Ты мой!

      Украина милый парень, даже очень симпатичный. Ему двадцать девять лет. В принципе, столько же, сколько и России. Вот только русский старше его на несколько месяцев. А знаете, как внешность бывает обманчива? Он малыш-убийца, а по лицу так и не скажешь. Да и об этом никто не знал, по крайней мере, так думал сам Укра.       Он сейчас сидел в комнате, и, разговаривая по телефону, записывал информацию о убийстве. Вдруг в его комнату врывается Россия.       — Простите, я перезвоню вам, и мы продолжим, — сказал тот, и, сбросив вызов, закрыл тетрадь, отложив её на стол.       — Да? Ты что-то хотел? — спросил тот невинно смотря на своего брата. Руся же подошёл к нему, и, взяв его за руку, пошёл с ним в… Подвал?!       — Ч-что тебе нужно? — нервно спросил Украина.       — На колени, — спокойно сказал Рус смотря на своего брата с… Похотью?       — Н-но… — попытался возразить парень, но не успев договорить, он получил шлепок руки прям возле ягодиц. Он покраснел и был шокирован. Чтоб его, профессионального убийцу, ставили на колени. Юки встал на колени и русский отошёл от него. Нет, это было не просто так, он подошёл к какому-то столику и взял что-то. Когда он подошёл украинцу, в его руках красовалась хорошая плётка, явно отличного качества. Он был шокирован и это мягко сказано! Он увидел довольную улыбку Федерации. Тот берёт его за скулы и смотрит ему в глаза.       — Хренов убийца, теперь я поиздеваюсь над тобой, — сказал тот сжимая щёки с веснушкой сильнее.       — Но, от-т к-куда? — спросил тот, поднимая светлую бровь.       — Сука, какой же ты тупой. Ты меня даже тогда не узнал, а вот я тебя — да, — сказал тот, и с силой ударил плёткой его бедро.       Украина промычал и глянул на его пах. Стоп. У него стоит?! Парень покраснел и это заметил русский, и, догадавшись в чём дело, подошёл к нему и сделал так, чтобы в лицо Украины упирался стояк. Парень пытался отстраниться, но ничего не получилось. Спустя минут пять Росс всё же позволил ему отстраниться, и, расстегнув ширинку, глянул на парня, аля «давай уже, сделай мне минет».       — Я н-не… — не успел договорить, как плётка проходится по его попе. — Л-ладно, — несмело ответил тот, снимая с России боксёры. Украина увидел очень большой член. Его глаза аж сузились от таких размеров.       — А-ах, а может не н-надо? — спросил тот, смотря испуганно на брата.       — Либо ты сам, либо я «помогу» тебе, — серьёзно сказал тот, смотря с ехидной улыбкой на Украину.       Тот сглотнув, аккуратно приоткрыл ротик, как тут же его чудесный братец всунул ему в горловину головку члена, да так резко, что тот аж чуть не подавился.       — Давай, сучка мелкая! — криком приказал он, смотря, как по глазам родного брата текли слёзы.       Украинец начал водить язычком по головке. Он прикрыл глаза, и, тихо плача, начал плавное движение, на что русский положил свободную руку на его голову и сжал блондинистые и вьющиеся волосы хохла. Уки проводил язычком по выступившим венкам, помогая себе руками.

«Привет, мальчик мой, Я — твой новый садист Хочешь — присядь, хочешь — постой. Надеюсь, ты мазохист»

      Резко Россия сжимает его волосы сильнее, и отстраняется от парня. Наклонившись к уху Украины, зашептал:       — Я теперь твой садист… А ты мой! Только мой! Слышал меня?!       — Д-да, не кр-ричи, — сказал тот, и слёзы хлынули сильнее.       — Ну, малыш, ты чего плачешь? Я же ещё ничего не сделал, -сказал тот, и, ослабив хватку, грубо целует его, а затем валит на ледяной пол.       Уки от такой резкости и холода вздрагивает, и, кладя свои маленькие руки на чужую крепкую шею отвечает. Он любил его как парня ещё с восьмого класса, и умело прятал свои чувства внутри себя. И ему сейчас больно от того, что брат вот так грубо хочет его трахнуть… Лишить его девственности… Самого сокровенного и самого дорого… Это расстроило парня, и он впился ногтями в шею России, за что и поплатился. Россия тут же отстранился и дал плёткой по бедру так, что она даже порвала немного одежду и там образовалась крупная рана.       — Ай! — вскрикнул парень от боли и на глазах выступили очередные слёзы… Было…больно… Очень больно.

«Ты меня толком не знаешь, А я уже в голове. Представляю как ты умираешь, Весь израненный и в огне».

      Все мысли парня были заполнены одной страной — Россией. Тело начинало пробираться дрожью от того, что плёткой бьют с такой силой… Ещё текут слёзы.       Украину снова ставят на колени. Русский смотрит на него как самец на самку во время сезона спаривания.        — Ну же, милый, возьми его в ротик, — с похотью проговорил русский.       — П-под-дожди, — сказал тот, и начал вытирать слёзы о свою руку.       — Пока ты не сделаешь мне минет, ни я, ни ты, никуда не уйдём. Понял? — спокойно спросил парень.       — Да, — ответил младший, и, взяв головку в ротик, начал плавно, но быстро двигать головой, водя язычком по члену, часто касаясь венок.

«Обещаю, что ты не сбежишь И я никуда не уйду. Пару лет на цепях посидишь, Хочешь коврик тебе постелю?».

      И вот спустя двадцать минут таких манипуляций, Федерация изливаетс в ротик парню, а тот высунул язычок и начал медленно вставать, и, выпрямившись, он был прижат к стене. Его губы накрыли чужие, и начали грубо сминать их. Спустя минуту их соединяет только тонкая ниточка слюнки, и русский резко поднимает парня как невесту и несёт к себе.Там он аккуратно укладывает его на свою постель.

«Ты пока что считаешь, Что я — сумасшедшая маньячка, Но ведь это всё для тебя, для совместного нашего счастья».

      — Ты, наверное, думаешь, что я конченый садист, который тебя убьёт такими темпами, да?       — Нет, я же сам убийца. Такое не может убить меня. Да и я мазохист, — ответил тот улыбаясь. — Я тебя люблю, — промурлыкал Украина, смотря в голубые глаза своего брата.       — И я тебя, малыш, — с улыбкой ответил Россия. Продолжение следует…