***
Если раньше Лика ходила тренироваться на корт, то уже несколько лет у нее есть карта в фитнес-клуб, женщина даже периодически там появляется. Периодически — это, когда тренер-друг в очередной раз пытался дозвониться и просто на телефон и в приложениях, а потом просто скидывает фотку с прессом и какой-нибудь крамольной фразочкой типа «у меня он есть, а твой поплыл». Вот и сейчас, женщину поднял утром тот самый звонок друга, по обыкновению, звонок в такую рань был принят в одним закрытым глазом и диким сонным сопением в ответ на бодрое приветствие. — Эй, спишь? — Лика привыкла, что Столяров мог подойти в любой момент и, скорее всего, у него может быть камера. — Вот так, мои дорогие, сушим дизайнера. Так сказать, поджариваем булки и печем прослойку. — Ой, Леха! — она засмеялась и совсем немного смутилась при виде камеры, но темп на беговой дорожке сбавлять не стала. Единственное, сейчас хотелось пить, а Леха наверняка бы попросил еще дуль, если она сейчас сделает не то движение. — Кто бы говорил. Сушку вместе проходим. Стасос, не обижайся, но Лешка наш почти как ты. На одном рационе? Столяров и его габаритный друг с более профессиональной камерой в руках рассмеялись и, более тренированный мужчина, пожурил брюнетку пальцем. А дизайнер все так же продолжила интенсивную заминку на беговой дорожке, вытирая капли со лба и проверяя оповещения на телефорне. «Урыла» — высветилось оповещение от тренера, на что она лишь хмыкнула и куда-то в воздух показала средний палец и точно знала, что друг точно вставит этот фрагмент в видео, обязательно как-то прокомментировав ситуацию. — А теперь давай серьезно. Скажи мне, ты возьмешься за почти благотворительный проект? — Что такое? — они снова встретились у стойки администратора, когда Лика с слегка влажными после душа волосами забирала свою ключ-карту. — Ты хочешь помочь деткам? — Я хочу свою. Ну, с Качонком на самом деле, форму спортивную. Телефон стал более активно высвечивать оповещения, посмотрев от кого они, Лика на что-то закатила глаза, а из-за чего-то нахмурилась. — Лёш, отправь мне все на почту или… Приходи сам в офис, там обсудим. Но без камер. Я тут влипла уже. На самом деле, не хочу прожекторов. — Женщина по пути к выходу из зала говорила с другом, и кивнула ему, когда мужчина приложил свой браслет на турникет, чтобы она могла пройти, — Или только Стаса бери. Прошу. Даже без Катюхи. «Арс, закажи мне пропуск. Или адрес офиса мне напиши. Вопросы есть» — Лика наговорила импровизатору сообщение и направилась на подземную парковку, откуда уже собиралась поехать ругаться с руководством программы. Даже не так. После съемок передачи Лика встречалась с начальством актеров и обговаривала некоторые моменты с передачи, которые бы она хотела вырезать. Но, как-то так пролетело время и уже показывали рекламу нового сезона, и помощница скинула ролик. Монтажеры включили в рекламу именно то, что Лика просила исключить. Но, пока от Арсения не было ответа, Погожина решила зайти за перекусом в магазин. За перекусом и солнечными очками. Ведь, изучив после съемок фанатов шоу «Импровизация», Лика поняла, что слишком уж поклонники дотошны. А учитывая, что кто-то уже мог найти про нее информацию за прошедшие три месяца, Лике и правда стоило обзавестись какими-то средствами конспирации. Бейсболкой, например, или банальными очками. «Я пропуск заказал, приезжай к главкино. А в чем дело?» — Лика даже не обратила внимания на второе предложение и, быстро расплатившись направилась к авто.***
Минут через сорок дизайнер была у кпп большой территории, где снимались разные передачи. Она была не первая, кто приехал к проходной и видела, как из двух автобусов выходят молодые люди и их куда-то ведут. К ее авто подошел охранник с планшетом и попросил паспорт, после короткой проверки Лика уже заруливала на территорию, огороженную сетчатым забором и проезжала мимо странных конструкций, которые, возможно использовались ранее в съемках каких-то передач. Припарковавшись напротив знакомой синей таблички, Лика написала импровизатору, что приехала и ждет его или кого-то из команды, чтобы понимать, куда дальше. — Привет, — через пару минут в окно хонды постучался блондин, — Дима Журавлев, пойдем. — Да, я помню. — Лика поправила черную кепку и очки, а то мало ли, что фанаты будут делать, к тому же она видела, как некоторые девочки направляли телефон на Журавлева, молодой человек, несмотря на то, что был в закулисной команде, все равно был популярен среди любителей телепередачи. — Лик. — Вадимовна. — Что? — Лика Вадимовна. — она кивнула Журавлеву и хотела пойти дольше, но парень замер и было видно, что ему было, что сказать и ясно, что он оскорбился. — Пойдем, у меня еще дела есть. Дима не ответил ничего, только холодно развернулся и пошел вперед, не сильно ориентируясь на то, успевает ли за ним Погожина. А дизайнер немного отстала, но, признаться по правде, она и не старалась успевать за обиженным сотрудником съемочной команды, она бы тоже могла совсем обидеться и вовсе запретить публикацию материала, даже, скорее всего судилась бы с ними. А почему нет? Поздняя осень еще радовала последними теплыми деньками, солнце подпекало, а ветер, гуляющий по просторной территории ГЛАВКИНО. Лике очень хотелось замереть в моменте и никуда не спешить, наслаждаться вот этой погодой и быть простой фанаткой, как те, что уже её узнали и начали фотографировать. И ведь им для счастья наверняка не хватает только Попова поблизости, чтобы уж наверняка сенсация. Подростки… — Лика! — ее грубо окликнули, и женщина вернулась в реальность, где она дизайнер, недовольная тем, что отснятый материал, не согласовав с ней, решили выпустить в эфир, хотя были оговорены «темы-табу» — Иду. — дизайнер еще раз посмотрела вокруг и чуть поморщившись от солнца, направилась к Диме, рядом с которым, кажется, стоял Стас. — Вы меня может быть не помните. Стас Шеминов. — мужчина протянул руку для делового рукопожатия, когда Лика подошла ближе, но женщина не отреагировала на этот жест, лишь ухмыльнувшись. — Мне Арс передал, что были вопросы… — Да, мы с вами обсуждали и записывали даже, что лучше вырезать некоторые моменты из моего выпуска. — Не было. — Стас затушил об урну сигарету, — Простите, перебью, мы не записывали. — Я записала в перерыве. И вы, Стас, подписали. — Лика достала телефон и в диалоге с помощницей найдя по фотографиям нужный кадр, повернула гаджет к Шеминову, — Или это не ваша подпись и расшифровка? Она торжествовала. И даже не скрывала этого. Она видела вытянувшееся лицо Журавлева, который понимал, что дизайнер права: и в ее холодном отношении в начале и сейчас, имея подтверждение своих слов. Лика видела, как багровел лоб креативного продюсера, который тоже понимал прекрасно, что, выпусти они такой материал, как сейчас рекламировали, эта маленькая женщина потащит их по судам, и будет абсолютно права, Стас понимал, что зря отказался тогда составить с ней контракт, даже самый банальный, который бы защитил его от таких моментов, но брюнетка оказалась быстрее и хитрее, не дав возможности создать себе лазейки и «мосты» для отступления. И Стас понимал, что теперь или перелопачивать материал, или снимать новый выпуск. — На каких условиях мы можем выпустить материал в том виде, что есть сейчас? — Неа, никак. — Лика не собиралась отступать, она не собиралась уступать или давать еще какие-то поблажки, — Это было бы возможно, отправь вы материал до финального утверждения. — Лике пришло оповещение от Арсения с вопросом все ли хорошо и приехала ли она, но и тут Лика проигнорировала его, — Но вы, вся ваша команда всего лишь отправила мне ролик для сториз в инстаграме. Мало того, что вы собрались так выпустить, вы решили этим открыть сезон новый. Если рейтинги упали — пишите шутки лучше, а не за счет чувств вывозите. — Соня, сегодня есть встречи? — Лика, проводив заказчика, через коммуникатор спросила свою помощницу и попросила кофе. Минут через пять к ней в кабинет зашла блондинка с подносом в руках. Лика была благодарна девушке, потому что она тонко чувствовала свою начальницу, знала, когда и кто, а главное, что нужно. Девушка четко отслеживала в соц.сетях все, что так или иначе касалось личности Погожиной. Заказ, который сейчас обсуждали, тоже был предложен Соней, кажется, Лика даже была готова предложить партнерство своей секретарше. — Встреч нет, нужно подписать документы и печати. — они были почти ровесницами, секретарь, кажется, была на пару лет младше, — Еще я хотела попросить об одолжении. Я все оплачу с зарплаты. — Что такое? — брюнетка приподняла бровь и смотрела, как из гейзерного чайника в маленькую прозрачную чашку наливают бодрящий напиток, от которого женщина пытается отказаться вот уже месяца два. — У меня сестра замуж выходит. И я подумала… — блондинка поставила чашку перед начальницей и так же переставила креманку с какими-то конфетками, — Я подумала, что может быть можно, если это не будет мешать процессу. Там всего десять футболок и пара сарафанов, маски я сама отпечатаю и склею… — Сонь, эскиз есть? — что касалось работы, то Софья была очень сдержана и максимально собрана, а вот что бы что-то попросить, девушка редко приходила к начальнице, часто, как предполагает сама Лика, в ущерб каким-то своим делам, потому что несколько раз она слышала разговоры помощницы, но никогда не слышала просьб «отлучиться» или «взять выходной» — Это мой подарок на свадьбу. И трех дней хватит тебе выходных? — Лика Вадимовна, не нужно. — поправляя большие квадратные очки и вороша челку, Соня была сейчас похожа на маленького ребенка перед дедом морозом, который до этого казался сказкой. — Надо. А как же платье? А как же отоспаться после танцев? — брюнетка просмотрела рисунки с флешки и снова глянула на Софью, — Кто рисовал? — Дочка брата. А я доработала. — Напиши мне ее номер. — Лика сформировала в программе макет для печати и повернула монитор к помощнице, — Три размера? Блондинка кивнула и хотела что-то еще сказать, но достала телефон и после щелкнула по наушнику. — Типография Лики Погожиной, добрый день. Чем могу помочь? — Соня быстро напечатала на смартфоне текст сообщения и показала его брюнетке. Лика кивнула, — Да, когда вам будет удобно подъехать для осуждения эскизов? Четверг, к полудню, подойдет? Замечательно, ждем вас. — А теперь подробнее. — Лика снова повернула монитор с свадебными футболками и сарафанами к помощнице. — Агзамов хочет от нас фартуки. Они передачу новую снимают. — Соня приподняла очки и посмотрела на моноблок, — А можно вот тут рисунок чуть меньше? — Я надеялась, что ты заметишь. Жду телефон племянницы. — Ей пятнадцать. — Лика кивнула.