна и видел в кустах огни, которые сильно походили на глаза оборотней. В такие моменты Стайлз радовался, что с ним сильный канима. — Я не могу уснуть. Но радость в последнее время редко посещала его. Парень ворочался во сне, видел ужасные кошмары и молился всем богам, чтобы это прекратилось. Было страшно оттого, что могло с ним произойти. Ещё чуть-чуть и Стилински наконец-то избавиться от этой мучительной боли. Но какой ценой?