Жнец твоего сердца

Город жнецов

      Красивое, местами почти сказочное место, где ещё с момента сотворения мира обитают жнецы. Высокие постройки в готическом стиле, прекрасно уживающиеся с силой природы. Город утопал в зелени и водопадах. Это место, где посреди улиц можно встретить бегущий ручеёк или деревья, окружённые мраморными скамьями, на которых мирно восседали жители, а иногда и студенты академии жнецов, читая книги и прячась от ярких солнечных лучей. Атмосфера города была словно пропитана магией, впрочем, это неудивительно: город был покрыт множеством магических щитов, обязанности поддержания которых лежали на Смерти.       Жителями города были души людей, которые были недостаточно чисты для Рая, но и не запятнаны настолько, чтобы попасть в Ад. Для этих душ город жнецов выступал в роли чистилища. В дальнейшем душа могла очиститься благими поступками и при одобрении небес попасть в Рай или же погрязнуть в грехе и быть отправленной в Ад, где её с превеликим удовольствием уже заждались.       Также в городе жили жнецы, окончившие академию и приступившие к выполнению своих главных обязанностей: сбор и проведение душ. Работа жнеца — это тяжелый труд: в отличие от ангелов, следящих за покоем на Райских Небесах, и демонов, развлекающихся с грешными душами в Аду, жнецы из-за специфики работы вынуждены видеть смерть во всех её проявлениях каждый день. Их задача — успокоить душу умершего, которая в большинстве случаев не может смириться с тем, что погибла, так что можно даже называть жнецов эдакими психологами после смерти. Ну и, конечно же, защитить душу и обеспечить спокойное прохождение души до Рая, Ада или же врат Бытия. Жнецы обладают магией, но она, как правило, развита на уровне телекинеза и мелких магических трюков. На первом курсе обучения в академии каждый жнец проходит испытание, в ходе которого получает своё индивидуальное оружие.

Академия жнецов

      Полуденное солнце начинало ощутимо припекать. В глубине академии росло большое древнее дерево, в тени могучей кроны которого сидел, читая книгу, темноволосый парень.       Жнец увлечённо читал увесистую книгу с незамысловатым названием: «История создания мира». Посвятив всего себя процессу изучения «сотворения порталов в параллельные реальности», юноша даже не обратил внимание на то, как затекли его конечности. Наконец, дочитав главу «Основы материи реальности, выход за грань и опасность последствий», парень резко и довольно громко захлопнул книгу и потянулся. Тело неприятно начало колоть тысячами мурашек. Затем он немного размял затёкшую шею и открыл свой дневник. Брюнет был очень любознательным, его голова, как ему казалось, лопнула бы, если бы он не записывал все интересовавшие его мысли.       Дневник был для парня как блокнот для распорядка задач на день, а ещё в нём было много зарисовок, начиная всякими магическими схемами и заканчивая простыми портретами или пейзажами. Юноша относился к дневнику, как к месту, куда можно было записать все важные мысли и воспоминания, именно поэтому первым, чему он научился на 1 курсе обучения в академии, было накладывание чар на дневник. Никто, кроме него, не видел истиной личины данного сокровища: наткнись на дневник кто-то чужой, он бы выглядел, как обычный скетчбук с непонятными, несвязными записями скучных конспектов. Для парня же дневник содержал самое сокровенное — его воспоминания. Он записывал все дорогие его душе моменты, имена, портреты важных людей и просто всё, что ему хотелось бы запомнить навсегда.       Несмотря на хорошую репутацию и исправное выполнение обязанностей, парень боялся потери воспоминаний. Жнецы жили долго, поэтому часть воспоминаний со временем могла просто забываться за ненадобностью. Наверное, именно это и было причиной завести дневник.       Брюнет начал зарисовывать новую прочтённую схему о параллельных реальностях. Парня уже на протяжении нескольких недель интересовал этот вопрос. С тех пор, как он услышал на уроке истории мироздания о перемещении жнеца Кассила, все его мысли заняло именно это происшествие. Он понял одно — перемещения возможны, и одному даже удалось это провернуть самостоятельно.       Парень поначалу не понимал, откуда такой интерес к этой теме, но упорно штудировал библиотеку академии в поисках всевозможной информации, к которой был открыт доступ. На этом моменте сероглазого опять кольнула мысль о том, что ему надо стать выше всего на ранг, а там уже откроются отделы библиотеки со знаниями, о которых он даже и не мечтал.       Едва брюнет успел закончить последние зарисовки рун, как его окликнул мелодичный голос подруги. Он с ней уже давно был знаком, да чего уж там, ребята выросли друг у друга на глазах. Девушка была для него словно старшая сестра, которая всегда поддерживала его во всех начинаниях и помогала везде, где это было в пределах её возможностей.       Подруга тихонько обошла дерево и оказалась рядом с парнем, оставшись при этом незамеченной. Беловласка аккуратно коснулась рукой его плеча и попыталась изобразить голос мудрого старца. — Ну, как успехи, юный падаван?       Парень вздрогнул от неожиданности, из-за чего дневник в его руках слегка подскочил вверх. Ему не очень нравились такие внезапные «приветы» от подруги, но брюнет уже привык и даже не подскакивал с криками «твою мать» — Айрис, блин, — чернокрылый слегка нахмурился, но вскоре лицо расслабилось, а уголки губ даже поползи вверх, — Долго над фразой думала?       Подруга в возмущении резко открыла рот, но потом так же резко его закрыла и надула губки. Девушка каждый раз старательно всё обдумывала, как бы его так напугать, а парень просто брал и всё портил очередной шуткой. Напугать этого недокомика уже стало делом принципа. — Да ну тебя, — она легонько толкнула парня в плечо, — Ну, а если серьёзно, Сэми? — надула губки девушка, любопытно вытягивая шею, чтобы заглянуть в его дневник. — Если серьёзно? — тот задумчиво повторил вопрос за девушкой и для удобства повернул дневник к ней поближе, — Шею сломаешь, — хихикнул парень, — Ты знала, что у таких, как мы, существует множество копий в параллельной реальности? — с нескрываемым интересом в глазах спросил жнец. — Сэми, это, конечно, интересно, но ты же исключительно в научных целях сейчас интересуешься? — слегка взволнованно и перейдя на шепот поинтересовалась подруга.       Девушка убрала за ухо прядь серебристо-белых волос, мешавшую разглядеть записи. Ярко-золотые глаза стали внимательно разглядывать аккуратно выведенные схемы и руны. — Конечно, — ответил парень, но интонация его речи говорила об обратном, что вызвало сомнения у беловласки в правдивости его ответа. — Просто… неужели тебе не интересно узнать, как сложилась судьба у наших альтернативных «я»? Поговорить с ними? — наблюдая за читающей беловлаской, почти протараторил брюнет, как будто его кто-то тотчас перебил бы. — Конечно, мне тоже любопытно! — довольно звонко возмутилась девушка и, сразу же поняв ошибку, вновь перешла на шёпот. — Я тоже бы не отказалась узнать о другой Айрис, но… но даже не у всех 8-ранговых есть разрешение на перемещения во времени, чего уж говорить о параллельных реальностях, — наконец, оторвав взгляд золотых глаз от дневника, девушка посмотрела в серые, как сталь, глаза друга. «Опять что-то задумал», — нахмурилась подруга, заметив в его глазах озорной блеск.       Всегда, когда голову Сэми посещали какие-то азартные мысли, его глаза выглядели именно так. Девушка за долгие годы дружбы уже хорошо запомнила этот взгляд. Этих двоих жнецов нельзя было назвать тихонями, но и хулиганами они также не являлись: друзья никого не обижали, но даже если и шутили над кем-то, то только в лёгкой и безобидной форме, причём тот, над кем они смеялись, вовсе не таил обиды, ибо ребята делали всё без злого умысла.       Они всегда были в центре движа среди других студентов академии. Их можно спокойно назвать заводилами и душой компании, правда, из-за этого парочке частенько прилетали выговоры за нарушения дисциплины.       Как например, когда Сэми зачаровал на спор с Айрис книги однокурсников по изучению рун. Это был обычный скучный урок. Однокурсники уже начинали клевать носом, но в тот момент, когда учитель попросил открыть книги на нужной странице и начал своим тоненьким голосочком зачитывать главу, книги всех однокурсников наперебой начали повторять слова за преподавателем на разный лад: от высокого голоса смешного гнома до оглушительного баритона какого-то горделивого великана.       Аудитория от неожиданности разразилась искренним хохотом: даже самые правильные ученики не смогли сдержать лёгких улыбок, пока немного шокированный преподаватель тщетно пытался найти взглядом виновника сего действия. Студенты уже потихоньку переставали смеяться, а Сэми старательно делал вид, что он тут совсем ни при чём. Могло даже показаться, что ему всё сошло бы с рук, если бы его не выдала собственная книга: именно над ней он провёл свой первый эксперимент незадолго до пары. Проблема была в чарах, наложенных на неё, так как они были ещё не столь усовершенствованными. Тут-то и случилась брешь. Книга завопила на всю аудиторию голосом парня, тем самым добив самообладание брюнета, и он был не в силах удержать рвавшийся смех на грани истерии из-за того, что его поймали с поличным. — Молодец, разрядил обстановку, — парень почувствовал лёгкий толчок в спину, за которым последовал тихий шёпот однокурсника вперемешку со смехом.  — Сэмюэль, вы, конечно, молодец. За освоение таких чар вам надо бы поставить «прекрасно» по чарам, — губы преподавателя дрогнули в нервной улыбке, больше походившей на ухмылку, — Но по моему предмету вы получаете отработку! — ноздри расширились от возмущения, а улыбка резко сошла с учительского лица, превращаясь в гримасу недовольства.       Айрис улыбнулась из-за нахлынувших воспоминаний, затем вновь насторожилась и с тревогой осмотрела друга. — Не у всех 8-ранговых есть доступ, но так или иначе у них больше шансов получить разрешение, — жнец запнулся, словно что-то обдумывая, а затем продолжил, — Вот Кассил был 7 ранга, как мы, и он… — но не успел парень договорить фразу, как подруга резко оборвала его. — Ты будто на лекциях в облаках витаешь. Да, он был 7 ранга, и да, у него получилось… но он же незаконно совершил ритуал перемещения в реальности, — немного раздражённо прошептала девушка. — Давай, выкладывай, что ты задумал и откуда такое рвение именно к этой теме? — как бы беловласка не старалась говорить как можно тише, под конец она немного забылась, и у неё получилось странное сочетание громкого шепота с элементами восклицания.       Айрис волновалась за друга: она не так зацикливалась на ритуале, как парень, и уже успела дочитать до той главы, где рассказывалось, какое наказание ожидало нерадивого жнеца, совершившего такое серьёзное нарушение правил. Если жнец по случайности убьёт человека, что, несомненно, запрещено, это будет караться казнью со стиранием воспоминаний и перемещением в самый конец очереди на воскрешение. Да, для жнеца-преступника может и пройдёт всего пара мгновений в небытии, но для его близких ожидание будет весомым наказанием, плюс, не исключено, что когда жнец воскреснет, дорогих ему существ уже может не быть.       Если же совершить такой весомый проступок, как незаконное путешествие во времени или в другую реальность, можно очень об этом пожалеть. Провинившегося отправляют на суд, где сто старших жнецов 9 ранга в присутствии самой Смерти решают, насколько сильный ущерб был нанесён таким проступком. В лучшем исходе его ждёт судьба убийцы смертного, в худшем — расщепление жнеца (его просто расщепляют на атомы энергии, и их сила переходит на защиту барьеров города). — Я вижу сны, — резко выпалил сероглазый, нервно теребя браслет на руке. — И? — девушка в недоумении изогнула бровь. — Не совсем улавливаю суть… — но договорить она не успела, так как была перебита. — Я вижу сны… про другого себя, — парень медлил, словно пытался правильно подобрать слова. Только дурак бы не понял, что его что-то тревожит, — Другой я видит странные сны… они пугают его, — голос брюнета заметно дрогнул, он прикрыл глаза и слегка нахмурился, словно вспомнил какой-то кошмар. — Они и тебя пугают, верно? — спросила златоглазка и, мягко вынув из рук юноши его дневник, стала листать страницы и всматриваться в записи.       Сэми с закрытыми глазами молча ждал, пока подруга закончит листать дневник. Его лицо то и дело искажалось от воспоминаний, посланных из другой реальности.       Увиденное заставило девушку покрыться тысячами мурашек. Пропуская непонятные ей обрывки фраз и повторяющихся имён вроде «Вики», «Ади», «Мими», жнец решила заострить внимание на иллюстрациях, которые Сэми довольно детально изображал.       Именно такое тщательное внимание к деталям так испугало девушку, ведь оно означало, что друг действительно видел эти моменты из жизни своего альтернативного я. Она ужаснулась и резко вздрогнула, когда наткнулась на иллюстрацию какого-то кубка. Он был золотым, с красивыми вензелями, но в его центре находилась устрашавшая голова демона Бафомета. Жнецы хоть и не лезли в оккультизм, но малейшие понятия всё же имели. С этим демоном было связана уйма страшных, даже кровавых ритуалов и жертвоприношений. Из чарующе-ужасного изделия ручейками стекала алая кровь. Подобный вид полностью подходил слухам об этом создании.       Сэми никогда ничего не скрывал от своей лучшей подруги, но это был другой случай: он не изобразил в дневнике всё, что видел. Он не зарисовал сны о странном существе. Не рассказал о снах про прекрасного ангела с ужасными острыми рогами, нижняя часть тела которого была покрыта мехом, переходившим в массивные ноги какого-то животного, а весь его оставшийся образ завершали ангельские крылья, которые на середине теряли оперение и переходили в мембранные, как у демонов.       После этого сна каждый раз, когда Сэми оставался наедине с собой, каждый раз, когда он закрывал глаза, пытаясь уснуть, он видел глаза этого существа. Глаза, взгляд которых словно прожигал душу, пугал до одури, но жнец решил об этом пока никому не рассказывать.       Сэми привык сначала собирать факты и обдумывать хоть какие-то намёки на нормальный план. Парень старался не поддаваться импульсивным эмоциям, но, похоже, была не судьба, ведь приснившийся на днях сон заставил его с криком подскочить в кровати. Проснувшись, он ещё какое-то время не мог прийти в себя: лёгким критически не хватало кислорода, и он рвано хватал ртом прохладный утренний воздух. Его тело безумно трясло, как от горячки.       Парень медленно встал с постели и на негнущихся, слегка подкашивавшихся ногах подошёл к окну и резко его распахнул. В лицо ударил свежий воздух вперемешку с ароматом цветущего неподалёку дерева, что слегка успокоило его, но легче ему стало ненамного. В своём сне жнец увидел то, что заставило его сердце упасть чуть ли не в брюшную полость: увиденное брюнетом хотелось забыть, как один из страшных снов, что ему снились, но это было адски сложно. — Я видел смерть, — от резкого нарушения тишины на месте подскочили оба собеседника — девушка от неожиданности, так как была сильно увлечена записями из дневника, а парень из-за собственного голоса, который сейчас прозвучал не свойственным ему эмоционально-безжизненным тоном, — Его смерть, — медленно, словно растягивая по слогам, произнёс юноша.       Айрис окончательно отвлеклась от записей и серьёзно посмотрела на друга, мучительно долго ожидая, что же тот скажет дальше. Ей было страшно, но она старалась держаться. Руки девушки слегка подрагивали, пока парень не успел обратить внимание на её нервозное состояние, затем она быстро сжала кулаки под дневником, который уже тоже начинал слегка подрагивать.       Брюнет хотел было продолжить, но златоглазка видела, как тяжело ему давался этот разговор. Парень странно выдохнул, словно подавился воздухом. — Я словно был в его теле, слышал и чувствовал, но… предугадывая твой вопрос — нет, я не видел убийцу. Я видел лишь момент смерти, — темноволосый опустил взгляд на дневник в руках девушки и кивнул в его сторону, — Вот этот рыжеволосый парень, которого ты видела, — жнец слегка нахмурил брови, пытаясь что-то вспомнить, — Ади, кажется… Да, Ади. Я видел, как он плакал и просил о помощи… так… — голос Сэма дрогнул и юноша часто заморгал, словно пытаясь избавиться от непрошенных слёз, но предательская влага всё равно заволокла его серые, как пасмурное небо, глаза, — Я хочу разобраться. Я хочу помочь. Я бы остался в стороне… ведь кто я такой для них всех? Они не моя реальность, спорим, они даже не подозревают о моём существовании, — на последней фразе, губы парня дрогнули в грустной усмешке. — Если ты считаешь, что после рассказанного и увиденного на протяжении нескольких недель я останусь в стороне, то ты ошибаешься… — договорить она не успела. — Айрис, — интонация парня была непонятна: она была не то осуждающей, не то имеющей нотку благодарности. — Так вот, — проигнорировав его, девушка с лёгким нажимом в голосе продолжила. — Сэми, раз ты сейчас действуешь на эмоциях, я буду твоим разумом и постараюсь прикрыть твою вечно ищущую приключения задницу, — на этих словах тот дружелюбно усмехнулся и наткнулся на полный решимости взгляд своей верной лучшей подруги. Он знал, что на неё можно положиться и ей можно довериться, именно поэтому она была единственной, кто знал о его одержимости идеей о перемещении, и единственной, кто теперь знал причину. — Эти сны явно снятся не просто так, — в унисон произнесли друзья. — Тогда надо начать подготовку к перемещению, всё тщательно обдумать и… — энергично начала перечислять беловласка, затем забавно закусила губу и продолжила планирование дальнейших действий уже у себя в голове, не забывая при этом загибать пальцы. — Ритуал надо для начала найти, а также его составляющие, если такие имеются, — протянул парень, весело наблюдая за оживившейся собеседницей. — Это да, — та забавно отмахнулась рукой, словно от назойливой мошки перед своим лицом.       Именно с того дня начался поиск всего необходимого для реализации их плана. Но парень был в одном уверен точно: попасть в другую реальность он сможет. Но вот как он обратно выберется… И как его потом встретят старшие жнецы в академии?       Ох, а что он услышит от Смерти, если попадёт под суд? А парень был уверен на сто процентов, что суду за такое деяние его точно предадут. Правда, увиденное из сознания Сэми из другой реальности не давало ему покоя.       Особенно волновали его красивые глаза насыщенного зелёного цвета. Глаза, из которых так горько лились слёзы. Глаза, которые смотрели на него с такой надеждой. Глаза, в которых брюнету не хотелось видеть, как плещется невиданная ранее для Сэми боль. Он знал, что глаза — отражение души, но не подозревал, что настолько.       Ему хотелось увидеть мелкие мимические морщинки от улыбки вокруг этих глаз, а не ту пучину грусти от утраты, которой их наградили. За время своей работы парень видел много слёз по погибшим, но такие он видел впервые. Глядя на того рыжеволосого парня, жнец всем сердцем желал, чтобы он больше не плакал, каким существом бы он ни был. Захотелось всей душой подарить ему покой, которым Сэми, как жнец, обязан был обволакивать. Пожалуй, это был первый раз, когда парень не просто исправно выполнял свою работу, а искренне горел желанием её осуществить.

***

      Шёл девятый день поисков способа попасть в параллельную реальность. Столько книг, да ещё и за такой короткий промежуток времени, парень читал впервые. Его визиты в академическую библиотеку были настолько частыми, что библиотекарша уже пускала юношу без пропуска, всего лишь простым дружественным кивком. Надо сказать, что жнецу очень повезло с ней, ведь на смену пожилому ворчуну пришла милая выпускница академии, Маргарет. Девушка была очень общительной и любознательной, что очень сыграло Сэму на руку: новая библиотекарь знала почти каждую книгу на стеллажах. Она могла часами рассказывать приходившему за очередной порцией книг парню, что нового успела узнать из очередных фолиантов или открывшихся для её доступа свитках. Но, к огорчению девушки, парень просто физически не мог выслушивать её часами — начиналась учеба, затем работа, и так по кругу.       Жнец работал на износ. Иногда парень мог просто уснуть на уроке прямо посреди лекции. Его часто навещало то самое чувство, когда ты вроде слышишь преподавателя и даже успеваешь записывать за ним, но ничего не понимаешь, и вся сосредоточенность мозга уходит лишь на одно — не уснуть. Когда ты смотришь на конспект, а он просто плывет перед глазами. Когда из-за недосыпа глаза начинает слегка резать, как от попавшей в них пыли. Пару раз парня даже посещала мысль все бросить, но он сразу же отбрасывал её, как только его уставший мозг начинал подкидывать моменты из воспоминаний другого Я.       Айрис тоже не сидела сложа руки: пользуясь своей репутацией и хорошими знакомствами, она пыталась узнать любые крупицы информации. Где-то девушке помогало кокетство, а где-то — её острый ум. С того момента, как друзья приступили к поиску сведений, она уже успела раздобыть предполагаемые ингредиенты и парочку пергаментов с пентаграммами, похожими на правдивые.       Конечно же, такой резкий интерес к знаниям у ребят не остался незамеченным для некоторых особей. Аластор был заносчивым, ни с кем не считавшимся любителем везде совать свой нос. Если твоё мнение хоть на минуту не совпадало с мнением этой персоны, то все, значит, ты глупое, ни в чем не разбирающееся, бездарное создание. Сэм все время задавался вопросом: как же такой жнец, как Аластор, может хоть кого-то успокоить своими словами или действиями? Но, к удивлению Сэмюэля, на вышеупомянутое ходячее бедствие ещё ни разу не поступило ни одной жалобы. Может быть, все дело было во внешности и изворотливости змея: парень был высокого роста, статным, с красивыми густыми шоколадными волосами и пронзительными серыми глазами, которые, казалось, отдавали белым свечением. Одним словом, парень был привлекательным, чем он активно и пользовался.       Сэм никогда не был злопамятным или мстительным, он был из тех людей, кто живет по принципу «я отражение твоего поведения», ну или банальному «поступай с другими так, как хочешь, чтобы они поступали с тобой». Терпилой парень тоже не являлся, но и зачинщиком в конфликтах тоже не выступал. С недоброжелателями, если такие случались, он вёл продуманную годами стратегию, не позволяя подставить себя под удар. Как правило, в итоге вся неприязнь спадала на нет, но Аластор был особенным. Сэм и сам не понял, как с первого дня встречи их простая неприязнь друг к другу переросла в «чтоб тебе удачно поскользнуться с лестницы».       Шатен изо всех сил искал повод докопаться до Сэмюэля, а в то долгое время, что брюнет не попадался ему на глаза, уже начинал задумываться: «А не помер ли сероглазка?». Вовремя состроив глазки молоденькой библиотекарше, Аластор выяснил о внезапных и занимательных увлечениях книгами у темноволосого. Он, конечно, знал, что Сэм был умён и даже имел нотки гениальности в некоторых областях, но ботаником или книжным червём он его никогда не считал. Именно такая подозрительность поведения и была идеальным поводом побесить сероглазика, чем Аластор и занялся, как только увидел выходившего из библиотеки парня с очередной порцией книг. — Сэми, с ума сойти! — довольно воскликнул шатен и, хлопнув в ладоши, продолжил, — Неужто решил бросить карьеру жнеца и стать ученым? — с гаденькой улыбочкой спросил юноша.       Сэмюэль тяжело вздохнул, раздраженно закатив глаза к потолку. Уж кого-кого, а эту особу он хотел видеть в последнюю очередь. Скучающе осмотрев говорившего, он смирился с неизбежным конфликтом и пошел навстречу. — Чтобы сойти с ума, нужно… чтоб он вообще имелся, — подойдя ближе, уставшим тоном произнёс сероглазый, при этом незаметно для собеседника прижав корешки книг плотнее к туловищу, дабы не дать их разглядеть.       Шатен словно проигнорировал колкость, продолжая слегка улыбаться. Его взгляд оценивающе прошёлся вначале по самому брюнету, а затем по его книгам. После неудачной попытки разглядеть хоть какую-то надпись, он продолжил: — Что-то ты неважно выглядишь, неужто обретённые знания заставляют тебя эволюционировать в другую сторону? — ухмылка исказила красивое лицо Аластора. — Ал, тебя как послать? Честно или интеллигентно? — спокойно произнёс Сэм, — Пожалуйста, укрась мой мир своим отсутствием, — стараясь отделаться малой кровью, обратился брюнет и попытался просто мирно обойти парня.       За прошедшие дни организм Сэма был настолько истощён, что глубокие от недосыпа синяки под глазами уже стали видны невооружённым взглядом. Волосы парня, и без того всегда пребывавшие в легком беспорядке, придавая ему своеобразный шарм, сейчас выглядели просто как после урагана. Ни сил, ни желания пререкаться со стоявшим перед ним назойливым жнецом сейчас не было от слова совсем. Сделав шаг вперед, брюнет мечтал в этот момент просто взять и воспользоваться телепортацией, но она была запрещена в пределах академии. — Мы, вроде, разговариваем. Тебе не кажется, что невежливо вот так бросать собеседника? — парень, продолжая ухмыляться, сделал шаг в сторону, чем преградил собой путь пытавшемуся улизнуть «сероглазке», как он про себя называл Сэма. — Когда кажется, креститься надо, — ответил он, едва не врезавшись в стоявшего впереди. Сэмюэль успел вовремя остановиться, затем резко вскинул голову вверх, глядя парню прямо в глаза.       В ту же секунду Аластор внезапно схватил парня за руку и с силой сжал её до хруста. Не ожидавший такого жеста брюнет опешил, и уставшие руки выронили книги, что дало ему некоторую свободу действий. Упавшие с грохотом книги слегка отвлекли внимание змея, и он неосознанно ослабил хватку. Жнец, воспользовавшись моментом, резко вывернул захваченную руку из плена, а второй схватил парня за край его воротника, притянул ближе и неморгающим взглядом посмотрел Аластору прямо в глаза. — Сделаешь так ещё раз и запомнишь этот раз на всю жизнь, — медленно, почти по слогам, могильным тоном произнес Сэм, и серые глаза залились фиолетовым свечением. Атмосфера вокруг него словно слегка потрескивала от выплеснувшегося наружу потока энергии.       Сэмюэль не был уверен, дошёл ли правильный смысловой посыл фразы до собеседника, но реакция стоявшего перед ним парня подсказала, что смысл тот уловил верно. Шатен отшатнулся от него, как от прокажённого, злобно ухмыльнулся своей излюбленной лисьей улыбкой и, развернувшись на каблуках, зашагал в противоположную сероглазому сторону. Когда шаги недруга совсем стихли, жнец собрал книги и побрел в сторону общежития.       Дойдя до своей комнаты, Сэм решил сделать перерыв и просто нормально отоспаться за все эти дни. Скинув одолженные книги в угол, брюнет рухнул на кровать. Расстегнув, как ему казалось, удушавшую его верхнюю пуговицу чёрной рубашки, он прикрыл веки. Стоило жнецу лишь закрыть глаза, как он уснул крепким сном.       Проснулся парень лишь глубокой ночью. Сэму, казалось, удалось выспаться: его мозг настолько вымотался, что ему даже не снились кошмары, которые уже порядком достали его за прошедшие дни. Несмотря на частые недосыпы, сейчас спать абсолютно не хотелось. Окинув взглядом комнату, источником света в которой был лишь лунный свет из окна, жнец заметил книги, принесённые днём, руны на обложке одной из которых светились ярким золотом. С большим усилием брюнет встал с, как ему казалось, мягкой, словно облако, постели и направился к книге.       Покрутив книгу в руках, он стал придумывать, как её открыть. Многих надежд Сэм не питал, так как днём листы книги были склеены намертво. Но что-то изменилось, внезапно странный магический фолиант с легкостью поддался и открылся. Руны на страницах сияли в темноте так же ярко, как и обложка. По-видимому, сработала «лунная защита». Жнец слышал о подобных чарах: предметы открывались лишь под воздействием лунного света. — М-да, если Маргарет узнаёт… какую книгу она мне по ошибке дала, — прошептал юноша, очарованный красотой фолианта, — Любопытно, кому понадобилось скрывать информацию в покрове ночи.       Аккуратно листая древние страницы, он искал слова, похожие на «перемещения», «мультивселенная», «реальность», «иные миры». Просидев около часа над книгой, жнец, кажется, нашёл первые упоминания о перемещениях. Найдя нужную главу, он начал зарисовывать руны в лежавший неподалёку дневник. Книга была толстенной, и информации о ритуале оказалось немало.       Когда за окном начало светать, парень понял, что ждать до утра нельзя из-за того, что книга попалась из запрещённого ему по рангу отдела. Сэм не хотел подставлять Маргарет, которая ему так любезно услужила по ошибке, ведь в случае разбирательств с библиотекарши спросили бы первой. Сэмюэль накинул на плечи свою чёрную кожаную куртку и быстрым шагом отправился в сторону женского общежития, чтобы навестить Айрис, заскочив перед этим в библиотеку и спрятав книгу для Маргарет в её столе.       Айрис, на удивление парня, тоже бодрствовала. Ребята начали делиться друг с другом полученной информацией и вскоре нашли сходство в некоторых моментах. — Так может… это и есть точный план или схема — называй, как хочешь, того ритуала перемещения, что нам нужен? — спросила подруга, указывая одной рукой на пентаграмму с рунами на пергаменте, найденным ею, и второй рукой на похожий круг с рунами в дневнике парня. — Думаю, да, — жнец взволнованно кусал губу, не отрывая взгляда от чертежей. — Я так понимаю… ждать до утра мы не можем? — поинтересовалась Айрис. — Правильно понимаешь, будет слишком рискованно, — почти пробубнил про себя брюнет, не особо вдохновлённый разворачивавшимися событиями.       Сэмюэль взял лежавшую рядом рукопись на древнем языке жнецов. Долго и нудно крутя-вертя фолиант, он старательно пытался понять правильный перевод, ведь на этом языке давно уже не говорили, посему его уже активно не преподавали. — Если я не ошибаюсь, то тут говорится что-то о времени… что я затрону время, да? — Сэми протянул рукопись девушке. — М-да, так как твоё альтернативное Я мертво, — Айрис заметила, как на последнем слове дрогнули руки парня, и что-то блеснуло в его глазах, но быстро потухло. — Я перемещусь вместо него, — закончил за неё жнец, сглотнув неприятный ком в горле после слова «мертво». — Получается, именно так. По идее, ты не нарушаешь закон о балансе мультивселенной, так как вас там не будет двое… будешь лишь ты, — погрустневшим голосом сказала подруга. — Ты чего? — удивленно вскинув одну бровь, спросил брюнет. — Ты же понимаешь, что мне нельзя с тобой… иначе меня там будет две, — девушка помедлила, понуро опустив голову, — Ты будешь один. В незнакомой тебе реальности. Только ты и твои силы. — Я понимаю, но я уверен, что эта связь с другим мной существовала не просто так. Я уже почти месяц задаюсь вопросом, почему именно из той реальности мне приходили видения и воспоминания… я и близко понятия не имею, но чувствую, что должен помочь… Почему-то последними словами души моего Я перед тем, как он исчез с другими жнецом… было… — Сэм на нервной почве так кусал губы, что случайно прокусил нижнюю. — Что было? — напряжённо спросила беловолосая. — Вики. Опасность. Присмотри… Ади, — поспешно вытерев пальцем выступившую кровь, сказал темноволосый, вставая с насиженного места. — Ты, вроде, упоминал их имена в дневнике, да? — энергично подскочила златоглазка вслед за парнем, расправляя ладошками замявшийся низ юбки. — Правда, я не совсем понял, за кем из них присмотреть, а кому из них угрожает опасность. Ну, думаю, на уже месте разберусь, — перенося вес с ноги на ногу, сказал жнец. — Идём со мной, — решительно сказала девушка, зажав нужный чертёж подмышкой, и протянула руку брюнету. — К-куда? Ты… — договорить не удалось, так как девушка в это время открыла дверь комнаты и, приложив палец к губам, тихо зашипела. — Тсс, тише ты, — ответила беловласка и, потянув за собой парня в темноту коридора, продолжила, — Я знаю одно место… вернее, видела недавно… у меня там было свидание, — на последней фразе щеки девушки залило лёгким румянцем. — Ахах, ну и кто этот несчастный? — поинтересовался улыбнувшийся жнец, попутно осматривая коридоры на наличие слежки. — Да так… Зря только время потратила, — махнула девушка свободной ладошкой, затем, обернувшись в сторону собеседника, она спросила, — Я не знаю, насколько хорошо пройдёт ритуал, но попадёшь ты туда, как есть, и, грубо говоря, в чем стоишь. Ты готов? Твоё общежитие рядом, — Айрис кивнула в сторону освещенного луной готического здания. — Готов, все нужное при мне… не первый день готовимся, — прижав дневник к груди, ответил жнец.       Когда ребята пришли на нужное место, их встретили красивые золотые ворота. Пройдя вглубь, друзья увидели именно то, что искали — портал. Но все было не так просто: арка, обрамлявшая портал была усыпана рунами и знаками, а ещё, в добавок ко всему, там был задействован лунный механизм. Нашим жнецам повезло, ведь они пришли не с пустыми руками, и им оставалось лишь выставить знаки и механизмы в нужном порядке. Сэм доверил весь процесс подруге, так как в рунах она считалась сильнейшей в академии.       Отпустив руку парня, Айрис начала двигать лунные механизмы, которые передвигались на удивление не так громко, как могли, учитывая их массивную металлическую конструкцию. Покрутив пару дисков на панели рядом с порталом, девушка принялась за подпитку нужных рун энергией. — Готово, твоя очередь напитать руны, чтоб портал тебя пропустил, — увидев вопросительно выгнувшуюся бровь парня, она продолжила, — Это как своего рода регистрация, в списки перемещённых ты не попадёшь… я позаботилась об этом заранее, но энергию ты дать должен.       И только парень ступил ближе и, сосредотачиваясь, начал подпитывать руны, как позади раздалось ехидное хихиканье. — Чем это вы тут заняты, голубки? — медленно вышагивая, с дольной улыбочкой поинтересовался Аластор, радуясь, что поймал ребят на чём-то незаконном. — Можно я его заберу с собой, по дороге вытолкну из портала и скажу, мол: «Он пал смертью храбрых»? Всё равно ведь воскреснет… так хоть время оттянем, — раздраженно закатив глаза, спросил Сэмюэль, склонив голову в сторону подруги. — Успокойся, занимайся подпиткой, — сказала девушка и шагнула навстречу змею.       Айрис медленно подошла к не сводившему с неё глаз парню, делая вид, что просто хочет поздороваться. Подойдя ещё ближе, она с молниеносной скоростью достала сонный порошок, которым часто пользовались жнецы, чтоб избавиться от лишних свидетелей при сборе душ, затем резко бросила его в лицо ничего не подозревавшему шатену, и тот, оседая на траву, заснул.       Сэм же в это время успел наполнить руны своей энергией, и его начинало затягивать внутрь. Бросив девушке «удачи» на прощание и услышав то же самое в ответ, жнец переместился. — Ну, что же, значит, так выглядит твой мир, Сэми? — тихо, почти шепотом проговорил жнец и начал осматриваться по сторонам.