Тень демона

Не то чтобы она не любила дождь. Это было бы чистой воды ложью, если бы она заявила, что терпеть его не может. Вот только именно в этот момент меньше всего она хотела стоять под холодными потоками воды, извергаемыми тяжелыми грозовыми тучами. Промокшая до нитки, не выспавшаяся и ужасно усталая, она недовольно зыркала на хмурых прохожих, яркие вывески магазинов и быстро проезжающие машины. Последние, к слову, часто дополнительно окатывали ее грязной водой из близлежащих луж и быстро скрывались в толпе таких же машин. Любимые потрепанные кеды, когда-то давно подаренные заботливой мамой, неприятно хлюпали при каждом ее шаге. Она даже больше не старалась обходить огромные лужи на своем пути. Так и брела сквозь них, зачерпывая еще больше воды в несчастную обувь. По темной поверхности луж то и дело расходились ровные круги от дождевых капель и, если бы она вдруг решила присмотреться повнимательнее, то наткнулась бы на свое отражение. Но было как-то не до этого. Сейчас ее волновала только промокшая сумка с учебниками. Кто-то из однокурсников одолжил пакет, в который она, выходя из института, и завернула свои книги. Кто знает, сколько они будут оставаться сухими, поэтому девушка старалась долго не задерживаться под дождем. И вообще, если говорить начистоту, то день ее не задался еще утром, когда будильник почему-то не прозвенел, ключи выскользнули из рук и упали за подставку с обувью, а автобус уехал раньше, чем она успела до него добежать. Зонтик так и остался одиноко висеть на вешалке в прихожей, под пристальным надзором домашней черной кошки. Именно поэтому она сейчас, промокшая настолько, что хоть выжимай, устало брела к своему дому. А в душе уже мечтала, как зайдет в свою квартирку, скинет всю одежду и пролежит в горячей ванне не менее часа. От подобных мыслей сразу становится теплее, и девушка ускоряет шаг. До дома остается совсем немного. В подъезде она немного согревается, пока лифт медленно поднимается на девятый этаж. Привычно звенят брелки на связке ключей, когда девушка быстро отворяет дверь, которая, вот странно, закрыта всего на один оборот ключа. Она всегда запирает на два. Девушка обессилено садится в коридоре на диванчик, и сбрасывает свои кеды на подставку. Вздыхает, а потом неожиданно даже для самой себя застывает. Потому что в квартире изменилось не только это. Потому что любимая кошка сидит на пороге ее спальни с самым грозным видом, потому что тишина в этот раз не одиноко-пустая, а давящая и плотная, словно кисель, и, конечно, аккуратно расставленная на полке обувь. (Ей всегда не до порядка на обувной полке) В груди сердце, кажется, пропускает удар. А может и не один. Мысли сразу разбегаются кто куда, не давая принять быстрое верное решение. Руки, предательски дрожа, нащупывают висящий на вешалке зонт. Не самое лучшее оружие против грабителей, но, увы, другого поблизости нет, а защищаться чем-то нужно. Собрав остатки сил и воли в кулак, она осторожно поднимается с диванчика. Стараясь двигаться как можно тише, медленно продвигается к своей комнате. На полу, позади, вереницей тянутся следы от ее мокрых носков, но она даже не обращает на это внимания, только сильнее сжимая пальцами рукоятку зонта. Так, что костяшки неестественно белеют. Полночь все так же не отрывает золотистых глаз от спальни хозяйки, и распушенный от гнева и страха хвост яростно мечется из стороны в сторону. Девушка тихо набирает в грудь побольше воздуха и, выставив вперед свое импровизированное оружие, выскакивает в дверной проем своей комнаты. Проходит несколько невыносимо долгих секунд, прежде чем зонт успевает удариться о пол и укатиться куда-то в сторону. Куда, девушка не видит, потому что смотрит лишь на троицу, безмятежно расположившуюся в ее комнате. На улице сверкает молния, а вслед за ней раздается громкий раскат грома. Дождь усиливается.