INSTAGRAM

США. Солнечная Калифорния. На просторных, залитых солнечным светом, улицах, встречаются множество небоскребов и невысоких особняков, которые таят в себе все, начиная от скрытых счетов в банке, заканчивая изменами жен и пяти гигабайт с лошадиным порно. Все это - естественный круговорот вещей в силиконовой долине, но, как и годиться этому сказочному на выдумку краю, быть удивительным, все происходит вокруг технологий и молниеносное сообщение может изменить всю твою жизнь. В этом раз оно пришло человеку, который не отличался энергичностью, в отличии от всей той пестрой толпы, что шныряла по тем самым широким и солнечным улицам, ведь он еще лежал в кровати и тянулся как раз к своему смартфону, чтобы увидеть очередное сердитое сообщение от босса в WhatsApp о том, что он проебал работу на лишние пару часов. Почему он еще не уволил его? Все просто. На этой кровати сейчас пытается прийти в себя, после ночной кооперативной игры, главный разработчик ведущей компании IT технологий, и хоть его терпеть не может босс, он всегда отличался от всех своим креативом и мощью пренебрежения к общественным ценностям и моралям. Критика и тщедушное мнение, это совсем не про него. По его комнате расклеены плакаты с Фредди Меркьюри и он давно научился блистать ярче всех и удивлять больше обычного, а так же класть чужое мнение за воротник, в очень грубой форме, а иногда и не очень. Теперь, вечно молодой и энергичный Фредди, поглядывал на него с обшарпанных стен, и усиками заманивал в новый день, где еще одна сотня тысяч скачиваний его приложения, обогатит его внутренний мир и, конечно же, счета в тех самых банках, которые улетают всеми своими корнями на Мальту, а там не облагаются ни отслеживанием, ни процентами за пользование банковской ячейкой. И это в свои 19. Юное дарование, которое давно забыло о сосуществовании с семьей, весьма консервативной и превратной, верующий в силу раздачи божественной маны Христом, а не в покрытие Wi-Fi. Интересны стали не совпадать у Майкла с его стариками довольно рьяно и быстро, поэтому, познав первые скрипты буквально на коленке и написав свою первую программу в 13 лет, он быстро освоил просторы сетевого маркетинга и платформ, что позволило ему быстро свалить из родного Огайо и перебраться в рай, в котором смешанный мескалин с причудливым шлемом виртуальной реальности, всегда дадут тебе настоящее вознесение. В целом, он избаловался этим в первые годы пробуждения своей креативной жилки, но то, что было в Майкле всегда, так это его стиль к жизни. Ему не претили громкие гитарные рифы и сценический образ Дэвида Боуи. Он искренне восхищался Оззи Озборном и всегда славил в своем сердце Black Sabbath. И, конечно же, к Фредди присоединились и эти герои его пылкого разума, с конфронтацией вечно питать собой юношеское любопытство, с желанием взойти выше своих возможностей и заблистать в причудливом мире технологий. На возмущенный сухой текст начальника Майкл отправил смайлик с пьяной белкой и пусть тот понимает как знает, но босс теперь усек, что его козырь, а главное прибыль за весь первый квартал года, жив и в сознании, а значит придет продавать свой креатив снова. Освоив эту важную истину, босс не редко задвигал торжественные речи, врываясь в его рабочее пространство и восхвалял Майкла, который только щурился от тщеславной улыбки этого жирдяя. Запихивая наушники поглубже и прикрывая глаза, он резко закидывал ноги на стол и принимался уходить куда-то в шумные 70-е, где постригся бы как Фредди и натянул точно такие же тугие лямки на торс. Кто бы знал, что он так любит танцевать, но только в своей голове. Хотя его отличная физическая форма позволяла ему взять на себя любые физические нагрузки, но сам он лишний раз не рыпался. И дело было не только во вкусе, плотно закрепленном на заре 70-х и 80х, а еще и в компании, которая его окружала. Оглянуться только и что он видит в своем офисе: это девушки с претензией на независимость, пытаются наладить сообщение между игроками и правильным мышлением, заставляя всех женских персонажей в играх прикрывать грудь, а то и вовсе ее сделать подобной стероидной курве; там же и парни, которые голосуют за всякий раздрай в половых соотношениях героев и скорое в играх можно будет трахнуть и бурундука, но если игрок будет в костюме пляшущего динозавра, то это сойдет за отличную солидарность, и никакого грубого фури. Майкл всегда хотел толкать свое и поэтому нашел безопасную для себя зону, это масс-медиа и реклама, которая сочиться в глаза пользователям под видом цветных баннеров и обложек на фоторамку в фильтрах. Глупенькие, даже не понимают потом, почему хотят пользоваться особенной косметикой или же пить один и тот же йогурт. К Майклу обращались знаменитые люди за консультацией, пытаясь выиграть себе время в хайпе. Придет какая-нибудь красавица с папиком толстосумом, с просветленным желанием стать знаменитой и запоминающейся, потрясет капризами третьего размера и на стол падает пачка денег. За усилия, сверхурочные. Парниша окинет ее взглядом с ног до головы и скинув кеды со стола, воткнет наушники в уши и подрубит отличный рок, записывая идеи, которые больше ни у кого не родятся так спонтанно, как у него. И вот через чудные две недели все скачивают бесплатное приложение с аватарами, похожими на эту красотку, а затем выскакивающие баннеры повсюду, сменяют тарифный план и она собирает полные залы, ведь это ожившее чудо с экрана твоего смартфона. Главное это сделать продаваемым. Главное сделать так, чтобы люди этого захотели. За всей этой милой обверткой твоего питомца на выгуле, очередного селфи в приложении, всегда стоит такой вот Майкл, который даровал тебе набор нужных фильтров и отличную рамку с попутными эффектами, и выкладывая это на один нужный ресурс, ты повышаешь его спрос и тем самым, формируешь сеть зависимых ублюдков, которые выкладывают туда свой товар и отлично приплачивают разработчику, чтобы он мелькал через каждые три поста в ленте. Майкл умел делать так, что его фильтры и милые зверюшки, вырабатывали в человеке больше всего эндорфина. Он был крупной рыбой на этой творческой бойне уловок для всех разработок. Даже за всякий смайл ему платили больше, нежели кому-то за целое приложение. Он знал, в чем нуждаются люди. Они всегда хотят чего-то яркого и впечатляющего. Грубо говоря, они всегда хотят Фредди Меркьюри в собственном смартфоне, который хвалил бы их, подмигивал анимированным смайлом на каждый отлично наложенный фильтр, и превозносил их до собственных высот. И самым пиковым поприщем для таких нарциссичных ублюдков был и остается INSTAGRAM.. В свое время, Майкл вкладывался в него, заманивал различным сплочением геолокаций и отметок, по которым люди могли найти себе подобным ублюдков, которые фотографировались в местах, в которых те бывали. Это же и культивировало такие места. Приносило им успех. Мало кто знает, что радар захвата таких мест специально увеличен, чтобы казалось, что в них наведывается куча народу, а их влияние на людей безмерно. Побывав в каком-нибудь ресторане и заделав в надроченном до блеска туалете фотку, прикрепив хештеги и нужную локацию, пользователь создавал бесплатную рекламу, сам того не понимая. Майкл делал так, что самые популярные фотографии, самых запоминающихся лиц, всегда высвечивались первыми по запросу этого хештега. За это он тоже получил славную сумму. Сегодня пришло время включить голову и войдя в офис, первое, что сделал Майкл, это потянулся за своей кружкой на общей кухне. Черная и с подписями различных музыкантов, только его, стоявшая отдельно от всех. Он выпил чашку другую крепкого кофе и направился на свое место. За стеклянной ширмой и расписными стенами, в виде символов уходящих в прошлое видеоигр, он заметил странную потасовку. Приоткрыв дверь в офис, на него сразу набросился начальник. Схватив за плечи и начав их трясти, он щедро вознаградил его словами: - А вот и наш герой! Все захлопали пришествию Майкла, хотя тот еще не успел распознать никакой логической цепочки в своем приходе на работу и такой радости коллег. Он охватил взглядом тех, кто ему даже «Привет» ни разу в жизни не сказал. На удивление, они хлопали громче всех. Босс продолжил: - У нас отличная новость для тебя Майкл! – его жирные щеки тряслись при каждом сглатывании глухих звуков, но ему так хотелось блеснуть своим важным звучанием. – Наша компания отмечает значительный прорыв. То, что ты к этому более чем причастен, я уже объяснил. Твой проект, который ты сдал в прошлом семестре, принес нам кучу избирательных спонсоров и теперь мы беремся за более крупные проекты! - А в космос улетим? – небрежно спросил Майкл, пытаясь не выплеснуть все кофе из чашки. - Ах, Майкл! Ты все такой же шутник! – потряхивая за плечи своего прибыльного любимца, он снова повернул его всей публике, которая горела глазами, чувствуя, что за их спинами весь прорыв человечества. – Сегодня мы идем праздновать в отличный клуб! И я хочу, чтобы вы все отлично там оттянулись! Ведь мы команда! – он потянул руку Майкла вверх и все ему громко захлопали. Майкл потряс своим капюшоном толстовки, в который будто что-то закатилось, и накинув его на свою голову, он посмотрел на босса с некой неприязнью. - Послушай, Дик. Я же могу не посещать это мероприятие? Это не про меня… - Ничего и слушать не хочу! За кого же нам пить сегодня, если не за тебя? Нет-нет-нет, Майкл! Сегодня ты наша звезда! – горящими глазами убедил его босс. Поняв, что спорить бесполезно, Майкл пошел к своему столу, пытаясь не поворачиваться больше к довольной и красной ряхе босса, чтобы снова не стать обвиненным в громадном успехе. Причудливые смешки коллег его вовсе не забавляли. Присев в свое кожаное кресло, подкрученное с откидной спинкой назад, он взял уже было свои наушники, как заметил некую помеху, которая своими ногами перекрывала ему половину стола, чтобы дотянуться до мышки и начать свою приличную медитацию наедине с Оззи Озборном. Подняв взгляд своих темно-зеленых глаз, обрамленные черными густыми ресницами, вдоль этих ног, обтянутых красными легенцами, он увидел девичье лицо, которое дышало молодостью и бескомпромиссным свободным сексом. Девушка наклонилась чуть вперед, вытащив наушник у Майкла, и улыбнулась ему рядом белых зубов, охваченных пышными губами с легким блеском. - Слышала ты тут теперь звезда, Майкл! Я поздравляю тебя с этим! Не хочешь провести вечеринку у меня дома? Там собираются все. Весь отдел. А еще у меня дома есть бассейн! Ты не представляешь, какая эта суматоха будет. Мой отец привез отличного рома из Мексики! Ну так как? Ты с нами? – ее глаза светились энтузиазмом давно остывшей университетской подружки. - Привет, Эшли… - выдал Майкл, перекладывая свободный наушник себе на плечо, чтобы еще слышать зудеж от музыки. - Даже не начинай! Уже по лицу твоему вижу, что ты хочешь бросить меня с моей идеей, но там будет здорово, вот увидишь! Ты постоянно где-то в стороне. Не приходишь на дни рождения. Даже на свой собственный не пришел, хотя мы ради тебя все организовали прямо здесь, в офисе! Давай так, сегодня после клуба, мы все рванем ко мне! И не говори, что я тебя не предупреждала! Ты понял? Взмахнув двумя хвостами из пружинистых белых локонов, она поцеловала Майкла в щеку и прошмыгнула между плотно наставленными столами, присоединившись ко всем, кто бурно обсуждал приближение отпадного вечера. Майкл тяжело выдохнув, представляя ужасы экспрессивного образа жизни и вновь убрался в мир Оззи, поедавшего летучих мышей прямо на сцене, и пусть никто не знает, что это весьма мастерски оформленная бутафорная работа, но кровожадность и вампиризм, имеющие нечто общее с Ричардом Чейзом, всегда возбуждают в человеке особый порыв. Вот и сейчас он занимался разработкой нового тематического приложения, позволяющая людям скрываться за масками именитых серийных убийц, но в шутливой форме, чтобы не оскорбить родственников тех, которых почикал Тед Банди или же поджарил Джеффри Дамер. Вся суть в том, чтобы знакомые на таких предпочтениях люди, могли чувствовать себя свободными и даже казаться милыми, не намеренно, но все же затеивать общение. Дело шло к Хеллоуину, поэтому эта вещь должна быть успешно раскуплена уже к концу сентября. Это авторский проект и босс о нем еще не знает и спустя месяц споров, все же пустит это на поток и разрешить штамповать на нем свое имя, терзаясь о солидных выплатах. Майкла удерживало здесь только то, что ему нужен был опыт в распространении и управлении всей этой маркетинговой кухней. Переключаясь из профиля в профиль, собирая статистику из под кодов разработчика, он увидел скачок среди многих пользователей, большая часть из которых имела общие вкусы. Очень тихое желание привело его к нужному потоку и он увидел профиль того, кто сейчас набирал лайков больше, нежели вышедший из тюрьмы именитый репер 6ix9ine. Перед ним раскрылась фотография, словно в картинке, с очень приятным и светлым лицом юноши, который слегка улыбался и стоял в своей комнате на фоне плакатов с любимыми группами. Это были какие-то японцы и все то, что любит новое поколение пестрых звезд. - Безвкусица… - проговорил про себя Майкл, почти не отрывая взгляда. Опустился глазами на лайки, а их количество увеличивалось с каждой секундой. Он не хотел быть снобом сейчас, но его работа обязывала рассматривать все тенденции и новинки. - И что же здесь особенного? – прокручивая коды, вписанные в скрипт, выслеживал все те фильтры и загвоздки, которые делали это изображение столь приятным. - Ничего?! – взбунтовался внутренне Майкл. Фотография была чиста и не покрыта смесью ярких красок и фильтров, чтобы лицо сделать безупречным. Но в нем было то, что выделяло среди остальных. Его взгляд и легкая ухмылка, пущенная словно невзначай в камеру, вырывала из под пальцев фолловеров самые горячительные комментарии. Все они просили его внимания и старались поровнять его образ с самым важным для себя. Быть может перед ним новомодная знаменитость. Локация показывает обычный приправленный деньгами район на высоких холмах, а значит тенденции становятся выше и удивительней. Тут же Майкл попробовал создать некую заметку, тестовый образец, где каждый пользователь мог бы показывать свои качества другому пользователю лишь частично, будто дразня, чтобы не засорять поиск и вызывать интерес. - А что если… - руки Майкла быстро запрыгали по клавишам и идея его посвятившая, снова разгорячилась в нем упорной работой. Он создал идею, при которой маски героев трескались в зависимости от совпадений, которые они вызывали у собеседника. Вот к примеру Тед Банди и Джеффри Дамер могли бы общаться и дальше на разумных границах, но сойдясь на общем опроснике, заимев половину совпадений, вскрывается информация, которую они заранее заполнили от себя, в абсолютно случайной порядке, так, что даже он сам не знает, что именно собеседник узнает о нем первым. Это провокация нужных ощущений и остроты чувств, а так же интереса. Где каждый будет узнавать друг друга на равных условиях и возымев чистую правду. Конечно, не обошлось бы и не без бана, если участник, заимевший несколько анкет и указавший на них разную информацию, заведет диалоги ради смеха, такой будет заблокирован навсегда. Цель должна вознаграждать средства. Платный контент позволяет проходить тесты чаще обычного, формируя опросник на темах, которые затрагиваются самими участниками. - Майкл! Эй, Майкл! – чей-то голос наконец-то дорвался до его уха. Он обернулся, вытащив поспешно наушник и скорчив недовольное лицо, отозвался: - Чего? - Нам пора! Все уже уходят, Майкл. – нагнетавшая панику Эшли, уже поправляла сумочку на плече и подзывала его жестом к себе. Майклу пришлось все бросить и это раздражало его не меньше, чем запах ее сладковатых духов, которых она, казалось, вылила на себя целый флакон. - Иду. – рыкнул недовольный гений и закрыв ноутбук, а затем погасив свой дополнительный компьютер, направился на выход. - И убери уже это. – в каком-то девчачьем нетерпении, Эшли стянула с головы Майкла капюшон, освободив его длинные дреды. Потрепав свою голову, будто предвидя перемены, которых он не ожидал, он уже потянулся обратно, чтобы надеть капюшон, но Эшли выпучила на него свои бешенные глаза и с оскорбленным видом, фыркнула. Дабы не привлекать на себя дополнительного внимания, Майкл опустил руку и решил больше ничего не делать, по крайней мере до тех пор, пока он не уберется из клуба или же пока Эшли не уберется с третьего стакана виски. Эшли не была ему девушкой или же отличной подругой. Она была декорацией, которая делала жизнь живой вокруг него, но только когда громко кричала или несносно смеялась. С ней не было весело, с ней было никак, но почему-то она решила заглядываться на этого парня, который не питал к окружающему миру каких-либо требований, не устанавливая вокруг себя комфортную среду в виде придурашливых друзей или же нужного окружения. Он был самоучкой и сам по себе. Врожденный ген женской заботы делал из Эшли обязанной, перед самой же собой, выводить его в люди и массово о нем опекаться, подкладывая ему сендвичи на его полку в общем холодильнике, чего он, честно говоря, не понимал, потому что давно хотел спросить у нее, откуда она взяла, что он любит тунец, но нежелание лишний раз открывать рот и заводить контакт, просто привело его к знакомству с кошкой на стоянке, которая охотно поедала этот тунец за него. И вот, момент настал. Окрыленная атмосферой Эшли, вела своего друга под руку в огромный по своим размерам клуб. Ночной воздух шумного мегаполиса, наполненный неоном и острыми развлечениями, должны были сегодня опьянить того, кто не выходит из своей квартиры месяцами. Она так считала. Она так верила в это и стремилась к такому исходу, что несла на груди золотой кулон в виде двух скрепленных сердец и гордилась своей компанией, когда их пропускал консьерж. Нужно отдать должное их начальнику, он не скупился на пышный праздник. Всюду мягкие ковры и золотые светильники, только мебель выдает в этом не повседневность зажиточного араба, а настоящий хай-тек. Прозрачные формы стен и причудливых скульптур, довольно быстро подхватывают человека на нужную эйфорию. Майкл не старался казаться каким-то отшельником, но у него попросту не получалось найти в этом расслабление. Все эти красоты, как их называли остальные, скорее сбивали его с толку, ведь кому может понравиться фонтан в виде прозрачной и дырявой со всех сторон женщины, а эти дельфины, которые застряли, словно в воздухе, и скрещиваются между собой струями. Это все он называл безвкусным и нелепым расточительством, а главное, что кого-то за это хвалят и тот считает, что имеет талант, особое дарование. В прочем, всем не угодить. Вот уже и Эшли тащиться к нему на своих высоких каблуках и подносит мартини в треугольном бокале. - Вот, держи. – по-хозяйски сказала она, покручивая оливку, наколотую на шпажку. – Мне кажется, что все тут буквально тащатся от тебя. Дик, на самом деле позвал тебя сюда, чтобы ты завел знакомство с нужными партнерами. Это позволит нашей фирме выйти на новый рынок. Понимаешь? Не скажу, что мне это нравится, но это такая хорошая возможность, ведь…. Вся эта череда слов, абсолютно бестолковая для Майкла, быстро потухла, перечеркивая все удовлетворение, которое он пытался словить хоть на миг. Вот он видит как Дик пожимает руки каким-то крупным мужчинам в очках, широко улыбаясь, будто только-что выиграл очередной миллион. Те, зажатые в свои серебристые костюмы, жмут ему руку в ответ, звеня своими крупными золотыми часами, буквально на каждой руке и каждый старается вылизать задницу друг другу с особым нетерпением. А центр всего этого , он, Майкл, стоявший здесь, неловко держа в своих руках бокал с жижей, которую он никогда не пил и не собирался этого делать вновь. Внезапно в нем что-то вскипело, скорее всего, это было отвращение к такой неприкрытой лести, что всучив Эшли треугольный бокал, он подхватил с какого-то стола бутылку виски и направился на террасу с большим бассейном. Вокруг него так же торчали люди и не найдя уединения и здесь, он ушел в коморку и на пару со швабрами и передниками, оставленными от мексиканской прислуги, нахлестывал себе в рот приятного бухла, обжигающего его рот. Но это было неверное выбранное место. Дверь коморки открылась довольно скоро, и его подзывал другой коллега по цеху. Стив. - Майкл! Иди сюда. Пропустишь сюрприз, который для тебя приготовили! - Как вы… Как вы меня нашли? – раздаваясь непониманием, спросил он. - О, это не проблема. Ты личность видная. Смотри, чтобы за тобой следом сюда не стали ходить все остальные. Скажут еще, что здесь ты решился на некое достижение и коморку опечатают и сделают местом особого достояния. – шутливо произнес Стив. Он не был из плохих парней. Не завистлив и ничего подобного, просто внимание к себе он обожал больше, чем кто-либо, поэтому старался казаться Майклу особо близким другом. Как и сейчас, схватив Майкла за руку, он вытащил его на радость всем остальным и так же, словно босс, похлопывая по плечу, обратился к куче лиц, которые были его коллегами. - А вот и наш герой! Ну что, все готовы? – с широкой улыбкой засмеялся Стив. Мальчики и девочки, мужики и босс, все захлопали и стали что-то цеплять ему на лицо. Это была повязка, которую они прислонили к его глазам, которые он почти закрывал еще с самого начала, как только его вытащили. Яркие лазеры скользили по его лицу и описывали круги на его суховатых губах, которые складывались в оскал. Он хотел бы быть дружелюбным, если бы это дружелюбие в ответ не доходило до абсурда. Какая-то шумиха немного уняла пыл всех зачинщиков мероприятия. Менеджер вышел к их боссу и стал извиняться: - Извините, но повторите вашу комнату? - В смысле, повторите комнату?! – запыхтел Дик на самом пике своего вожделения к сюрпризу. – Сиреневые шторы! Там были сиреневые шторы! - Ох, да, простите. Просто мы слегка запутались. В нашем клубе празднует еще одна компания и они тоже заказывали особый сюрприз…- пытался оправдаться за задержку управляющий. - Настоящий праздник здесь только один и он перед вами! Ты вообще знаешь, сынок, кто это?! Этот тот, кто засунет тебе смартфон в рот, а вытащит из очка и ты даже не заметишь! Если ты сейчас же не проведешь его в нужную, блядь, комнату! Заметив кипишь, Эшли подбежала к Дику и с улыбкой, которая не разила ничем, кроме как улаживанием конфликта, зафлиртовала с управляющим. - Позвольте нам прекрасно провести вечер. Это же ведь в ваших силах? Тем более, что за все заплачено. Не так ли? – ее голос стал более серьезным на денежной ноте. Менеджер явно понял причину своего финансового простоя, в случае, если он облажается и замедлит еще хоть на минуту, поэтому кивнул головой и ответил: - Разумеется! Ваша комната с сюрпризом прямо и налево. Там уже все готово. Извините, нужно было всего лишь проверить…. – но заметив на себе пристальный взгляд недовольной девчонки, которая готова была ему этим взглядом выкрутить яйца, он заткнулся и просто жестом указал ей верное направление. Эшли широко улыбнулась и подбежав обратно к Майклу, схватила его под руку и пролепетала: - Мы приготовили тебе сюрприз, который выбирали специально для тебя. С учетом всего того, что тебе нравится. Скажу правду, я приложила к этому особое усердие и надеюсь, что тебе понравится. Очень и очень надеюсь. – и подведя его к открытой комнате, она провела рукой чуть ниже, вдоль его спины и усадила в кресло. – Надеюсь, тебе понравится! Эшли скрылась за дверью. Майкл услышал это и внезапно окружившая его тишина, уже показалась для него сюрпризом. - О, как здорово… - выдохнув, не снимая повязки с глаз, выговорил он. Но тут внезапно его наслаждение кончилось, на фоне заигравшей музыки. Она была ритмичной и неспешной. Майкл быстро в ней распознал нашумевший трек Бритни Спирс «Gimme More». - Бритни? – скорчив лицо, Майкл не спешил открывать глаза, так как начало ему уже не внушало доверие. – Интересно, где я так облажался, что Эшли подумала, что мне это понравится… Кто-то прервал его речь приложив палец к его губам. Какие-то легкие прикосновения окружили Майкла и заставляли его затаить дыхание. Он редко когда ощущал такую близость. Сейчас же они скорее его пугали, нежели внушали какой-либо интерес. Без шуточной иллюзии, Майкл скинул с лица повязку, но он никак не ожидал увидеть то, что сейчас пестрило перед ним своей красотой. По плавным изгибам юного тела, переливались яркие ремешки и розовый латекс. Паря в своих замедленных движениях, эта фигура ласкала свои плечи и руки, скованные латексными и высокими перчатками, а прикасаясь к груди, задевала тонкую упряжь с широким кольцом по середине. В его глазах были яркие сердечки. Токсичные линзы. Перед Майклом засветился парень, на вид чуть младше его, но в своей уверенности превосходившей его во многом. Он грациозно изгибался, повернувшись к Майклу спиной и развязывая тонкие шнурочки на пояснице, стал покручивать бедрами и стягивать с них короткую юбку. Она опустилась по высоким сапогам на достойной шпильке, с таким же латексным переливом. Он шел на них так уверенно, ступая и нагибаясь вперед, замирал и со стервозностью в глазах, откидывал свои белые волосы назад, приближаясь к Майклу, который буквально впечатался в кресло. Вытянув свои тонкие латексные ручки, юный стриптизер вцепился пальцами в спинку кресла и прогибаясь в спине, подался грудью к лицу дредастого парня, а затем выставив ногу в сторону, упираясь высокой шпилькой в подлокотник, откинулся назад, лаская свое тело плавными движениями ускользая вниз, перебегая пальцами на бедра и разведя их в сторону. Заложив палец в рот, блондин закусил его и стал освобождать от латекса. Стягивая перчатку с каждого пальца, он высвободил ладонь, а затем уже и всю руку, неспешно ее вытягивая из латексного плена. Его тело было умаслено, и с легким блеском, выдавало все прелести юношеской красоты и рельефности мышц. Быстро встав на две шпильки, он прогнулся вперед и согнув одну ногу в колене, энергично стал прикладываться к полу руками, медленно садясь на шпагат и ритмично приподнимая попку. Взмахнув волосами, убирая их с груди, он скинул перчатку на лицо Майкла, который не мог дышать от того, что внезапно ворвалось в его жизнь. Юноша же покрутил плечами и сведя ноги вместе, повернувшись спиной к Майклу, начал медленно вставать, давая насладиться упругостью своей задницы, и когда он поднялся, то семеня к своему персональному посетителю, провел ладонью по его шее и обойдя кресло, поставил ногу на подлокотник и приложил руку Майкла к своему горячему и гладкому бедру. Заметив, что его рука холодна, он принял это за личное оскорбление и стараясь удивить своего клиента еще больше, он взмахнул волосами и наклонился к нему, чтобы прикусить мочку его уха. Майкл рыкнул, отвернув голову. - Не любишь слащавых? – спросил его юноша, разоряясь дерзкой ухмылкой. В его глазах загорелся особый неутолимый огонь, который должен был выжечь всю скованность его нового клиента. Тогда он приложил руку к своему торсу и плавно приседая, расставляя ноги, и опуская ладонь ниже, стал ласкать себя, закусывая губу. Когда же Майкл отвернулся, сильнее скрепя руками на подлокотниках, блондин плавно подошел к нему и приложил одну его руку к внутренней части своего бедра и закрутил бердами уже прижимая руку Майкла. - Почувствуй это. Почувствуй это тело. Оно красивое, не правда ли? – приоткрывая свой сладкий рот, застонал блондин, виляя бедрами. Наклонившись к Майклу, он поигрался со своим колокольчиком на ошейнике, заводя его, и принуждая обратить на себя внимание. Майкл поддался на звук и лучше бы он этого не видел, ведь в этих ресницах и этих глазах он узнал того, кого видел еще днем в офисе. - Ты же тот парень! – внезапно вспыхнуло с губ Майкла. - Да, я тот самый… - тешась своей славой, еще не понимая сути удивления своего клиента, передразнивая, ответил ему блондин. Присев на колени к Майклу, раздвинув согнутые в коленях ноги, он начал прогибаться назад и двигая бедрами волной, прижимая задницей к его паху, натирая его и прикусывая свою нижнюю губу. Когда же он почувствовал ответную реакцию, резко сменил игривость на наглость, и схватив Майкла за горло, стал дерзко заглядывать ему в глаза. - А хочешь, я устрою тебе настоящие гонки? – и закусив губу, с томлением этих ярко-розовых линз-сердечек, впился в губы Майкла, заскальзывая языком в его горячий рот. Почувствовав сопротивление, блондин подхватил сильную руку Майкла и положил ее себе на задницу, придерживая там и двигаясь на нем сильнее. Вцепившись своими пальцами в плотные дреды, он целовал его, не давая продохнуть, а когда оторвался, ухмыльнулся и по блеску в глазах было видно, как он доволен собой, ведь Майкл сидел как вкопанный. Его сердце, забившиеся так сильно, не могло заставить его соскочить с места. Он был поражен всем, что с ним сейчас происходило и он не мог унять то количество информации, которое вливалось ему напрямую в мозг. Юноша же продолжал. Перевернувшись на месте, он сел на колени Майкла уже спиной к нему и раздвигая ноги, двигая эти латексными высокими сапогами, он извивался на нем и касался своей шеи, переглядываясь на Майкла через свое плечо. - Возьми мою упряжь. Я хочу быть твоим. – зазывал его мальчик. И сам не зная почему, но Майкл взялся за шлейку его упряжи, и как только мальчик почувствовал на себе плотную хватку, то быстро сошел с колен и на четвереньках стал передвигаться по полу, плавно и с прогибом, словно кот. Он касался розовым языком своих рук и скользил им по длинным пальцам, вылизываясь и мурча. Майкл встал с кресла, и с нахлынувшим желанием контроля, натягивал шлейку все сильнее, а затем притянув негодяя к себе, поставил его на колени перед собой и поддавшись игре, прорычал, гладя в его любезное и покорное лицо: - Котик вел себя очень плохо. Сигнал был принят и тот самый блондинистый котик, захотел искупить свою вину, залезая пальцами на бедра Майкла и соскальзывая на его торс, начал царапать его и приоткрывая рот, горячо выдыхать на его пах. Но тут Майкл совсем сорвался с катушек и притянул малого за шею, кинув его на кресло, оставаясь на месте, тяжело и часто дыша. Юноша воспринял это за игровой триплет, поэтому быстро расставил ноги в стороны и в прогибе, запрокинул голову, довольно простонав. - Люблю грубо… Майкл скорчил лицо в презрении и качнув головой, поспешил выйти из комнаты, уже считая все те проклятия, которые выпустит на всех, кто организовал это, но его с мысли сбил другой недовольный крик, который перебил всю его злобу. - Какого хуя ко мне прицепился разукрашенный придурок в стиле Фредди Меркьюри?! На другом конце зала из такой же комнаты выбежал мужчина со спущенными штанами, раздаваясь проклятиями, он ринулся к своим друзьям, которые старались его унять. - Билли! Билли! Билли, послушай! Это какая-то ошибка, у тебя должен быть другой сюрприз… Мы хотели, чтобы ты отдохнул.. - С этим певучим хреном?! Я думал это косплей какой, но это блядь концерт по заявкам! Даже передернуть не могу в собственный день рождения! - Билли! Бил! Послушай! Они побежали за своим рассерженным другом, пока Майкл ловил на себе непонимающие взгляды коллег. Эшли все поняла первая, когда в открытой двери, в которую она его просунула, показался почти что обнаженный юноша, а на лице Майкла читался ужас и ожесточенное непонимание всего, что происходит вокруг. Она быстро метнулась за своим коллегой, который поспешно убирался прочь из клуба. - Майкл! Майкл! – стала она кричать, синхронно с теми мужиками, которые пытались докричаться до Билла. Но все было безутешно. Майкл быстро запрыгнул в такси и приказал водиле гнать на полную и по прямой. Стараясь успокоится от того, что он только что пережил, вспоминая глаза босса и его будущих клиентов, он исходил потом. Еще долгие дни он не выходил ни с кем из них на связь, считая себя осмеянным и униженным. Привселюдно и бесповоротно. Он пытался громко слушать музыку, забыться и оставаться в живых на фоне того мира, который создал сам себе, но столько вопросов было в его голове, а главное, это отпечаток, который остался на нем от этого парня, который вился вокруг него так развязно. Не понимая, почему он не может забыть его уже несколько дней, он чурался мысли, что станет женоненавистником и терзался в мучениях от той неопределенности, которая захватила все его время. Майкл не мог работать, потому что каждый раз, прописывая особый скрипт, он хотел сделать игру или приложение удивительным, но смешиваясь впечатлением со всяким удивительным, у него вновь выскакивал перед глазами этот юноша в латексе. Дело доходило до абсурда. Не помогало виски или же ночные кооперативы в игре. Джойстики пылились не по делу. Ноутбук завис на голубой заставке пользователя. И вот одной ночью, мигающий курсор на поле для ввода пароля внезапно превратился в несколько темных кружочков. Щелчок клавиши и голубой экран исчез, и появилась заставка. Набравшись смелости, а до этого набравшись излишних стаканов вискаря, Майкл быстро нашел того, кто еще взрывал инстаграм своим приятным видом, и что удивительнее всего, в своем профиле он выступал как обычный юноша, без всяких привилегий к фетишам или гомосексуальному образу жизни. Вот он школьник или студент, в какой-то знатной академии. Вот он на фоне книг и рядом со своим котом. - Кот… - проговорил Майкл, вспоминая упряжку на этом юном теле. Зайдя в директ, он налил себе еще стаканчик и осушив его залпом, набрал сообщение. - Зачем ты это делаешь? Это то, что он хотел у него спросить. Только сейчас он понял, что на его личном профиле на заставке стоит какой-то пиксельный череп, а все, что там имеется из фотографий, это рабочее место с любимой кружкой в руках. Довольно скоро пришел ответ, на что Майкл не особо рассчитывал, стараясь держаться подальше от ноутбука и поближе к бутылке вискаря. - Что именно?)) – приправив смайлами, ответил ему юноша. Зеленый значок того, что он в сети, подогрел интерес Майкла в диалогу и он подхватил телефон, чтобы оставаться в кресле. Алкоголь его отлично расслабил. - Танцуешь то, что ты танцуешь. - Не всем же подаваться в балет)) Ты хорошо провел время?) - «Ты» это кто? Ты хоть знаешь, кому сейчас пишешь? - Знаю)) Эти руки я запомнил)) Единственный, кто убежал так рано, когда я еще не (за)кончил)) - Не понимаю… - лицо Майкла выдало настоящий бич антисоциального образа жизни. - Не важно)) Диалог застыл, не продвигаясь облаками вверх и никто уже не набирал сообщение. Тогда же, Майкл решил, что все же раскроет в себе почву для самокопания, и поможет ему никто иной, как этот молодой человек. Не теряясь в словах, он быстро напечатал следом: - Тебе нравится так зарабатывать деньги? - Деньги не проблема… Просто мне хорошо  - От чего? - А от чего же было хорошо тебе?)) Лицо Майкла вспыхнуло и он шумно вдохнул, еще более усердней набирая сообщение: - Ты не можешь этого знать! - Но я это чувствовал ;) Майкл печатает… - Мне хотелось у тебя спросить, почему ты делаешь то, что делаешь, ведь у тебя есть обычная жизнь, но все свелось ко мне. Я хочу знать всю суть. - Тебе не помешало бы набраться терпения)) Я могу приехать)) - Зачем ты мне здесь? У тебя разве нет дел и клиентов? – наглея в наборе текста, ухмыльнулся Майкл. - Я не завишу от денег, я уже сказал.) - Тогда от чего? От внимания мужчин? - Ого!)) Как ты быстро догадался?!) - Дай подумать…ахахахах) – почему-то Майклу самому стало смешно. - Хочешь знать, что пошло не так с тобой? - В смысле… - Ты же пишешь мне явно не для того, чтобы снять(( Я могу тебе сказать, что с тобой не так)) Но только, если приеду)) - Не напрашивайся ко мне. - XD Ты первый пишешь мне, а теперь «не напрашивайся»… - Ладно. - Не бойся)) Я не кусаюсь)) Ну…редко)) - Прекрати. Вот тебе адрес. Надеюсь, сутенера за двойной платой не приведешь. - ;) Диалог умолк и повис на этом загадочном смайлике. Майкл снова шумно выдохнул, точно не осознавая во что ввязывается, но почему-то в его груди запело приятное чувство и что-то внутренне послабило его. Надеясь, что это всего лишь алкоголь, а не куча растаявших противоречий, он налил себе еще один стаканчик и где-то в этом шумном потоке алкоголя в крови, в его домофон позвонили. Он открыл дверь парадной не снимая трубки, ибо уже был готов к деловому разговору, который выправит его искалеченную сущность, искоренит все ее недостатки, лишь бы все нестабильности мира сошлись в некую аксиому и все стало цикличностью, но тут дверь открылась и на пороге показался тот юноша, который пару недель назад был утянут латексом на руках и ногах, а сейчас на нем был легкий пиджак на растянутую футболку и светлые шорты, под тон светлых кедов. В его руках было две бутылки приятного на вид алкоголя. Заулыбавшись шире, он пожал плечами: - Я не знал какое бухло именно взять из домашних запасов отца, поэтому взял сразу две бутылки. О, я вижу ты уже подготовил почву, в виде наполовину испитой бутылки Джека! – он засмеялся звонким голосом и уселся на мягкое кресло, больше похожее на огромную подушку. Осматривая квартиру Майкла, крутя головой в разные стороны, он совсем не терялся, ведь вокруг было столько всего. Различные фигурки и плакаты, множественные пластинки и шкафы с различными книгами. Все это привлекало внимание. Посмотрев по итогу на Майкла, он протянул руку и с широкой улыбкой на лице, сказал: - Я Дэйв! Рад познакомиться! Майкл пожал ему руку в ответ, все еще не разбирая, кто перед ним. Юный стриптизер или же выпускник лучшего класса элитной школы. Он старался его обойти как-то более аккуратней, словно не задевая даже взглядом. В нем куда-то в миг пропала смелость и он прислонил свое тело к дивану, напротив широкой плазмы. Но его вновь отвлек в реальность голос юноши: - Может достанешь стаканы? Я с горла пить не умею. – его яркая улыбка до сих пор не сходила с лица. Майклу пришлось отбросить все свои сомнения и скованность, и он решил вести себя как обычный человек. Быстро оформив приятное застолье, он раскрыл первую бутылку отличного бухлишка, которого он не видел в обычном магазине. Не вдаваясь в подробности, он проронил: - Отличное виски. Сразу видно. - О, да! У моего отца отличный вкус! – резво произнес Дэйв, вытягивая руку с бокалом, желая, чтобы Майкл ему налил. Пиджак на его плечах слегка сползал и полностью раскрылся на груди, на которой красовалась яркая футболка с принтом любимой группы. - Что это у тебя? – заметив это, спросил Майкл. - О! Это моя любимая группа, жаль, что она распалась. DELUHI. Может ты слышал… Майкл хотел тут же поднять на шутку весь японский рок, но не видя перед собой бешенного фаната, он смог побороть в себе это желание. - Не слышал. Что в них особенного? - Да в принципе ничего, не считая того, что гитарист Леда там ебашит так же знатно, как Джими Хендрикс! – подняв бокал, Дэйв осушил его на половину. Заслышав знакомое имя, Майкл даже удивился, но охотно подхватил разговор: - Быть такого не может.. Хендрикс просто иллюзионист в своей игре. На ходу играл такие вещи, которые вряд ли кто-то повторит. - Я не спорю, но мне нравится то, с какой чувственностью Леда берется за все, что он делает. Сейчас он в соло, но в группе его музыка сочеталась как в симфонии. Все рифы так подходили под общий тембр, под наплыв и слова. Люблю гармонию. Во всем. – внезапно раздавшись такой трогательной философией, Дэйв стал совершенно другим человеком. Майкл чувствовал себя так, будто кто-то пудрит ему мозги и эта агрессия в нем выдавала себя. - А ты в гармонии с собой? Ты один для всех, но другой уже для меня. Кто ты и каков твой ритм? Дэйв обернулся на него и застыл взглядом на нем. - Ты думаешь так всем важно показать то, что они любят, если это за рамкой обыденной жизни? Ты смешной, Майкл. Я видел твое лицо тогда… – он легко улыбнулся. Майкл оскалился. - Какое лицо? – возмутился он. Дэйв встал и Майкл уже замер в своем сердцебиении, и не зря. Юноша приблизился к нему и сел резко на его колени как тогда, положив руки на спинку дивана и заглянув в глаза Майкла, он продолжил с ухмылкой на своем безупречном лице: - Ты бы хотел, чтобы я в повседневной жизни день и ночью танцевал для всех? Или же, только для тебя? - Но… ты ведь случайно танцевал для меня. – ускользая взглядом прочь, отвечал Майкл. Дэйв перехватил его лицо и не отступал: - Я в гармонии все больше от того, что мне сейчас не приходится одевать латекс и упряжь, чтобы тебе понравится. - С чего ты взял, что ты мне нравишься?! – вспылил Майкл. - Может у тебя нет опыта общения с людьми, а тем более с парнями, но я всегда вижу, когда я кому-то нравлюсь, но в отличии от тех, кому я танцевал, ты хочешь меня до сих пор, даже одетого.. - Прекрати! – Майкл попытался встать, но крепкие бедра Дэйва удержали его на месте. - Чем больше ты кипишуешь на счет этого, тем сильнее в тебе это горит. Быть может… - юноша провел пальцем по вороту футболки Майкла, оттягивая ее вниз. -…следует это проверить на живом примере и понять наверняка? Если тебе не будет приятно, ты раз и навсегда избавишься от этого гнусного чувства. Ты ведь ради этого меня позвал? Чтобы я унял твои сомнения…. Майкл сдавленно выдохнул, но почему-то уже не мог оттолкнуть мальчишку от себя, и ему пришлось сдастся. - Я не буду с тобой спорить, но, кажется, иного выхода нет… Юноша засмеялся. - Ты словно на пытке! Попробуй этим наслаждаться, просто для себя. - А это не будет каким-то читерством? Если я уже научу себя принимать это с удовольствием… - Ты слышишь себя? Такому нельзя научится. Удовольствие, его либо получают, либо нет. Это самая откровенная вещь, поэтому его так хотят. Хотят шлюх. Хотят разовых связей. Таких легких и свободных. Хотят развлечений. Самых безумных. Все те, которые скрываются за профилями в сетях, и о которых никто никогда не скажет. - Тогда… - заглянув Дэйву в глазах, проговорил Майкл. – Какое удовольствие твое? Наклонившись к Майклу ближе, Дэйв выдохнул на его губы: - Мне нравится, когда кто-то получает удовольствие от меня… - Ну ты и ублюдок… - прорычал Майкл, ловя своими губами поцелуй Дэйва, который ерзал на нем в коротких шортах. Принимая на себя весь наплыв горячего юношеского тела, Майкл опустил руки на его бедра, давая случится тому, что предопределилось одним случайным вечером. Дэйв начал плавно снимать свой пиджак и его движения уже насыщали воздух экзотикой, потому как очаровывали своим изыском и усладой в каждой секунде. Выпрямив спину, он чуть двинул бедрами вперед, вызвав в Майкле приток горячего воздуха к легким. Тот запрокинул голову, теряясь в потоке ощущений, но все еще стараясь сдержать в себе лишнее, ухмыльнулся в ответ. Юноша наслаждался всем этим, приводя в чувства все свое тело, к которому не прикасались так долго. Стянув с себя пиджак окончательно, он стал поднимать края своей футболки, но тут его остановили руки Майкла. Он сам взялся за ее низ и стал плавно задирать, оголяя этот прекрасный точеный пресс, созданный для созиданий и обожания. Прислонившись и опаляя своими губами эту бледную кожу, Майкл рывками стал стягивать с него одежду, откинув футболку куда-то в сторону. Заложив между своими суховатыми губами , твердый сосок Дэйва, со вставленным в него кольцом, Майкл начал его оттягивать зубами и сладко кусать, пока мальчишка цеплялся за его дреды и расходился в заливистых стонах от удовольствия, двигая бедрами ему на встречу. Руки Дэйва тянулись к его джинсам и старались их расстегнуть как можно скорее, но Майкл не спускал своего внимания к груди мальчишки, прикасаясь к ней губами все чаще и чаще. - Я хочу тебя… - с нетерпением и жаждой в голосе, простонал Дэйв. Услышав это, в глазах Майкла вспыхнул необузданный голод. Он принял на себя всю ту смелость, которая подвела его к нервному стягиванию с бедер Дэйва шорт. Майкл сам еще не знал, как это делается, как происходит это у мужчин с мужчинами, но он хотел этого сейчас больше, чем что-либо. Не теряя настойчивости в пальцах, он обхватил ладонями ягодицы Дэйва и жадно притянул его к себе. Тот возложил руки на его плечи и притянув за лицо, крепко поцеловал в губы, подаваясь жадно бедрами вперед. - Хочу… Хочу… - шептал он Майклу в приоткрытый рот, из которого вырывалось горячее дыхание. Поерзав на своем старшем друге, Дэйв принялся высвобождать то, что Майкл еще почему-то скрывал, но не теряясь в манерах и пошлости, он расстегнул тугую пуговицу джинс и быстро обхватил то, что ему так нужно было сейчас. С его прикосновением, Майкл еще больше озверел и притянул Дэйва плотнее, спуская шорты по его ногам, они так туго обтягивали резинкой упругие ягодицы, а затем и бедра. Дыша все чаще, он устремился поцелуем в ответ к Дэйву, и почувствовал как горяч он сам, крепко сжимая ягодицы мальчишки, раздвинул их и стал притесняться к нему все ближе. Дэйв воспринял это как за самую жестокую пытку, постанывая все громче и почти насаживаясь на член Майкла, тем самым уступая ему в самообладании. - Еще… - срываясь на подавленный стон, взмолил Дэйв, упираясь одной рукой в колено Майкла, а второй сжимая его крепкую шею. Горячась в ощущениях, пылая интересом, каково это, Майкл двинул бедрами чуть уверенней вперед и позволил разгоряченной и податливой заднице Дэйва насадиться. Она туго обхватила член Майкла и Дэйв почувствовал сильнейшую напористую пульсацию в себе, стараясь двигаться, не останавливаясь, что давалось ему тяжело, так как полностью приняв в себя Майкла, ему было так хорошо, что сжимаясь, он чуть не потерял сознание, а его сердце заколотилось как бешенное. Майкл же принимал на себя Дэйва с упорным желанием, и настойчиво помогал ему руками, сжимая его ягодицы и приподнимая их и опуская с нажимом, натягивали Дэйва всё плотнее. Крупная дрожь пробегала по телам обоих. Все еще не совладея с собой, Дэйв стонал, переходя на крик. - Еще!... Еще! Умоляю… Еще! Его шея потела, а грудь заливалась блеском. Кольца в сосках подпрыгивали с каждым толчком. Дреды Майкла перекатывались по спины на грудь и все упорней раскачивались, сливаясь в такте с бедрами Дэйва, а он работал ими безупречно. Сидя сверху, он седлал волну и лишь сильнее и откровенней подавался всем чувствам, нахлынувшим на него. Он вскрикивал , желая ощущать руки Майкла на своем раскованном теле. - Не останавливайся… - умолял он, поймав ритм. Майкл, смешанный экстазом и уверенностью, видя, как его удовольствие отзывается в партнере, с еще большим энтузиазмом принялся удивлять того. Перехватив его, он повалил Дэйва на спину и подхватив его ноги, закинул их себе на плечи, и все это время не выходя из него, а только сильнее ускоряя ритм и сбивая дыхание. Дэйв прогибался, поджимая ноги и выгибаясь в спине, но крепкие руки Майкла держали его бедра на нужной высоте и не давали ему соскочить. Разгорячившись до невозможного, Майкл на секунду остановился и стянул с себя футболку. Все это время Дэйв сильно сжимал член Майкла в себе, чувствуя как он пульсирует, и кусая свои губы почти в кровь, отдавался этому ощущению до безумия. Когда футболка Майкла упала туда, где уже валялась футболка и пиджак Дэйва, по его груди скатилось несколько цепочек. Они свисали вместе с дредами и так же ритмично раскачивались, когда Майкл брал Дэйва, что есть силы, питая нешуточный голод. Этот легкий звон цепочек разыграл Дэйва и он дополнил его своими криками, хватаясь и царапая плечи Майкла, но в какой-то момент это стало бесполезным, потому что влажные шлепки о его задницу затмили все звуки в комнате, и участившийся ритм под скрип дивана, перебивал все человеческие крики. Изнемогая от собственного кайфа, желая вылезти из собственной кожи, Дэйв стал прогибаться в спине, сам того не понимая, но сжимал Майкла так сильно, что тот начал злиться не на шутку. Подхватив влажные бедра своего партнера, Майкл стал врываться в него сильнее, и с каждым разом чувствуя это наслаждение, был все ближе к тому, чтобы самому сойти с ума в звериной эйфории. Из горла Дэйва раздавались громкие крики, он уже не мог произносить что-либо разборчиво. Он сильно кричал с каждым толчком, принимая в грудь новый раскаленный воздух и тут же выдавливая его с новым потоком оргазма. Снова и снова. Он кончал так много, сколько не приходилось за всю жизнь и его тело не принимало такую нагрузку за норму, стараясь выдавить из себя эту грешную душу в разъярённом адреналине. Дэйв хватался с хрустом пальцев за обивку кожаного дивана, сдирая ее и выгибаясь сильнее, исходя потом в висках, приоткрывая свои алые покусанные губы. Его милый носик, чуть курносый, покрывался красными пятнами, будто он краснел от чего-то милого и невинного, но на самом деле в этот момент его тело насиловали дичайшими порывами. На светлых ресницах застывали слезы экстаза, достойные поднебесной и невероятной истомы, ведь никто прежде так мастерски с ним не обходился. И Дэйву это нравилось. Майкл превозносил его на более высокие тональности собственного крика и на более невообразимые уровни удовольствия, непрерывно насыщая собой. Нависнув вплотную над Дэйвом, он заложил ему палец между этих пухлых губ и сладко надавил на них. Кончиком языка Дэйв скользнул по этому горячему пальцу, желая обсосать его полностью, но Майкл только сейчас начал свою игру, перевернув Дэйва и повалив его на пол, поставив на колени и вновь грубо войдя одним толчком. Дэйв быстро прогнулся и выпятил перед собой беспомощные руки, стараясь дать опору настойчивости Майкла, постанывая все громче, принимая в себя более размашистые толчки. Майкл выходил почти полностью, оставаясь в Дэйве одной головкой, а затем замирал слегка и вновь врывался в его тугую плоть. Это сводило Дэйва с ума. Он цеплялся за ковер, и вновь пытка продолжалась. Раз за разом, Майкл заигрывал с ним, стараясь избавить от всяких физических сил. Но юноша не сдавался и начал сам насаживаться, буквально выработав в себе инстинкт ненасытности. Майкл грубо шлепнул по его влажной заднице. - Это не по моим правилам! И схватив джойстик со стойки неподалеку, вставил его в рот Дэйву, перетянув проводом вокруг шеи, как поводком, и натянув на свою руку, такой благородный кляп и удила, рывком потянул на себя. Поддавшись назад, прогибаясь в спине, Дэйв почувствовал как буквально отрывается коленями пот пола и насаживаясь полностью, находится под единым контролем тех обстоятельств, которые он не может обуздать, но которые полностью подчинили его. Выкрикивая в сладковатый и плотный пластмасс, приглушавший эти самые крики, он содрогался с каждым разом, когда Майкл хлестал его проводом по заднице и снимал первые синяки и ссадины с его юной плоти. Нажимая губами на разные кнопки, он сжимал губы сильнее, так как в горле першило, а кричать стало уже невозможно. Силы покидали его, в отличии от жара тела, который затмевал рассудок окончательно. Майкл резко наклонил его голову вперед и тот смог выплюнуть джойстик, полноценно отдышавшись, но опираясь на локти, он принял в себя еще несколько толчков, погружаясь в некий безмолвный транс, в который только кайф и пламя. Он закричал из последних сил, под натиском участившихся толчков и громких шлепков. - Кончи в меня! Умоляю! Майкл ухмыльнулся, а в его темно-зеленых глазах вспыхнул беспощадный блеск. Он быстро вышел из мальчишки и кинул его на диван, перевязывая ему руки и ноги проводами. Тот совсем не понимал, что происходит и хотел было сопротивляться, но не мог. Он лишь выхватывал воздух и пытался крутиться на месте и вертеть головой, но следующее, что он почувствовал, это было горячее прикосновение в самом уязвленном месте, а затем как что-то проникло в него, такое же теплое и плотное, но это был не член. Запрокинув голову, Дэйв застонал, но интерес подогнал его поскорее приоткрыть один глаз и он увидел, как розовая латексная перчатка, обхватывающая руку Майкла, проскальзывает между его ног, а несколько латексных пальцев, проскальзывают в него. Это тепло его рук, рук своего хозяина, утянутые в латекс. Точные прикосновение выводили крики Дэйва на новый уровень и он уже содрогался значительно сильнее. Майкл заскальзывал в него латексной перчаткой, той самой, которую Дэйв кинул ему во время танца, и учащал свои движения. Латекс благородно принял на себя сочную жидкость мальчика, который так обильно кончал, уже не собираясь остаться в сознании, но еще содрогаясь, сжимая пальцы Майкла, он сам насаживался на них и кончал следом еще раз. Уже источаясь на последних силах, он расслабил ноги и как только он это сделал, Майкл развязал их, и раскинув в сторону, тут же следом вошел в него. Дэйв снова сжался, уже теряясь в пространстве и почувствовал, как Майкл кончает в него следом, врываясь горячим потоком и не вынимая свой член, вогнав его до упора, кончил еще пару раз. На остатках своего сознания он еще успел запомнить, как сквозь дурман оргазма, Майкл ему сказал: - Вот теперь все по моим правилам… Солнечный свет по своей привычке заливал широкие улочки, переплетенные в авеню и вычищенные к утру тротуары. По ним зашагали колонии ног в цветных колготах и вычурной обуви. Кто-то нес список документов в своем портфеле, а кто-то список дел в своей голове. За ночь все стирается и день диктует свою череду событий, которые никто не может знать наверняка. Но где-то еще живет тот, кто полностью ими пренебрегает и в очередной раз тянется к телефону, получая гневное сообщение от своего босса в WhatsApp. День, это не про Майкла, ибо в своем сознании он полностью его отвергает, как событие, или же как явление. Потому что это шумный поток ненужной информации, нелепых разговоров. За день творится столько всего, чем человек должен быть доволен последующие несколько часов, в чем он должен находить свой смысл. Делая селфи в парке, звоня кому-то с очередными глупыми новостями и слушая новый выпущенный хит в транспорте, каждый наслаждается тем потоком, который создают для них люди ночи, которые не спят, не потому что корпят над особым и трудоемким процессом, а потому что они открыты сознанием в тишину и покой. Такие люди знают, чего они хотят, потому что ночь снимает с них маски, но они же помогают всем остальным создавать маски подобные для света дня. Люди, которые так боятся себя, навсегда будут тварями дня, где в прямых солнечных лучах можно сфотографировать свое улыбчивое лицо и донести для всех сквозь масс-медиа, как же ты чертовски псевдо счастлив. Майкл оскалился первым лучам солнца, которые умудрялись протиснуться сквозь жалюзи. Он добрался рукой до проигрывателя и клацнув по нужной кнопке, впустил в квартиру подрывной голос солиста Black Sabbath, Оззи Озборна. Рядом с его рукой зашевелилась какая-то масса. Вынырнув головой из-под одеяла, Дэйв пытался приоткрыть свои глаза, облизывая потрескавшиеся по углам губы. - Что это? – вслушиваясь, спросил он. - Это мое доброе утро. – ухмыльнувшись, ответил Майкл, привставая с постели. – Тебе никуда не надо? Уже неделю торчишь у меня. Перекинувшись на бок, поглядывая, как Майкл обнаженный пытается найти свои боксы, Дэйв улыбнулся лукаво и томно протянул: - Я не заметил, что ты против… Поняв намек в свой адрес, Майкл быстро отреагировал: - Нет границ. Нет шаблонов. - Тогда живи вне шаблонов и фильтров. Эта фраза слегка зацепила какую-то мысль в голове Майкла, и постояв на месте, он обернулся, сжимая свои найденные боксы в руке. - Как ты думаешь, если бы я отказался принимать себя таким каков я есть, ты бы стал со мной так просто разговаривать? Дэйв приподнялся на локти, посмотрев на него. - Честно, ты первый человек, кто набрался смелости написать мне, вот так, просто. Дело не в том, что ты хотел что-то от меня, ты хотел узнать что-то про самого же себя. Немного помолчав, Майкл ответил: - Получается, что для того, чтобы себя понять и принять, людям просто нужно научится задавать другим простые вопросы? – по его лицу пробежала загадочная улыбка. Дэйв кивнул: - Получается так, Майкл. Но почему ты так странно улыбаешься? - Потому что ты сейчас сделал меня еще на пару миллионов богаче. Майкл открыл свой ноутбук, оставаясь в чем мать родила, и добив последний скрипт своего приложения, выложил его на продажу во все возможные платформы, подписав в один момент финишный проект. «Маски». Есть реклама. Есть платный контент.