Любовь–война

— Смотри! — Куча фотографий рассыпалась на кровати. Шатенка молча подняла один из фотоснимков, затем второй и третий. — Зачем? — тихо прошептала она скорее самой себе, чем светловолосой девушке, с жалостью смотревшей на неё. — Она работает в эскорте, Лекса! Год! Год эта… — на выточенных скулах заходили желваки, — эта сволочь обманывала тебя целый год. Анья обняла свою сестру, и Лекса перестала сдерживать слёзы. Белая блузка старшей сестры пропиталась солёными осколками любви. Девушки легли на кровать, и Анья шептала глупости, гладя тёмную макушку, как в детстве, пытаясь забрать хоть каплю боли младшей. — Я хочу напиться. Хочу забыть эту суку! — вытирая дорожки от слёз на лице, произнесла Лекса. — Хочу снять кого-нибудь! Хочу забыть обо всём.

***

Анья потягивала свой коктейль и внимательно следила за танцующей сестрой, окружённой толпой. Небольшое чёрное платье идеально подчёркивало все достоинства Алексии. На диванчик напротив плюхнулась девушка Аньи и, сощурив глаза, спросила: — Оу, я смотрю, мелкая в отрыве? — усмехнулась Рейвен, отпивая виски. — Я рассказала ей о… В общем, Лекса теперь всё знает и приняла два решения. Она завтра улетает в Лондон. — Погоди, а как же лучшая бизнес-школа Нью-Йорка? — удивилась кареглазая мексиканка и закрыла глаза. — А она времени зря не теряет! Анья взглянула на сестру, танцующую вместе с двумя блондинками. — Лекса может продолжить своё обучение в Лондоне. Ей просто необходимо улететь подальше, забыть обо всём. Анья покрутила головой в поисках Алексии. Её не было на танцполе. — Ну трахнет она эту девушку. Думаешь, ей легче станет? Анья, раскрой глаза. Ей нужна семья. Ты и отец, а не алкоголь и девицы на одну ночь. — Рейвен залпом опустошила содержимое стакана и с громким стуком опустила его на стол. — Решение приняла сама Лекса, так что отвали, Рейес, — грубо ответила Анья и, схватив сумочку, направилась в сторону туалета.

***

— Я не могу… перестать думать о тебе всё время. — Лекса сделала глубокий вздох, задев при этом своей грудью девушку рядом. — Я хочу поцеловать тебя, — сказала она, закрывая глаза. Шатенка понимала, что перед ней не тот человек, о котором она говорит. — Потому что ты мне очень нравишься. Потому что я считаю тебя прекрасной. Потому что ты… потрясающая. — Голос Лексы был очень тихим, и бьющая по ушам танцевальная музыка заглушала слова. — Я не могу выбросить тебя из головы, и всё, чего я хочу, — это… Незнакомка не дала ей закончить, соединяя их губы вместе. Рука Алексии, которая гладила волосы девушки, переместилась на изгиб её шеи, притягивая ближе, почти с жадным отчаянием впиваясь в манящие губы. Лекса чувствовала головокружение, будто была под кайфом. И, возможно, это было на самом деле, потому что чувствовала именно так. Она подняла голову вверх, нежно отклоняясь, задавая новый темп поцелую.

***

Алексия молча смотрела на свои пальцы, выбегая из вип-комнаты, едва не столкнувшись с идущей ей навстречу сестрой. Тёмные глаза Аньи расширились от увиденного. — Твою рану нужно обработать! — Нет, Анья, поехали домой. — Лекса с остервенением вытирала кровь, а из её глаз потоком лились слезы. Алексия закрыла глаза, проклиная себя, этот день и этот чёртов город. Её взгляд упал на запястье. Татуировка. Знак бесконечности. Такая же, как у Неё. Лекса громко крикнула водителю: — Останови!

***

Дверь вип-комнаты медленно открылась. — Эй, ты здесь? — тихим голосом спросила брюнетка и получила в ответ громкий всхлип из дальнего угла комнаты. Серые глаза вошедшей с ужасом смотрели на подругу, сжавшуюся между двумя креслами. — Поехали домой. — Нет. Она… Она не виновата. — Девушка подбирала слова, а в голове её подруги застыл лишь один вопрос: кто же эта сволочь?