Обычная Жизнь Подростка-Горничной.

— Путь, значит, — отозвался Эйдолон. Путь редко велел сделать что-нибудь безобидное, еще реже это было что-нибудь приятное. И это при том, что сильнейший кейп земли Бет находил приятным довольно странные вещи, хорошую драку, например. Так что мужчина заранее посочувствовал молодой девчонке в платье горничной, скорее всего ту ждет незавидная судьба. — И что именно от меня требуется? — Сейчас ты максимально аккуратно сядешь рядом с ней и возьмешь её за руку, — Надо отдать женщине должное, своим ответом она смогла ввести Эйдолона в ступор, что уже давно никому не удавалось. — Что? — Спросил он. Это был глупый вопрос и Дэвид знал это, но выдавить из себя другую реакцию просто не смог. — Сейчас ты сядешь рядом с ней и очень, я подчеркиваю, очень аккуратно возьмешь её за руку, — серьезно повторила Контесса. — Я настоятельно советую тебе не использовать никаких сил, если только ты не хочешь получить по морде от Бугая двадцатки. — Двадцатки? — Дэвид непонимающе заморгал. — Но ведь максимальный рейтинг двенадцать. — Может быть я немного преувеличила, — Контесса фыркнула. — Но поверь мне на слово, это преувеличение незначительно. Её сила — это что-то феноменальное. — Настолько, что не укладывается в принятую Протекторатом систему рангов? — Он фыркнул. — Да, Дэв, настолько, — она не приняла шутливый тон, оставшись убийственно серьезной. — Сама по себе её сила максимально мягкая и положительная. Можно даже подумать, что источник её сил совершенно не связан с жестокими экспериментами этих космических тварей. Вот только если она наполнит этой силой своё тело, то положительным эффектом станет усиление организма. — Настолько сильное? — Поводов не верить пророку у Эйдолона не было, но это звучало слишком странно. —Настолько сильное, — Контесса недовольно поджала губы, но продолжила повторять одно и то же. Можно было подумать, что она говорит не с одним из тех людей, что решает судьбу целого мира, а с маленьким ребенком, но некоторые вещи действительно нелегко принять и вписать в привычную картину мира. — Хорошо, я понял, — Дэвид сложил руки на груди. — Несмотря на… некоторую привлекательность, эта девушка крайне опасна. Контесса хмыкнула, Веста лежала на животе, и была специально повёрнута лицом в противоположную сторону от них. Все «привлекательности», которую мог оценить мужчина, были густые волосы и подтянутый задок. И что-то подсказывало женщине, что сильнейший герой планеты имел ввиду совсем не волосы. — Но я не понимаю, зачем мне брать ее за руку, — продолжил Дэвид, проигнорировав хмык Контессы. — Ты теряешь силы, — просто ответила она, заставив мужчину нахмуриться. — А сила этой девочки способна усиливать других… — То есть если я поглощу её силу… — начал Эйдолон, но был перебит. — То скорее всего её сила отреагирует на опасность, девчонка проснется, испугается и размажет тебя по стенке, — с сарказмом перечислила Контесса. — Нет, Дэвид, я очень тебе советую не использовать на ней никаких сил. — И как я тогда должен восстановить силы? — Этот разговор уже начал утомлять героя. Пусть его и интересовала перспектива восстановления, но странность ситуации явно выходила за все рамки. — Просто возьми её за руку, — Контесса прикрыла глаза. — Я же уже говорила, что основными свойствами её силы является мягкость и исключительная положительность. Тебе достаточно просто соприкоснуться с источником этой силы и она начнет оказывать на тебя своё воздействие. — И сколько времени это займет? — Несколько часов. Дальнейший разговор не имел смысла, а потому Эйдолон аккуратно, даже с некоторой опаской присел рядом с ангелом-горничной и взял её за руку. Контесса осталась с ними в одной комнате, присев чуть в стороне, просто чтобы понаблюдать и, если понадобится, развлечь Дэвида беседой. Взяв в свою широкую и грубую ладонь маленькую и нежную ладошку ангела-горничной мужчина удивился, насколько приятным было это прикосновение. Ему даже стало интересно, какими будут на ощупь некоторые другие участки тела, так сказать. Но вспомнив предупреждение Фортуны о силе, выходящей за рамки не только здравого смысла, но и установленной ранжировки, Эйдолон погнал прочь пошлые мысли и сосредоточился на ощущении приятного тепла, вливаемого в его тело через изящную ручку Весты. В этот момент вершилась история, навсегда изменившая мир земли Бет. Ни сильнейший герой планеты, ни пророк Котла даже не подозревали, что Эйдолон связан с ужасными тварями, Губителями. Широкий поток Света Души изливался из тела Весты, и очень быстро восстановил силы кейпа-козыря, а потом пошел дальше, наполняя огромные тела Бегемота, Левиафана и Симург. Исключительно положительная сила не могла навредить сложнейшим механизмам, большая часть которых скрывалась в многомерной вселенной. Вместо этого она их улучшала. Что можно добавить прекрасно настроенной машине для массового террора? У Губителей была огромная сила, были протоколы поведения, которым они следовали. Им не хватало только разума и свободы воли…

***

Бакуда никак не могла понять, почему Лунг собрал всю банду на одной из их баз. Можно было подумать, что началась война банд, но во-первых, она была одной из доверенных лейтенантов главы АПП и не слышала о каком либо излишнем напряжении в отношениях с другими бандами. А во-вторых, их просто собрали вместе и сказали быть наготове. Если бы их ждал бой, то Лунг как минимум бы объявил, к бою с кем нужно готовится, а то и собрал бы всех офицеров для проработки тактики противостояния. Но вместо этого они просто сидели на базе и готовились непонятно к чему. Это несколько бесило Бакуду, она даже начала расспрашивать Лунга о причинах собрания, но тот только отмахнулся от неё и повторил, что надо быть наготове. Она просто не понимала к чему они должны готовиться, как они должны готовиться, что вообще делать? В итоге она несколько часов перебирала свои бомбы и даже создала парочку дополнительных. Потом поорала на рядовых боевиков и даже устроила им что-то вроде учений, пока не пришел Они Ли и не запретил бойцам перенапрягаться. В итоге Бакуда еще несколько часов просто залипала в телефоне, не зная чем себя занять. Ей уже начало казаться, что их вообще зря сегодня собрали, как началось это… Сначала несколько человек вдруг начали чувствовать себя плохо. Вроде бы ничего серьезного, возможно просто из-за нервов или страха началось легкое недомогание, быть может даже что ложное. Но с каждой минутой становилось все хуже, многие начали подозревать у себя скачок температуры, начался повальный кашель. Бакуда не кашляла и не чувствовала у себя температуры, но и на неё накатила непонятная слабость. Телефон выпал из ослабевших пальцев и руки безвольно опали вниз, будто кто-то подрезал нити у марионетки. Как бы она ни пыталась напрячься и пошевелиться, максимум, чего она смогла достичь — это вялые трепыхания. Вскоре открылась дверь кабинета, где сидел Лунг и на пороге появился сам предводитель банды азиатов. Массивный шлем в виде драконьей морды был скинут, а злодей, известный своей невероятной силой еле стоял. Его била крупная дрожь, будто он совершал невероятные усилия для любого, даже самого простого движения. — Значит началось, — хрипло проговорил он, осмотрев кашляющих и валяющихся без сил членов банды. Бакуда очень хотела спросить, что именно началось и какого хрена они в итоге оказались к этому не готовы, но сил не было даже на то, чтобы шевелить языком. Тем временем Лунг глубоко дышал и пошатываясь сделал несколько шагов. Как могла видеть тинкер-пиротехник он пытался провести трансформацию в дракона, но по какой-то причине у него это никак не получалось. Сказать по правде, она даже была немного рада этому факту. Непонятно, что именно началось и чем это в итоге обернется, но здоровенный дракон с огненной аурой внутри здания точно приведет к обрушению и пожару. Выжить в такой ситуации не имея возможности даже просто пошевелиться было бы невозможно. Правда радовалась Бакуда недолго, вскоре то, что началось получило своё развитие. Большая стальная дверь, которая должна была быть дополнительной линией обороны вдруг начала прямо на глазах ржаветь и рассыпаться прахом. Это было крайне жуткое зрелище, от которого Бакуда сразу же перестала радоваться, что Лунг не может обратиться драконом. — О, так ты все еще способен стоять на ногах, — спокойно проговорила молодая девушка, вошедшая в помещение. Она казалась самой обычной внешне. На ней не было маски, одежда представляла из себя типичный гражданский костюм, но при этом даже последний идиот узнал бы популярного на весь Броктон-Бей целителя. Бакуда несколько охренела, когда поняла, что на их базу напала Панацея. Одна Панацея, по крайней мере никаких других членов Новой Волны не было видно. — Что это значит? — С трудом прохрипел Лунг, хотя это должно было быть рычание, но сил у него едва хватало на хрип. — Пропала одна моя хорошая подруга, — все так же спокойно ответила Панацея. — И удивительное совпадение, перед этим её подвозил таксист с примечательной внешностью. — Я не похищаю людей, — Лунг сжал челюсти. — Ты врешь, — хотя Панацея и оставалась внешне спокойной, но Бакуда почувствовала необъяснимое беспокойство, почти ужас от этого тона. — И можешь не тужиться, превращение не сработает, сейчас ты накачан хирургической анестезией, удивительно, что ты вообще можешь стоять на ногах. Регенерация и впрямь на высоте, вот только это в итоге станет твоей слабостью. — Я разорву тебя на куски, — Лунг повысил голос и попытался приблизится к Панацее, но споткнулся на первом же шагу и упал на колени. — Ты знаешь, что такое аутоиммунное заболевание? — Как ни в чем не бывало спросила Панацея. — Это болезнь, при которой иммунная система распознаёт как инородные или даже враждебные образования родные ткани организма. Давай проверим, что случится, если развить похожую болезнь у тебя. Твоя регенерация ускорит процесс отторжения родных тканей или наоборот будет постоянно восстанавливать ткани пораженные? Твоя сила мгновенно убьёт тебя или создаст вечный цикл разрушения и восстановления? — Ты не посмеешь, — описанная целительницей перспектива откровенно напугала главу АПП. — За это тебя посадят в Птичью Клетку. — Целители нынче в цене, Лунг, в отличии от сутенёров, — Панацея отмахнулась от пустых угроз. — Куда ты дел Весту? Отвечай или я позабочусь о букете самый мерзких заболеваний для тебя. — Я не трогал новенькую, — упрямо ответил Лунг. — Ты сама сказала, что целители ценятся очень высоко, против меня объединились бы все силы города, а то и из ближайших городов бы героев нагнали. — Ты говоришь правду, — Панацея нахмурилась. — Но кто тогда мог украсть моего ангела? Бакуда удивилась тому, как Панацея назвала новенькую бродягу и решила, что героиня просто окончательно тронулась головой. Лунг тоже так подумал и с сожалением отметил, что об этом убежище посторонним людям не должно быть известно, а значит скорого прибытия Протектората ожидать не приходится. Хотя, как-то же сошедшая с ума Панацея их нашла, быть может скоро и остальные герои подтянутся и будут более вменяемые чем эта сумасшедшая? — Тебе это так просто с рук не сойдет, — заявил Лунг, не желая признавать, что проиграл без боя какой-то маленькой школьнице. — Ты прав, может меня наградят за нейтрализацию сразу стольких злодеев, — легко согласилась Панацея, после чего взмахнула рукой и Дракон из Кюсю, и так поставленный на колени, рухнул как подрубленный. — Сказанное тобой было правдой, по крайней мере ты сам в это верил, но посмотрим, что скажут твои офицеры. Сказав это, убийственно серьезная Панацея повернулась к Бакуде, отчего бомбардир АПП очень сильно пожалела, что вообще вышла сегодня из дома.