Chapter I
18 мая 2020 г., 18:26
Последние 15 минут я просидела, с недоверием смотря в экран своего ноутбука, пытаясь подобрать слова для ответа на e-mail, который ввёл меня в ступор. Наверное, это просто чей-то глупый розыгрыш. Кто-то прознал, о том, чем я занимаюсь и теперь просто хочет подшутить над моими мечтами.
Но электронный адрес, с которого пришло письмо, был официальным, да и его содержимое выглядело правдоподобно.
Две недели назад я разослала сценарий, написанный мной, всем режиссёрам, сценаристам и продюсерам Голливуда, чьи электронные почты смогла разыскать в сети.
Сегодняшнее утро началось также, как и всегда. Проснувшись, я приняла холодный душ, позанималась йогой и заварила себе кофе, решая, какую книгу я начну читать сегодня. Вчера я закончила погружение в книгу Андре Асимана «Назови меня своим именем» и оставалась под впечатлением от его стиля написания, от той атмосферы, которую ему удаётся передавать словами до сих пор. Я листала список литературы, которую хочу прочитать и мой палец замер на серии книг Анны Тодд «После». Нашумевший подростковый роман, который я добавила в свой список, поддавшись настроению однажды.
Все эти штучки про любовь были мне не известны. Мне нравилось писать о любви, порой хотелось почитать об этом, а если уж совсем романтическое настроение, то я включала себе фильм. В такие дни я позволяла себе погрустить от того, что одиночество было моим лучшим другом и парнем. Такие дни были нужны, обычно после в голове появлялись новые идеи и зарисовки для текстов.
Многие спрашивали меня: не скучно ли мне жить одной? «Что ж, если бы было скучно, то я бы не жила одна», - обычно отвечала я, про себя помечая, что человеку, с которым я общаюсь, неведомо насколько прекрасным и удивительным может быть одиночество.
Мне никогда не было скучно одной. Ведь по сути я никогда и не была одна. С тех самых пор, как умерла моя мама и я начала жить одна, я писала каждый день. В моей голове появлялись новые миры, наполненные интересными и такими разными персонажами, я узнавала их сквозь призму своего мировосприятия. Поэтому одинокой я себя никогда не ощущала. Почти.
Решив отложить выбор книги на следующий день, я села за ноутбук и открыла почту, ожидая увидеть как обычно кипу рекламной рассылки и абсолютно ничего полезного или стоящего моего внимания.
И представьте, насколько велико было моё удивление, когда после письма о новом совершенно революционным способе быстро разбогатеть, я увидела имя Греты Гервиг. Я восхищалась этой женщиной и её работами, она была одна из немногих, кто завоёвывал Голливуд наравне с мужчинами, в чём-то даже сильно их превосходя. Отправляя ей свой сценарий, я даже не была уверена в правильности адреса электронной почты.
Первые пару минут я просто сидела с неверием взирая на экран ноутбука, который явно превратился в мою зрительную галлюцинацию, ведь это просто не могло быть правдой. Но это было. На экране чётко выделялся адрес её почты и приветствие. Она обращалась ко мне по имени.
Вот тогда я впервые ощутила своё одиночество. Мне хотелось позвонить кому-то и убедиться в том, что я не схожу с ума. Хотелось поделиться эмоциями и просто заввижать от счастья, как обычный подросток. Собравшись с силами и сделав несколько глубоких вдохов, я осмелилась кликнуть на письмо и открыть его.
«Мисс Элизабет,
Я могла бы написать шаблонным выражением, что была рада ознакомится с Вашей работой и была бы рада встретиться с Вами для её обсуждения, но… Такие слова кажутся мне слишком пафосными в этой ситуации, потому что я в восторге!
Ваш текст настолько глубок и пронизывает каждую клеточку тела, что у меня не хватает слов, чтобы выразить тот спектр эмоций, который я ощутила после прочтения Вашей работы. Вы указали, что Вам 20 лет? Что ж если это правда, то у Вас огромное и невероятное будущее. Я отправила Ваш сценарий руководству киностудии, и они утвердили его.
По Вашему сценарию будет снят фильм. Работа над подбором актёрского состава уже началась. Вы сможете приехать в Нью-Йорк в ближайшее время? Необходимо уладить официальные документы, оформить ваши авторские права и, если Вы не против, я бы хотела, чтобы вы участвовали в съёмочном процессе. Эта Ваша история и для меня очень важно ваше видение картинки и постановки.
С нетерпением жду Вашего ответа,
искренне Ваша Грета Гервиг».
Кофе, заваренный мной пол часа назад, давно остыл. Последние следы кофейного аромата улетучились в открытое окно, когда я наконец-то отважилась нажать кнопочку «Ответить».
Меня переполняли эмоции. Мне хотелось кричать, плакать, бегать по всей квартире и смеяться одновременно. Я была готова собрать вещи прямо сейчас и пешком идти в Нью-Йорк. То, что всё происходящее сейчас реально никак не укладывалось в моей голове.
Знаете состояние, когда вы напиваетесь настолько, что все проблемы забываются и наступает момент эйфории? В этот момент весь окружающий мир кажется настолько прекрасным, что вы готовы обнимать и целовать каждого встречного лишь потому, что вы безгранично и бесконечно счастливы.
Вот что-то подобное сейчас ощущала я. Правда после моей эйфории у меня вряд ли будет похмелье и головная боль. Скорей наоборот.
Я ответила на письмо Греты, стараясь не подать виду, насколько я шокирована и восхищена, и к моему огромному удивлению она ответила мне спустя две минуты, которые несмотря ни на что показались мне вечностью.
Мы договорились о том, что я вылечу завтра. Руководство киностудии обязалось забронировать мне номер в отеле, а водитель Греты должен был меня встретить. Я официально буду сценаристом фильма по написанной мной книге, историю, созданную мной, увидят и прочитают миллионы людей.
Опьянение эмоциями было настолько упоительным и всепоглощающим, что я просто включила музыку на максимальную громкость, открыла настежь окно и танцевала до тех пор, пока не ощутила усталость в ногах, удивляя всех своих соседей, которые не слышали звука громче хлопка дверей за всё время, что я здесь живу.
В моей жизни происходили невероятные перемены, но я была к этому готова. Я готовилась к этому всю свою жизнь. Поэтому сейчас я просто с улыбкой смотрела в завтрашний день, не имея ни малейшего представления, насколько далеко всё зайдёт и как глубоко я увязну в этом.