Эпилог
17 сентября 2020 г., 12:47
Каждое утро начиналось с поцелуя, объятий и пожеланий хорошего дня. Муж уходил на работу, жена как полагается занималась домашним хозяйством. Уже прошло больше 5 лет. Караджа была счастлива. Казалось, чувство тревоги, что не покидало первые года отступает. Ее пугало, что все шло слишком хорошо, слишком спокойно. Ожидая подвоха, не могла дышать полной грудью. Ночью просыпаясь в холодном поту, ища рядом горячее тело мужа. Вновь вжимаясь в него, обретала покой и успокоение. Видимо это магия Аданы, и тут с тобой не может случиться ничего плохо. В это она теперь твёрдо верила.
***
Большой дом, который им купил Азер, находился буквально в нескольких дворах от дома матери. В этом доме никогда не стихали оживленные разговоры и детский смех. Когда Азер выбрал этот дом, Караджа была против. Ей не хотелось покидать дом Фадик, а тем более не хотела такой большой дом. Уверенная что тут ей будет одиноко и неуютно. И как же она ошибалась, видимо и это магия Куртулуша, там, где он никогда не бывает одиноко. Двое малышей что не давали и на секунду расслабиться, напрочь отбили мысли об одиночестве и покое. Саид, которому на днях исполнилось 3 года, был неиссякаемым источником энергии. Если бы не его дяди, тети и бабушка, родители не успевали бы за ним. Фадик не уставала повторять, как же он похож на отца, неугомонный, если что-то вбил себе в голову, не успокоится пока не сделает. Маленькая Хаяль была совсем другой, молчаливой и наблюдательной. Не любила играть с малышами, предпочитая общество постарше. Джейлан готовила приданное, скоро ей предстояло покинуть отчий дом. Девушки не уставали перебирать и пересматривать многочисленные коробочки, пакеты, сундуки. Хаяль ни на секунду не хотела упустить из виду, что делают ее тетки. Они же не оставляли маленькую принцессу без подарков из того, на что падали ее маленькие черные глазки.***
Пока дети были под присмотром, Караджа отправилась в столовую. В первый год, когда они переехали в новый дом, у Караджи было много свободного времени. Идея со столовой как в Чукуре, пришла сразу. Но озвучить не решалась. А зря. Азеру это пришлось очень по душе, радовался и нахваливал жену за такую идею. Место было открыто для всех нуждающихся. Люди по началу с сомнением относившиеся к ней, считая стамбульской недотрогой, потянулись к ней, полюбили. Азер с рождением сына, отошёл от дел с наркотиками. Вошёл в разные сферы и отрасли пищевого и туристического бизнеса. Открывая отели и рестораны по всей Турции. Это было и в угоду Карадже. Оставшаяся еда раздавалась малоимущим, многодетным и старикам. Открыли фонд для многодетных матерей и молодых студентов, имени Сейхан Куртулуш.***
Караджа закончив все дела вышла из столовой второпях, смотря на часы. Уже 19.00. Детей надо забрать, умыть, покормить, уложить. Неподалёку остановилась машина мужа. Сердце забилось чаще, ноги сами несли к нему, безмятежная улыбка озарило ее лицо. Азера не было неделю, он открывал новый отель в Бодруме. Он стоял с огромным букетом алых роз. Жена не секунды не мешкаясь, кинулась на шею мужа. Захватив ее в охапку забрал свою любимую, подальше от людских глаз. Уже в машине, целуя ее руки, задавал вопросы без остановки. — Как ты? Устала? Скучала? Караджа звонко смеялась, видя его нетерпение. — Все хорошо жизнь моя. Поехали к маме, надо забрать детей. Азер хитро сверкнул глазами, ухмыляясь. — Что? — заёрзала Караджа на месте, — Что ты ещё придумал? Говори. Знаю я это твоё выражение. — Тогда не спрашивая. — рассмеялся в ответ он. Азер свернул совсем в другую сторону от дома матери. — Куда? — удивленно смотрела на него Караджа. — Я был у них. Все хорошо. Дети будут у мамы. Хаяль невозможно оторвать от Джейлан. Саид, забрав все подарки, ушёл играть с соседскими мальчишками. То есть мы свободны. — оба весело рассмеялись. Двое взрослых, уже родители сбегали от всех, подальше, побыть наедине. Легкие толчки, пробудили ото сна Караджу. Азер смотрел на неё своими медово тёплыми глазами, мальчишеская улыбка не сходила с лица. — Мы приехали. — протягивая ей руку, звал за собой он. Они приехали к морю. Безлюдное побережье, было украшено небольшим шатром, над которым были развешаны горящие фонари. Белая тюль плавно развевалась под морском бризом. — Азеееер. — поднося руки к губам, радовалась Караджа. — Подожди. Ещё есть кое-что. — Азер потянул ее за собой. За небольшим утёсом скрывался причал, к которому была пришвартована яхта. Большими буквами на борту красовалось название, «Чёрная Роза». — Она твоя. — прервал молчание Азер, ожидая реакции. Караджа продолжала молча смотреть, не веря своим глазам. — Ты ненормальный. — выдохнула она, — Просто сумасшедший. — смеясь она бросилась бежать к трапу. Ему нравилось наблюдать за ее реакции, всегда искренне, по-детски. Он и сам получал все те эмоции, чего был лишён так давно. — Осторожнее, Караджа, не спеши. — кричал в след, поспевая за ней. Взбежав на борт, Караджа поднялась к корме расставляя руки на встречу ветру, обдувавшему ее, развивая ее ярко желтое платья. Азер обнял ее со спины, уткнувшись носом в шею. — Тебе нравится? — спросил он. — Шутишь? Я просто в восторге. Спасибо! — произнесла Караджа, откинув голову ему на грудь. — Это тебе спасибо. С тех пор как ты ворвалась в мою жизнь, ты оживила меня. Моя жизнь разукрасилась яркими красками. Я не могу даже вспомнить, или представить как я жил до вас.– он медленно опустил ладонь на живот, задержав на нем руку, произнёс. — Спасибо за все. Караджа затаила дыхание. Она сама узнала совсем недавно. И оттягивала разговор. Азер был ужасный паникёр. Две беременности подряд, он носился над ней как над хрупкой драгоценной вазой. Спустя 2 года вновь узнав о маленьком жителе, она была рада, и в то же время боялась говорить. — Ты ничего не скажешь Караджа? — Как ты узнал? Я ведь сама только узнала. — удивленно спросила она. — Мне позвонили с клиники, не дозвонившись до тебя. Думали, что я в курсе. –задумавшись он спросил, став чуть серьёзнее, — Ты не хотела? — в голосе слышалась плохо скрываемая печаль. Решив, что она промолчала, только поэтому. — Нет, конечно, не так. Я рада. Просто я хотела оттянуть эту новость, чтоб ты не впадал в беспричинное, постоянное беспокойство. Азер смотрел в недоумении. — Ты хочешь сказать, что я паникёр? — Точно. — Нет. Это не так. — оправдывался он. — Да? А то, что ты без конца заставлял меня кушать? Не давал ничего делать? А когда подходит срок, ты вообще перестаёшь спать, дергаясь на каждый мой вздох, или движение. Я ночью боялась повернуться, чтоб ты не подскочил, спрашивая рожаю ли я, или что-то нужно мне? — закатила она глаза. — Я? Я так делал? — пытался быть серьёзным он. Не выдержав оба, рассмеялись. — Хорошо, больше не буду. Обещаю. — Нет, будь. Всегда будь таким, не меняйся. — взяв его лицо в ладони, целовала его ямочки на щеках. Азер закатил глаза. — Начинается. Потом говорит, я ненормальный. Женщина определись уже. — смеялся он. Они вернулись к шатру. На столе стоял ужин, рыба с овощами. Отужинав, они прогулялись по берегу. Тёплая вода ласкала ноги, мягкий песок обволакивал, шум воды успокаивал. Вернувшись к шатру, они сели на разложенные одеяла и подушки. Не нужно было слов, им было достаточно присутствия друг друга. Словно читая ее мысли, Азер спросил. — Ты не скучаешь по дому? — Ммм? — отозвалась вопросом Караджа. — Чукур. Родные. — Мама меня уже и не помнит. Каждый год приезжая туда в клинику, она спрашивает не пришёл ли Акын. Меня не узнаёт. — грустно усмехнулась она. — Это и к лучшему. Все остальные живут своей жизнью. Мне достаточно знать, что они живы, здоровы и в какой-то мере счастливы. — Не жалеешь, что переехала сюда? Оставив все там. Она подняла на него свои огромные, чёрные глаза, собирая во взгляде всю свою нежность к нему. — Никогда. Мой дом тут, мои родные вы. Ты мне подарил эту жизнь. До этого я существовала. Так что не смей думать, что ты лишил меня чего-то. — ответила она проводя ладонью по его щеке, скулам, останавливаясь пальцами на его пухлых губах. Азер перехватил ее запястье, притянул к себе так, что она была вынуждена опереться об него. Его горячие губы накрыли ее рот, будто это нектар, дающий эликсир к жизни, пытаясь впитать ее всю в себя. Рукой гладя оголенные ноги, пробираясь под подол платья. На что тихим стоном отзывалась она, прильнув к нему ещё ближе. За эту неделю он сильно истосковался по ней, ее телу, бархатной коже, сладкому запаху. Желание накрыло его, сбивая их с ног. Он уложил ее на одеяло, не разрывая поцелуй. Руки беспорядочно блуждали по телу, распаляя ее ещё больше. Потянув за завязку на талии, распахнул запах платья, оголяя идеальную грудь, заключённую в шёлк кружевного белья. Прохладный воздух с моря резко контрастировал с разгоряченной кожей Караджи, от чего тело покрылось мурашками, а соски предательски затвердели. Азер довольный ее реакцией ухмыльнулся, его рука накрыла вздымающуюся грудь, нежно сдавливая, вырывал из неё сладостный стон. Через пару секунд опьяненный желанием, Азер избавил ее от остатка вещей и припал к соску, слегка прикусывая его. — Ммм… — сорвалось с губ Караджи, и она подалась навстречу жаркому рту Азера. Отстранившись от груди, он начал покрывать поцелуями, открывшиеся участки кожи, начиная с пульсирующей венки на шее и постепенно спускаясь все ниже и ниже, оставляя еле заметные отметины. В это же самое время его рука прошлась по ноге, задирая платье с каждым движением все выше, открывая вид на полупрозрачные стринги. Руки Азера до боли сжимали ее бёдра, то нежно ласкали, вызывая мучительно, сладостное желание. Каждое движение, каждый поцелуй Азера заставлял ее гореть и желать большего. В своём беспамятстве Караджа поняла, что лежит абсолютно голая, на ночном берегу моря. А Азер все ещё оставался одетым. Она потянулась к его одежде, но он перехватил ее руки, крепко зафиксировав их над головой, препятствуя проявлению инициативы с ее стороны. Кожа Караджи пылала, особенно там, где пару секунд назад были руки Азера. Казалось, ещё немного и она разлететься на тысячу маленьких осколков и раствориться в пене этого моря. Азер отстранился, и с ее губ сорвался стон разочарование. В его глазах плясали хитрые огоньки, довольно ухмыльнувшись, он стянул с себя футболку, приспустив брюки, вошёл в ее разгоряченное тело. — Да…- слетело с пересохших от частого дыхания губ Караджи. — Моя нетерпеливая. — шепнул он ей. Караджа в ответ что-то шепча, прижималась сильнее к его крепкому телу. Азер замедлялся, то снова возвращался к изначальному темпу, не давая ухватится за грань реальности. Откинув голову назад видя мириады мерцающих звёзд, готова была раствориться в них вместе с ним. Волна блаженного удовлетворения накрыла их двоих почти одновременно. Оба тяжело дыша лежали со сплетенными телами, охлаждаясь морским бризом. Капельки пота на разгоряченных телах блестели, делая их двоих какими-то неземными. Утро застало их в том же положении. Лишь чайки стали невольными свидетелями пробуждения супругов. Видя обеспокоенное лицо жены, Азер улыбнулся. — Не переживай, они никому не расскажут. Собравшись и одевшись, они отправились домой.***
Увидев на пороге отца, дети кинулись к нему. Каждый пытался взобраться по выше на него. Вдыхая вкусный запах родных детей, Азер не мог насладиться, осыпая их поцелуями. — Ну почему вы такие сладкие? — повторял он. — Какой же ты большой дурак. — смеялась его мать, растрепав его волосы, — уже сам отец, а ведёт себя как ребёнок. Караджа с любовью наблюдала за своей семьей. Руки невольно потянулись к животу. Ее семья растет, как и ее сердце, выделяя каждому достойную для него любовь и ласку. Она давно решила, что своим детям она даст то, чего была сама лишена. Значит путь был пройден не зря. Значит правда, что говорят, «После тягости, всегда наступает облегчение».
