На краю Дневного Света

15 апреля, 1912 год, 00:35       Лайтоллер был шокирован, пока спешно одевался. Он тяжело дышал, его руки тряслись, когда он натягивал черный свитер и брюки поверх пижамы. Он не мог поверить в то, что происходило. В то, что непотопляемый корабль у него под ногами тонет, медленно хороня себя в глубины океана.       Когда Боксхолл постучал в его дверь и сообщил о том, что произошло, Лайтоллер чуть не усмехнулся ему в ответ. Но он увидел страх и неотложность в глазах коллеги, поэтому второй офицер сразу же вернулся в свою каюту, сглотнув весь ужас, он пытался прийти в себя. Он знал, что будет тяжело. Знал, что шлюпок не хватит для всех людей на борту. Он знал, что многие погибнут в ледяной воде, и что он, скорее всего, тоже умрет.       Но Лайтоллер не мог позволить этим мыслям беспокоить его даже сейчас, когда он смотрел в лицо смерти. Наоборот, эти мысли подгоняли его, он быстро накинул пальто и надел на шею свисток, затем поспешил к двери.       Он не был уверен в том, что ждет его на мостике, но он не удивился, когда увидел волнение и суматоху. Моряки расхаживали из стороны в сторону, их темно-синие костюмы сливались друг с другом. Кто-то из них держал стопки одеял, кто-то фонари и спасательные жилеты.       Лайтоллер увидел своих коллег, которые стояли на мостике с левого борта, с ними также был капитан, и второй офицер поспешил в их сторону. Почти все были на месте, кроме Лоу. Уайлд выделялся среди всех из-за своего роста, его серые глаза на мгновение переключились на Лайтоллера, затем он снова отвел от него взгляд. Мёрдок и Бэйли стояли очень близко друг к другу, их пальцы были крепко переплетены, и они больше не переживали о том, что кто-то может увидеть. Муди держал в руках папку, в которой было расписание по тревогам, в это время Питман и Боксхолл тихо беседовали со Смитом. Быстро сглотнув, Лайтоллер встал рядом с коллегами, его подбородок был высоко поднят. Он ждал, когда ему дадут дальнейшие указания.       — Хорошо, — начал Муди, его голос едва было слышно из-за сильного гула пара, который стравливали из труб, — мистер Мёрдок ответственен за эвакуацию с правого борта, ему будут помогать мисс Бэйли и мистер Питман. Мистер Уайлд, вы с левого борта, с вами также мистер Лайтоллер и Мистер Боксхолл. А мистер Лоу… — он поднял глаза, неожиданно поняв, что пятого офицера нет среди присутствующих. — А кто-то видел его?       — Я здесь.       Все повернулись и увидели Лоу, который выходил из рулевой рубки, он на ходу засовывал револьвер за пояс брюк. Уайлд усмехнулся:       — Ты забыл, где находится мостик, парень?       Быстро извинившись, Лоу встал рядом с остальными. Подняв брови, Муди продолжил:       — Мистер Лоу, вы будете помогать с правого борта до тех пор, пока мистер Мёрдок не даст другого указания. — Он посмотрел на капитана, который одобрительно кивнул, затем Муди сказал, — Это всё. Всем удачи, и хранит вас Господь.       Лайтоллер не стал терять время. Он поспешил к левому борту, с ним также пошли Боксхолл и Уайлд. Они начали со спасательной шлюпки №4 и постепенно двигались дальше, разматывая веревки и вываливая шлюпки за борт до тех пор, пока их планшир не сравнялся с палубой.       — Продолжайте спускать! — снова и снова кричал второй офицер. Он свистел и махал руками в ледяном воздухе. — Продолжайте спускать!       Гул из труб был оглушителен, пока через них стравливали пар, который рывками поднимался над кораблем. Этот шум только усложнял ситуацию, голоса моряков и офицеров были похожи на мычание, некоторые из них начали общаться жестами. Моряки бегали от одной шлюпки к другой, кто-то снимал брезент, кто-то складывал внутрь одеяла, фонари и коробки с галетами. Лайтоллер свистел снова и снова, он почти не слышал шлюпбалок. Шум работающих лебедок, трение канатов и скрип шкивов — всё исчезло за оглушающим гулом пара.       К тому времени, когда каждая шлюпка была вывалена за борт, на палубу начали выходить пассажиры в разных нарядах. Кто-то был в банных халатах или пижамах. Несколько джентльменов были в шляпах и фраках, как будто они только что вернулись с ужина. Многие были сбиты с толку, некоторые скучали или были раздражены. Несколько пассажиров взяли с собой личные вещи — украшения, шкатулки, фотографии в рамках и прочие памятные безделушки. Но Лайтоллер был рад видеть, что все они были в спасательных жилетах, многие надели их поверх одежды, но были и те, кто сверху на жилет накинул шубу или шаль. Он прошел через толпу, направляясь к Уайлду, который в это время наблюдал, как моряки складывают всё самое необходимое в шлюпки.       — Не лучше ли нам сначала сажать женщин и детей? — спросил Лайтоллер, чувствуя, что всё его тело горит под толстым свитером. Но его руки сильно замерзли, и он пожалел, что забыл свои перчатки.       К его удивлению, Уайлд отрицательно покачал головой.       — Нет, подожди, — он твердо ответил, отдавая приказ. — Не сейчас, мистер Лайтоллер. Я хочу подождать, когда стихнет гул пара. Чтобы избежать крика и путаницы. Понятно?       Лайтоллер смотрел на него в недоумении, последние капли дружелюбия, которые он когда-то начал испытывать к старшему офицеру, исчезли, их словно смыло волной в море.       — Нет. Мы не можем терять время, мистер Уайлд. Нам нужно начать посадку прямо сейчас.       Строгий вид не исчез с лица Уайлда.       — Я думаю, что это был чёткий приказ, мистер Лайтоллер.       Но Лайтоллер не собирался слушать подобную чепуху.       — И я с этим приказом не согласен, мистер Уайлд, — резко ответил он.       Но до того как старший офицер успел возразить, Лайтоллер поспешил прочь, направляясь через палубные ограждения прямо к Смиту. К его большому сожалению, Уайлд пошел за ним, но Лайтоллер игнорировал его, пока шел к капитану.       — Шлюпки готовы к спуску, сэр, — объявил он, почтительно кивнув. Но капитан молчал, и Лайтоллер подумал, что он его не расслышал из-за сильного шума, поэтому он поднес руку ко рту и наклонился к уху Смита.       — Стоит ли мне сначала сажать женщин и детей, сэр?       Капитан смутно кивнул, бормоча какие-то слова, которые Лайтоллер не мог расслышать. Что-то в поведении капитана сбивало с толку второго офицера, но он пытался не позволять ничему беспокоить его. Не сейчас и не здесь, не в то время, когда пассажиры стояли на холоде, ожидая спасения с тонущего корабля.       — Сэр? — продолжил Лайтоллер, в то время как мерзавец, в костюме старшего офицера, стоял рядом и дышал ему в спину.       — Да, — согласился Смит, мрачно кивая. — Сажайте женщин и детей сначала, спускайте шлюпки.       Лайтоллер моментально ответил:       — Есть, сэр!       Он бросил быстрый взгляд на Уайлда, затем поспешил обратно к шлюпкам, стараясь выбросить из головы отреченный взгляд Смита. Стоя у шлюпки №6, он кашлянул и обратился к толпе:       — Леди и джентльмены, прошу вашего внимания, пожалуйста!       Его грубый голос пронесся по палубе, возвышаясь над постепенно пропадающим гулом пара. Он жестом рук призывал людей подойти к нему.       — Пройдите сюда, пожалуйста! Вот так, хорошо, подходите ближе!       Наконец, пассажиры, отбросив всю свою усталость, начали подходить к нему, держа за руки своих любимых и близких людей. Когда они все столпились перед Лайтоллером, оглушающий гул пара исчез. Сейчас было слышно даже слабый скрип шлюпки, в которую моряки всё ещё раскладывали снаряжение, и крики Уайлда, которые доносились с кормы. Довольный Лайтоллер приподнял подбородок и осмотрел толпу.       — Спасибо, — сказал он, и его обнадеживающая улыбка исчезла под серьезной гримасой. Второй офицер продолжил, — Сначала, я прошу сесть в шлюпку только женщин и детей. Поэтому джентльмены, пожалуйста, стойте на месте. — Теперь, он видел удивление и нерешительность в их глазах, но, не обращая на это внимания, он снова обратился к ним, — Леди, прошу вас, подходите ближе.       Ни одна женщина не двинулась с места. Лайтоллер тяжело сглотнул, изучая их нерешительные лица. Он подошел к ближайшему пассажиру, молодой девушке, на которой был надет спасательный жилет поверх её переливающегося платья и накидки.       — Не нужно бояться, мисс, — сказал он, предлагая ей руку, и она подняла на него свои красивые глаза. — Прошу вас, пойдемте.       Её дрожащие пальцы дотронулись до его руки, и он аккуратно повел её к шлюпке. Она ужасно тряслась от холода, по её голым рукам пробегали мурашки. Не раздумывая, Лайтоллер снял свое пальто и накинул ей на плечи. Оно было ей слишком велико, но страх в её глазах постепенно уходил, когда второй офицер помог ей залезть в шлюпку.       — Тут безопасно, — мягко сказал он ей и затем, с натянутой улыбкой, повернулся к другим пассажирам. — Это всего лишь мера предосторожности.       Многие женщины начали подходить ближе, но они всё равно шли медленно, не желая покидать вполне безопасный уютный корабль и садиться в висящую в воздухе шлюпку. Лайтоллер терял терпение, когда наблюдал за их неспешностью. Их ждут другие шлюпки и другие пассажиры, а времени почти нет. Минуты безжалостно утекали.       «Один час, — вспоминал он слова Боксхолла. — Может быть два, если удача будет на нашей стороне».       И чем больше времени они теряли, тем больше людей были в смертельной опасности. Голос Лайтоллера стал ещё грубее, когда он обратился к толпе.       — Подходите ближе, леди! Сюда, пожалуйста, мадам. Вам нечего бояться!       Они делали так, как им велели, медленно подходя ближе, в то время как вдалеке, доносилась музыка, которую исполнял судовой оркестр. Мелодия заполняла морозный воздух, и эти звуки были странными, но в то же время ободряющими. 00:40       Эстер следовала каждому приказу Мёрдока, пока они готовили первую шлюпку к спуску. Она тяжело дышала под своим толстым пальто.       Она работала быстро, игнорируя ручьи пота, которые стекали с её лба, в то время как она возилась с лебедками, помогая мужчинам закреплять тросы, затем она залезла в шлюпку и спрятала свою аптечку. К тому времени как шлюпка была вывалена за борт, свисая над темными, глубокими водами, на палубе было всего несколько пассажиров. Мёрдок, нахмурив брови, недовольно осмотрел их. Но он не собирался ждать, когда подойдут другие люди. Точно не сейчас, когда у них почти нет времени.       Кивнув ближайшему моряку, он указал на шлюпку и приказал:       — Мистер Хогг, вы будете командовать этой шлюпкой. — Он повернулся к двум другим морякам. — И вы двое, залезайте. Поможете дамам подняться в шлюпку, а когда спуститесь на воду, отдадите гаки. Всё ясно?       — Да, сэр, — ответили три мужчины перед тем, как залезть в шлюпку.       После этого, Мёрдок повернулся к пассажирам, радом с ним стояла Эстер, а за спиной Лоу и Питман.       — Сначала, мы начнем сажать женщин и детей, — сообщил Мёрдок, его холодный голос заполнил полупустую палубу. — Мужчины смогут сесть в шлюпки только при наличии свободных мест. — Эстер удивленно посмотрела на него, но он, размахивая рукой, продолжил, — Леди, прошу вас.       Никто не двинулся с места. Они неуверенно смотрели на шлюпку, многие из присутствующих были молодые пары, которые не были готовы расстаться друг с другом. Эстер чувствовала, как замирает её сердце, когда один из мужчин на прощание поцеловал в лоб свою жену. Она сразу подумала о Мёрдоке, и она знала, что тоже не стала бы садиться в шлюпку без него.       Она наклонилась ближе к коллегам и прошептала:       — Может нам стоит сажать пары вместе?       Питман задумался в ответ на её предложение, но Мёрдок и Лоу сразу же согласились.       — Да всё что угодно, лишь бы они залезли в чёртову шлюпку, — пробормотал первый офицер, в его голосе слышалось раздражение, всё спокойствие начинало покидать его. Развернувшись обратно к пассажирам, он объявил: — молодожены и другие женатые пары, вы можете сесть в шлюпку вместе. Прошу вас, проходите.       Мужчины и женщины начали подходить ближе, аккуратно залезая в шлюпку, которая висела над кромешной тьмой. Несколько пожилых джентльменов отказались садиться в шлюпку, оставляя места для других женщин. Они поцеловали своих жен и тихо что-то прошептали им на прощание.       — Я сяду в следующую, — сказал один из них. — Не волнуйся.       Пока они благородно отходили назад от шлюпок, Эстер поспешила к другим женщинам, которые дрожа, продолжали стоять на одном месте.       — Всё хорошо, — сказала мягко она, уговаривая их подойти ближе. — Вам нечего бояться. Это простая мера предосторожности. Мы просто хотим убедиться, что вы будете в безопасности, леди. Доверьтесь мне.       Многие женщины вышли из толпы, может они были воодушевлены присутствием женщины в форме, а может, их обнадежили её слова, Эстер точно не могла сказать. Но она была рада и даже гордилась тем, что они набрались смелости и, отбросив все страхи, залезли в шлюпку. Одна за другой до тех пор, пока шлюпка не заполнилась наполовину.       Мёрдок не был рад тому, что оставались ещё места. Но что он мог сделать? На палубе было всего несколько пассажиров, но они не хотели садиться в шлюпку. У офицеров не было выбора, кроме как начать готовить к спуску даже полупустую шлюпку.       Мёрдок подошел к краю фальшборта, отдавая морякам приказ.       — Готовимся к спуску, парни!       Эстер стояла около правой шлюпбалки, радом с ней Питман. Она слышала, как оркестр исполняет вальс, где-то вдалеке. Это было так странно, слышать такую спокойную мелодию сейчас, когда паника начинала накрывать их. Она посмотрела вниз за борт, наблюдая за темной водной гладью. Эстер оценила расстояние, которое было между океаном и палубой, и она поняла, почему пассажиры так бояться. Высота была просто головокружительной.       — Опускай! — прокричал Мёрдок, размахивая руками в воздухе. — Левая и правая стороны вместе!       Медленно и аккуратно, шлюпка №7 начала спускаться к ледяным водам. Блоки скрипели, пока толстые тросы скользили по их канавкам.       — Обе стороны вместе, парни! — продолжал кричать первый офицер. — Ровнее! Ровнее!       Казалось, что всё идет гладко, пока первый офицер расхаживал по краю палубы, выкрикивая приказы. Но затем, неожиданно, из шлюпки раздались крики, резко нарушив окружающую тишину. Эстер посмотрела за борт, она была шокирована, когда увидела, что левая сторона шлюпки сильно накренилась, а люди в ней кричали от страха.       Эстер развернулась, готовясь сообщить об этом морякам, но Мёрдок был быстрее.       — Левую сторону держать! — скомандовал он. — Опускайте правую сторону, только правую сторону! Левую придержать!       Шлюпка начала выравниваться, и Эстер вздохнула с облегчением, когда она, наконец, опустилась на воду.       Когда Мёрдок приказал идти к следующей шлюпке, неожиданно, в морозном воздухе, раздался громкий взрыв. Эстер подняла голову и увидела первые искры сигнальных ракет в небе, которые блестели и отражались в воде, ярко освещая корабль и океан. Эстер смотрела, как искры сверкали и падали вниз, и в этот момент она снова начала нервничать. Точно так же, как и когда она увидела, что вода в стакане была под наклоном в её каюте. Эти сигнальные ракеты только подтверждали то, что «Титаник» неизбежно тонет. Было очень тяжело сохранять спокойствие в окружении пассажиров, когда она знала, какая судьба их ожидает, и когда на горизонте не было никакого света, ничего, что указало бы на другое судно, которое спешит им на помощь.       Её мысли переключились на брата, пока она опускала тросы, и в этот момент Эстер хотела, чтобы он был рядом. Она знала, что Букер помогает Мистеру Эндрюсу, но она всё равно не могла перестать нервничать. Не тогда, когда в её голове крутился приказ Смита «Женщины и дети в первую очередь».       Лоу стоял рядом с ней, пока они подготавливали шлюпку №5 к спуску. Её руки тряслись, но не от холода, а от отчаянных мыслей о её брате. Лоу это заметил.       — Эстер, — тихо сказал он, его карие глаза обеспокоенно смотрели на неё. — Ты в порядке?       — Да, в полном. — Её ответ был быстрым и коротким, и она указала на шлюпбалку, чтобы отвлечь его. — Помоги мне с этой лебедкой.       Они развернулись и начали подводить других женщин к шлюпкам, помогая им безопасно забраться внутрь. Даже Брюс Исмей, среди всех людей на корабле, предлагал помочь. Но так как было свободно ещё очень много мест, Мёрдоку пришлось отправить Питмана к левому борту, чтобы тот привел ещё пассажиров. И Эстер, которая нервно ходила по палубе, пытаясь отвлечь себя от мыслей о брате, попросила присоединиться к нему. Мёрдок засомневался, пока взвешивал её слова, на его лице была неуверенная гримаса, было ясно, что он не хотел упускать её из виду. Но он знал, что им нужно больше людей, чтобы полностью заполнить шлюпку, поэтому он согласился.       — Хорошо, — сказал он. — Но только быстро. Мне нужно, чтобы ты как можно скорее вернулась. — Его голубые глаза не отрывались от её лица. — Ты мне нужна здесь.       Эстер кивнула, давая ему обещание всем своим взглядом.       — Есть, сэр.       И после этого, она побежала к левому борту через рулевую рубку вместе с Питманом. Здесь было больше людей, и два офицера, привлекая внимание, свистнули и начали размахивать руками.       — Прошу сюда! — кричал Питман. — У нас есть ещё шлюпки с правого борта! Женщины и дети, прошу вас, идите за мной!       Некоторые даже не посмотрели в их сторону, а несколько пассажиров вообще посмотрели на них как на сумасшедших. Но многие женщины были готовы пойти с ними, включая взрослую женщину, которая держала за руки двух напуганных детей, и молодую девушку, которая несла на руках новорожденного ребенка. Офицеры вели группу через рулевую рубку, указывая им путь к шлюпкам, в это время выпустили ещё одну ракету. Один ребенок восхищено вздрогнул, смотря на сияющие искры, но другая малышка испугалась громкого шума и начала плакать.       — Всё хорошо, — Эстер начала успокаивать шмыгающую девочку, вытирая слезы с её лица рукавом пальто. — Вот так. Не нужно бояться, маленькая мисс. Это всего лишь фейерверк. И больше ничего.       Девочка перестала плакать, но она всё равно держалась рядом с Эстер, крепко цепляясь за край её пальто, пока они шли к шлюпкам.       Когда они пришли, Мёрдок нервно ходил из стороны в сторону. Хоть на его лице и была маска спокойствия, он не смог скрыть облегчения в глазах, когда увидел Эстер. Он быстро помог женщинам и детям забраться в шлюпку, затем он повернулся к Эстер и нежно погладил её по веснушчатой щеке. Это был быстрый жест, никто из окружающих даже не заметил. Никто, кроме одного офицера, который застыв, стоял около шлюпбалки, шокировано наблюдая за ними.       «Гарольд», — тревожно подумала Эстер.       Она сглотнула и сразу же отошла от Мёрдока, у неё бешено забилось сердце, чувство вины накрыло её с головой. Но Лоу продолжал смотреть на неё, и когда она посмотрела в ответ, то увидела недоумение в его взгляде, которое начинало сменяться во что-то другое, но она не могла понять во что. Как бы то ни было, он ничего не сказал, и быстро подошел к шлюпке, когда Мёрдок приказал ему помочь забраться мужчинам. Джентльмены начали рассаживаться рядом с женщинами и детьми. В любом случае, было ещё много свободного места, и Эстер знала, что Мёрдок не будет спускать ещё одну полупустую шлюпку на воду, потому что та другая вряд ли вернется. Поэтому мужчины быстро залезли внутрь.       Когда они начали готовиться к спуску, то за их спинами раздались шаги, все обернулись и увидели Исмея, который выбежал из ниоткуда. Он был сам не свой, задыхаясь, он буквально сходил с ума.       — Спускайте! — кричал он в ярости, тряся тросы. — Спускайте! Быстрее!       Эстер сдержала проклятие, Мёрдок, с отвращением оглядывая его, поспешил к нему, но Лоу, который стоял у лебедки, в двух шагах от Исмея, в злости развернулся.       — Эй! — крикнул он, схватив Исмея за пояс и отталкивая его от шлюпбалки. Эстер никогда не видела Лоу в ярости, поэтому она шокировано и восхищенно наблюдала за ним. — Уйди в сторону, болван! Ты хочешь, чтобы я быстрее спускал шлюпку? Или чтобы я всех утопил?       Исмей шокировано посмотрел на него, его голос был хриплым:       — Ты хоть знаешь кто я?       Если он ожидал, что эти слова испугают пятого офицера, что же, он сильно ошибался. Лоу снова посмотрел на Исмея, его карие глаза были полны ярости, а его уэльский акцент заполнил воздух, когда он прокричал:       — Вы пассажир, а я, чёрт возьми, офицер на этом корабле! И если вы не будете мне мешать, то я смогу что-то сделать!       Бросив на него последний, яростный взгляд, Лоу повернулся обратно к лебедке. Исмей, казалось, был ошеломлен. Уже во второй раз за день на него сорвался офицер, и он решил собраться с мыслями и пробормотал:       — Да, вы правы. Простите, я…       Мёрдок вмешался, его голубые глаза были угрожающе спокойны.       — Послушайте, — бросил он. — Если вы хотите помочь пассажирам подняться в шлюпки, то помогайте. Но только не нужно бегать и орать как сумасшедший, хорошо? Вы только создаете панику. — Он быстро осмотрел полупустую шлюпку, затем палубу, его голос был хриплым, пока он звал других пассажиров. Но никто больше не подходил, и он направился к Бэйли.       — Эстер… — начал он.       Его глаза посмотрели сначала на шлюпку, затем на неё, и ей не понадобилось много времени, чтобы понять, что он хочет сказать. Эстер сделала шаг назад и скрестила руки на груди.       — Даже не думай. Мы пообещали друг другу.       — Я знаю, милая. Но мне нужно, чтобы кто-то командовал этой шлюпкой и ты…       — Найти кого-нибудь ещё, — перебила она. — Ты знаешь, что я не залезу туда без боя. Тебе придётся силой меня втащить туда, Уилл.       Мёрдок прищурившись, осмотрел её с ног до головы.       — Думаю, что в этом проблемы не будет.       — Да что ты? — ответила Эстер, вызывающе подняв подборок. — Тогда почему бы тебе не подойти и не попробовать?       Два офицера смотрели друг на друга, наконец, тяжело вздохнув, Мёрдок повернулся к Питману и, указав пальцем на шлюпку, сказал:       — Давай, Берт, полезай.       Питман был шокирован, он посмотрел на Эстер, затем на Мёрдока.       — Но ведь Эстер…       — Эстер слишком упрямиться и не соблюдает субординацию, к сожалению, — сухо сказал Мёрдок. — Ты будешь командовать этой шлюпкой и присмотришь за остальными, Берт.       Он протянул ему руку, хоть Питман выглядел нерешительным, он всё равно пожал её в ответ.       — Ты хороший человек, Уилл.       — Как и ты. Прощай, старый друг. Удачи.       Эстер подошла ближе и тоже обменялась крепким рукопожатием с Питманом. Она за многое хотела поблагодарить его — за чувство юмора, за его шутки, за то, что он принимал её и считался с ней как с офицером. Но у них не было лишнего времени, поэтому она быстро пробормотала что-то на прощание. Пока она стояла у тросов, ожидая приказа Мёрдока и наблюдая за тем, как Питман садится в шлюпку, один вопрос крутился у неё в голове, снова и снова, водоворотом заполняя её мысли:       «Кто прикажет первому офицеру командовать шлюпкой?»       Сердце бешено забилось, Эстер ещё сильнее сжала трос. Лоу было приказано помогать ей, пока она растягивала веревку. Он тихо обратился к ней:       — Я и не знал, что ты и Уилл…       Его слова застряли в горле, как если бы он не совсем понимал, как именноописать их отношения. Эстер закусила губу. У неё неожиданно пересохло в горле, и она пыталась найти слова, но она не знала, что именно сказать ему. Чувство вины съедало её изнутри, когда она видела боль в его глазах. Она не хотела, чтобы всё так получилось. Она всегда смотрела на Лоу как на друга и коллегу, и никак иначе. Она даже никогда не испытывала романтического влечения к нему. Но всё равно ей было жалко его. Эстер знала, что у него есть чувства к ней. Она должна была как можно раньше дать ему знать, что между ними ничего не может быть, вместо того, чтобы разбираться во всем сейчас.       — Прости меня, Гарри, — пробормотала она.       Лоу кивнул в сторону Мёрдока, его глаза горели от злости и сожаления.       — Он мне сказал забыть о тебе. Сказал, чтобы я двигался дальше. Но теперь я вижу, что он просто приберег тебя для себя.       Эстер покачала головой.       — Это не так, Гарри, он не хотел, чтобы всё так вышло. Никто не хотел. — Она посмотрела на своего наставника, который ходил по палубе, наблюдая за спуском, затем она добавила, — Это просто случилось. Я не знаю как и когда, но это случилось. И я счастлива с ним, Гарри. Очень.       Лоу открыл рот, чтобы продолжить, но Мёрдок прошел мимо, приказывая экипажу идти к другой шлюпке. Эстер и Лоу поспешили за ним, два офицера не разговаривали больше, отодвинув личные дела в сторону, они продолжили работать. Шлюпка №3 была спущена на воду без проблем. Но, как и другие, она была почти наполовину пустая. Эстер видела злость на лице Мёрдока, когда шлюпка спускалась со свободными местами. Даже Эстер медленно начинала чувствовать недовольство. Но, несмотря на это, её наставник не собирался медлить и ждать остальных. Он был уверен, что полупустые шлюпки могут вернуться, и подобрать ещё пассажиров, если в этом будет необходимость.       Далее, они без промедления направились к шлюпке №1, в это время Лоу побежал к корме, чтобы позвать ещё людей. Эстер могла бы пойти с ним, но Мёрдоку нужна была помощь, так как Питман уже уплыл. Поэтому они начали усаживать в шлюпки сначала женщин и детей, успокаивая их и обнадеживая тем, что внутри безопасно. Мужчинам в это время было приказано ждать.       — Есть ещё женщины и дети?! — прокричал Мёрдок, его шотландский акцент с хрипом заполнил воздух.       Но когда на его крики никто не отозвался, он повернулся к мужчинам, которые нервно ходили по палубе.       — Хорошо, джентльмены. Встаньте в линию и залезайте по одному.       Пока они забирались в шлюпку, из очереди закричал полный мужчина.       — В этом нет никакой необходимости, — с недовольным лицом крикнул он Мёрдоку. — Вы ведь это понимаете? Какой смысл нам залезать в эти ничтожные лодочки, когда у нас под ногами вполне безопасный корабль. Это простая трата времени.       Мёрдок приподнял бровь.       — Примите мои глубочайшие извинения, сэр, — невозмутимым тоном сказал он, самоконтроль начал пропадать под явным сарказмом. — Я и не знал, что спасение жизней является простой тратой времени.       Мужчина выглядел так, словно хотел и дальше спорить, но у Мёрдока не было на это времени.       — Полезайте, — бросил он, указывая рукой на шлюпку. — И не нужно поднимать тут шумиху.       Тучный мужчина двинулся ближе, он был раздражен, но удивительно покорно послушался приказа Мёрдока. Он поднял одну короткую ногу над фальшбортом, затем другую. Но ограждение было слишком высоким, а мужчина был очень полным. Он потерял равновесие и все на палубе наблюдали, как он медленно и неуклюже скатился и упал в шлюпку. Последовала недолгая пауза, пока Эстер и Мёрдок смотрели друг на друга. Затем, не успев опомниться, они оба начали громко смеяться.       Полный мужчина встал, целый и невредимый, он поправил одежду, смущенно оглядываясь и краснея. Эстер умирала от смеха, тяжело дыша, она наклонилась к Мёрдоку и держалась за его предплечье. Возможно, это был холодный воздух или всплеск адреналина, который сделал эту ситуацию ещё более странной и уморительной, но как бы то ни было, Эстер не собиралась успокаиваться. Даже Мёрдок продолжал смеяться.       — Это самое смешное, из всего, что я видел сегодня ночью, — сказал он Эстер. Она улыбалась, сильнее цепляясь за его руку, пока пыталась отдышаться. — Без шуток. Ух. Это точно подбодрило меня.       — Да и вообще, нам всем не помешает веселье в такое время.       Они немного успокоились, возвращая себе привычный профессионализм. Эстер собиралась вернуться на своё место, но Мёрдок поймал её за руку, притянув к себе, он нежно поцеловал её в лоб. Очевидно, его уже не волновало, что кто-то может увидеть. И Эстер тоже было всё равно. Она покраснела, улыбка появилась на её лице, и она начала думать о том, как обнадеживающе приятно смеяться вместе с ним, даже сейчас, когда вокруг них происходил такой ужас. 01:15       Лайтоллер чувствовал, как терпение медленно покидает его, пока идет эвакуация. Пассажиры первого класса раздражали его, они тянули время, как будто у них была целая вечность впереди. Мужчины спорили, требуя занять места рядом со своими женами, некоторые даже умоляли его, чтобы он пустил их в шлюпку. Но Лайтоллер был непреклонен. Его приказ был чётким. Только женщины и дети. И как преданный, исполнительный мужчина, который всегда уважал правила, Лайтоллер собирался неукоснительно следовать приказу до тех пор, пока не спустит на воду все шлюпки.       Он почти закончил спуск шлюпки №8, когда к нему, пробираясь через толпу, подошли Смит и Уайлд. Лайтоллер был рад видеть, что капитан собрался с мыслями, он не был ошеломлен, а его глаза были ясными и четкими, пока он осматривал палубу. Казалось, он, наконец, смирился с тем, что «Титаник» неизбежно тонет и скоро окажется на дне океана.       Он быстро приказал Боксхоллу сменить на время Лайтоллера, и затем, попросил второго офицера пойти с ним. Они отошли от толпы к спортивному залу первого класса. Уайлд наклонился к нему и тихо спросил:       — Где хранятся револьверы?       «Револьверы?»       Лайтоллер был сбит с толку. Он знал, почему они спрашивают его, до понижения он был первым офицером в Белфасте. И именно первый офицер нёс ответственность за огнестрельное оружие, и конечно он знал, где именно оно лежит. Но всё же, Лайтоллер был удивлен, что капитану и старшему офицеру понадобилось оружие. Толпа была огромной, это правда, но они не были буйными.       «Пока что», — напомнил ему голос в голове.       Он знал, что капитан и старший офицер ждут его ответа, поэтому Лайтоллер быстро сказал:       — Да, я знаю, где они. Пойдемте со мной, я вам покажу.       Смит быстро кивнул.       — Очень хорошо. Нужно позвать мистера Мёрдока и вручить револьверы всем старшим офицерам. Смею сказать, они нам сегодня пригодятся.       Лайтоллеру не нравился этот двусмысленный тон капитана, и особенно ему не нравилось угрожать оружием и без того напуганным пассажирам. Но он знал, что у него нет выбора, и он поспешил за Смитом к носовой части судна. Здесь было тише и безлюднее, всего несколько пассажиров встретились им по пути. Пока они шли, Лайтоллер смутно заметил, что пол под его ногами был накренен. Даже Уайлд наклонил голову вниз и начал шептать какие-то проклятия. Казалось, крен начинал ещё сильнее увеличиваться, пока Титаник уходил под воду, и Лайтоллер старался не думать о том, что у них остался всего час, или даже меньше.       Они быстро окрикнули Мёрдока, и тот пошел за ними в компании Бэйли, так как он отказывался идти куда-либо без неё. И когда они дошли до мостика, Лайтоллер в ужасе посмотрел на полубак.       Нос и колодезная палуба ужасающе мерцали под голубой, морской водой. Судно с каждой секундой тонуло всё глубже.       «Господь, помоги нам», — подумал Лайтоллер.       Если до этого страх был ничтожным, он как уголек горел в его груди, то сейчас он просто полыхал. Сколько времени у них осталось до того, как затопит шлюпочную палубу? И как Смит может тратить эти драгоценные минуты на какие-то револьверы?       Лайтоллер был раздражен из-за того, что он покинул свой пост ради такого незначительного пустяка, поэтому он решил поторопиться, быстро провожая их в каюту первого офицера. Он достал из шкафчика несколько револьверов Веблей. Черная, металлическая поверхность поблескивала под светом ламп.       Хотя Мёрдок и посмотрел на них безразличным взглядом, Лайтоллер заметил отвращение в его глазах. Даже Бэйли, которая стояла рядом с ним, не стала скрывать своего неодобрения, пока оглядывала револьверы. Но никто не сказал ни слова и не посмел перечить капитану.       Молча, Лайтоллер отдал оружие Уайлду и Мёрдоку, затем он поспешил к двери, желая скорее вернуться на свой пост. Но Уайлд остановил его и потянул за плечо, протягивая ему в руки патроны и револьвер.       — Возьми, — тихо сказал старший офицер. — Он тебе ещё пригодится.       Они посмотрели друг на друга, серые глаза не отрывались от светло голубых. Наконец, Лайтоллер, кивнув, принял оружие и бросил его в карман вместе с пулями, затем он поспешил к двери. Времени на долгое прощание у него не было, поэтому он просто приподнял фуражку в сторону Бэйли и крепко сжал руку Мёрдока, надеясь, что этот жест сможет передать его истинные чувства к другу. И только потом он резко развернулся и направился к рулевой рубке, возвращаясь к ужасу, который его ждал.       Вскоре после того, как они спустили шлюпку №10, Лайтоллер начал ощущать напряжение в воздухе, когда пассажиры, наконец, стали осознавать всю серьезность ситуации. Спокойствие, которое ещё недавно царило на палубе, растворилось, теперь были только страх и паника, и сейчас Лайтоллер понял, почему Уайлд дал ему револьвер.       Толпа росла на глазах, люди начали толкать друг друга, чтобы пробраться к шлюпкам. Сигнальные ракеты продолжали запускать. Пассажиры столпились перед шлюпкой №12, в это время экипаж пытался растолкать мужчин, чтобы женщины смогли пройти. Пришлось даже позвать Лоу с правого борта, чтобы тот помог.       И когда паника начала ещё сильнее расти, Лайтоллер уже не мог контролировать себя. Он срывался на всех, кто был перед ним. Несколько пассажирок первого класса взяли с собой чемоданы в шлюпку, и в этот момент он совсем потерял самообладание.       — Что этот багаж тут делает?! — прокричал он. — В шлюпке нет места для багажа! — он взял чемодан и даже не думая, бросил его в океан. — Убирайте его отсюда! — кричал он другой женщине. — Нам нужно больше места! Выбрасывайте! Живо!       Лайтоллер был вне себя от злости. Неужели эти люди не понимают, что происходит? Они бегут с тонущего корабля, чёрт возьми, а не отправляются в путешествие на выходные. Он развернулся к толпе, взбешённый, он пытался найти ещё женщин и детей. Рядом с ним стояла пожилая женщина, она плакала и цеплялась за спасательный жилет своего мужа. Но всё терпение Лайтоллера давно кончилось. Он взял женщину за руки и потянул к шлюпке.       — Прошу вас, сюда! — настаивал он.       Но она всё ещё держалась за своего мужа, и у Лайтоллера не осталось выбора, кроме как оттолкнуть его.       — Отпустите, сэр!       Истерически плача и всхлипывая, она позволила посадить себя в шлюпку.       — Успокойтесь и садитесь, женщина, — настаивал Лайтоллер, затем он повернулся к другим пассажирам, призывая их подвинуться. — Все вы, сядьте кучнее. Вот так. Хорошо, аккуратнее.       Он наклонился за фальшборт, чтобы посчитать, сколько пассажиров сидит в шлюпке, но неожиданно он почувствовал, как ему кто-то стучит по плечу. Лайтоллер обернулся и увидел пассажирку первого класса, которая стояла перед ним в норковой шубе и была с ног до головы в брильянтах. Она была совершенно невозмутима, когда начала говорить с ним своим светским, надменным и протяжным произношением.       — Вы можете задержать шлюпку? Я забыла свои жемчуга в каюте и…       Но Лайтоллер не собирался терять с ней свое время. Раздражительный, он потянул женщину за спасательный жилет и буквально бросил её в шлюпку.       — Садитесь, живо! — приказал Лайтоллер, размахивая руками перед её шокированным лицом.       Далее, они, с мистером Эндрюсом и его высоким помощником, помогали пройти из толпы женщинам и детям, и спешно заполняли как можно больше мест в шлюпке. Многие дамы с удовольствием шли к Букеру, заметил Лайтоллер, возможно их ободряли его манеры и вежливость. Но Букер совсем не замечал внимания в его сторону, пока помогал женщинам садиться в шлюпку. При случае, он смотрел на Эндрюса, и часто ободрительно хлопал по плечу своего наставника.       Когда Лайтоллер приказал спускать шлюпку, волна пассажиров третьего класса, неожиданно, выбежала из ниоткуда. Они начали кричать и толкаться, пробираясь к ближайшей шлюпке. Лайтоллер видел страх в их глазах. Отчаянное желание жить. Но у него не было выбора, ему пришлось отталкивать их прочь.       — Назад! — кричал снова и снова второй офицер. — Я сказал назад! Соблюдайте порядок!       Но они всё равно продолжали толкаться и пробираться вперед, не обращая внимания на его слова. Неожиданно, один мужчина выскочил из толпы и толкнул женщину, она потеряла равновесие и упала за релинги. От её крика стыла кровь в жилах, когда она сорвалась вниз. Лайтоллер сдержал проклятие, наблюдая, как она падает с корабля. Он бросился к фальшборту, его сердце выпрыгивало из груди. Он увидел, как женщина уцепилась за край шлюпки, тщетно стараясь удержаться за этот последний шанс жить.       — Помогите ей! — приказывал Лайтоллер, его голос заглушал крики женщины. — Немедленно, снимите её оттуда!       Только после того как женщину смогли затащить на палубу, которая была ниже, Лайтоллер развернулся к толпе, его самообладание было окончательно потеряно, теперь он закипал от ярости.       — Назад я сказал! — кричал он изо всех сил, достав незаряженный револьвер из кармана, он начал размахивать им перед пассажирами. — Иначе я вас всех перестреляю, как собак!       Реакция на его угрозу была мгновенной, страх пробежался по лицам пассажиров, когда они смотрели на холодный черный метал перед их глазами. Никто не посмел двинуться, неожиданно, они забыли про тонущий корабль и начали бояться только револьвера, который смотрел прямо на них.       — Соблюдайте порядок! — кричал Лайтоллер, свирепость в его голосе стихала, когда пассажиры начали успокаиваться. — Я сказал, соблюдайте порядок. Развернувшись, он посмотрел на младших офицеров. Муди с ровной спиной стоял у фальшборта, в это время Лоу был рядом с ним, он не отрывал взгляда от напряженной толпы.       — Нам нужно, чтобы кто-то командовал этой шлюпкой, — сказал им Лайтоллер, нервно заряжая Веблей у себя в руках, — И чтобы этот кто-то, успокаивал толпу, до тех пор, пока шлюпка не тронется водной глади. — Он ожидающе посмотрел на них: — Джентльмены?       Последовала пауза, Муди и Лоу переглядывались, по их сомневающимся глазам было ясно, что ни один из них не хочет покидать «Титаник». До того, как Лайтоллер заговорил снова, Муди отошел от шлюпки. Хоть он и был самым молодым среди офицеров, он бесстрашно приподнял подборок, а его глаза были полны решимости.       — Ты залезай в эту шлюпку, — сказал он Лоу. — А я сяду в следующую.       Лоу недоверчиво посмотрел на него.       — Не глупи. Ты сядешь в эту шлюпку и точка.       Муди покачал головой.       — Прошу простить меня, но я не двинусь с места.       — Это уж вряд ли! — в гневе сорвался Лоу на коллегу. — Послушай дружище, если ты думаешь, что я отниму у тебя шанс на спасение, то ты совсем не в своем уме. И ты забыл, что Эстер всё ещё на борту. И ты знаешь о моих чувствах к ней. Я не могу покинуть этот корабль, я не могу оставить её тут…       Но Лайтоллер не собирался слушать этот спор.       — Хватит! — сорвался он. — У нас нет времени на это! Или может вы забыли, что чёртов корабль тонет?! — его взгляд переключился на пятого офицера, и он, не скрывая ярости в голосе, скомандовал, — мистер Лоу, вы командуете этой шлюпкой.       — Лайт… — пытался протестовать Лоу.       Но Лайтоллер был непреклонен.       — Это приказ, мистер Лоу.       Хоть Лоу был зол, он не сказал ни слова больше, достав револьвер, он залез в шлюпку.       Лайтоллер слышал, как вдалеке его коллега успокаивал пассажиров, но его мысли были где-то в другом месте. Он стоял спиной к толпе, вставляя пулю за пулей в свой револьвер. Лайтоллер думал только о том, когда он, наконец, будет далеко от этого ужаса, когда он сможет обнять свою жену и когда все крики испуганных пассажиров останутся в прошлом.