46
18 августа 2020 г., 12:20
Азер слышал отдалённо голос, до боли знакомый и родной, словно прохладный ручеёк в тени жаркого зноя. Которая в миг переросла в леденящую волну, что заставила вырваться из желанного забвения. Ещё мгновение, он осознаёт, что действительно слышит ее голос. Тяжело открыть глаза, тело свинцовое и не слушается. Разум вернулся, но тело не слушалось, словно душа с плотью разъединились.
Выстрел. Один. Второй. Адреналин ударил в мозг, что он сам не понял, как оказался на ногах. Перед ним стояла Караджа, и лежало два трупа, тех кто его пытал. Дрожащими руками она спрятала за спину пистолет, и подбежала к нему. Заключив его в объятья, не могла поверить, что он жив, рядом.
— Нужно уходить. Люди, наверное, слышали выстрелы. Сейчас сюда все сбегутся. — схватив ее за руку, Азер выбежал.
Он завернул за угол дома, думая уйти так же незаметно, как и пришёл.
— Так ты напрямую столкнёшься с ними. Идём за мной. — Караджа потянула его за собой, в те колючие кусты.
Видя, что он весь сжался от боли, впивающихся шипов, Караджа подняла руку к его груди с мольбой в глазах.
— Потерпи немного, но так безопаснее.
Дойдя до проема в заборе, Караджа подтолкнула его.
— Лезь, я за тобой.
Азер недоверчиво смотрел на проем, пытаясь мысленно примерить свои габариты. Караджа заметив это, толкнула еще раз.
— Ну же. Быстрее. Они уже бегут. Ты пролезешь.
Перебравшись через забор, они оба выдохнули с облегчением.
— Там какие-то огни. — сказала Караджа, указывая в сторону главного входа.
— Они ищут нас. Это фонари. Надо быстрее уходить.
Идти в сторону дороги нельзя было, их сразу поймают. Вокруг лес. Продеться бежать вглубь леса. Недолго думая оба, стали убегать от преследователей. За спинами слышались выстрелы и лай собак. Адреналин в крови придавал сил, что они, ускоряясь бежали в чащу леса. Когда острый страх отступил, оба остановились оглядываясь.
— Вроде оторвались. — неуверенно произнесла Караджа.
Оглянувшись, пыталась разглядеть в темноте Азера. Он присел на лежавшую корягу, не в силах идти. Караджа подошла к нему, приложила руку к лицу, он весь горел. Вместе с тем стали слышаться раскаты грома, и первый крупные капли стали бить в лицо.
— Ты можешь идти? — спросила Караджа, — надо укрыться от дождя.
— Идём. — встал он, превозмогая боль.
Казалось, они ушли достаточно далеко, промокшие насквозь, уставшие. Сырая земля скользила. Караджа несколько раз спотыкалась, ветки били в лицо. Она видела, как тяжело идти Азеру, и пыталась собраться силами, лишь бы выбраться живыми. Они вновь остановились перевести дыхание, но дождь усиливался. Караджа не чувствовала ни руки, ни ног от холода. В момент, когда отчаяние уже стало одолевать она увидела какое-то странное очертание. В тёмном лесу оно выделялось чёрным пятном. Караджа ушла осмотреться.
— Куда ты Караджа? Не иди одна, там может быть опасно. — Азер пошёл следом за ней.
— Это дом. Это лесничий дом Азер. — радостно крикнула Караджа.
Дом был закрыт, но они легко смогли открыть старый замок. Оба наконец укрылись от дождя. Когда глаза привыкли к темноте, Азер нашёл лампу и спички. Но разжечь камин не удавалось, сырые дрова плохо разгорались. Дрожащими пальцами пытаясь развести огонь, спичка уходила за спичкой. Когда камин всё-таки стал понемногу разгораться, Азер облегченно выдохнул. Тёплый мягкий свет заполнил старую хижину. Тут было чисто, и довольно уютно. Явно за местом следили. Стояла бочка с водой и немного припасов.
— Надо снять мокрую одежду, ты заболеешь. — сказал Азер, подкинув ей какую-то белую футболку.
Сам же не спешил снимать, и вообще избегал ее взгляда. Говорил обрывками, и по делу. Караджа сославшись на обстоятельства, не стала донимать его и быстро сняв вещи, накинула на себя футболку, в котором она утопала. Когда она обернулась он был переодет в огромные штаны и футболку. Она невольно улыбнулась. Хозяин хижины был явно крупных габаритов, подумала она.
Азер откинулся на тахту.
Караджа подвинулась к нему, вглядываясь в его опухшее лицо. Сердце заныло, она боясь причинить больно, слегка провела пальцами по заострившиеся скулам. Казалось, и седины прибавилось. Она выдохнула, тихо шепча.
— Зачем ты это сделал? Это же самоубийство.
Но он не слышал ее, он погрузился в беспокойный сон. Веки подрагивали, а тело дрожало от озноба.
Караджа обыскав все шкафы, нашла смеси быстрого приготовления, чай, и что-то из анальгетиков. Почти до рассвета она выхаживала его, заставляя есть, пить и обтирая его. Он бредил, ворочался, и постоянно звал ее. От каждого произнесённого им ее имени, у Караджи наворачивались слёзы.
В тот момент, когда закончила обтирать его, она встала чтоб убрать кусок ткани и миску с водой. Азер перехватил ее, вцепившись мертвой хваткой.
— Караджа не уходи. Не уходи.
Убрав в сторону, то, что было в руках она легла рядом осторожно обнимая его, гладила, но заросшей щетине.
— Я никуда не уйду любимый, никогда не оставлю. — шептала она, слёзы тихо капали ему на грудь.
Азер проснулся от того, что было тяжело дышать. Открыв глаза увидел на своей груди голову Караджи. Он медленно встал, пытаясь не разбудить ее, и вышил оглядеться.
***
Ей снился их сад в Чукуре. Солнце озаряло полянку, на которой был накрыт длинный стол. Все суетились, женщины бегали, накрывая на стол, мужчины стояли у мангала. Осматриваясь, понимает, что тут находятся все кого, она так любит. Дядя Кахраман со своей семьей, ее Акшин в небесно-голубом платье, она улыбается. Дед и бабушка сидят в тени и машут ей. Караджа безумно рада видеть всех. Вот Сена несёт поднос с фруктами. Акын о чем-то беседует с дядей. Паша присел рядом с дедушкой. Но ее отца нет. Караджа обходит и сад, и дом, но его нет. Возвращается в сад. Небо затянуло тучами, все становится серым и мрачным. Лица вокруг исчезают, двор опустел. Из дома выходит отец и садится на веранду, он задумчив. Караджа неуверенно подходит к отцу. — Папа, я так скучаю. — сдерживая слёзы произносит она. Селим улыбается ей, на за улыбкой грусть. Он указывает ей на своё колено, чтоб она села. Караджа бросается к нему, садясь на колени как в детстве, крепко прижимаясь и обнимая. Все настолько реально, что она чувствует его одеколон, колючую короткую щетину, его мягкие, длинные пальцы, гладящие ее по голове. Караджа плачет, и говорит без остановки. — Папочка, я очень люблю тебя. Мне очень плохо без вас. Я тебя огорчила. Прости меня. Я так хотела, вот так, обнять тебя. Селим молча гладил ее по голове, успокаивая и обнимая дочь. Карадже стало так спокойно и легко, чтоб она обмякла и больше не плакала. Посидев вот так вдвоем кое-то время, отец встал, поцеловал ее в лоб, и направился к выходу. — Папа, не уходи. Пожалуйста, не оставляй меня. Ты злишься на меня? — бежала в след она. Отец остановился, обернулся к дочери. — Ты не одна моя прекрасная дочка. У тебя своя семья теперь. А мне надо идти. Я не злюсь на тебя, не нужно плакать. Не печаль свои красивые глаза. — убирая слезы с ее лица, произнес он, целуя в лоб. Ушёл оставив ее, и все во круг стало испаряться, превращаясь в прах. Перед ней не стоит больше дом. В саду нет больше тех ярких красок, зелёной травы и деревьев с сочными фруктами. Нет больше тех красных роз, что сажала бабушка. Нет больше родных лиц. Она стоит посреди всей этой пустоты, не чувствуя под ногами почву, земля исчезает она падает и зовёт его. — Азеееер! Азеееер!***
Азер вбежал в хижину на крики. Караджа сидела посреди постели, с ошарашенными невидящими глазами. — Все хорошо, я здесь моя хорошая. Не плачь. Это сон. Тебе приснился плохой сон? — успокаивал ее он. Она, крепко сжав его футболку притягивала к себе, боясь, что он уйдёт. Азер лишь крепче ее обнял. Как бы не было ему больно, он чувствовал в ней своё исцеление. — Я видела папу. — всхлипывала она. Он сразу помрачнел, ему нечего ей сказать. Когда она выплакалась и успокоилась, Азер встал и поставил чайник. Им нужно было подкрепится и уходит. Вчерашний дождь был им на руку, он смыл следы. Теперь найти их будет сложнее. И все же оставаться тут дальше рисковано. Утром выйдя, он огляделся, наколол новых дров. Оставив хозяину в знак непрошеного визита в его жилище. Пока он был занят делом, переваривал все что произошло этой ночью. И все больше и больше осознавал, как сильно она рисковала. Ненормальная девочка, думал он. Мысли что с ней могло что-то случиться сводили с ума, и он с яростью вколачивал топор в дерево, с такой силой что оно разлеталось в щепки. Как ей пришло такое в голову? Зачем? Он замер на мгновение, думая о том, что, раз она считает его виновным, почему она пошла за ним? Только перед глазами снова всплывают картинки как она, подставляясь под пули бежит подгоняя его. Сколько в ней безумия? — Азер, почему ты не смотришь на меня? Он, не отвечая, ставил на стол то, что нашёл. — Азер, посмотри на меня. — Что Караджа, что? — резко отреагировал он. — Почему ты злишься, почему избегаешь меня? — Мне нечего сказать тебе. — он поджал губы, подбирая слова. — Зачем ты пришла? Зачем ты так поступаешь Караджа? Тебя могли убить, ты понимаешь? — Я не могла оставить тебя. Почему ты спрашиваешь, это с меня? Разве ты не пошёл бы за мной? — Я это я, ты другое. Не сравнивай. Нет я не могу понять это безрасудство, как ты проникла туда? Как вообще пришло тебе это в голову? — Азер не унимался, распаляясь и возмущаясь все больше, и больше. — Да я сделала это, сделала. Потому что не смогла бы пережить твою потерю. Больше никого не потеряю. Почему ты так поступил? Почему пошёл туда один? Ты не подумал о нас? Обо мне, маме, сёстрах? — Они не остались бы одни. — он нахмурившими опустил взгляд не отступая. — А я Азер? Обо мне ты не подумал? Он не ответил, молча сверлил пол глазами. Что он скажет? Я ушёл, потому что ты не захотела меня? Потому что без доверия более не было будущего у них? Что не смог бы жить, и смотреть ей в глаза, в то время как она считает его убийцей ее родных? Караджа требовала ответа, которого он не мог дать. — Ты отказался от нас? Ты устал от того, что окружает меня? — ее голос наполненный болью обрывался. — Не отказывался, никогда. Ты не права, я не устал, и не отступил бы. Это тебе было плохо со мной. Мне нечего сказать. И нечем доказать, то, что непричастен. — он не думал говорить это, но слова вылетели. — Ладно, не будем об этом. Покушай и выйдем. — решил закончить разговор, который причинял обоим боль. — Тебе не нужно ничего доказывать. Я знаю. Я узнала тебя Азер. Ни минуты не думала, и не сомневалась. Мне нужно было время переварить свою боль. Я просила о времени Азер. А ты оставил меня совсем. До Азера стало доходить то, что сказала Караджа. Это было неожиданно, ведь он сам все решил по-своему. Обидел ее и себя. Осознавая, как ранил ее, он вышел. Он стоял с закрытыми глазами, обдуваемый холодным ветром. Первые снежинки падали на лицо, и мгновенно таяли. Значит она доверилась и поверила в него. Его сжавшееся в груди сердце, будто расправлялось и разрасталось, заполняя собой всю пустоту этих дней. Улыбка растянулась на его лице, и впервые за много дней он выдохнул с облегчением. Азер рывком открыл дверь, и в один шаг оказался рядом с Караджой. С силой прижав ее к себе, на столько, что побои в доме Эрденета, напомнили о себе. Сжав зубы, он пытался не замечать эту боль, вдыхая ее запах. Караджа распахнув широко глаза не понимала, что нашло на него. — Я был дураком, прости. Решил, что ты отказалась от меня, поверив в то, что я это сделал. — тихо шептал ей в волосы. Караджа вздохнула. — Даже если бы ты обрушил бы весь Чукур, боюсь и тогда не смогла бы отказаться от тебя. — потерлась щекой о его грудь, обвивая его руками. Азер опустил голову, ища ее губы. Она же сама жадно прильнула к нему, но что он застонал, невольно дернувшись от боли. — Прости, я совсем забыла. — отстраняясь, виновато произнесла она. Азер довольный, улыбнулся вновь притягивая ее к себе, возобновляя прерванное. Нежно целуя, отрываясь от губ, покрывал ее лицо поцелуями. — Сумасшедшая девочка. Ненормальная. — тихо повторял он. — Такая же как и ты. — смеялась в ответ.
