detruis moi;

«Chacun est entraîné par sa passion...»

— поверить не могу, что уже завтра я стану чон тэёном, – ёни с восхищением рассматривает своё отражение в гримёрном зеркале, одиноко стоящем в спальне чону, который, к слову, в это время держался позади омеги и не прекращал возиться с длинными лентами, стараясь завязать их в подобие бантиков на спине друга. — поверь, для меня это неменьший шок, – ким поправляет получившийся бант и, убедившись в его более-менее презентабельном виде, опускает свой подбородок на обнажённое плечо тэёна, облегчённо вздыхая. — казалось бы, ещё вчера мы сидели всей нашей компанией в каком-нибудь баре и, попивая пиво одно на троих, строили планы на жизнь, споря о том, кто первым свяжет себя с кем-нибудь узами брака. завтра я торжественно выиграю свои семнадцать тысяч, которые успел тогда поставить на джэхёна. надеюсь, он отдаст мне с учётом набежавших процентов за тринадцать лет. омеги синхронно смеются. кажется, тэён с джэхёном завтра начнут день с того, что раздадут долги своим алчным друзьям: тэн тоже в своё время поставил на тэ, но чуть меньшую сумму, да и процентов не так много набежало за полтора года их знакомства. чону мягко обхватывает чужие плечи, чтобы повернуть омегу лицом к себе и взглянуть в её глаза, на дне которых плескались безграничное счастье и безудержное желание начать новую главу жизни с любимым человеком. ещё никогда прежде ёни не чувствовал такого всеобъемлющего дикого восторга от ожидания завтрашнего дня. он точно знает, что сегодня будет плохо спать... если уснёт вообще. решив устроить девичник по всем сериальным канонам, исключая стриптизёров, тэн с чону уже позаботились о том, чтобы сегодняшний день им втроём точно запомнился. хотя таец очень настаивал на их присутствии, аргументируя тем, что если его занятым друзьям совестно заглядываться на чужие обнажённые тела, то пускай он самоотверженно займёт первые ряды и порадует своё одиночество столь прелестным видом. всё-таки когда ещё им выпадет такой шанс? «чону-хён вроде ещё не собирается выходить за джонни. держу пари, даже я успею себе кого-нибудь найти, пока эти двое будут планировать церемонию». — чувствую себя так странно, будто своего сына замуж выдаю, – ким проводит большим пальцем по щеке ёна, смотря куда-то невидящим взглядом сквозь друга. — уверен, что однажды я скажу то же самое и в твою сторону, – ёни наклоняет голову, хмуря брови: он видит, что чону опять провалился в глубокие раздумья, гоняя одну и ту же мысль по кругу. — я могу кое-что спросить? знаю, меня это не касается, но всё же не могу унять своё любопытство... — спрашивай, о чём твоей душе угодно. буду рад развеять твои сомнения, – губы чону тут же расплываются в безмятежной улыбке. — вы с джонни-хёном состоите в отношениях дольше нас с джэхён-и. если быть точным, то уже шестой год пошёл. так почему он всё ещё не сделал тебе предложение? если не хочешь, можешь не отвечать, – тэён произносит каждое слово с такой таинственностью и вкрадчивостью, будто боится, что ким как-то негативно отреагирует на услышанное: разозлится, хлопнет дверью и оставит в полном замешательстве чересчур любопытную омегу один на один со своими тревожными мыслями и догадками. — не хочу говорить, что не верю в брак как в явление в целом, тем более накануне свадьбы своих лучших друзей, поэтому ограничусь таким ответом на твой вопрос: я пока морально не готов к этому, – чону задумчиво жуёт какое-то время губу, прежде чем чуть тише добавить: — я в принципе не уверен, что буду когда-нибудь готов к этому. мне удалось утолить твоё любопытство? — более чем. извини, это было не моё дело. мне стоило дважды подумать, прежде чем сказать что-либо вслух. язык – мой враг, и, к превеликому сожалению, самый огромной, – тэён пристыженно кусает губу, посчитав, что лучше заткнуться прямо сейчас и не наговорить чего-нибудь ещё, стараясь из лучших побуждений загладить вину. — всё в порядке. я же честно ответил, и не потому, что посчитал нужным, а потому, что захотел поделиться этим с тобой, – ким ободряюще приобнимает омегу за плечи и целует в лоб, после чего подходит к кровати, чтобы дотянуться до лежащей в фирменной коробке фате, вплетённой в искусственный венок. мгновение – и на голове тэёна красуются орхидеи, формируя из своих стеблей корзину, сквозь которую волнами просачивалась фата. чону поправляет ткань, любуясь проделанной работой. уже завтра из самой японии приедет другой венок (более интересный, чем этот), вобравший в себя цветки магнолии. столь необычный выбор был сделан тэном ещё несколько недель назад, когда они с чону только начинали обсуждать детали нарядов молодожён. таец посчитал, что будет иронично поиграться с интерпретацией значения цветка и обстоятельствами, благодаря которым джэ с ёном вступят в брак. чону просит тэёна немного покружиться, чтобы посмотреть на то, как фата будет волнами струиться, спадая с плеч омеги. киму нравится то, что он видит, поэтому даже ладонь ко рту прижимает, подавляя очередной вздох восхищения. внезапно где-то в недрах тэёновой одежды, сваленной в кучу, настойчиво начинает звонить телефон. ким тянется к кровати, чтобы отрыть мобильник, но не успевает: гаджет резко замолкает. — твой, – вложив в тэёнову руку телефон, чону принимается отвлечённо складывать вещи и прокручивать в голове список дел, который придётся пополнить ещё на несколько пунктов: ким совершенно забыл о дополнительных аксессуарах, что могли бы подойти завтра под свадебный образ омеги. — папа написал, что джэхён-и его встретил и теперь везёт к своим, – зачитав содержание родительского сообщения, тэён заносит пальцы над клавиатурой, чтобы написать что-то в ответ, но резко останавливается: — думаешь, это хорошая идея? — переживаешь, что они переругаются за три-то дня? брось, твой папа, судя по тому, что мне о нём рассказывал джэхён, довольно общительный и социально подкованный к разному роду взаимодействий, – старшая омега, наклонив голову, смущённо улыбается, вспоминая, с какой нежностью ей рассказывал юно обо всех подробностях знакомства. — к тому же, думаю, ему самому нужно побыть какое-то время наедине со своими мыслями, чтобы осознать то, что его сын завтра выходит замуж. — вероятно, это то, что испытывают все родители, когда их дети покидают семейное гнёздышко. будь то брак или, к примеру, переезд в большой город ради учёбы, – рассуждает вслух тэён, облокотившись спиной о высокий шкаф позади себя. — разве твои не были против, когда ты сказал, что поступаешь на психфак у чёрта на куличиках? — им было всё равно, – не поднимая головы, отрезает чону. в его руках внезапно рвётся браслет, словно символ тех тёмных времён, что отравляли жизнь на протяжении долгого времени. — с самого первого дня моей жизни им было плевать – вот что я хотел сказать. — прости меня, чону. я сегодня бью все рекорды в соревновании по вопиющей бестактности. на меня не похоже... – виновато шепчет тэ и взволнованно заламывает пальцы. он чувствует, что нащупал ту самую прогрессирующую опухоль, с которой, кажется, ким до сих пор не в силах справиться, а потому подходит ближе, чтобы отвлечь внимание друга и, например, помочь ему собрать в ладошку бисер. — не бери в голову. это отчасти моя вина, что я не объяснил ситуацию или хотя бы не расставил границы того, о чём можно спрашивать, – чону нежно обхватывает руку ёни, пересыпая из его ладошки бисер, что омега успела подобрать, а после вздыхает, будто собирается с силами рассказать о чём-то очень важном. — думаю, в сложившейся ситуации будет правильнее, если я поясню то, что имел в виду под «им было плевать», дабы избежать недопонимания между нами. я... вырос в детдоме, поэтому могу рассуждать о родительских чувствах только по книжкам, что приходилось читать в университете. когда мне исполнилось двадцать, то государство, естественно, сняло с себя всю ответственность и пинком под зад толкнуло во «взрослую жизнь». ни о материальной поддержке, ни о тем более духовной я не мог рассчитывать. приходилось выжимать по максимуму, совмещать работу с учёбой и как-то вытаскивать себя из той ямы, в которой я глубоко сидел. после знакомства с джонни и джэхёном всё резко изменилось: у меня появилась какая-то мотивация двигаться дальше не из-за страха умереть от голода, а из-за сумасшедшего желания реализоваться и зажить, наконец, своей мечтой. конечно, психфак не был изначально моей целью: так получилось, что на этот факультет я смог пройти по баллам и даже получить грант. ну, а потом перспектива разобраться в себе, вытащить старые травмы и навсегда распрощаться с ними, чтобы начать жить без сожалений, выдернув шипы обиды из собственного сердца, тоже соблазняла. тэён внимательно слушает чону, с каждым словом поражаясь всё больше мастерству этого человека: так спокойно рассказывать о том, что выжигало твою душу пожарами долгие годы, – надо уметь. чону на мгновение останавливается, вероятно, раздумывая над тем, что сказать дальше. будет справедливо отметить факт того, что на протяжении всего откровенного монолога голос омеги ни разу дрогнул. тэён искренне восхищается кимом. к своему стыду, ёни даже не задумывался о том, что чону в своё время пришлось столкнуться с подобным: он казался прилежным и заботливым сыном, которым можно было только гордиться. в какой-то момент всё стало на свои места. чону боялся, что у него недостаточно опыта для того, чтобы самому стать для кого-то родителем. честно, омеге бы очень хотелось создать свою семью, но лишь в тот момент, когда она будет чувствовать полную готовность к этому ответственному шагу. чону на собственном примере знает, что ни в коем случае нельзя спешить и связывать себя с кем-то узами брака или рожать только потому, что, по чьему-то субъективному мнению, «время пришло». плевать он хотел на биологические часы, которыми стращают общество и та часть взрослого поколения, у которой в своё время не было выбора. вернее, выбор был всегда, но они переложили ответственность за принятие решений на таких же беспомощных, умеющих только осуждать за чужими спинами и говорить голосами других, не своим собственным. чону к случаю джэхёна с тэёном относился, скорее, как к исключению из правил. немногим удаётся открыться друг другу, попытаться понять и изо всех сил стараться стать ближе: не манипулировать чувствами и быть максимально честными, не замалчивать. раздумывая над этим, чону правда благодарен ёнхо за то, что он уважает его мнение, границы и не лезет с непрошенной помощью. они не так давно снова разговаривали о браке, детях, и оба пришли к выводу, что на данном этапе их отношений в этом нет острой необходимости. чону знает, что его любят и поддерживают, а потому не нуждается в том, чтобы ему доказывали искренность своих намерений каким-то дополнительным образом. омеге достаточно чувствовать прикосновения альфы, слышать успокаивающий аромат оливок и бергамота. она знает, что в любую минуту может прийти к джонни, прижаться к нему, поделиться переживаниями и побыть в его объятиях настоящей, нуждающейся в нём. — эй, ты чего весь съёжился? сейчас же всё хорошо, – ким, увидев поникшего друга, торопится легонько схватить его за щёки, чтобы обратить на себя внимание. — это огромная часть моей жизни, от которой я не могу отказаться, но зато она помогла мне многое переосмыслить, по-другому взглянуть на какие-то вещи и, конечно, извлечь урок. сейчас я чувствую себя по-настоящему живым, любимым, желанным и, прежде всего, по причине того, что мне, наконец, удалось научиться себя ценить, понимать и помогать в преодолении каких-то трудных периодов. истина в том, что всем необходимо работать над собой, чтобы двигаться дальше и не позволять прошлому становиться якорем, что будет продолжать тянуть нас обратно. — спасибо, что рассказал. твоё доверие очень ценно для меня, – тэ окольцовывает шею друга, утыкаясь носом в предплечье. он чувствует, как становится ближе к киму. теперь между ними на один секрет меньше. не то чтобы это было какой-то особой тайной, просто нужного момента не находилось, да и эта не совсем та новость, о которой можно без всякого контекста заявить. чону успокаивающе поглаживает чужие лопатки, в какой-то момент чувствуя откуда-то снизу пинок. омега опускает взгляд и накрывает ладонью живот тэёна, стараясь поймать чью-то шаловливую конечность.

•••

— следить за отголосками мыслительного процесса на твоём лице – одно удовольствие, – подмечает джонни, пытаясь разрядить напряжённую обстановку глупой шуткой, и, поймав на себе вопросительный взгляд друга, продолжает: — успокой меня и скажи, что твоя взволнованность связана с завтрашним днём, а не с работой. я за себя не отвечаю, если сейчас услышу от тебя что-нибудь о компании. юно сжимает руль, пустым взглядом выискивая парковочное место возле картинг-центра: именно с этого места начнётся сегодняшняя развлекательная программа мальчишника, включающая в себя ещё один пункт назначения – клуб джено, о котором попросил временно позаботиться сам хозяин. попытавшись узнать у брата причину такого неожиданного решения, джэ услышал лишь одно: «марку плохо – я должен ему помочь». звучит довольно убедительно, если не вдаваться в подробности, а почему именно в помощи джено нуждается минхён, и когда они успели так сблизиться, что теперь по первому зову несутся друг к другу? однако больше ни о чём спрашивать джэхён так и не решился, посчитав, что его брат – уже давно взрослый мальчик, имеющий право на неприкосновенность личной жизни и сокрытие её подробностей. заглушив машину, юно отцепляет телефон от магнитного держателя, чтобы ещё раз свериться с адресом и после написать тэёну о прибытии. джонни в это время задумчиво подпирает щёку кистью, не сводя глаз с друга. то, как юно заботится о том, чтобы тэён не беспокоился о нём, заставляет ёнхо непроизвольно усмехнуться. этим действием со показывает, что вся его душа взыграла от осознания того, что наконец-таки в жизни друга появился человек, который искренне переживает о нём и каждый день интересуется самочувствием. положив телефон в карман пальто, джэхён выходит из машины, блокируя её. возле лица вдруг материализуется сигарета, протянутая джонни по привычке. юно какое-то время задумчиво смотрит на неё, словно решая, стоит ли оно того, но потом всё же отрицательно качает головой. даст себе слабину сейчас – опять не сможет бросить. грея руки в карманах, юно облокачивается бёдрами о капот машины. пока ёнхо молча наслаждается очередной порцией никотина, чон осматривает территорию, заранее выискивая вход. вероятно, его выражение лица всё так же сохраняло нотки очевидного беспокойства о чём-то, потому что джонни вдруг спрошивает: — у тебя всё хорошо? что-то случилось? мыслями ты явно не здесь, – наклонив голову, со слегка толкает бедром джэхёна, надеясь, что ему не придётся повторять дважды. — ты же знаешь, что у меня хорошая интуиция? — не уверен, что твоя реплика нуждается в моём устном подтверждении: она прозвучала, скорее, как неопровержимый факт, чем вопрос, – стряхнув пепел, джонни хмурится, не имея ни малейшего представления о том, куда клонит его друг. — вопрос, скорее, состоит в том, стоит ли мне ей доверять или я слишком драматизирую? – вечно внимательный чон джэхён, сконцентрировавшись на обеспокоенном лице друга, чьи щёки поблёскивают под лучами закатного солнца, замечает упавшую ресничку под глазом и спешит её аккуратно подцепить, чем обескураживает ёнхо. — не страшно, если я загадал желание за тебя? — да, я крайне недоволен. теперь мне придётся оторвать твою, подставляй глаз, – со в шутку тянется рукой к лицу друга, но в самый последний момент резко останавливается, опуская ладонь ниже, и замирает в районе чужого плеча, чтобы притянуть юно к себе и приобнять. — я обычно не плачу, ты знаешь, но не факт, что завтра сдержусь. — в таком случае я предупрежу фотографа о тройном тарифе, если он после празднования сольёт мне целую серию снимков джонни со с живыми эмоциями, – с особым удовольствием протягивает джэ, похлопывая друга по плечу. — о, кстати, проверь свой банковский счёт. — это ещё зачем? – ёнхо, не понимая, с какой целью джэхён его об этом просит, всё же лезет в карман за телефоном, открывая онлайн-приложение и видя перевод на приличную сумму, что аж глаза округляются. — ты в своём уме? — только не смей переводить – комиссия заоблачная. и так пришлось частями с разных счетов кидать. пойдём уже, скоро наш сеанс начнётся, – взяв под руку всё ещё охреневающего джонни, юно бодрым шагом направляется в сторону входа в здание, словно не он несколькими часами ранее перекинул своему другу несколько миллионов на счёт.

•••

осматривая трассу, джэхён подмечает довольно большое количество резких поворотов, на которых его карт будет со стопроцентной уверенностью заносить. альфа не особый фанат высоких скоростей, но именно сегодня он чувствует острую необходимость выпустить стресс каким-то необычным образом, которым не делал этого никогда раньше. и тут горячо любимый друг подсказал, что картинг может быть неплохой идеей. сам джонни частенько заглядывает в подобные места, каждый день сокрушаясь жизни в большом городе, где нет возможности лишний раз разогнаться, выкручивая руль и скрипя шинами на особо резких поворотах. надев шлем, ёнхо садится в карт, пристёгиваясь. его внимание концентрируется на джэхёне, всё ещё внимательно изучающем местность и пока что не собирающемся, по всей видимости, гнать вперёд. — эй, мистер-я-не-успокоюсь-пока-всё-не-проверю, запрыгивай в карт! прими уже, наконец, факт того, что не всегда в жизни можно всё контролировать. давай же! мы пришли сюда повеселиться и забыть обо всех проблемах, а не высчитывать вероятность того, на каком повороте ты впишешься в препятствие, – свистнув другу, джонни подъезжает к стартовой линии, намекая, что не даст фору юно, если он будет и дальше стоять столбом. чон усмехается, но в карт всё же запрыгивает, размышляя над тем, как бы его жизнь сложилась, не познакомься он тогда с самым шумным иностранцем их потока. джонни объективно заряжал своим позитивом даже в самые трудные периоды, вытаскивая из душной комнаты, заваленной кучей учебной литературы и упаковками из-под сухого рамена. хоть джэхён никогда и не был замкнутой и асоциальной личностью, ёнхо время от времени всё равно приходилось «будить» друга и вытаскивать в свет. юно всегда удивлялся способности со разговорить даже самого необщительного. — итак, на что играем? – чересчур загадочно интересуется ёнхо, когда видит, как чон подъезжает рядом. — так не терпится утереть мне нос? — да, а ещё насладиться триумфом в виде твоего проигранного желания. что скажешь? – с ухмылкой на губах уточняет джонни, играя бровями. — меня забавит кое-чья абсолютная уверенность в собственном выигрыше, так что с радостью не упущу возможности надрать тебе зад, – подмигнув, чон сжимает руль двумя руками, готовясь выжимать газ из карта по максимуму. ёнхо громко смеётся, чувствуя, наконец, этот соревновательный дух, по которому он так скучал, вспоминая студенческие годы, когда без «спорим, у меня лучше получится?» или «а слабо…» не обходилось ни дня. вот и сейчас со внимательно следит за сотрудником картинг-центра, поднявшим в воздух флаг, который должен оповестить их о том, с какого момента начнётся отсчёт времени. джэ, стараясь выровнять дыхание и настроиться, также прожигает взглядом белую ткань. выигрыш – дело принципа. девушка, натянув кепку, резко опускает флаг вниз: гонка начинается. оба мужчины одновременно выжимают в пол педаль газа. джонни без всякого стеснения прижимает юно к обочине, подрезает и по итогу обгоняет, устремляясь вперёд. минуя резкий поворот, альфа профессионально выворачивает руль, объезжая первые препятствия. пускай пока что он обходит джэхёна в скорости – это ненадолго. чон ждёт момента, когда ёнхо допустит ошибку из-за чрезмерной самоуверенности: слишком рано войдёт в поворот, мягко затормозит или резко повернёт рулём. так и случается уже буквально через пару поворотов. уже, по всей видимости, немного расслабившись, джонни позволяет себе повернуть слишком рано, из-за чего его карт заносит в сторону, невольно уступая дорогу внимательному джэхёну, который, начиная жёстко тормозить, блокирует друга, а после с концами уносится вперёд. с непривычки глаза юно немного побаливают из-за того, что он смотрел на малый участок трассы прямо перед собой, допуская типичную ошибку новичка. соревновательный дух набирает обороты тогда, когда джонни нагоняет чона и вновь принимает попытки прижать к обочине. джэхён, издеваясь, начинает вилять, буквально тараня друга, из-за чего они оба замедляются и, в конце концов, врезаются в препятствие. джонни, в силу своего профессионализма, реагирует быстрее и плавно поворачивает рулём, объезжая карт юно. он не на секунду не сдаётся, разгоняясь до такой степени, что деревья и здания по периметру трассы проносятся мимо с бешеной скоростью, смазано искрясь. вскоре вдалеке показывается финишная черта, пробуждая в крови новый запас энергии и адреналина. на очередном повороте джонни заносит, и секундное замешательство замедляет его, позволяя джэхёну вновь обогнать. сжимая двумя руками руль в положении на три и девять часов, юно плавно объезжает все препятствия, наконец финишируя. ёнхо проносится за ним следом и, скрипя шинами, останавливается в нескольких метрах от друга. сняв шлем, он ослепительно улыбается, поясняя причину своего проигрыша: — я тебе поддавался. — я так и подумал, когда ты так отчаянно газ в пол выжимал, – подмечает джэхён, ожидая момента, пока джонни вылезет из карта и подойдёт к нему, чтобы ткнуть пальцем в чужую грудь. — с тебя желание. — всё, что угодно вашей душеньке, – ёнхо толкает друга плечом, перехватывая для удобства свой шлем под мышку. — соглашайся работать на меня. сколько ещё раз мне нужно предложить? тебя не устраивает цена вопроса? договоримся, – юно заглядывает в чужие глаза, надеясь найти в них ответ на свой вопрос, который мучает его уже довольно продолжительное время. — тебе ведь не нравится то, чем занимаешься сейчас. так почему бы не попробовать сменить обстановку? — ты меня не купишь, папочка, – язвит со, после чего наблюдает весьма забавную и редкую картину: джэхён закатывает глаза, позволяя себе на невербальном уровне показать степень усталости от постоянных отказов со стороны друга. вечно всё контролирующий юно по итогу проигрывает своей мимике. — а если серьёзно, джэ, то сейчас не самое подходящее время. у чону трудный период: много клиентов и мало часов на сон, так что я нужен ему. подумываю взять отпуск на неопределённое время. чон понимающе похлопывает друга по плечу, отмечая в голове неоново-красным пункт: «почаще писать чону и спрашивать про его состояние». омега упоминала как-то недавно в их общей беседе, что в последнее время у неё плотный график, по причине чего постоянно приходилось переносить дружеские посиделки до лучших времён, которые, к слову, так и не наступили. — а вообще, большое спасибо за предложение. я ценю это и знаю, что тебе нужны ответственные люди с нескончаемым запасом свежих идей и энергии, но на данный момент не могу сказать о себе того же.

•••

— о, я застал художника за созданием очередного шедевра? – чону, так и замерев у двери, рассматривает сгорбленную спину тэна, который, вероятно, старательно упаковывал свой свадебный подарок. таец дёргается, не ожидав услышать чей-то голос. он слишком сконцентрировался на картине, что упорно отказывалась вмещаться в заранее приобретённый под её размеры подарочный пакет. отчаявшись, тэн машет рукой старшей омеге, разрешая войти в комнату, которая вообще-то принадлежит самому чону (он предложил собраться сегодня у него и не мучить бедных котов тайца переездами из-за кое-чьей аллергии). читтапон решил, что спрятать свой подарок гораздо надёжнее у кима, нежели в своей студии, где помимо него живут ещё два мохнатых и очень любопытных носа. омега не уверена, что картина осталась бы в целости и сохранности, когда рядом постоянно носятся луилеоны, сшибая всё на своём пути. видя, как у тайца чуть ли не пар из ушей начинает идти, чону осторожно приобнимает друга за напряжённые плечи, после начиная их плавно массировать. ким чувствует скованность в чужом теле и спешит расслабить, избавляя от зажимов. читтапон тяжело вздыхает, распуская бордовую ленту, что некогда плотным крестом оплетала полотно. ему опять не нравится конечный результат. кто же знал, что труднее упаковать подарок, чем тратить время на его создание? накрыв чужие руки, сжимающие полотно по бокам, чону опускает подбородок на обнажённое плечо тайца, чтобы поближе рассмотреть картину. он уже и прежде видел работы друга: всегда кричащих цветов бесформенные мазки, перекрывающие пятнами пустое однотонное пространство, словно отражая тревожность на душе художника. случалось и такое, что абстракция тэна приобретала всё более чёткие силуэты, иллюстрируя какой-нибудь морской пейзаж с плескающимися звёздами в изумрудной воде или даже скалистый обрыв, освещённый закатным солнцем. однако, что бы тэн не изображал, в его работах всегда было место тревоге и отчаянности. если море, то обязательно со штормовыми волнами; если цветущий сад, то с умирающей, иссохшей почвой, если скалистый обрыв, то такой высоченный и скользкий, что навернуться с него и разбиться не составило бы особого труда. вероятно, в этом и был весь таец. он мог внешне сохранять спокойствие, но внутри него бушевал настоящий океан, обладающий сокрушительной силой, что затапливала и уносила на дно целые острова надежд, растирая в песок всё, что было на них когда-то возведено. удивительно, но на той картине, что тэн сейчас трепетно сжимает в своих руках, не было ни намёка на трагедию. напротив, использованные оттенки – тёплые, спокойные, плавно перетекающие из одного в другой. на полотне была изображена чья-то обнажённая спина, наполовину прикрытая белой рубашкой. чону понадобилось ещё какое-то время, чтобы опознать модель – тэёна. на его напряжённые лопатки опустились, скорее всего, заботливые руки джэхёна, испещрённые вздувшимися венами, словно придерживая и уверяя в том, что никогда не отпустят. ким не сдерживается и осторожно проводит пальцем по верхнему слою краски, поражаясь реалистичности. он обводит заднюю сторону шеи тэёна, поблёскивающей под солнечными лучами, чтобы подняться выше по росту волос и остановиться на затылке. именно тут кудрявые локоны, небрежно торчащие в стороны, были особенно светлыми. чону ещё раз опускает взгляд на остро выпирающие лопатки, рассматривая аристократичные пальцы юно. омега замечает обручальное кольцо, так идеально вписавшееся по цветовой гамме, не кричащее о своём присутствии, словно оно по определению так и должно там находиться. чону восторженно вздыхает: — это настолько красиво и чувственно, что я не могу оторвать взгляд. ты очень талантлив, тэн, – ким, убирая подбородок с чужого плеча, отходит в сторону, чтобы упереть руками в стол и, наклонив голову, установить с тайцем зрительный контакт. — знаешь, однажды астрофизиков спросили, что, по их мнению, сложнее устроено: вселенная или человеческий мозг? они единогласно ответили: «мозг». а теперь представь, что каждый из нас в голове носит маленькую вселенную. ты нашёл отражение своей в творчестве, а это дано далеко не каждому. я не перестану восхищаться тобой и буду искренне верить в то, что однажды мне посчастливится увидеть, как ты откроешь собственную выставку. чону поправляет хаори на чужом плече, пряча оголившийся участок кожи обратно под ткань. пока тэн собирается с мыслями, чтобы хоть как-то отреагировать на слова восхищения, ким перехватывает полотно из его рук и пытается самостоятельно упаковать, заодно избавив друга от лишнего стресса. решив, что подарочный пакет можно сразу отмести в сторону, чону достаёт из нижнего ящика рулон с крафт-бумагой. — спасибо. иногда мне трудно поверить в себя, особенно когда пробуешь что-то новое, – тэн предусмотрительно подаёт киму ножницы с большими ручками, за счёт которых было намного удобнее резать, вместо тех красных, с тупыми лезвиями, что уже лежали на столе. — мне хотелось изобразить то, как я вижу их отношения. на мой взгляд, джэхён – тот человек, который будет крепкой опорой тэёну: что бы ни произошло, он обязательно удержит его, потому что иначе быть не может. ёни же по своей природе всегда бежит вперёд паровоза, поэтому я изобразил его со спины, которую только и успеваешь рассмотреть, когда он в очередной раз проносится мимо тебя. чону улыбается, слушая тэна и выражая безмолвное согласие. пока таец делился своими мыслями, ким уже успел обернуть полотно крафт-бумагой, а сверху перевязать той самой бордовой лентой, кончики банта завернув с помощью лезвий ножниц. тэн, увидев результат упорного труда друга, благодарно раскрывает руки в приглашающем жесте, чтобы обнять: — так вот для чего, оказывается, нужны друзья: чтобы помочь не сорваться в пропасть, – подмечает читтапон, прижимаясь носом к плечу кима, как вдруг слышит из соседней комнаты звук чего-то падающего, а следом голос тэёна: «всё в порядке, я просто не вписался по габаритам». тэн с чону переглядываются. решив, что гадать и рисовать в голове пугающие картинки того, что именно тэён мог бы уронить и каким образом, – глупая идея, ребята направляются в гостиную. ён обнаруживается у книжной полки. он неловко переминается с ноги на ногу, рассматривая чужие фотографии, на каждой из которых запечатлены какие-то сокровенные моменты этой маленькой семьи. чону с нежной улыбкой блаженно прикрывает глаза, мысленно возвращаясь в те места и вспоминая события, которые они с джонни так хотели увековечить в своей памяти. — хён, только давай сегодня без вечера грустных воспоминаний, – тэн, увидев, как ким прижал руки в груди, всматриваясь в ту же фотографию, что и тэён, настораживается. — предлагаю переместиться на диван и начать уже девичник. так, нет, хён, телефоны все сюда. на этот вечер забываем обо всех: есть только мы и наша обязанность поддержать ёни перед важным событием, которое завтра разделит его жизнь на «до» и «после». забрав из рук растерянного чону телефон, таец складывает все мобильники стопочкой на подоконник, предварительно отключив звук уведомлений из приложений, чтобы если что-то и могло омег отвлечь, то только какой-нибудь важный звонок. тэён присаживается на диван и протягивает руку чону, чтобы опрокинуть его рядом с собой. вскоре к ним присоединяется и тэн, сжимающий в руках огромную миску с разными снэками. — никогда не думал, что когда-то стану участником трезвого девичника, – подмечает таец, закидывая в каждую из кружек с какао маленькие маршмэллоу. — так ещё и без стриптизёров. — хорошо провести время можно и без алкоголя, – заявляет мистер-идеальность-ли-тэён, после чего ловит на себе осуждающий взгляд тэна. — и мужиков, – добавляет чону, будто не он несколькими минутами ранее изучал страницу джонни в инстаграме, уже скучая и надеясь увидеть фотоотчёт вечеринки с джэхёном. — осуждаю. сидят тут двое... – таец закатывает глаза, но продолжить свою пламенную речь так и не решается, посчитав, что «сидят тут двое при членах, будучи в здоровых отношениях» может испортить им вечер. — справедливости ради, давайте поговорим о чём-нибудь другом и тем самым выполним условие тэна «забыть обо всех» хотя бы на этот вечер? – предлагает тэ и тянется за кружкой, чтобы погреть губы и заодно попробовать напиток, вкус которого он уже давно забыл. — предлагаю сыграть во что-нибудь, что может помочь нам узнать друг друга получше, или, может быть, облегчить душу и поведать о чём-то, – озвучив это, чону ловит на себе многозначительные взгляды своих друзей. — ясно, компромат на нас составляешь, – буднично выдаёт тэн, словно его не впервой пытаются вывести на чистую воду и заставить раскрыть карты. — будет любопытно поиграть в «я никогда не» на трезвую голову. — предлагаю исключить любого рода наказание за нежелание чем-то делиться. пусть будет на совести каждого из нас, – тэён вносит свои разумные корректировки в игру, ища поддержку озвученной идеи в глазах чону. — договорились. кто начнёт? – задав вопрос в пустоту (вряд ли кто-то вообще решится начать), чону с интересом оглядывает омег, задерживаясь на тэне, который отчаянно пытается откусить голову мармеладному червяку. — я начну, – тэён подаёт голос первым, надеясь, что чону подготовил ему хотя бы медальку за смелость, потому что с тэном играть в подобное вообще-то опасно: он не успокоится, пока до сути не докопается, и будет всячески изощряться, чтобы по итогу добиться своего, правды. — у меня никогда не было проблем с законом. — это нечестно, ли тэён, – тэн, недовольно фыркнув, загибает первый палец. — ты сам меня вытаскивал, а теперь ещё и используешь это против меня. ладно, мне стыдиться по большому счёту нечего: я человек с обострённым чувством социальной справедливости и гражданского долга! я отстаивал свои конституционные права на митинге, вот меня и повязали... — на несанкционированном митинге, попрошу заметить. неужели в голову не пришла мысль, что, может быть, лучше с собой взять копию, а не оригинал паспорта? – ён вытягивает перед собой руку, сжимающую подушку в качестве блока, ведь буквально через мгновение ему в лицо мог бы прилететь мармеладный червяк. — хорошо, что тебя вообще не отчислили. чону, не сдерживая тёплой улыбки, смотрит за взаимодействиями омег, гадая о том, что ещё сегодня ему предстоит о них узнать. тэён поднимает руки в капитулирующем жесте, объявляя перемирие, зная, что это, скорее всего, не спасёт ситуацию и не успокоит тэна так просто, но, к его огромному счастью, таец переводит взгляд на кима, хитро улыбаясь. удивительно, что он так быстро остыл, хотя на деле уже продумывал в голове план мести, но для начала пусть и чону ответит на что-нибудь провокационное, чтобы жизнь малиной не казалась. — у меня никогда не было секса втроём. это не совсем тот вопрос, который вертелся на языке у тайца, но тем не менее он был озвучен. тэн ожидал, скорее, что тэён загнёт палец, так как был наслышан о его любовных похождениях в школьные годы. однако реальность удивляет сильнее, чем могла бы. палец согнутым оказывается у чону, что неуверенно держит в воздухе оставшиеся четыре. обе омеги присвистывают, ещё даже не подозревая, чьи имена ким назовёт в качестве своих бывших партнёров. — мы хотим знать. всё до мельчайших подробностей, хён, – тэн с интересом подпирает щёку ладонью, ожидая рассказа чону в ярких красках. — не думаю, что подробности будут уместны, учитывая, что моими партнёрами были джонни и... прости, ёни, – имя человека, который завтра станет официальным мужем тэёна, чону так и не смог произнести, чувствуя укол вины, казалось бы, за совершенно естественные вещи, что оставались тенью в далёком прошлом и не освещались лучами света в настоящем. — между нами ничего не было, если тебя это волнует. мы все втроём просто находились на стадии изучения собственных тел и решили, что такой эксперимент поможет определить наши границы и дать какое-то ясное понимание того, где и как нравится, когда тебя кто-то касается... тэён давится воздухом. глупо отрицать, что озвученное признание не вызвало у него никаких чувств, но всё же они были довольно далеки от общеизвестной ревности. это часть биографии джэхёна, которую он должен принять за данное и двигаться дальше. в конце концов, прошлое должно остаться за чертой настоящего, разве не так? тэн переводит обеспокоенный взгляд на ли, чувствуя и себя, на самом деле, мудаком тем ещё. не то чтобы это было секретом, но... если вдруг тэён сейчас спросит у чону, были ли у него когда-нибудь чувства к юно, и ким ответит правду, то таец очевидно сможет с лёгкостью назвать себя худшим другом в мире. всё-таки он был в курсе, что старшему когда-то нравился джэхён. вероятно, если тэён сейчас не задаст вопрос напрямую, то необычайно болтливый рот тэна так и останется до конца жизни закрытым на тему чувств чону, потому что это не его тайна и не ему её раскрывать. однако комната продолжает утопать в пугающей тишине, пока на дне зрачков ёна плещется нечитаемая меланхолия. не каждый ведь день твой лучший друг признаётся, что спал когда-то с тем, чью фамилию ты с завтрашнего дня собираешься носить. — всё нормально. мне просто нужно время, чтобы переварить это, – спешит хоть что-то сказать в своё оправдание тэён, посчитав, что его молчание затянулось.

всё самое любопытное вскрывается за день ночь до свадьбы.