Сад сломанных бабочек

      "Холодно, холодно... Холодно!" - кричал голос где-то вдалеке, отдалённо напоминающий кого-то. Юнги повернул голову к источнику звука, но никого не нашёл. Врач не спеша пошёл в противоположную от звука сторону, опустил глаза и увидел под ногами воду. Она была чёрной, пачкала всё вокруг и растекалась. Поморщившись, парень направился дальше, пытаясь выбраться из этого кошмара. Где-то снова послышалось эхо и мужчина резко повернул голову, подпрыгнул от страха и чуть отошёл. Перед ним стоял Хан Ен. Его лицо было синим, с характерными трупными пятнами, он смотрел безумно, вокруг его шеи была верёвка, которая безмолвно свисала и волочилась по полу.       Парень протянул ладонь к врачу и из его глаз хлынула чёрная вода, точно такая же, как была вокруг. - Почему же ты отверг меня... - печаль в голосе была понятна настолько, что у Мина сжалось сердце. Он отважно протянул ладонь в ответ и сжал холодную руку напротив. - Прости меня, - ответил виновато мужчина, - если сможешь. - Не смогу... Я НЕ СМОГУ! Я НИКОГДА ТЕБЯ НЕ ПРОЩУ! ХОЧУ ЧТОБЫ ТЫ ГНИЛ В ЗЕМЛЕ ВМЕСТЕ СО МНОЙ! - громко закричал Хан и с силой отпихнул от себя врача. Тот, испугавшись, побежал, что есть силы, прочь, вытирая белым рукавом слёзы. А после обнаружил на руках кровь. Она была везде.       Юнги переместился в белый кабинет; со стен начала капать красная жидкость, пачкая комнату, и пол также заполнялся ею. Врач кричал и просил выпустить. Повернулся вновь и увидел лицо Ена: из его рта текла кровь и он захлебывался ей, продолжая безумно кричать:       - УМРИ! УМРИ! УМРИ!       Юнги резко открыл глаза, начиная жадно глотать воздух, схватившись за горло и кашляя. Пришёл в себя он только через десять минут, смотря молча в стену и восстанавливая дыхание. Сердце билось о рёбра, почти пробивая их: перед глазами всё ещё стоял Ен с вытекающей кровью изо рта и вопросами, ответы на которые уже никогда не получит. Чтобы немного отвлечься от кошмара, который он увидел несколько секунд назад, парень решил осмотреть свой кабинет. Да, эти стены он видел каждый день на протяжение долгих лет. В них почти ничего не поменялось за все это время. Такие же холодные, такие же серые и безжизненные. Были ли они такими всегда, или в какой-то определённый момент обустройство внутреннего интерьера перестало иметь какой либо смысл - остается только лишь гадать. Тем не менее факт остается фактом: всё меньше и меньше предметов в помещении, рассказывали о самом Юнги и всё больше, они походили на безжизненное пустое больничное помещение.       Врач встал, вытащил сигареты и закурил прямо в кабинете, нарушая множество правил, но ему было плевать. Провёл рукой по мокрым волосам и убрал их назад. Внутри всё похолодело от ужаса, ладони вспотели и на висках выступил пот. Мысли путались и бежали дальше, чем он мог их собрать.       В таком состоянии его застал Намджун, который зашёл за одной подписью: - Слушай, я понимаю, что ты не хочешь меня видеть, но... - начал было говорить парень, но прервался, увидев состояние друга. - Юнги, ты чего? Намджун быстро подошёл и отложил папки на стол, присел на колено и посмотрел на врача. Но вместо ответа получил звонкую пощечину, после чего с ещё большим непониманием посмотрел на друга. - Ты заслужил, - коротко ответил Мин и встал, отходя на безопасное расстояние. - Было бы ещё лучше, если бы я знал причину твоего поведения. Если ты не по парням, так и скажи, - с явной обидой в голосе сказал Джун и встал, потирая обожжённую щеку. - Я всего лишь зашёл получить подпись.       Намджун указал на папки и врач, только сейчас их заметив, быстро подошёл и открыл, начиная подписывать, ощущая прожигающий взгляд друга на спине, а его следующий вопрос заставил Юнги сжать зубы: - Так ты не по парням?

***

      Чимин напряжённо пережевывал пищу, смотря в одну точку и слушая одним ухом, что рассказывает ему Чонгук. - Тебе не интересно? - спросил Чон, чем вытянул парня из размышлений. - А? Извини, мне интересно, просто тут случилось кое-что... - Когда и что случилось? - Когда я спустился вниз, еду нам готовить. Помнишь того алкаша, который пытался на нас напасть? - Да, помню вроде, а что такое? - Он живёт тут недалеко, сказал, что ему нужны деньги, иначе он нас сдаст.       После минутного молчания послышалось громкое: - Блядь. - Согласен, поэтому сижу и думаю что нам делать, - сказал Чимин и отставил недоеденную лапшу. Оба ненадолго замолчали. Несколько минут спустя младший спросил: - Мы не можем просто уйти? Нам хватит денег где-то скрыться? - Хм, сомневаюсь... - Мы хотели на тот водопад, давай начнём с него, а дальше уже решим? - Чонгук сел ближе и взял нежно парня за ладонь, поглаживая. - Наверное ты прав. Так и поступим, - ответил Чимин и накрыл ладонь парня в ответ.       Ближе к вечеру ребята собрали свои вещи и вышли из номера. Спустились быстро в холл и подошли к администратору, который что-то читал и зевал. Увидев парней, он выпрямился и спросил: - Добрый вечер, выселяетесь? - Да, - ответил коротко Чимин и отдал ключи, параллельно сжимая ладонь Чона, который всё время прикрывал лицо капюшоном, чтобы не пялились на глаза, а также чтобы тот мужик, если вдруг что, не смог их увидеть. - Хорошо, спасибо! Хорошего вам вечера, - парни кивнули и вышли из гостиницы. Чимин осмотрел окрестности: на улице моросил небольшой дождь, из-за чего было довольно сыро. И неудивительно: середина Октября. Одежда сразу намокла. Проезжающие мимо машины слепили фарами. - Пойдем туда, - тихо сказал Чимин и потащил младшего за угол. Но стоило им завернуть, как Пак ощутил удар в челюсть, который даже сбил его с ног. - Куда это ты собрался, щенок?! - Пак сразу узнал этот голос, держась за челюсть и вглядываясь в тёмный силуэт. - У тебя в рюкзаке деньги? Давай сюда, малыш, - обратился он к Чонгуку, который попятился назад. - Ммм, а ты ничего. Какие бёдра узкие... "Контроль..." - Дай-ка потрогаю такую мягкую задницу... "Контроль..." - Ммм, да не сопротивляйся ты так, сладость!... "Контроль!" ... "К чёрту!"       Чимин отчетливо слышал слова в голове, но тьма подкралась так неожиданно, что он был ей даже рад. Громко закричав, он сорвал с себя рюкзак, пока чернота адреналина, заполняя глаза, сузила зрачки, а кулаки сделала крепче. Пак не слушал что та мразь говорила его парню - ему хватило того, что он посмел тронуть его. Его!       Парень поддался вперёд и впился зубами в шею мужика, который завизжал от неожиданности. Прямо как свинья. Чимин почувствовал, будто может поднять гору - настолько сильно им завладел адреналин и чернота болезни внутри него. Он сжал руки вокруг живота того, оттащил и бросил тяжелую тушу подальше, сплевывая на землю кусок плоти, которую откусил. Чимин буквально пожирал его своими чёрными как ночь глазами, глубоко дышал и часто сжимал кулаки; в ушах звенело, но перед глазами стоял только Чонгук, который кричал и просил помочь. Старший кинулся вновь на обидчика, словно больше не был человеком. Словно стал оборотнем. Животным. Вампиром. Кем угодно, но он должен был защитить того, кого любит.       Поворот был как раз около мусорки, поэтому он мигом нашёл что-то острое, резко оседлал бедра мужика и начал бить. Бил куда только попадала заточка. Он не слышал криков - кровь слишком громко стучала по вискам. Парень сдавил шею, присел и начал выдавливать глазные яблоки, громко крича: - Нравится, сука?! - спрашивал парень не своим голосом, но глубоким и как будто утробным. Он не принадлежал себе сейчас. Казалось, он стал кем-то другим. Чем-то другим. Жертва уже не дышала, но Паку было мало. Вонзив заточку поглубже в шею, он провёл косую линию вдоль неё, ощущая горячую кровь на лице и громко смеясь.       Остановился только когда Чонгук навалился всем телом на него и уложил старшего на землю, приводя в чувства. - Чимин! Чимин ты слышишь?! Ты убил его! - Чонгук начал трясти того за плечи, вытирая слезы с розовых щек. - Я здесь! В безопасности, слышишь?! - Чимин на несколько минут закрыл глаза, а когда открыл понял, что сидит в полицейской машине, а рядом сцепленный наручниками сидит Чонгук, крепко сжимавший его ладонь. Страх и беспокойство проскользнули в его глазах.

***

      Юнги закатил глаза и сжал ручку с такой силой, что та прогнулась. После сегодняшнего кошмара, после всего, что случилось, Намджун правда решил спросить именно сейчас об этом? Это действительно самый важный вопрос на данный момент? - Не в этом дело, - сдержанно и холодно ответил врач, как и всегда. - Тогда объясни мне наконец! Ты со всеми ведёшь себя как неприступная скала, меня это заебало! Я твой друг и хочу знать причину, причину по которой я тут извиняюсь! - Намджун дышал тяжело; его щеки пылали, а сердце требовало справедливого отношения к себе. - Это не твое дело. - Это потому что я тебя поцеловал? - Нет. - Это потому что кота притащил без твоего разрешения? - Нет. - Потому что не спросил разрешения поцеловать?! - Нет! - Тогда в чём, блять?! - В том, что меня изнасиловали!              Громко ответил старший, сжимая в руках ручку, которую он только что сломал, сам того не понимая. Внезапно комната сжалась в десять раз и он всем телом почувствовал присутствие Намджуна рядом. Сердце заколотилось, дыхание было сбито; Мин опустил глаза в пол и повторил уже тише: - Потому что меня изнасиловали. Давным-давно. Именно поэтому это не твоё дело. И ничьё кроме меня. Я ненавижу, когда меня касаются, когда обнимают и тем более целуют. Надеюсь я ответил на твой вопрос, - уже холоднее сказал Мин, не отрывая глаз от пола. Комната снова расширилась до прежних размеров и Мину, на удивление стало спокойнее от наконец-то озвученной правды. Озвученной хоть кому-то кроме пачки сигарет. Стало прохладно.       Он ожидал чего угодно: оскорблений, неуместных вопросов, да хоть объятий. Но вместо этого врач услышал за спиной тихий плач. Он неуверенно поднял глаза и увидел, что Намджун стоит и льёт слёзы. - Юнги... Прости меня, я... Я дурак, что не спросил раньше, - старший аж опешил, смотря, как Джун вытирает рукавом слёзы, словно провинившийся мальчишка и шмыгает носом. - У меня нет больше вопросов. Только извини меня, пожалуйста, - Юнги медленно кивнул и достал пачку, закурил одну сигарету и отошёо к окну.       Он снова стал думать о том как потратит время на самоанализ и самокопание, снова переживая тот день из прошлого и нынешний день, вспоминая, как всё происходило и разбирая свои ощущения. Однако, во дворе он заметил две полицейские машины и карету скорой помощи. Глаза наполнились слезами, а сердце затрепетало в предвкушении. - Нашлись... Мои бабочки...