Подчиненная

Ты поменялась в одно мгновение. Сбросив маску галантной поклонницы, ты показала мне свое истинное лицо. И началась новая игра. Игра, из которой ты вышла победителем. И я до сих пор не понимаю, как же так случилось, что ты пробролась в мое сердце, стала частью меня, моей сутью. Ты, как кровь, бежишь по моим венам. Как? Скажи мне! Эль медленно приходила в себя. Ей было жарко, что-то мешало шевелиться, а голова болела так, что Эль мучительно застонала. Такое чувство, что ее переехала машина. Не физически, морально. Но даже в физическом плане ей было тяжело. Она пыталась пошевелиться, но была придавлена к постели сильными женскими руками. И когда мысли стали приходить в порядок, она вспомнила, где находится, и резко открыла глаза. Ей не сразу удалось сфокусировать взгляд. Перед глазами плыла пелена, которая постепенно рассеивалась. Когда она наконец четко увидела перед собой комнату, то повернула голову и уперлась взглядом в открытые глаза хищника. Роуз лежала рядом, обнимая ее, и пристально смотрела на нее с легкой улыбкой на губах. Вот она, ее тюремщик. Страх быстро стал подниматься вверх и отразился в ее глазах. – Ну, Ангел, я же еще тебя не укусила, а ты уже боишься. Хотя гарантирую, когда я тебя наконец укушу, – она опустила голову к ее плечу и легко сжала зубами кожу, а потом обвела место укуса языком, – ты испытаешь совсем другие чувства, далекие от страха. – Роуз, пожалуйста, – взмолилась она. – Хватит, – резко сказала она и перекатилась, оказавшись сверху на ней. – Ненавижу жалостные ноты в твоем голосе. Теперь ты моя, а женщины Дьявола о пощаде не просят, только об удовольствии, или же молчат совсем. Она опустила голову и завладела ее ртом, безжалостно врываясь в него. Эль мотала головой, пытаясь разорвать контакт, но не могла побороть ее силу. И лишь когда она наконец насытилась , то оторвалась от ее рта и сдвинулась к шее, проводя по ней языком. Ее сердце стучало в бешеном ритме. Страх затмил рассудок, и она стала бороться с ней. Тут же ее руки оказались над головой, сдерживаемые, как в наручниках, одной ее рукой. Вторая безжалостно скользила по телу, сжала ее груди, обвела живот и спустилась вниз. Тогда ее палец стал ласкать клитор, грубо описывая круги, и наконец добрался до ее лона. Слезы покатились по лицу девушки. Она была слишком слаба, чтобы бороться с такой сильной женщиной, и даже кричать, просить о помощи не было смысла. Она почувствовала дискомфорт и отвращение, когда ее палец стал входить в нее. Тогда Роуз остановилась и посмотрела на нее. – Ты девственница? – и, не ожидая ответа, наклонилась к ее лицу и слизала со щеки слезу, потом провела языком по ее губам, нежно накрыла их своими, не пытаясь ворваться в ее рот, а просто лаская губы. – Ангел, – с придыханием прошептал Роуз. – Настоящий Ангел. Мой Ангел. Моя. Потом она оторвалась от ее губ, отпустила руки и зарылась лицом в ее волосы. Они лежали так минуту. Эль тихо всхлипывала, Роуз тяжело дышала. Пока наконец не поднялась с нее и не встала с постели, представ перед ней во всей своей красе. Эль зажмурилась, впервые увидев вживую голую девушку. – Открой глаза! – прозвучал в комнате ее приказ, и Эль, понимая, что выхода у нее нет, повиновалась. Она медленно открыла глаза и посмотрела на Роуз, потом так же медленно опустила взгляд на ее тело: она не могла с собой ничего поделать – оно манило ее. Взгляд прошелся по ее груди, покрытой шрамами, но они не отталкивали, а наоборот, придавали ей еще больше притягательности. Тогда взгляд опустился на живот, накачанный и плотный; сбоку его красовался старый шрам. Вздохнув, она опустила взгляд еще ниже. Эль чувствовала, как покраснели ее щеки. – Не бойся, я не возьму тебя силой, но тебе придется вести себя хорошо. Ты мне это можешь пообещать? Эль лишь судорожно кивнула. – Теперь ты будешь жить здесь и спать каждую ночь со мной, так что привыкай к моему виду. Никаких ночных рубашек, даже не пытайся, и никаких мыслей о побеге. Эта территория очень хорошо охраняется. Ты даже из комнаты выйти не сможешь без моего ведома. Все понятно? Эль снова кивнула. – Нет, произнеси это вслух! – потребовал она. – Да, я все поняла. – Вот и умничка. Сейчас тебе принесут твою одежду, оденься и спускайся вниз завтракать. Карен, твоя служанка, тебя приведет. Одежду не трогай. Карен ее переберет и повесит в гардероб то, что тебе пригодится, остальное купит, – сказала она и направилась в ванную. Когда за ней закрылась дверь, Эль на мгновение расслабилась и разжала пальцы, которыми вцепилась в простыню, успев натянуть ее на себя, когда она встала. Ее мозг отказывался работать и искать выход из ситуации. Одна лишь мысль билась там: ей не выбраться. Не хватит сил, неоткуда ждать помощи, не к кому обратиться. Она полностью в ее власти. Ее игрушка, как вчера не раз повторяла она. Вчера. Лучше было не думать о вчерашнем. Забыть те ужасные воспоминания. Хотя бы пока. Пока у нее нет сил примириться с теми страшными картинами, которые она видела. За своими мыслями Эль и не заметила, как Роуз вышла из ванной. Лишь когда она остановилась перед ней и резко стянула с нее простыню, Эль опомнилась и с ужасом посмотрела на нее. – И еще одно правило. Не смей от меня закрываться! Я хочу видеть твое нагое тело, – строго произнесла она и присела на кровать, провела рукой от ее шеи до треугольника жестких волос. Потом встала и направилась к двери. – Одевайся, я жду тебя за завтраком. Как только Роуз вышла, в комнате появилась служанка с сумкой в одной руке и одеждой в другой. – Это то, что вы должны надеть на завтрак. Меня зовут Карен, и, если вам что-то нужно, обращайтесь, – сказала девушка и, развернувшись, направилась к шкафу, рядом с которым поставила сумку. Эль тяжело вздохнула, села на кровати и взяла одежду. Это было простое платье на пуговицах, светлого персикового цвета, без рукавов. Она взяла его и зашла в ванную. Быстро приведя себя в порядок, Эль вышла и посмотрела на девушку, которая ее дожидалась. – Прошу вас, идите за мной. Мисис Собер ждет вас на завтрак. Без вас они не начнут. – Они? – спросила Эль, но служанка промолчала и вышла из комнаты, не оглядываясь, зная, что она пойдет за ней. А что еще Эль оставалось? Идя за девушкой, Эль наконец смогла нормально рассмотреть дом. Как она уже успела заметить, в нем преобладала черно-белая гамма, где-то проскальзывал красный цвет. Все это отчетливо гармонировало с характером хозяйки. Спускаясь по лестнице, Эль медленно вела по мраморным перилам рукой и смотрела на черный ковер, который покрывал ступеньки. Пройдя холл, они оказались в столовой, где во главе стола сидела Роуз, по правую сторону от нее – Уолтер, по левую было свободное место, дальше сидели четверо мужчин, по двое с каждой стороны. Вглядываясь в их лица, она узнала в них тех, кто был вчера с Роуз, тех, кто беспрекословно выполнял ее приказы, не раздумывая ни минуты. – Ангел, иди сюда, – прозвучал приказ Роуз, и она подошла к ней.Она поднялась со своего места и развернула ее лицом к сидящим за столом. – Это мой Ангел, за нее будете отвечать головой. Всем понятно?! – громко произнесла она, и мужчины дружно кивнули. – Ангел, Уолтера ты знаешь, он моя правая рука. Вот этих парней мои враги часто приравнивают к всадникам Апокалипсиса из-за их особых имен. Это Даян, он знаменует смерть, – ее похититель кивнул в сторону мужчины, что сидел возле пустого места, ее места, как поняла Эль. – Это Вар, с ним все ясно, он Война, – на этот раз Роуз кивком указала на мужчину, сидевшего возле Уолтера. – Это Хангер, его отождествляют с всадником Чумы, но он больше любит называться Голодом, – следующий кивок на мужчину слева от Даяна, – а это Канквер, ему досталась роль Завоевателя. Это мои самые доверенные лица. Садись за стол. Эль мягко усадили за стол, а Роуз снова села на свое место. Перед ней поставили тарелку с едой, и Эль, опустив голову, взяла вилку в руки. Она боялась смотреть на них, ведь в лице каждого из них она видела тот кошмар. Они были убийцами. Жестокими, безжалостными, и вчера она в этом убедилась. Страх бежал по венам. – Элб, ешь, – услышала она громкий приказ и вздрогнула, но все же наколола кусочек и поднесла его ко рту. Тишина напрягала. Ей казалось, что ее пронзают взгляды, и когда она наконец набралась смелости и подняла голову, то оказалось, что никто на нее не смотрел. Тогда она немного успокоилась: страх не ушел, но она уже могла спокойно позавтракать. – Ангел, мои мальчики живут здесь. Так что тебе следует привыкнуть к ним. Они моя тень, – Роуз пила кофе и смотрела на нее поверх чашки. – После завтрака есть дела, и к обеду меня точно не будет. Ты можешь передвигаться по дому. И еще раз напоминаю, не думай о побеге. – А что, у твоей птички, Роуз, уже были такие мысли? – весело спросил мужчина, которого, как запомнила Алекс, звали Хангер. – А ты не видишь, у нее это на лице написано? Попалась мышка в клетку с тиграми, – добавил с ехидной улыбкой Канквер. – Хватит, вы ее пугаете, – произнес Даян. – Больше, чем Роуз, ее уже никто не напугает, – заметил Вар. Они разговаривали о ней, как будто ее здесь не было, и это пугало. Они пугали. Мышка в клетке с тиграми? Да, сейчас она чувствовала себя именно так. Казалось, еще немного, и тигры кинутся на нее и раздерут на части. – Канквер, моя мышка и так запуганная, а ты ее еще и тиграми стращаешь, – Роуз пристально следила за Эль и читала все на ее лице. – Прости, Роуз, – но лицо мужчины не выражало ни капли раскаяния. – Роуз, нам пора. Встреча в десять, – произнес Уолтер и встал из-за стола. Роуз поднялась со стула и, встав за спиной Эль, наклонилась и поцеловала ее в макушку. – Я скоро вернусь, Ангел, – мягко проговорила она и направилась к двери. Вслед за ней шел Уолтер, тут же стали подниматься остальные мужчины и вскоре скрылись за дверью. Когда Эль наконец осталась одна в столовой, она судорожно выдохнула, стараясь сдержать слезы. В клетке. Да, теперь она была в клетке. Но она выживет. Должна выжить. Ее отец всегда повторял, что жизнь важнее всего, а она была жива. Пока еще. Ведь неизвестно, что вздумается Роуз, нет, Дьяволу в следующую минуту. И что будет с ней, когда она наконец ей надоест.