Мой омега далеко не пай-мальчик

Как Джин и говорил, утром Намджун лицезрел своего друга на седьмом небе от счастья. Впервые, за всё время работы с Гуком, Ким видел младшего таким довольно улыбающимся во время работы с документацией. Обычно тот что-то пыхтит, скулит от новой кипы бумаг, а тут, даже на кофе не отвлекается, разве что на сообщения от Чимина. -А Джин, значит, не шутил, когда говорил, что ты сегодня будешь добрее некуда. Ты даже секретарю разрешил уйти раньше. – посмеялся Джун, присаживаясь на край стола. – Что там? Горячая ночка? – подмигнул старший, кивая на телефон. -Не смущай меня. – цокнул языком Гук. -Ой, да ладно тебе, смущается он. Ага. – засмеялся Ким. – Рассказывай, как прошло? Чон протянул Киму телефон с сообщением от Чимина, который сейчас был на парах, по всей видимости очень скучных. «Гуки, это первый и последний раз…Я сидеть не могу» Присвистнув, Намджун вернул телефон владельцу. -Перестарался ты вчера, братан. -Неее, это утро. И я не виноват, Чимин первый начал, я предлагал потерпеть до вечера. – посмеялся Гук, отложив телефон в сторону. -Но ты не дотерпел. -Бро, а ты бы сдержался, когда тебе говорят «я хочу научиться делать тебе приятно»? – усмехнулся Гук, получая от друга отрицательное покачивание головой. – Вот и я не сдержался. Да и не каждый день тебе утром предлагают такое. А отказался бы, потом бы всю жизнь только рукой и работал, сам знаешь омег, не так поймёт же. -Ууу, бро, ну тут я только завидую тебе. Мне Джин утром ни разу не давался, даже, когда я сам инициативу проявлял. – усмехнулся в ответ Джун, слезая со стола. -Хён, я говорил тебе, что у меня ахуенный омега? -Да, раз сто. Даже после вашей первой встречи, когда ты шёл в отрицалово, что не женишься на нём, а потом ныл «ну блииин, но он ахуенный». – процитировал Намджун. – Ты смотри, только ревностью своей глупостей не наделай. -Ты о чём? – нахмурился младший, потирая уставшую шею. -Я о Минхёке. Ты же сказал Чимину о нём? – Ким скрестил руки на груди, наблюдая за тяжело вздохнувшим другом, который откинулся на спинку своего рабочего кресла. -Сказал. И Хёку тоже уже написал…Они встретятся сегодня вечером. -Ты поедешь с ним? Точнее за ним? – поднял бровь старший. -Я не знаю, Намджун. Я хочу показать своё доверие Чимину, но в то же время я не доверяю Минхёку. Может охрану приставить? – закрыл глаза Чон. -Ну, думаю, с охраной идея не плохая. Тебе спокойней будет. – приблизившись к другу, Джун похлопал Чону по плечу. – Ладно, мне работать нужно, а то начальник уволит. -Эй! Я что, на столько суровый начальник? – открыл глаза младший, косясь на друга. -Ну что Вы, господин Чон. – рассмеялся Джун, потрепав младшего по волосам. – Ты давай не грузись…Тебе, вон, любимый написал. Сильнее рассмеявшись над тем, как Чон быстро схватил телефон, читая сообщение, счастливо лыбясь. Поняв, что он здесь уже лишний, Ким вышел из кабинета. День прошёл незаметно. И вот Чонгук сидит уже в гостиной в своём доме, смотря без звука телевизор, нервно щёлкая каналы. На улице уже темнеет, а Чимина до сих пор нет. Парень уже жалеет о том, что не поехал сам, ведь что бы он не спросил у охраны, они отвечают одно и то же «Они просто гуляют». Сказать, что Чонгук ревнует, это ничего не сказать. Он с ума сходит от ревности. Словом, то, что он сейчас сидит спокойно на диване, не говорит о том, что тот самый стеклянный столик, в гостиной, разбил не он. Минхёк оказался довольно интересным и приятным собеседником. Они с Чимином болтали о многом, у них, как оказалось, много общих интересов. Хотя в самом начале вечера Чимин пугался альфу, но тот смог доказать омеге, что не причинит ему вреда, а также объяснился за свои прошлые поступки, а точнее преследования омеги. Весь вечер Чимин много смеялся, весело болтал с новым знакомым, не замечая, как быстро летит время. Они много где успели побывать. И посидеть в кафе, попить горячий шоколад, который Чимин обожает. И сходить в кафе-мороженое, умяв по две порции сласти. А после пойти в парк аттракционов и перекататься почти на всех. Провожая Чимина домой, Минхёк всё же решился заговорить о Чонгуке и отношениях Чимина. -Он тебе правда нравится? – спросил Хёк, шагая рядом с омегой, пытаясь уловить эмоции на его лице. -Минхёк, я понимаю к чему ты клонишь. Но я с уверенностью точно могу сказать, что он мне не просто нравится, а я смог полюбить его. Мы с тобой истинные, и я понимаю, что тебе сейчас больно от моих слов, но я не брошу его, потому что люблю. – с улыбкой ответил Чимин. – Ты прекрасный человек, и если бы мы встретились раньше, возможно, всё бы было иначе, но…- Чимин остановился, уже во дворе их с Гуком дома, замечая сидящего на крыльце, с сигаретой в руках, Чонгука. – Но вот этого ревнивца я люблю, пойми, пожалуйста. Чонгук смотрел на подходящую к нему пару, прожигая глазами Чимина, отмахивая рукой охране, освобождая их. Затушив сигарету, Чон встал с места, и приблизился к улыбающейся паре. -Как прошёл вечер? – пытается сдерживать себя альфа, выдавливая улыбку. -Прекрасно. Мы хорошо провели время. Минхёк столько интересного мне рассказал, а ещё мы мороженкой объелись и катались на аттракционах. – начал Чимин. Нет, омега не провоцировал Чонгука специально, он просто делился с ним своим впечатлением от вечера, ведь ему было действительно весело. Чимина можно понять, ведь, когда тебя с детства готовят стать приемником компании, детства, получается, что и нет вовсе. Чимин никогда не был на аттракционах, никогда не веселился как обычный ребёнок, как все его сверстники. Поэтому омега даже не понимал, за что в следующую же секунду получил довольно сильную пощёчину, от которой даже пошатнулся. -Чонгук… - Чимин, не обращая внимание на кровь на губе, с испугом смотрел на злого альфу, который глазами прожигал Минхёка. -Иди в дом! – приказал Чонгук, толкнув омегу к крыльцу, от чего тот, не удержавшись на ногах, упал на землю. -Чон, ты не в себе? –Минхёк подбежал к Чимину, помогая встать. -Мы договорились с тобой о том, что ты встретишься с ним и поговоришь, а не по свиданкам будешь таскать до ночи. – Чон схватил Минхёка за рубашку, смотря в глаза. -Мы договорились о том, что Чимин сам решит с кем ему быть. – напомнил Минхёк, отталкивая от себя Гука. -Прекратите оба! – привлёк внимание альф Чимин. – Что вы здесь устроили? Я не вещь, чтобы меня делить! -Что устроили? Ты время видел?! Час ночи! Ты только пришёл со свидания с другим альфой! Я что должен был сказать тебе? Умничка? -А что такого в том, что мы просто заболтались и не заметили, что уже так поздно?! Ты приставил своих амбалов, вот и спроси у них, что мы просто гуляли! – не сдержался Чимин, переходя на повышенный тон. – И ты сам, между прочим, организовал эту встречу. -И уже пожалел…Иди в дом! -Чимин, останься. – вступил Минхёк. – Чимин не собака, что ты его так в дом гонишь, да ещё и ударить посмел. -Мы сами разберёмся, договорились? Тебе тоже пора уже. – Гук перевёл глаза на Минхёка. -Хорошо. Но я уйду только после того, как спрошу у Чимина кое-что. – Хёк посмотрел на Чимина, мягко улыбнулся. – Чимин, сейчас есть возможность поставить все точки над «i». Ты можешь сейчас остаться с ним, или же уйти со мной. Подумай. Но эти слова Минхёка заставили задуматься не только Чимина, но и Чонгука. Приводя парня в осознание того, что своей ревностью он только снова всё испортил. Да и Минхёк не глуп, выбрал тот момент, когда Чонгук максимально облажался. Чимин ведь говорил уже, что второго шанса у альфы не будет. Тяжело вздохнув, Чон закрывает и трёт лицо руками. Это молчание Чимина напрягало, да ещё и Минхёк подливает масло в огонь своими «Подумай». -Чимин…Подумай хорошо. Можно пойти со мной, жить счастливой, но обычной жизнью…или пойти под венец с человеком, который не чувствует к тебе того же, что ты к нему, по всей видимости. -Я пойду…- ответил Чимин, спустя минуты молчания, заставляя замереть не только Чонгука, но и его сердце. Чимин сделал несколько шагов к альфам. -Я пойду…пойду под венец с ним…- договорил Чимин, обнимая Чонгука, утыкаясь лбом в его грудь, тихо всхлипывая. -Чимин…-Чонгук растерянно посмотрел на омегу, но крепко обнял, прижимая к себе. -Тогда, почему ты плачешь? – тихо спросил Минхёк. -Потому что этот дурак не понимает, что я его правда люблю. – Чимин поднял голову, смотря в глаза Чона. – Думает, что уйду, что другого полюблю, что променяю, изменю…думает что угодно, только не то, что есть на самом деле. Поэтому и плачу. -Чимин…прости меня. – прошептал Гук, целуя омегу в висок. – Прости…я изменюсь, больше никакой ревности, малыш, прости. Минхёк горько усмехнулся, наблюдая за парой со стороны и понимает, что они просто два дурачка, два влюблённых друг в друга дурачка, которым ещё предстоит научиться верить друг другу и понимать. И так же, как выпустил воздух из лёгких, через рот, так же с этим выдохом Хёк решается отпустить омегу из своего сердца. Сложно признавать, но природа, видимо, ошиблась, ведь не ему предназначается этот омега. -Гук, прости, что влез в это и стал причиной ссоры. Даже после такого Чимин остался с тобой, а это значит, что у меня нет ни малейшего шанса. – Минхёк протянул руку Чону для рукопожатия и улыбнулся Чимину. – Будьте счастливы. Чон пожал руку Минхёку, второй крепко прижимая к себе Чимина. -Тебе тоже желаю найти счастье. Заходи в гости, ты человек не плохой, так что, я не прочь с тобой продолжить наше знакомство. -Хорошо. Как-нибудь загляну на чай. – Хёк снова горько улыбнулся, взглянув на Чимина. – Прощай, моя истинная любовь…я отпускаю тебя. -Прощай. – отвечает Чимин, улыбаясь в ответ. Проводив Хёка, Чимин зашёл в дом с Чонгуком, ужасаясь. -Гуки, что здесь было? Чимин осматривает осколки в прихожей от большого зеркала, аккуратно переступая через них, а после застаёт в гостиной, когда-то стеклянный стол, в данный момент, в «разобранном» виде. Обернувшись, Чимин замечает альфу, стирающего с глаз влагу. -Чонгук, ты чего? -Просто отпускает…Я испугался, Чимин…как ребёнок испугался, что потеряю тебя. Когда ты сказал «я пойду», у меня перед глазами весь мир треснул по полам. – Чон опускается на колени, не обращая внимания на стёкла, и обнимает Чимина, уткнувшись в его плоский животик. – Прости меня за мою ревность, прости за вспыльчивость, за то, что ударил, причинил тебе боль, прости Чимин. -Гуки, вставай немедленно, ты же поранишься. – пытался поднять альфу с пола Чимин, но ему это оказалось совсем не по силам. – Я прощаю, прощаю, только поднимись, пожалуйста. Послушно встав с пола, Чон всё так же не выпускал омегу из объятий. -Спасибо, Чимин…за то, что выбрал меня. Я на изнанку вывернусь, но докажу тебе, что ты не ошибся в выборе. – шепнул Гук. Альфу никак не отпускала мысль, что одно слово омеги, могло бы полностью уничтожить Чона. Но омега лишь с улыбкой посмотрел на альфу, нежно чмокнув в губы. -Пойдём на верх, мой альфа, я ужасно соскучился. – прошептал Пак, демонстративно облизнув свои губы, после шикнув от пощипывания, так как забыл уже совсем, что Чон хорошо так украсил омеге губу. -У тебя же попа болела. – Чон взволнованно смотрел на омегу, аккуратно погладив ягодицы парня. -Уже лучше и готова к новой порции любви. – Чимин потянул Гука за ремень на штанах. – И нам же нужно помириться окончательно. -Сначала губу тебе обработаем. – улыбнулся Чон, подхватывая омегу на руки, чуть ли не бегом поднимаясь по лестнице. Доброе утро Чонгука заканчивается ровно в тот момент, когда в его кабинет заходит отец, с явно недобрым взглядом. Обычно отец сам вызывает Чона младшего на разговоры и никогда по пустякам не заглядывает в кабинет сына. Но только не сегодня. Что говорит Гуку лишь о том, что альфа где-то хорошо так прокосячился. -Доброе утро, от…- не успевает договорить младший. -Ты что устроил? Я думал ты уже взрослый альфа! А у тебя в голове так ничего и не прибавилось! – на повышенных тонах начал господин Чон, даже не намереваясь присаживаться. -В чём дело, отец? – нахмурившись, Чон выходит из-за стола. Как только альфа подходит к отцу, то тут же получает от него, далеко не крепкие отцовские объятия. Схватившись за пострадавший, в одну секунду, нос, Чон ладонью его прикрывает, чтобы не запачкать кровью белую рубашку, поднимает глаза на отца. -Я был сейчас у Пака и видел Чимина! Что у него с губой? – кричал господин Чон. – Ты думаешь я такой дурак и поверю в историю Чимина, о том, что он в драку ввязался? -Отец, я сейчас всё объясню. -Что мне до твоих объяснений, щенок!? Я разве так тебя воспитывал? Разве я учил тебя, что можно бить омегу?! Чонгук молча выслушивал все лестные высказывания отца в свой адрес. Младший привык уже к тому, что отец быстро остывает и именно этого момента он ждал, чтобы объясниться. Как Гук и думал, через несколько минут отец остывает, тяжело вздохнув и это та самая возможность рассказать отцу всю правду. Выслушав сына, господин Чон снова тяжело вздыхает, присаживаясь на диванчик. -О Чимине можешь теперь просто забыть. -В смысле? – широко распахнул глаза альфа, в надежде на то, что отец сейчас просто шутит. – Отец, это недоразумение, это первый и последний раз. Мы ведь всё выяснили с Чимином, он простил, он выбрал меня…я…я больше никогда подобного не сделаю… -Ты прав, не сделаешь, потому что больше никогда к нему не приблизишься. – договорил за сына господин Чон. -Отец! – вскрикивает Чон. – Ты ведь сам хотел этот брак! Почему, когда мы с Чимином смогли принять друг друга, ты меняешь своё мнение?! Я люблю его! И мне плевать на ваши запреты! Хоть до полусмерти избей, я женюсь только на этом омеге! Характером Чонгук пошёл в отца, хотя бы в том, что, выговорившись на повышенных тонах, Чон присаживается напротив и умоляющим взглядом смотрит в глаза отцу, говоря уже спокойней. -Отец…я правда люблю его и Чимин меня тоже…отец я сделаю всё, что скажешь, только не забирай его у меня. -Пак настаивает на разрыве ваших отношений…- так же спокойно отвечает отец. Помолчав пару минут, прокручивая в голове слова отца, Чонгук снова поднимает на него взгляд, только в этот раз он не выглядит таким жалким, умоляющим, а напротив, полон решимости. -Я сам лично поеду к господину Паку и буду просить его. -Вещи Чимина уже перевозят обратно, как и самого Чимина. – отец встал с места, уходя из кабинета, остановившись на мгновение у двери. – Пак сломается, если ты будешь настойчив, докажи ему и мне, что ты именно тот альфа, который достоин руки и сердца любимого омеги. Отец вышел из кабинета, оставляя Чона младшего хорошо обдумать свои действия. Вернувшись вечером из компании, Чон зашёл в пустой дом. Пустой потому что его никто не встретил, никто не бросился на шею с объятиями, никто не поцеловал. Поднявшись на второй этаж, Чонгук зашёл в комнату, где до этого жил его омега. Но и стены комнаты встретили альфу такой же пустотой, что и в его сердце. Вещей Чимина не было. Кровать холодная и аккуратно заправлена. Будто здесь никто никогда и не жил. Будто всё, что было с альфой все эти счастливые дни, это всё был просто его сон. Пошёл уже третий день разлуки. Сколько бы Гук не пытался встретиться с отцом Чимина, всё было без толку. В кабинет господина Пака альфу не впускали, видимо по приказу ген директора. А от кортежа охрана, довольно «ласково», отводила парня подальше. Попытки увидеться с Чимином, так же быстро пресекались охраной особняка. Чон даже пытался встреться с омегой во время его занятий в университете, но как Чон узнал от Юнги, Чимин все эти дни не посещает университет. И снова попытка встречи с господином Паком закончилась тем, что Гука просто оттащили от машины ген директора и кортеж тронулся с места, оставляя альфу на парковке. И вот он снова вернулся ни с чем в пустой дом, где его никто не ждёт, где, как сам Чон заметил, не просто пусто, но даже почему-то холодно…одиноко. Если бы месяцем ранее Чонгуку сказали, что совсем скоро он будет убиваться от любви, он бы просто рассмеялся бы этому человеку в лицо. Но, а сейчас, снова, пустая комната его омеги, холодная кровать и новая попытка позвонить Чимину. На звонки омега не отвечал, видимо, телефон у Чимина тоже забрали. Откинувшись на спину, на кровать, альфа прикрыл глаза, крепко прижимая к себе подушку, которая всё ещё хранила запах его омеги, пусть даже и слабый, еле уловимый, но Чону было достаточно и этого, чтоб уснуть, представляя, что всё это просто страшный сон, а Чимин всё ещё рядом. -Чонгук…- сквозь сон услышал альфа, открывая лениво глаза, замечая, что на улице уже утро. Повернув голову на голос, альфа быстро подхватился с кровати. В дверном проёме стоял его Чимин, в домашних штанах и растянутой футболке альфы, с потрёпанными волосами, будто омежка только что проснулся. Чонгук быстро подбежал к омеге, заключая в крепкие объятия, утыкаясь носом в шею, вдыхая…чужой запах. -Чонгук, что с тобой? Альфа отстранился, смотря на ошарашенного брата. -Хосок? -Я звонил тебе, ты не отвечал. Я подумал, что случилось что-то…отец рассказал мне, что Чимина забрали домой…на часах уже 12 дня, а ты не на рабочем месте, я и переживал, мало ли, что ты натворил. – выдохнул Хосок, обеспокоенно глядя на поникшего брата. -Прости…я принял тебя за него…- ответил Чон младший, возвращаясь на кровать, обхватывая подушку омеги. -Ты меня беспокоишь, Чонгук…может врача? -Не нужно ничего, хён. – отвечает в подушку альфа. – Я не приеду сегодня в компанию. Нахмурившись, Хосок наблюдал за братом, решая, что младшему явно нужна помощь. Хосок уже слышал от домашнего работника, что младший ничего не ест, оно и понятно, ему сейчас и не лезет, но больше Хосока пугает то, что младшему уже везде мерещится его омега. -Так, всё! Вставай, бегом в душ, а после обеда езжай к господину Паку, я помогу тебе. А вот это твоё пиздастрадание дело не решит. Ты думаешь Чимин не хочет к тебе? Я слышал, что он заперся в комнате и не выходит. Чонгук, он ждёт, что ты сделаешь хоть что-нибудь, чтоб вернуть его. – Хосок отобрал у альфы подушку, стягивая младшего с кровати и заталкивая в ванную комнату. Выслушав все нотации старшего, Чонгук послушно выполняет всё, что ему сказали, ведь Хосок, на самом деле, прав, Гук слишком рано опустил руки. Приняв душ и пообедав через силу, под пристальным наблюдением брата, альфа привёл себя в порядок, после чего решительно настроенный направился в компанию «Пак-групп». После очередной попытки поговорить с отцом, Чимин хлопнув дверью снова запирается в своей комнате. Омега никого не желал видеть, кроме Чона, к которому уже третий день пытается сбежать. Он уже даже выпрыгивал с балкона и пробовал перелезать через забор, но всё без толку. По распоряжению отца, охрана ловила и возвращала омегу домой. Так и сегодня, Чимин хотел схитрить, прося, по телефону папы, у отца, чтобы тот выпустил его в университет, но в ответ услышал снова повышенный тон и запрет покидать дом. Даже голодовка, объявленная Чимином, не ослабляла отца. Омега уже третий день ничего не ест. Выглядит он слабо, и от истерик устало. Хреново, одним словом, как описал его Тэхён. Немного обдумав, Чимин выходит из комнаты в гостиную к папе, уж тот-то понимает омегу и полностью на его стороне, но сделать тоже ничего не может. -Папа…поговори с ним. – Чимин присаживается на пол и кладёт голову на колени папе, тут же получая взамен ласковые поглаживания. – Папа, я не могу без него… -Я знаю, сынок, знаю. – вздыхает старший. – Я уже говорил с отцом, но он упёрся и всё. -Разреши мне, хотя бы на часок, выйти, я хочу с ним встретиться. -Ты же знаешь, я не могу, потому что охрана сразу отцу доложит. Он и правда бы отпустил сына, да даже впустил бы Гука, который ежедневно приезжает, но об этом сразу доложат господину Паку, а злить мужа совсем не хочется, ведь последствия могут оказаться ещё хуже. Он ведь может и вовсе сослать Чимина куда подальше от Чонгука, или завтра же обвенчать с каким другим альфой. -Сынок, я здесь ничего не решаю…- добавляет папа, целуя омегу в макушку. -Раз так…- Чимин встаёт с пола и с громким топотом поднимается к себе в комнату, добавляя только – Я всё равно выйду из этого дома…. Немедля не секунды, пока Хосок отвлекает секретаря, Чонгук решительно заходит в кабинет господина Пака, совершенно игнорируя удивление собственного отца, который что-то обсуждал с Паком. -Чон Чонгук? – господин Пак встал с дивана, протягивая руку Чону младшему для приветствия, но удивляется не меньше Чона старшего, когда Чонгук, игнорируя рукопожатие, становится перед ним на колени. -Чонгук? – сказать, что отец Чона в шоке, это ничего не сказать. -Господин Пак, я знаю, что совершил ужасный поступок, и что Чимин соврал Вам, чтоб прикрыть мою ошибку, но я здесь, чтоб рассказать всю правду. Я не ухожу от ответственности и готов ответить за то, что сделал. Не дав возможности возразить, Чонгук рассказал старшим всё, что произошло в тот вечер. О истинном, о ревности и самое главное о своей любви к Чимину. О том, как начал уже бредить и о том, что сделает всё, чтоб завоевать доверие старших и любовь своего омеги. Сложив руки на груди, Пак внимательно слушал юного альфу, улыбаясь уголками губ, от столь смелого поступка. Но ответить господин Пак ничего не успел, из-за, отвлёкшего от разговора, звонка от Тэхёна. -Слушаю, сынок. -Отец! Скорей! Чимин вскрыл себе вены! – донеслось из громкого динамика, разрезая тишину в кабинете. – Мы в больнице! Он много крови потерял! От услышанного глаза Чонгука расширились. Он быстро встал с пола, выхватывая телефон у господина Пака. -Тэхён, в какой вы больнице? -Центральная…Чонгук, ты что ли? – запнулся омега, но ответ не услышал. Быстро вернув телефон владельцу, Чонгук вылетел из кабинета Пака, будто его и не было вовсе. Заведя машину, альфа на всей скорости помчал в сторону больницы, не останавливаясь ни на одном светофоре. Чонгуку было плевать на возмущения из других машин, на застилающую глаза пелену, единственная и самая главная мысль в его голове сейчас «Чимин».