Ох,чёрт,ну как я мог влюбится в эту шлюху?

      Вдалеке Джонсон увидел Фишера и тут же отложил книгу. Салли шёл прямо к нему.       — Тебе чего? — настороженно спросил шатен.       — Тебя, — улыбнулся Фишер.       После долгого молчания Ларри вновь взял книгу в руки. С одной стороны, Салли всё больше и больше надоедал своим присутствием, но с другой — было интересно познакомиться с ним.       — Долго ещё ты будешь пялится в мою книгу? –спокойно поинтересовался Лар, аккуратно перелистывая страницу какого-то ужастика. — Своих дел что ли нет, Фишер?       Салли нахмурился. Ему очень хотелось получить всё и сразу.       — Я смотрю, ты очень наглый, каштанчик, — хмыкнул парень. – Ну, ничего, мы исправим твой настрой.       Недолго думая, Салли притянул к себе за бёдра Джонсона, раздвигая его ноги.       Смущению Ларри не было предела. Он долго не понимал, что вообще хочет от него Фишер, который пристаёт с таким напором. Сал сделал толчок, так же нахально улыбаясь. Шатен не мог пошевелиться, как будто его связали. Всё было сковано и не было сил выбраться из этих запутанных верёвок.       — Чего молчишь, Джонсон? Или тебе по нраву заниматься таким развратом в общественных местах? Вот ты извращенец… – последнее слово Фишер протянул очень пошло, сладко и надменно, что заставило Ларри уйти в себя ещё больше.       Кончики ушей горели, как вчерашний закат, который запечетлил шатен на свой телефон. Губы дрожали, как и всё тело в целом. Мурашки пробегали с ужасно неприятным холодком. Найдя в себе силы, Лар оттолкнул от себя Фишера.       — Какого чёрта ты творишь, мудак?! — шатен вскочил, хватая свой рюкзак. Взгляд ребят встретился. Фишер смотрел на Ларри, будто на свою жертву, которую вот-вот поймает, но только неизвестно, останется ли эта жертва в живых?       — По глазам вижу, Джонсон, как ты хочешь мой член, — Салли не отрывал взгляд от шатена, смотря, как он изменился в лице после этих слов.       Ларри решил уйти. Просто как можно быстрее уйти от этого человека и было бы хорошо, если с ним больше никогда не пересекались.

***

      — Я просто не понимаю, Трэв, — шатен пил из горла мартини, морщась с непривычки. — Что нужно этому кретину от меня?       Блондин покуривал сигарету, выслушивая друга. Он видел недоумение, злость и даже страх в лице шатена.       — Знаешь, Джонсон, — хмыкнул Фэлпс. — Я бы тоже вот так лез к тебе, еле держусь, чтобы не сорваться на такую красоту.       Лицо шатена опять резко изменилось. Последовал громкий звук разбитого стекла. Блондин поднял бровь, но он понимал, что сморозил. Трэвис знал, что Ларри не любит такие высказывания от него в свой адрес.       — Ну и что это за истерики? — поинтересовался Трэвис, смотря, как Ларри уже уходил в сторону апартаментов.       Ожидаемо было услышать в ответ: «Да пошёл ты к чёрту, мудазвон!», поэтому блондин решил не трогать Джонсона, решив докурить остаток сигарет из пачки. Отец Фэлпса — ужасно религиозный человек, который не терпит такой образ жизни. Один раз он присёк сына за курение. Ту ночь блондин хорошенько запомнил… Наверное, никогда не забудет…       Зима. Январская вьюга гудела всю ночь. Полуголый подросток стоял на коленях в своём дворе и молился. Один глаз совсем не видел, ибо был залит кровью. По телу проходили ужасные, кровавые следы от хворостинки отца.       Плакать было бесполезно, ведь это только злило религиозного безумца. Трэвис слышал только удары своего сердца, а в мыслях было одно — пережить эту ночь.       — Громче! Громче, ублюдок! — последовал хлесткий удар по спине.       Шёпот блондина стал намного громче… Продолжение следует…