Кошатник

Чимин возвращался с магазина, одетый в свободные серые шорты, такую же футболку, и загруженный пакетами с продуктами, когда встретил е г о. Незнакомец следовал по следам и всё старался ухватить за пятку, Пак попросту не выдержал. Парень поставил покупки на ближайшую скамью и осмотрел преследователя. Он был небольшого роста, а его серая гладкошерстная спина красиво сияла на солнце. С первых секунд Чимин разглядел игривость в медовых глазах. Тогда он впервые за двадцать семь лет приютил кота, с этого всё и началось — кошатничество. Следующий раз произошел спустя два года. Персиковый комок чуть не попал под велосипед Пака, который потом очень долго шептал извинения. Напуганные зеленые глазки и пушистая, но загрязненная шерсть, заставляли сердце парня неприятно ныть, лишь бы скорее отмыть у себя дома это милое создание. Кошечка явно незнакомцев сторожилась, поэтому Чимин вернулся с не малым количеством небольших царапин на руках. И даже эта жгучая боль не могла сравниться с той, если бы он решил бросить её. Оба питомца любили играть с ветвями деревьев, особенно если на них есть раскрывшиеся цветы. Нравился им аромат или то, как лепестки дразняще свисали, Пак в любом случае выбирал самые красивые из тех, что упали на землю после ветра. И очередной весной, когда уже тридцатилетний мужчина прогуливался в парке с пакетом новых ошейников, он услышал молебный писк. Этот котенок, застрявший на дереве, оказался самым маленьким среди предыдущих. Многие странно смотрели на человека, пытающего залезть на дерево, но хорошо, что малыш был не слишком высоко. В тот вечер Чимину пришлось ещё раз вернуться в зоомагазин за лекарством от блох, а ещё купить новую миску. Такой семьей они прожили год. Мужчина не имел привычек задерживаться на работе, потому что дома, после холодной улицы, его согреют объятия двух вредных, но ласковых паршивцев. Кошка же не особо любила сидеть на руках или пытаться тыкнуть мордочкой в щеку. Но ей определенно нравилось наблюдать за подобными действиями других. Когда Чимин видел её заинтересованный взгляд, то вспоминал свою дальнюю тетушку, что любила в тишине пить чай и смотреть на двор через окно. Впрочем, обе были заботливы по отношению к другим. Всё же, человек часто задумывается о своем одиночестве. Чимин всё ещё без семьи и, пусть ему не особо хочется впускать человека в свою спокойную жизнь, на работе он часто улавливал рассказы коллег о своих близких. А сам мог поддержать разговор лишь тем, что один из котов сделал три кувырка подряд, а после заснул в смешной позе. Или как кошка притащила полу-живую мышь с улицы, а остальные передрались за право поиграть. И всё это происходило на кровати… Пак очень испугался, завидев мелкие красные пятна на постельном белье. Потом, сработало или нет, запретил животным таскать домой своих жертв. Всё это конечно интересно, но…наверное, только самому Чимину. Тем не менее, он согласился сходить на свидание с девушкой из соседней улицы. Она заглядывала накормить котов к нему домой, если мужчина долго отсутствовал, а ещё они знакомы со школы. Оба симпатичны друг другу, поэтому попробовать стоило. Только, да, Чимин, помимо стука дождя о лужи, уловил мяуканье за дверью. Проверяя, вернулись ли коты с прогулки, он удивился, ведь все его дома. Пак поспешил к двери и, не замечая никого в глазок, открыл. Худощавый и измотанный, грязно-черная шерсть, чуть разодранное, но давно зажившее, ухо. В тот день Чимин отказался от встречи, ссылаясь на движущуюся грозу, хотя свидание и должно было проходить в теплом кафе. Упустил ли он свой шанс на совместную жизнь с кем-то? Тогда да. Думал, что да. Юнги не планировал раскрывать себя людям. Он просто шел по запаху скопления котов, надеясь наткнуться на одинокую старушку, вечно вяжущую подушечки или теплые носки. Что-то согревающее в такую погоду, особенно если ты бродячий кот, точно не помешало бы. Ну, про одиночество угадал. Только мужчина его сначала долго осматривал в руках, затем поволок в теплую ванну, а потом и вовсе как ребенка укутал в полотенце. Следом в ход пошла расческа. Честно, Мин просто надеялся поваляться в углу и восстановить силы, а не прятаться от воды в воде. Но еда, которой его угостили, покрыла предыдущие недостатки этого дома. Впервые за долгое время он мог расслабиться на диване, спокойно закрыть глаза и не вслушиваться в любой шорох со стороны. Хотя сейчас его было не мало, домашние коты осматривали и обнюхивали его, на что сейчас Юну было всё равно, главное воспользоваться возможностью выспаться. В ближайшие шесть часов это он и делал, изредка дергаясь от неприятных снов. Забыть «дружеские» детские объятия сложно, когда ты просто сидел возле детской площадки, а тебя дернули за лапу. Не трудно понять, что люди тебе противны, особенно увидев камни в их руках. Юнги просто ненавидит людей за их жестокость. По этой причине он редко использовал человеческое обличие, лишь бы не видеть лицо в отражении луж, стекла, осколков зеркал. Даже собаки казались милыми. По крайней мере, не эти животные ему порвали кусочек уха. Так что полу-человек думал всё время оставаться кошачьей форме, не хотел ни лишнего внимание, ни, более того, экспериментов над собой. Только бы жить под теплой крышей и перекусывать время от времени, а в отсутствие Чимина перевоплощаться и смотреть телевизор. Вопреки всему, родственных себе котов он нисколечки не понимал. Да и они не разговаривают на своём тайном языке, поэтому пробелы в общении Юн восполнял книгами или радио с тем же телевизором. Теперь эта роскошь ему позволена. Пусть его и называют «Шуга», это стоит просто терпеть вместе с поглаживаниями, которых кот старается избегать. Спустя неделю, как обжился новенький, Чимин позвонил в вет.клинику на запись. Шуга хоть и проявил себя, как самый спокойный, аккуратный и без особой тяги контактировать с улицей или другими котами, но Пак решил не отказываться от кастрации. Миру достаточно уличных животных, поэтому если его коты начнут оплодотворять чужих кошек, или же его кошка заимеет котят, совести будет тяжко. И бюджету тоже, потому что четверо питомцев уже не мало. Осталось только подготовить Шугу, как и остальных, пройти полное обследование и узнать о его здоровье. Юнги пришел в ужас. Сначала, когда осознал, что никто из сородичей в доме не способен на потомство, а потом, когда подслушал разговор Пака с ветеринаром. Оставалось два варианта: раскрыть себя и сбежать. Причем в первом много плюсов: продолжать жить в уюте и не ложиться на операционный стол. В другом варианте из плюсов лишь последнее. Выбор сделан. Чимин часто говорил с котами по вечерам и никто домой к нему не наведывался, конкретно за эту прожитую неделю. Значит, предположительно, мужчина должен был обрадоваться появлению такого гостя, а не звонить в полицию, психушку или куда-то там ещё. Вот так, проснувшись пораньше в выходные, Шуга принял человеческий вид. Украл немного одежды из чужого шкафа, чтобы менее шокировать, и сел на диван. Вероятно, останься у него хвост после перевоплощения, он бы маячил в разные стороны со скоростью света, а ушки были востро. Но нет, человек, как человек, так что объясняться перед Чимином будет сложнее. Верно. Последний чуть не споткнулся от неожиданности, увидев в доме незнакомца со смольными и растрепанными волосами, ещё и в своей одежде. Потом искал телефон, чтобы позвонить полиции, но Мин уже держал его в своей руке, так что попросил выслушать. Мужчина через страх это сделал. Обомлел и живо покраснел из-за привычки ходить полу-голым ночью, да и днем иногда. Юн просто отмахнулся, сказав, что ему нет дела до таких мелочей. — А, ну, вы все так…можете? — неуверенно спрашивал Чимин, рассматривая не только человека перед собой, но и остальных котов. — Нет, только я такой, — и для пущей верности своим словам, вновь вернулся в пушистую форму. Запись в вет.клинику Пак отменил и в последующие пару дней к полу-человеку не прикасался, что определенно стало новым плюсом. До поры до времени. У Чимина на работе проблемы, сидит за документами даже дома и мало думает о своих сожителях, вспоминая только из-за таймера кормежки. Его кожа побледнела, лицо веяло усталостью, а одежда забыла свой поглаженный вид. Коты сильно скучали по совместным посиделкам, Юн чуял это вместе со своим желанием помочь. На улице всегда стоит быть только за себя, но сейчас, когда у Шуги появилась возможность хоть как-то позаботиться о столь беззащитных существах, он решил помочь. Чтобы всё вернулось на свои круги, полу-человеку понадобилось около недели делать попытки готовить завтраки Паку, чтобы тот перестал опаздывать, расплачиваясь штрафами. Убираться на чужом столе, чтобы кружки чая и кофе не загораживали бумаги, или что хуже, пролились. Соответственно, парень стал меньше времени проводить в кошачьем обличии. Чимину предоставилась возможность более рассмотреть худощавость Юна, наверное, следует перевести его на человеческий рацион. Пусть шерсть и была черной, но сейчас кожа Мина бледная, стоит ли купить ему недостающие витамины? Ох, мужчина всё ещё рассуждает о нем, как о питомце. Когда весь напряг с работой наконец завершился, Пак отправился на корпоратив, предварительно благодаря Юнги за поддержку. Мин обрадовался, что теперь снова можно лениться и лишний раз не общаться с человеком. Они немного сблизились за это время, пару раз было по-долгу разговаривали, обсуждая свои жизни, пусть даже если полу-кот по большей части молчал. Чимин перестал казаться столь же неприятным, как все прочие люди, но никаких других чувств не возникало, не прогоняет — уже хорошо. Просто продолжают жить под одной крышей. Пока под эту же крышу не пришел чужой. Чимин, видимо, неплохо отдыхал на корпоративе и изрядно выпил, так что домой его принес какой-то парень. Шуга в это время собирался придавить своим телом подушку и вздремнуть после легкой уборки, чтобы совсем уж в долгу не оставаться, как услышал захлопывание двери. Нос почуял терпкий запах незнакомого одеколона, так что Юн вышел взглянуть на гостя, который на спине тащил хозяина дома. Обычная ситуация, если перебрать с алкоголем, только парень был по-странному счастлив. Он аккуратно укладывал Чимина на кровать, а когда закончил, никуда не ушел. Осмотрел комнату, приблизился к фотографиям и начал их восхищенно разглядывать, улыбаясь. Сел рядом с Паком и обвел его взглядом, начиная со лба и до торса, затем обратно. Рука парня медленно скользила по щеке, подушечками поглаживая нежную кожу лица, и спустилась к шее. Он расстегнул несколько пуговиц и оттянул рубашку, оголяя плечо и приближаясь к нему лицом. Он вдыхал остатки одеколона, носом вел к ключицам и после коснулся губами кадыка. Парня одолел жар, вторая рука крепко сжимала бедро Чимина, а сам он продолжал целовать оголенную грудь. Спящий по-немногу ворочался во сне, но хватка гостя не давала ему сдвинуться, и он наслаждался тем, как ресницы Пака подрагивают. Он не сводил с него глаз каждый поцелуй, а любое действие выводило Юнги всё больше. Нельзя допустить, чтобы с человеком, приютивших одиноких животных, что-то случилось. Иначе питомцы тоже могут пострадать, думал Мин, как незнакомец уже добрался своими губами до чужих. Юн просто в бешенстве от нахала, отчего непроизвольно шипит и выдает своё наблюдение. Кот мигом запрыгивает на диван, перескакивает на спину гостя и специально задевает её когтями, когда спрыгивает обратно на пол. Незнакомец перепугался, но затем выдал миленькую улыбочку и попытался погладить, что ещё более отвратительно. — Хозяина защищаешь… Знаю, что поступаю неправильно, но при других обстоятельствах это вряд ли бы произошло, — говорил он, продолжая пальцем поглаживать лицо Пака. Юн запланировал обнажить клыки, но парень уже поднялся и, вздохнув из-за жжения царапин, собрался уходить. Так спокойствие полу-кота покинуло его. Всю следующую ночь он думал о том, что станет, если человек всё же найдет свою любовь? 1. В доме станет на одного больше; 2. Какая пара допустит, чтобы у возлюбленного был кот со способностью становиться человеком, живущий в одном доме за счет хозяина, носящий его одежду? Черт, Юнги рисковал быть выброшенным. Вывод: Чимину нужна любовь, а коту постоянный дом — тут всё просто. Так что, окончательно обдумав примерные действия за пару дней, Мин зашел ночью в комнату к старшему. Тот ещё не спал, просто лежал в темноте, как вдруг за спину прилег полу-человек. Повисла тишина, мужчина ожидал услышать что-нибудь, способное успокоить взволновавшееся сердце. — Мне приснился кош…впрочем, я просто хотел поспать тут, — объяснился Юнги и примостил руку на чужом животе. Чем скорее Пак привяжется к нему, тем лучше, поэтому он засыпает в такой позе, не собираясь менять положение. Чимин же долго еще не сомкнул глаз, стараясь привыкнуть к такой неожиданной близости, а все вопросы по этому поводу скидывал на кошачьи повадки. Ближе к полуночи Юн во сне стал прижиматься ещё ближе и мужчина задумался, был ли с этим котом кто-то добр? Мог ли он когда-нибудь положиться не только на себя, ощущать доверие? Возможно, есть между обоими такое сходство, как одиночество. Поэтому Чим решил относится к нему нежнее, чтобы показать, что в мире существуют приятные моменты. Кто бы знал, что в перечень может входить любовь. Шуга вел себя странно и почти всегда находился в облике человека. Сначала вызывался делать послерабочий массаж, потом предлагал вместе смотреть фильмы, а так же часто заходил переночевать в одной кровати. Это всё непривычно для обоих, только Юн виду не подавал, а Чимин же терзался в сомнениях. Всё это продолжалось пару недель, Мин почти всё время старался быть рядом, что с каждым разом всё больше нравилось мужчине. Пак стал привыкать к такому общению и не хотел, чтобы это всё заканчивалось. Они вместе выгуливали котов, заботились о них, а так же о цветах во дворе, словно были парой. Чимин наконец возвращался с работы в дом, где не будет вечной тишины, где ужин можно приготовить в компании с увлекательными рассказами Шуги о животных, где прочитанными книгами и своим мнением можно поделиться. Потерять это всё стало бы катастрофой, ведь мужчина смог полюбить это всё, смог полюбить Юнги. Который, к слову, создал идеальные условия для хозяина дома. Его неподдельное счастье заметно, всегда выглядит искренне и начинает радоваться очередной совместной вещи. Мину даже понравилось так свободно общаться с кем-то, обсуждать интересные для себя темы. И быть не на улице — вот главный плюс. На чувство влюбленности не было и намека, просто такая жизнь гораздо лучше предыдущей. Юн готов играть свою роль вечно. Даже если иногда собственное тело не слушается, ведь у него появляются свои давно забытые потребности. Утром, когда Чимин просыпался первым, ему нравилось наблюдать за спящим. Юн обычно в скоре тоже просыпался, словно чувствуя, но сегодня мужчина сам разбудил его поцелуями. Сначала он мягко касался лба, рукой поглаживая чужую спину, потом перешёл на щеки и наконец спустился к сладким губам. Тогда Мин открыл глаза и игриво облизнулся, продолжая начатое Паком. Юнги бывает резким и иногда нетерпеливым в поцелуях. Неожиданно впивается в губы так, что не хватает воздуха в лёгких. Старшему нравится, как он с напором сжимает губы, а потом медленно отстраняется и вытирает уголки рта; как прижимает крепко в своих объятиях и наслаждается духами, а потом с характерным "чмок" целует в щеку. Полу-человек всегда разнообразен в своем поведении, Чимина просто тянет быть ближе. На сегодня ограничиться нежностями не вышло. Оба ощутили пробегающие мурашки и поддались любопытной новизне ощущений. Пак посасывал его губы, сплетал языки, а затем отстранялся, сглатывая накопившуюся слюну. Парни ещё долго вглядывались друг другу в глаза сонными взглядами. Отсутствие отрицательных чувств к человеку хватило, чтобы Юн смог и сам возбудиться. Он перешел на чужую шею, вылизывал её и покусывал, тем временем усаживаясь на Чимина. Мужчина через шорты сжимал ягодицы Мина, разводил в стороны и прижимал к своей промежности, поддразнивая. Они хотели чувствовать как можно больше, Юн инстинктивно вжимался в старшего, терся о его твердеющий член и сбито дышал. Внизу живота стягивал приятный узел. Пак наконец избавился от футболки Мина, прильнул губами к соскам, покусывая и будоража тело. Юнги решил не отставать, руками стал поглаживать возбуждение мужчины и довольствоваться своей работой. Последний блаженно прикрывал глаза, от непривычки даже это заставляло его быстрее приближаться к пику наслаждения и томно дышать. Они всё ещё не снимали неудобных шорт, потому что рано, но оба дразнили друг друга покусываниями чуть ниже живота. Чимин максимально прижал зад младшего к себе и потом сменил положение, оказываясь сверху. Он смотрел в глаза напротив все время, что вжимался в тело Юна и видел в них лишь такой же туман. Полу-человек лишь облизывал губки, принимаясь ласкать себя под тканью без капли стыда. Большим пальцем массировал уретру и дрожал в нетерпении, чувствуя влажную ткань. Пака возбуждал такой вид, он не прерывался и продолжать тереться о чужие ягодицы, имитируя толчки, и целовать лоб, губы, ключицы. Ему нравилось как Мин чуть ли не задыхался в поцелуе, стараясь отдышаться, он мял его губы, а после снова оставлял мокрую дорожку до набухших сосков. Юнги начинал стонать от ласк, он ускорял движение руки по члену и замедлялся, оттягивая момент разрядки и больно прикусывая губу. На его удовлетворительных стонах эти игры и закончились, по крайней мере, на сегодня. Чимин же окончательно удовлетворил себя в ванной, оставляя Мина отдохнуть. И заодно дал себе возможность задумываться о правильности своих действий и чувств. Ведь если всех всё устраивает, то почему что-то должно быть неправильным? Что им мешает, прочие люди? Пак ведь никогда с ними особо не сближался. На этом самокопание окончилось. Цель Юна тоже достигнута, они теперь живут в негласной взаимопомощи. Мин мастерски изображает любовь, а Пак хорошо зарабатывает. Так полу-кот перенял нелюбимое качество человечества. Ложь во благо.