найти выход

      Гию ненавидет чёртовых слабаков, особенно в клетчатых хаори и с серьгами ханафуда. Гию ненавидит Танджиро настолько сильно, насколько вообще можно ненавидеть живое существо. Гию признается себе, что выебал бы его при первой же возможности.       Потому что он ненавидит слабых, они так жалки — обязаны целовать ноги сильным, надеясь на их милосердие и защиту.       Но Танджиро не такой. Он не просит о защите, наоборот, одной рукой хватает заточенный клинок, другой — мягкую ладошку сестры и идёт убивать демонов. Именно поэтому Гию отрубает Незуко руки, что бы Танджиро мог сжимать только его собственную ладошку.       Танджиро не любит Гию, просто терпеть его не может. Дорогая Незуко не заслужила такого обращения к себе. Танджиро уже не пытается защищать её, ведь понимает — бесполезно, ему не тягаться со столпом воды; он лишь просит сестрёнку не провоцировать Гию.       Танжиро Камадо не любит Гию Томиоку. Почему же? Он пытался найти ответ, тысячу раз задавал себе этот вопрос и тысячу один — заходил в тупик. Ведь слабым нужна защита, а Гию даёт её, не прося ничего взамен. Так почему же? Что он сделал не так?       Гию бы глотки перерезал и пальцы повыламывал всем гребанным столпам. От Санеми до Шинобу. Ей особенно.       Гию внутренне кипит и бурлит, горит адским огнём, когда Обанай так грубо прижимает связанного Камадо к земле. Взрывается сотнями искр и устраивает внутренний пожар, когда Санеми протыкает плечо Незуко. Он ненавидит её чуть больше Танжиро и немного меньше чем Шинобу. Но девчушка дорога для Камадо — нужно защитить.       Гию бы порвал на куски чёртового Обаная и чёртового Санеми.       Вот только Танжиро против.       В его жизни слишком много насилия.       И одно из них — его личное недоразумение.

***

— Вы знали, что остальные вас недолюбливают, Гию-сан? — Шинобу откровенно смеётся и издевается, у Томиоки вот-вот переклинит что-то внутри и он обещает себе, что оторвет ядовитой бабочке крылья. — Да, и это абсолютно взаимно, — скрепит зубами. Где-то здесь, в огромной опасности, сражается с демонами его Танжиро, нужно всего лишь немножко потерпеть и прибежать на помощь первым.       Гию считает, что ему совершенно не подходит дыхание воды, путь по течению явно не для него. Даже эта вода не может потушить пожар внутри него.       Просто потому что огонь насыщает воздух, а время не лечит. Он когда-то перестанет это проверять.       Томиока вообще не верит в любовь с первого взгляда. Это все ерунда для девиц, которых родителям поскорей бы выдать замуж. Просто Танджиро сильный, который прикинулся слабаком, и нет нужны заботится о нём. Тогда Гию наконец-то позаботится о себе.       Когда он вырывает Обанаю глазницы, Мицури кричит и плачет, но не может поднять руки. Просто плачет. Как слабые. — Я не хотела, чтобы кто-то кому-то вредил! Прошу, перестаньте, Томиока-сан!       Танджиро обнимает Муичиро и заплетает его волосы, а Гию пишет пальцем на песке «сдохни, ненавижу».       Танджиро закрывает на все глаза и спокойно умирает в пятнадцать от руки Мудзана. Гию клянётся, что больше никогда не полюбит и не поверит в ебанную любовь с первого взгляда.

***

— Я прощаю тебя. Танжиро прощает, — повторяет Незуко, вновь принявшая человеческую форму. — Мне бы самому себя простить, Камадо.       Томиока просто хочет найти выход из ямы, в которую сам же себя помещает каждое утро, день, вечер и ночь. Найти выход и наконец-таки погасить пожар. Но только ещё больше льёт бензина.       Незуко совсем не злится. Злиться должен Танджиро.       Они оба винят себя за то, что тогда Мудзана на куски разодрали не они. Незуко садится рядом и смотрит на облака. Ветер уносит надписи на песке, но увы не может унести воспоминания. Гию все ещё непрерывно ищет выход, чтобы добраться к своему заслуженному покою в месте, где все будет хорошо.       Вот только он не девочка-демон с чёрными волосами и милой улыбкой. И в отличии от Незуко, для него рядом с Танжиро нет места.       Камадо Танжиро умер, но он не проиграл.       Сильные не проигрывают       А Томиока проиграл.       Самому, черт подери, себе.