28
1 августа 2020 г., 22:03
Лишь спустя час Караджа опомнилась, что они не одни. В доме свекровь, деверь, да и вообще за окном день. Стала ерзать, пытаясь высвободиться из плотного кольца, тяжёлых рук мужа. Только ей удалось выбраться, как сильные руки снова притянули за талию, пряча в свои объятия.
— Не уходи. — сонным голосом протянул Азер.
— Нельзя, а если начнут искать нас? Сейчас 2 часа дня, сколько мы тут уже? 2-3 часа? — начиная паниковать, лепетала Караджа.
— Никого нет. Они ушли. До вечера можно не ждать. — лениво улыбнулся он.
Чувство спокойствия снова заботливо укрыло ее, и она, обвивая руками сильную спину мужа, уткнулась ему в грудь. Казалась словно они единое целое, она в нем растворялась без остатка. То, что произошло несколько мгновений назад, словно разрушило все барьеры. Оголив их души друг перед другом, не разделяя одного от другого.
Караджа больше не чувствовала стеснения в проявлении чувств. По крайней мере не сейчас. Он лежал перед ней такой беззащитный, с взъерошенными волосами, умиротворенное лицо с лёгкой улыбкой. Она приблизилась, и поцеловала его в уголок улыбающихся губ, от чего улыбка стала шире. Азер сильнее прижал ее к себе, будто боялся, что она исчезнет. Путаясь чувствовать ее, чтоб убедиться, что это не сон. Караджа чуть отстранилась, вглядываясь в это идеальное, четко очерченное лицо. Приложив пальчик, проводя по незажившему веку, по его скулам, ямочке на подбородке. Останавливаясь, тактильно запоминая, закрепляла легким поцелуем на этом месте.
— Что ты делаешь? — улыбаясь спросил Азер, перехватив ее руку, поднёс к губам.
— Хочу запомнить твоё лицо. — задумчиво ответила она.
— Зачем? Я же рядом теперь. — оставляя поцелуи на каждом пальчике, произнёс он, обжигая своим дыханием.
От чего мелкие электрические разряды отдавались по всему телу, оставляя приятное тепло в области живота.
— Не делай. — убирая руки просила Караджа.
— Почему? — невинно спросил он, — Боишься не устоять?
— Нужно спускаться. — повторила попытку она.
— Завтра уезжает мама, тогда уже не сможешь так просто убегать женушка. — издевался Азер, потягиваясь на кровати.
Караджа завернутая в простыню, пыталась собрать свою одежду.
— Даже если мама уедет, остаётся Йылмаз. — поддела его жена, довольная своим ответом.
— Черт бы побрал этого хвоста. — выругался он, — Я его в Адану отправлю, или на квартиру.
Караджа залилась смехом.
— А сам дома засядешь как новоиспеченная невеста? Азер, кто работать будет? Йылмаза отправишь и сам дома засядешь.
— Верно, тоже, верно. Придётся довольствоваться тем, что есть. — жалобно вздохнул он.
Караджа зашла в душ, включила воду, подставив лицо тёплым струйкам воды. Приятная усталость в теле, и расслабляющая вода, что может быть лучше? Сзади ее обхватывает и приживает к своему твёрдому, упругому телу, теперь уже муж во всех смыслах. Ее разум не в силах понять, от чего его прикосновения так действуют на неё, она застывает словно под гипнозом, следуя его зову.
— Что ты делаешь со мной моя чёрная лисица? Чем ближе я к тебе, тем больше я скучаю, и тем невыносимее разлука с тобой даже на несколько секунд. — шепчет ее в ухо, щекоча своим бархатным голосом.
Убирая волосы со спины, берет гель для душа, и нежно мылит спину. Проводя рукой по плечам, спине, по выпирающим лопаткам, по каждой впадинке позвонков, опускаясь к пояснице, все ниже и ниже.
— Азер. — едва ворочая языком тянет его имя. — Что ты делаешь?
— Мою свою жену. — серьезно отвечает он.
Она оборачивается к нему лицом, берет гель и мылит его плечи, руки, грудь, живот, перебираясь к спине. Он вздрагивает от ее еще не слишком уверенных прикосновений, от чего мышцы играю под ее пальчиками. Не выдерживая, перехватывает ее руку.
— Сегодня предоставь мне это дело. Если ты так продолжишь, мы и до завтра не выйдем отсюда. — тихо бормочет он, собрав всю волю.
— На сегодня с тебя хватит, ты должна отдохнуть. — массируя ее голову, вымывая остатки шампуня, заключил он.
После завернув ее в полотенце, направил ее к спальне, подталкивая хлопнул по скрытой под полотенцем ягодице. От чего Караджа хихикнула, выходя из ванны.
— Ты не выходишь? — спросила она.
— А мне нужен, холодный душ, чтоб выйти к вам маленькая госпожа. — вздохнул он.
Караджа одевшись, смотрела в зеркало, все еще подсушивая непослушные волосы. Лицо сияло, словно в отражении на неё смотрела совсем другая девушка. Глаза блестят, на щеках румянец, губы ярко алые. Она изменилась. Неужели от того, что тебя кто-то любит, человек может так сильно измениться, буквально за несколько часов, минут? Ей хотелось порхать, словно она нашла источник неиссякаемой энергии.
Уложив аккуратно волосы, в прежнюю причёску, собрав постель, Караджа спустилась вниз готовить ужин.
Вспомнив про отъезд свекрови, решила приготовить что-нибудь особенное.
Чувство легкости не покидало ее, порхая от столешницы к шкафу, от шкафа к холодильнику. Собирая все нужные ингредиенты, напевала себе тихо под нос. Выбор пал на грибной суп-пюре, слоёный мясной пирог. Пока месила тесто, вовсе не заметила наблюдавшего за ней Азера.
Ему казалась она явилась из детских сказок, которые он слышал краем уха, когда сестры читали младшим братьям. Маленькая лесная фея, с жемчужно-чёрным водопадом волос, огромными и темными как ночь глазами, в которых можно было утонуть, пытаясь найти себя. Когда она хмурилась, они становились цвета ночи перед грозой, от радости блестели, словно летнее ночное небо с множеством сияющих звёзд. И это все принадлежит только ему. От этой мысли сердце билось в радостном ритме. Смотря как она плавно закатывает шариками тесто, отрывая одинаковые куски, он не отрывал свой взгляд от ее по-детски маленьких пальчиков. Вспоминая их прикосновения к своему телу, по спине невольно пробегали мурашки. Она словно ледяной напиток в летний зной, пытаясь утолить жажду, невозможно напиться. После каждого глотка, пить хочется сильнее. «Как ты дошёл до такого состояния Азер Куртулуш? Кто бы мог подума?» ухмыльнулся сам себе мужчина.
Караджа резко повернула голову на посторонний звук, заметив мужа облегченно вздохнула.
— Что крадёшься как вор? Лучше помоги. — шутя бросила она.
— Не вопрос. Командуйте, шеф. — встал он рядом.
— Я шучу. Садись.
— Обижаешь! Ты не доверяешь мне? Так не пойдёт, давай говори, что мне делать?
— Тогда выбирай. Либо займёшься мясом, либо нарежешь овощи.
— Думаю мясо мне по душе. — выбирая нож ответил Азер.
Караджа удивленно наблюдала, как ловко и быстро он справляется. Лицо серьезное, губы поджаты, на переносице засела морщинка. Быстро справившись, он повернулся к ней.
— Давай овощи. — уже вошёл в азарт.
— Да ты прям настоящий мясник, так быстро расправился с мясом. — улыбалась Караджа.
— Девочка моя, это моя профессия. — гордо сказал он.
От чего оба рассмеялись.
За этой картиной, семейного идиллия, наблюдала вошедшие Фадик и Йылмаз.
Йылмаз впервые видел брата таким расслабленным, весёлым и непринуждённым. В голове промелькнула мысль, если эта девушка так на него действует, он сможет простить ей все. Он все еще был убеждён, их проблемы, и их последствия были от этой девчонки, может не специально, но были.
Сам парень был замкнут, а брат не делился с ним своими душевными проблемами, тем более все что касалось Караджи.
— Видишь, как он с ней счастлив? — удовлетворенно прошептала мать Йылмазу.
Он коротко кивнул, скрывая свою радость за брата.
— Ну теперь я точно могу уезжать со спокойной душой. — громко сказала мать семейства Куртулуш.
— Я боялась вас оставить одних, чтоб не поубивали друг друга. Но вижу, вы нашли общий язык. Даже приручила моего Льва. Так что он готовит под твоим руководством. Молодец девочка. — довольно хвалила Фадик невестку.
— Мы пока чуть отдохнём, но обязательно спустимся к вашему столу. — сказала напоследок Фадик, направляясь в свою комнату.
Караджа смущенно опустила глаза, а Азер как ни в чем не бывало улыбался во все 32 зуба. И даже не пытался возразить. Лев был рад быть прирученным Лисой. Только вот кто кого приручал?
Караджа впервые так много смеялась и улыбалась. Нет был еще одни такой день. Ее восемнадцатилетие. Она, Сена, Акшин. А это всего лишь один из обычных дней в доме Куртулуш, в ее доме.
