Лишь на две недели

(два месяца назад)

— Прикинь, а он в ответ взял и просто ушел от нее, — рассказывал о сериале Тэхен, едва прожевав свой бургер. — Погоди, просто так ушел? — возмутился Пак. — А где эти фильмовские драмы? Ну, так не честно… — Я о том же, — согласился Ким, но от обсуждения сюжета, друзей отвлек громкий голос рядом со столиком. — О, Пак Чимин и жирдяй рядом с ним; какая ирония, — противный смех все острее начал бить по ушам Тэ. — Что, вкусный бургер? Не многовато ли тебе на одного столько калорий, Тэхен? — и вновь эта тупая ухмылка. — Проваливай, Чонгук, — зло ответил Чимин.- не обращай на этого придурка внимания, его просто при рождении мозгами обделили, — обратился он уже к другу. — Да, конечно… — смеясь ответил Тэхен, но все же отложил еду в сторону, пытаясь не показывать другу, что слова чона его обидели. Тэ попытался перевести тему, что, к его радости, получилось потрясающе. Ким не сказал бы, что его когда-нибудь беспокоило его тело. Нет, наоборот, он всегда считал себя обычным подростком. Ну, да, есть лишние килограммы, но он никогда не задумывался об этом, пока к ним в класс не пришел Чон Чонгук. Ежедневные насмешки, подколы на счет веса и еще много всего, на что Тэхен старался не обращать своего внимания. Честно говоря, на этой неделе это стало делать куда сложнее. Будто вся его решительность начала давать сбой, из-за которого Тэ каждый день задумывался о том, чтобы сесть на диету, но все также продолжал ходить по кафе с Чимином. Сегодня же все изменилось. Для себя Ким решил, что нужно браться за дело серьезно и пообещал, что с завтрашнего дня уберет всё мучное и сладкое из своего рациона.

*

Первую неделю все, и вправду, шло стабильно. Ну, как стабильно; нарезка из фруктов на завтрак; салат из овощей на перекус; гречневая лапша и салат цезарь; на ужин он ел две пачки йогурта и целую упаковку печенья. Безусловно, этот рацион был далек от того, что прописывали в диете, но потребление калорий было сбавлено с 4000 до 3500, что казалось Киму отличным результатом. Но ожидания не были оправданы: спустя неделю такого питания он не сбросил ни килограмма. Ненависть Тэхена начала расти в невероятных размерах: все обтягивающие вещи, по типу водолазок и скини джинс, были безжалостно выброшены на мусорку, потому что ему казалось, что складки на теле неимоверно большие и отчетливо видны даже через плотную ткань; зеркало стало его самым злым врагом (после холодильника, конечно) — стоило ему лишь пройти рядом с этой вещью, как слезы сами наворачивались на глаза и не хотели уходить до самого утра; Ким перестал ходить на физкультуру, отсиживаясь, чаще всего, в какой-нибудь пустой рекреации, потому что не хотел опять слушать тупые шутки от Чонгука на счет его «трясущихся жирных ляшек» и о том, сколько же он ест, что с каждым днем становится все больше и больше. Всё это надоело Тэхену после очередного похода вместе с Чимином в торговый центр, когда они решили разделиться и купить все к ночевке, а какая-то группа первоклашек начали громко обсуждать то, какой же перед ними стоит толстый парень. Тэ был этим парнем. Всё приподнятое настроение, как рукой сняло, потому что в следующую минуту Ким выходил из здания в сторону дома, извиняясь перед Чимином, ведь «мама срочно позвала его домой». Вернувшись домой Тэхён поморщился, потому что по всей квартире витал запах только что приготовленной курицы с картошкой, ведь это означало, что «сегодня худеть точно не получится». Парень тут же направился на кухню, чтобы положить себе целую тарелку жирной еды. Проснувшись рано утром, Ким решил начать правильно питаться и заняться спортом. Первые три недели все шло, как нельзя лучше. Начальные три лишних килограмма ушли, буквально за две недели. Потом же результат был не таким умопомрачительным, но, в среднем, за месяц Тэхен скинул пять с половиной килограмм, что было для него большой гордостью. Вернувшись в школу после небольших каникул, он услышал в свой адрес немало лестных слов о том, что, скинув несколько килограмм лишнего жира, стал выглядеть прекрасно. Конечно же, он не хотел останавливаться на этом, потому что, даже, если он и стал стройнее, чем был до этого, Чонгук все также продолжал смеяться над ним и старался как можно чаще портить настроение Киму. Диета Тэхена также не осталась в секрете от лучшего друга — Чимина. Только вот, если все остальные отнеслись к этому лишь с положительной стороны, Пак начал серьезно волноваться за друга. Он старался чаще звать Тэхена в кафе, оставался на ночевки, но все это заканчивалось тем, что Ким ел лишь свои дурацкие брокколи и цветную капусту, оставляя Пака наедине с огромной коробкой пиццы. Чимин никогда даже не задумывался, что Тэ будет худеть, да и он считал, что тому это не нужно. Но, видимо, Ким думал иначе. Потому что спустя еще один месяц такой же диеты, Тэ видит отвес в 2 килограмма и 300 грамм, из-за чего все мечты об идеальном теле в момент разрушились в его голове, потому что он ожидал всякого, но не того, что сбросит лишь глупые два килограмма жира. Тогда все и пошло не так.

*

Третье июня — десятый день голода. Тэхен даже не дает выпить себе лишнего стакана воды, потому что боится, что весы вновь покажут привес; боится вновь разочароваться в своих возможностях. Чимин уже с опаской смотрит на то, как Ким пытается заставить себя улыбнуться и сказать очередное «я не голоден, всё в порядке». И, конечно, Пак понимает, в чем дело, но спорить и ссориться с Тэхеном, ему не слишком хочется. «Всё же пока что хорошо… Он понимает, что делает»— думает Чимин, вновь наблюдая за тем, как, скинувший уже около восьми килограммов, Тэхен пытается пройти мимо очередного фаст фуда. Внутри Кима уже давно всё сгнило. В голове нет никакой информации, кроме той, как же ему сегодня вновь продержаться без кусочка съестного и о том, что он должен пробежать не меньше круга на стадионе, а еще лучше — три, иначе он вновь придёт домой и возьмёт в руки лезвие. Челюсть Чимина начинает потихоньку здороваться с полом, когда, спустя месяц с последней встречи, видит перед собой безумно бледного Кима, который выглядит ходячим мертвецом: потому что скулы видно настолько, что, кажется, можно резать о них бумагу; пальцы обтянуты кожей так, словно, как только Тэхен согнет их, выступит кровь; ноги, похожие на тростинки, еле держат друга в вертикальном положении. — Тэхен… — еле слышно шепчет Чимин: сейчас он безумно боится за своего друга и поэтому не хочет его как-либо отпугнуть от себя. — Ты же говорил, что это лишь на две недели… — Ну, я решил, что было бы неплохо скинуть еще немного… — растерянно отвечает ким. — Ты вообще ничего не понимаешь? — не выдерживает Чимин и кричит на друга. — Тэхен, ты просто загоняешь в гроб и свое здоровье, и себя! — Чимин, успокойся. Я же сказал, что все хорошо, значит все и вправду хорошо. Ясно? — Но ты же совсем ничего не ешь! — не унимался пак. — Это не нормально, тэ… — Слушай, я повторять по сто раз тебе не хочу. Я просто хочу скинуть пару лишних килограмм. Чтобы не слышать очередные упрёки в свою сторону от друга, Тэхен развернулся и пошел в класс. Только вот, пройти ему удалось не больше метра, потому что ноги вдруг начали подкашиваться, а веки медленно закрываться, и уже через минуту он упал на школьный пол. — Ким Тэхен! Тэхен! — кричит на весь коридор Пак, как только подбегает к упавшему другу. — Помоги мне, — увидев рядом с собой Чонгука, просит он. Чон без всяких пререканий подходит к одноклассникам и берет на руки Кима. Всё время по пути к медпункту Пак ворчит на своего друга, который совсем не заботится о себе и о том, что, когда тот очнется — точно получит хороших люлей за то, что заставляет его так волноваться. А Тэхену в это время снится сон, где он, наконец-то, худой. Все его любят и хотят быть, как он. И никакие Чонгуки ему не помеха. Вот только от всего этого, его отвлекает резкая головная боль и громкий писк по всему помещению. — Тэхен, — быстро подошел к другу Чимин.- Ты очнулся… Я позову врача, — устало шепчет Пак и выходит из палаты. Всё остальное Ким слышит через раз, но искренне радуется лишь на трех моментах: 1) Растерянный голос врача и слова о том, организм настолько истощен, что уже не в состоянии принимать твердую пищу и, поэтому, ему придется есть из трубок; 2) Ворчание медсестры на счет того, что его кисть слишком худая и, даже на самом маленьком браслете, приходится делать на ремешке несколько дырок ручкой; 3) Когда в палату входит Чон Чонгук и, чуть ли не на коленях, просит Тэхена его простить; Мозг Кима уже совсем перестал понимать, что там втирает ему психиатр, потому что плевать он хотел на «ты же губишь свое здоровье» и «важно питаться, чтобы продолжать жить». А кто ему вообще сказал, что Тэхен нуждается в этой чёртовой жизни, когда, спустя месяц лечения, он набирает ненавистные четыре килограмма? Кто вообще сказал, что Ким хотел лечиться? Ему и до этого жилось хорошо. Без еды. Кому нужна эта еда, когда ребра обтянуты кожей; слово ляшки тебя уже давно перестало волновать; и даже вещи размера xs висят на тебе обычным куском ткани? Кому нужно это лечение, когда Тэхен только сейчас начал меньше ненавидеть себя, а его просто лишают этой возможности? И кому нужен чертов Чон Чонгук, который, сразу, после выписки Тэхена из больницы, признается ему, что на самом деле был влюблен в него. — Иди к чёрту, Чон, — отвечает Ким и, косо улыбаясь, уходит из компании одноклассника, который удивлённо смотрит вслед худому парню, показавшему кисть с поднятым вверх средним пальцем.