(Не)твой

Сколько еще раз он будет с нежностью и некой терзающей тоской смотреть на него, мечтая о близости и предвкушая самое сладкое в своих безграничных фантазиях. Вспоминать об этих черных глазах, похожих на ночное небо. Думать о прикосновениях холодных и бледных рук, так и ни разу не ощутив этого интимного момента. Дьявол, как же ему страшно ощущать это прозрачное чувство любви, покрываясь каждый раз мурашками, и невыносимо терпеть острую боль в груди. Хах, неужели он правда влюбился? Эта гордая, прямая осанка и высокомерная улыбка до ушей — все описывает лишь одно существо, обитающее в Аду тысячелетиями. Белое и до безумия вульгарное для самого Дьявола одеяние вызывало у Аластора не больше, чем злобное и желчное хихиканье. Деревянная трость с фамильной реликвией в виде змеи, которая кольцами обхватывает запретный плод, дополняет всего лишь образ ее хозяина. Кажется, Аластор теперь понимает в чем суть этого знака семьи Магне. Он также испытывает страстное желание откусить кусочек притягательного фрукта, готовый заплатить за это чем угодно, только бы Люцифер заметил наконец его. Змеиное искушение. Аластор делал все возможное, чтобы Дьявол смог развидеть в нем сильного соперника и достойного демона в его царстве грешников. Но Люцифер до сих пор не проявлял к нему никаких знаков внимания, даже несмотря на то, что тот смог одолеть целую свору самых сильнейших демонов в Аду за пару сотен лет, как только прибыл сюда. Умер, попал в Преисподнюю и тут же приспособился, овладев невиданной силой. А Люциферу хоть бы хны на происходящее в его королевстве. Однако, когда Радио Демону пришло письмо с приглашением на светский ужин в честь рождения малышки в королевской семье, то тот подумал, что вот он шанс! Но с этим пришло и чувство огорчения… На самом деле, Аластор не понимал своих чувств к нему. Ему было ненавистно даже вспоминать о нем, но мертвое сердце будто снова стало биться в привычном ритме, танцуя бешенное танго. Хотелось обнять его, поцеловать и отдать свое невинное тело в руки падшего ангела, но одновременно хотелось убежать от этих желаний, плюнуть на все и стать свободным. Зависимость от странных чувств приносило больше омерзения. И все же Люцифер никогда не посмотрит в его сторону. Но из-за появления потомства от дорогой Лилит все шансы на взаимность рухнули одним тяжелым камнем. Аластор решил, что больше он не в силах думать о прекрасном и недоступном короле. Поэтому в последний раз он взглянет на него, чтобы потом забыть навсегда. Когда Аластор зашел в главный зал, то заметил больше сотни приглашенных демонов, чему был не удивлен. Как же, Люциферу нужно похвалиться своей радостной новостью, ведь он теперь примерный папаша, который будет заботиться и любить всей своей гнилой душой свою новорожденную дочурку. Радио Демона чуть не стошнило от приторности этого вечера. Зря он сюда пришел. Аластор последовал к столу, чтобы взять какой-нибудь крепкой выпивки, так сказать, поднять тост за семейное счастье. На душе горько и обидно, а алкоголь поможет утопить все это в желудке. Но не успел он взять бокал в ладонь, как зазвенел звоночек, который оповестил о выходе Люцифера и Лилит на середину зала, чтобы их видели и могли услышать все. На руках королевы покоилось маленькое светлое чудо, так похожее на своего отца. Сама Лилит была безгранично счастлива, крепко держа свое дитя. Рядом с ней стоял такой же радостный Самаэль, рукой обхватывая талию своей избранницы и с теплотой смотря на ребенка. Аластор смотрел на них пару секунд, а затем стало неприятно продолжать делать это, и он невольно отвернулся, опустив глаза. Остальные гости с восторгом говорили поздравления счастливой паре, принося свои дары ребенку. Однако маленькой Шарлотте вскоре надоело принимать подарки, и она уснула на руках матери. Люцифер попросил любимую отнести ребенка в покои и позже присоединиться к пиру, приглашая остальных за огромные столы, наполненные разными вкусностями. Аластор, несмотря на горечь, сел за один стол с королевской свитой. Демоны пировали долго и, достаточно, громко, восторженно отзываясь о будущем принцессы Ада. Многие так легко и свободно разговаривали с Люцифером, что Аластору стало стыдно за свой страх просто поздравить отца ребенка. Пару приятных слов, и он мог свободно уйти отсюда, показав свое уважение королевской семье, вместо долгого молчания. Но ему не хватало духа даже посмотреть на него, скромно перебирая вилкой еду в тарелке. Прошло два часа, а многие гости еще не собирались покидать дом Магне, ссылаясь на то, что еще рано уходить с веселой вечеринки, оправдываясь тем, что бывает такой редкий повод побыть в этом прекрасном месте раз в сто лет. И почему бы не насладиться этим вечером? Играла музыка, демоны танцевали, отдавались пьяному потоку и несли настоящий хаос, а Люцифер сидел на своем огромном кресле, забавляясь происходящим. И только Радио Демону было очень неловко. Оказалось, что Лилит не в состоянии показаться народу, ведь девочку еще нужно уложить в таком шуме, из-за чего она не придет к своему королю. Стол, за которым все еще сидел Владыка, уже опустел, за исключением одного скромно сидящего Аластора. Люцифер удивленно взглянул на демона, от чего у того пошла дрожь по телу. Он боялся даже повернуться к нему, поэтому сделал вид, что его заинтересовала танцующая толпа неподалеку. Но Люцифера не провести подобным трюком, и на его лице всплыла заинтересованная улыбка. — Почему такое грустное лицо на моем празднике? — сказал король, как Аластор пугливо сжался в стул. — Ты не рад счастью своего короля, демон? — Простите, — Аластор впервые за этот ужин смог уверенно что-то произнести. Он выдавил из себя обольстительную ухмылку, присев ближе к Дьяволу за свободный стул, и с интересом стал смотреть на собеседника, положив локти на стол. — Я был крайне удивлен, что вы пригласили меня сюда, поэтому слегка растерялся… — Это тебе не к лицу, — заметил тот, сложив пальцы в замок, а Радио Демон, как обычно, натянул на себя маску самоуверенности и гордыни, пряча за ней свою радость в попытке поговорить с тем, кого так долго любил. Люцифер, прищурив свои черные глаза, наклонился ближе к нему. — Как тебя зовут, Радио Демон? — Вы знаете, кто я такой? — Аластор сильно удивился, не ожидав, что Люцифер знает о его известном втором имени, задумываясь при этом, какими гнусными способами он его добивался. — Я наблюдал за тобой и был в полном восторге! Давно я не видел демонов, подобных моей силе. Так, …твоё настоящее имя? — Аластор, мой король, — демон, несомненно, поклонился ему, чувствуя неописуемое облегчение, так как Люцифер сам сделал к нему первый шаг. Только тот не мог даже предположить, что за этим кроется что-то другое. — Какое чудесное имя! Мне оно нравится, — сказал Сатана, причмокивая губами, словно опробовав это имя на вкус, и оно было слаще любого мёда в человеческом мире. Аластор невольно поежился на месте, смущенно прикрывая глаза ладонью, ведь король впервые позвал его по имени, да еще и так лестно произнес его. Люцифер задумчиво оглядывал его, пробегаясь глазами по милым ушкам, фальшивой улыбке, тонкой талии и длинным ногам, и незаметно облизнув верхнюю губу, оставляя на ней влажный след. Аластор все еще чувствовал себя неуютно и небезопасно, сидя очень близко к Дьяволу, при этом стараясь сохранить спокойствие и быть более твердым в своем поведении. Нельзя показывать свои слабости в Аду, ведь они могут обернуться против тебя, и пронзительный взгляд Владыки только и говорил, что он изучает его, ищет сильные и слабые стороны, и, кажется, вот-вот их найдет, ведь Аластор готов расколоться и умолять, хотя бы, об одном поцелуе. — Здесь слишком шумно, — первым подал голос Люцифер, равнодушно оглядывая зал. — Предлагаю пойти в более тихое место. — Д-да! — рефлекторно ответил Аластор, однако, подумав, не совсем был уверен для чего он его позвал куда-то подальше от лишних глаз. Но светлые чувства били дубинками по голове, не давая мыслить ясно, и как бы это не обернулось огромной ошибкой. Но это такая честь! Он сможет побыть с ним наедине! Люцифер встал с кресла, жестом пригласив Аластора, и тот последовал за ним к одинокой двери с золотым вырезом. Может быть, это был рабочий кабинет Владыки? И он хочет поговорить о чем-то важном с демоном? Аластор был рад любому варианту, только бы продолжать видеть эту сладкую ухмылку еще немного. Самаэль открыл дверь и первым впустил своего гостя, посмотрев через плечо на демонов, хитро сверкнул глазами красным огнем. Теперь он не уйдет отсюда. — Присаживайся, дорогой гость, — добродушно сказал он, прикрывая за собой дверь. Аластор посмотрел вокруг, но не обнаружил ни одного стула в этой комнате, и он выглядел сейчас полным дураком. Может, Люцифер смеется над ним? Еще щеки стали пунцовыми. — Так, ведь стульев нет, — сказал Радио Демон, почесав растерянно затылок когтями. Перед ним оказался лишь пустой стол, который появился из сгустков темноты, и Аластор почувствовал угрозу на уровне инстинктов. Он резко повернулся к хозяину дома, увидев, как его глаза мерцали, а ниже все еще располагалась какая-то недобрая улыбка. — Присаживайся, — повторил тот, указав пальцем на стол, сделанный из красного дерево и покрытый белыми узорами. Аластор взглянул сначала на Магне, а затем на этот несчастный одинокий стол, ошеломленно хлопая глазами. Люцифер стоял, почти не двигаясь, а на его бледном лице с ярко-выраженным румянцем на щеках плескалась загадочная улыбка, глаза все еще блестели демонически-красным, и Аластор еще никогда так не желал покинуть это место, поджав свой спрятанный под одеждой хвост. Однако Владыка не спешил открывать свой замысел, который отчетливо скрывался под его маской, как запечатанный подарок на Рождество. Радио Демон все же решил сделать так, как приказал его король, вместо непослушания, усадил свой зад на горизонтальную деревянную поверхность. Он растерянно опустил глаза вниз, напрягая плечи, и уши уловили звук приближающихся шагов. Самаэль подошел к нему, укладывая по обе стороны от него руки на стол, вставая между его ног, тем самым не давая доступа и шанса Аластору попытаться убежать. Он стоял так близко к нему, что мог слышать тяжелое дыхание демона, который начал невольно волноваться, не понимая суть происходящего. Люцифер слегка провел левой ладонью по бедру Аластора, впиваясь острыми когтями в кожу и оставляя дырки на бордовых брюках. Демон тихо простонал, ощущая эти пальцы на себе, что, кажется, он сейчас задохнется от недостатка кислорода в этой комнате. Люцифер мельком взглянул на Аластора, почувствовав через подушечки пальцев его дрожь и пылающее возбуждение. О, да… Аластор испытывает непередаваемый жар где-то в животе и ниже. Владыка опускается лицом к его шее, и кончик влажного языка касается кожи с характерным звуком, а Радио Демон, открыв глаза, всплывает из темноты, и настойчиво толкает короля в грудь. — Что вы делаете? — Аластор попытался слезть со стола, но Люцифер усаживает демона обратно, хватает его ногу, поднимает ее до уровня бедра и смотрит в растерянные большие очи. На его лице расплылась дьявольская усмешка. — Исполняю твоё желание, — он сжимает колено демона до боли, и смотрит в упор, как его мордашка наливается кровью. Пухлые и яркие губы Аластора покривились задорной ухмылкой, он облизал их языком длинным и тонким, точно у рыжей лисы. — Откуда вам знать, чего я хочу? — спросил он, продолжая сиять улыбкой, однако вместо ответа Самаэль резким движением снял с него сюртук рубинового цвета в тонкую алую полоску, и красная радужка Радио Демона замерла в ужасе. — Потому что понимаю, — зашептал Владыка, грубо уложив его спиной на стол, и впился пальцами в красные растрепанные волосы, жестко оттягивая их и заставляя Аластора опрокинуть голову назад. Люцифер нежно впился губами в его кадык. — Ведь я тоже хочу тебя… Аластор был ошеломлен, но его тело не могло сдерживать поток страсти, вырывающийся из него резким порывом. Дьявол развязал черный галстук-бабочку, и она упала с шеи на стол. Становилось невыносимо жарко. Самаэль дерзко сорвал алую рубашку, вырвав несколько пуговиц, которые с громким звуком посыпались на пол, и теперь Аластор был оголен лишь наполовину. Он рассматривал его долго, решив прикоснуться ладонью к его бледной груди, пытаясь что-то там ощутить, как биение сердца. Но того самого бешеного стука не было. Ведь Аластор мертв. Грешник, человек попавший в ад. Люцифер облизнул губы. — Как же я рад, что ты пришел сегодня, — сказал Владыка, как с его рукавов показались и поползли по кисте руки черные змеи, грозно шипя длинным языком. Аластор удивился, когда эти мерзкие твари заползли на него, нежно соприкасаясь с его кожей, лаская хвостом соски и щекоча языком. Аластор громко выдохнул. — Вы… ждали… меня? — прерывисто сказал он, продолжая смирно лежать на столе. Его трясущеися ноги были разведены и уложены на плечи Люцифера, и это вызывало в нем панику, ведь Аластор по сей день никогда ничего подобного не делал. Это смутило Радио Демона, что тот попытался закрыть лицо рукой, но одна из змей обхватила его запястье кольцом, и он не решился прикрыть свой стыд, ведь маленький питомец Магне будто говорил, что не стоит этого делать. — Ждал несколько десятилетий, — ответил Самаэль, стащив с его пяток обувь, а затем одним лишь щелчком пальца снял с него штаны. Аластор остался полностью голым, и Люцифер теперь был очень доволен его видом. — Не нужно смущаться, мой маленький демон. — Я не уверен… А как же Лилит? Ваша дочь, она еще совсем младенец! Разве грешить не наша работа? Я лишь душа, которая прогнила насквозь, а вы — падший ангел, созданный самим богом. Вы готовы изменить своей избраннице в день рождения принцессы? — Аластор еще никогда никого не пытался отговорить от пути греха, ведь кто, как не он знал, что значит поступать неправильно, но перед ним король ада, который точно знает, что делает, и какие за это будут последствия. Но сейчас в нем действительно проснулась совесть и чувство гордости. Пошатнуть тысячелетней союз Лилит и Люцифера он вовсе не желал. Однако демоническая сущность играла в нем большую роль, чем человеческая. Поэтому Аластор всей душой желает, чтобы король сделал его своим, несмотря на излишнюю ситуацию. — Ты прав, — сказал он, как все мысли Аластора рухнули в один миг. Неужели все на этом закончится? Однако Люцифер продолжил: — Лилит всегда будет на первом месте в моем сердце, и дочь, которая вырастет прекрасной королевой ада. Но никто не может запретить мне взять то, что принадлежит мне! На этих словах Люцифер мысленно приказал своим змеям обхватить горло Аластора сжимая до предела, чтобы отвлечь его, пока король расстегивает ширинку своих штанов, чтобы быть наготове, но сперва ему нужно подготовить партнера. Самаэль магией заставил запястья Радио Демона приклеиться к столу, чтобы тот не смел вырываться, и заманчиво заулыбался. Аластор шипит от терзающей боли в шее, его руки были обездвижены. Его главной задачей теперь стало быть зрителем, который будет только смотреть на то, как Люцифер разыграет сцену их безумия. Все так и было. Взяв всю инициативу на себя, Владыка стал доминировать над демоном, выцеловывая его острые плечи, ключицы, спускаясь губами к животу и хлюпая слюной. Змеи перестали давить сильно, неожиданно превратившись в металлический ошейник, так и застыли, покрывшись золотой коркой, а на них распустились красные бриллиантовые яблоки. Словно цепь на нем стала препятствием к вечной свободе. Люцифер засиял глазами, осматривая свое творение на шее демона. На нем это выглядело слишком очаровательно, что Магне закусил губу в предвкушении чего-то большего. Аластор отвернулся от него, выгибая спину навстречу ладони, которая уже покоилась у него в паху, мягко поглаживая кожу, и она покрылась мурашками уже в который раз. Его хвост поджался, и это привлекло внимание Люцифера. Он, схватив за щиколотки, поднял ноги Радио Демона выше, чтобы был полностью открыт вид на алый хвост, который время от времени дергался, соблазнял, манил сжать его пальцами, или просто погладить. Однако внизу было еще кое-что интересное для глаз Самаэля. Маленькое и сжатое кольцо, которое сочилось смазкой, как бы странно это не звучало, но Аластору явно нравятся все проделки Владыки. Его полувозбужденный орган тоже просил большего. — Я смотрю, тебе понравился мой подарок, Аластор, — смеялся король, сжав в ладони его хвост, от чего демон завыл от новых ощущений. Люцифер продолжил беспощадно его теребить пальцами, как Радио Демон жадно хватал воздух ртом. — Ты был послушным олененком, и теперь я воплощу твои эротические мечты со мной. Люцифер вытащил свой готовый член и направил его к анусу, который просто сочился соками, от чего скольжение было потрясающим, словно Аластор был создан только для этого, или же только для самого короля. Он вводил его плавно, как демон зажмурился, чувствуя дискомфорт. Но это продлилось недолго, ведь Люцифер позволил ему сначала привыкнуть, а затем стал пальцами помогать растягивать его, и это принесло тупую боль Радио Демону. Самаэль тепло улыбался, но его глаза светились так, словно он был очень голоден. Лилит не могла удовлетворить его? Аластору это льстило, и он стал сам насаживаться на него. Алый хвост зашевелился в чужих пальцах, пока Люцифер смотрел на то, как демон старался тоже что-то делать, только бы быть ближе к нему. Король устал сдерживаться и стал двигаться в нем быстрее и жестче, вырывая с каждым бешеным толчком громкий стон Аластора. Глаза демона вспыхнули огнем. — Покажи мне свою силу! Пусть тобой овладеет похоть и безумие! Я хочу убедиться, что это точно ты, — кричал Люцифер, но Аластор не понимал, о чем тот говорил, он просто чувствовал, как в его жилах текла сильная энергия, темная магия, которая самовольно выходила наружу. Он не мог ею управлять! Толчки стали еще грубее, вторгались в него еще глубже, и в комнате всплыли демонические рисунки, знаки и прочая вуду-херня. Люцифер видит, как Аластор возбужден и терял контроль над собой. Теперь он точно убедился, что не ошибся в выборе. Владыка заулыбался до ушей, его клыки увеличились в размере, и он укусил Аластора за плечо так сильно, что чуть не прокусил его до гниющего мяса. С раны сочилась кровь, которая стала стекать на стол. Люцифер схватил член Аластора, начиная двигать ладонью, а сам уже был готов кончить. Радио Демон кричал, дергался, дрожал и извивался змеей на столе, как оргазм настиг его с головы до пят. Он тут же излился в ладонь Люцифера и почувствовал, как семя короля заполняет его. Протяжно застонав, Владыка аккуратно вышел из него, как по бедрам потекла белая субстанция, пачкая тем самым олений хвост. Магия удерживающая запястья демона испарилась, и он от бессилия закрыл глаза. — Это же был твой первый раз, не так ли? — зачем то спросил его король, но Аластору было трудно произнести слова, он еще не пришел в себя, ведь его магия все еще бегала по венам в ускоренном темпе. Магне заметил его состояние и не стал ждать ответа. — Не отвечай, все и без того понятно. Аластор услышал ноты… осуждения? Люциферу не понравилось? В груди стало больно что-то сжиматься, выбивая из колеи. Аластор, не думая о мнении короля по поводу его сексуального опыта, попробовал встать, но его ноги отказывались слушаться, а Самаэль не спешил на помощь. Смотрел в упор, как маленький демон пытается слезть, тихо смеясь в кулак. Аластор постарался обратиться к магии, чтобы хотя бы одеться. И это подействовало! — Как же быстро ты пришел в форму, — удивился Люцифер, сложив руки на груди и продолжая осуждающе ухмыляться. Аластор чувствует себя использованным, что очень негативно сказываться на нем. Он хотел секса с Люцифером, но и хотел немного любви от него, а король лишь стоит и смеется над ним. Кажется, его мечты, которые даже хотел воплотить сам Владыка, рухнули в один миг. Но Аластор не будет закатывать истерику, он лишь мягко улыбнется, как обычно, и с гордо поднятым подбородком покинет это место навсегда. — Спасибо, — Аластор не знает, за что поблагодарил его, и медленно поплелся к двери, проходя мимо Магне, который тут же схватил того за локоть, останавливая. Он смотрел на него со злобой, хотя это должен был делать Радио Демон. Король потянул демона на себя, заставив его упасть к нему в объятия. Люцифер обнял его крепко, прильнув губами к уху и стал напористо шептать: — Когда придет время, ты должен будешь придти ко мне, — сказал он, одной рукой обхватив его за талию. — Этот ошейник будет напоминанием. И даже не думай его снять! — Почему я должен его носить? — спросил Аластор, сияя фальшивой улыбкой. Люцифер усмехнулся, положив свою ладонь на его щеку, притянув тем самым его лицо ближе к себе, и нежно поцеловал в губы. Аластор удивился, позволив ему это сделать. — Он будет защищать от любой разрущающей магии. Никакая очистка не уничтожит тебя, ведь я хочу, чтобы наш малыш рос с обоими родителями, — сказал Самаэль, накрутив на свой палец красную прядь волос, и глядел на шокированные отблески глаз. Он потянул руку к плоскому животу Аластора, зная, что в скором времени тут зародится новая жизнь, которая будет в сто раз сильнее ее прородителей. Когда дитя появится на свет, то Люцифер сделает все, чтобы Аластор и демоненок, рожденный в аду, стали его собственностью навсегда. — Какой еще малыш?